В мышлении нет границ

- Эррор, погоди, послушай! - но мальчишка не останавливался, идя уверенным шагом из университета по-дальше. - Я ведь люблю тебя! - тот резко остановился, а шум в коридорах изменился тихим шёпотом. Всё началось с того, как Даст начал обращать внимание на тихого ученика, кажется, его звали Эррор? Но он не был уверен, "знакомство" их произошло довольно давно, да и парень ни с кем особо не общался, поэтому про него в принципе не знали. Просто в один день хулигану начало надоедать его окружение: все эти драки, разбирательства..стали как будто не для него. Хотя покидать старых друзей, он, пока, не планировал. Как никак, тогда упадёт его статус и будут определённые вопросы, на которые он бы не хотел отвечать. До этого в школе ему не везло - это его наоборот обижали, он был для них "грушей для битья" и почему-то боялся отбиваться. Когда же родители помогли с поступлением в элитную вышку, Пыльный решил вступить в ту компанию, которая будет стоять за него, а он за них. Ну, без обижания других, конечно, не обойтись. Там был Найтмер, что-то типа главного: короткие чёрные волосы, чуть накаченный и вечно ходил в какой-то лёгкой одежде. Киллер старался всячески угодить главе, поэтому во многих вещах был схож, кроме мышц, разве что. Хоррор редко появлялся, он был выше и сильнее их всех, любил заниматься собой. Специальность была не лучшей - экономика, но хоть математику он понимал и уже хорошо, хотя учится на отлично было необязательно. Всё пошло не так с самого рождения Даста: родители постоянно были в разъездах из-за работы, строили карьеру, а его оставляли в шикарном, двухэтажном, загородном доме с няней. В один из дней он поехал с ними в отпуск. Спустя две недели ему сообщили, что у него будет братик или сестричка. Оказался братик, назвали Папайрус. Они были с ним не разлей вода - вместе играли, гуляли, проводили время. Хоть и разница в восемь лет ощущалась, но старшему нравилось учить чему-то нового младшего. До одного случая. Погода в тот день была не особо, няня заболела, а до родителей было не дозвониться - плохо ловила связь. Поэтому они остались совсем одни. И раньше Даст посещал психолога, потому что, как ему говорили "у него есть определенные особенности", но, хех, кто же знал, что они доведут его до того, что он зарежет собственного брата во время психоза? Когда приехала скорая, полиция, родители - все, кто требовался, было уже поздно. Папс скончался от четырех ранений в грудь и удушения. А ведь накануне у него должно было быть день рождение. Долгое время Пыль не появлялся в школе, но когда пришёл - был сам на себя не похож: тёмные круги под глазами, странная улыбка, тремор рук и тихий, хриплый голос. Всё это время он "лечился" в психиатрической больнице, ему делали уколы с транквилизатором, ведь тот не мог уснуть и вечно рыдал. Когда выпустили - назначили до конца дней принимать антидепрессанты. Родители смогли замять эту историю. Продали дом, подкупили врачей и журналистов, чтобы те говорили, что на их сына кто-то напал. Переехали в другой город, и в конце концов, окончательно отдалились от единственного приемника. Вместо заботы давая деньги. Читая очередную книгу дома, он решил сходить в универ, пока его компании там не было и взять что-то интересное в библиотеке. Хотя учёбу он, к сожалению, пропускал несколько лет, ему бы очень хотелось "наверстать упущенные знания". В основном он брал что-то аналитическое, чтобы развивать мозги, а вот какую-то фантастику, романтику и прочую ересь - на дух не мог перенести. - День добрый, - здороваясь с библеотекаршей, он сразу же прошёл дальше, в свой любимый раздел. - вот же ж, всё тоже самое.. - прошептал, стараясь соблюдать правила. И действительно, многие эти книги он уже находил в интернете или на полочках магазина, некоторые здесь же. Хотя и была та, которая его заинтересовала, с необычным названием: "No hay límites en el pensamiento" ("В мышлении нет границ"). Он знал испанский, поскольку ещё в детстве у него это был дополнительный, второй язык. И как-то Пыльному понравился, поэтому время от времени читал на нём. - Но она же не должна быть здесь. - но всё же взял её, начав читать тут. Чуть дальше он заметил Эррора: смуглого, кудрявого брюнета. Казалось, что он мог бы и его перебить, но нет: во время стычек с их компанией, он старался молчать и игнорировать любые колкости, даже боль. - Интересно, какой у него голос? Ни разу не слышал. - и хотя брюнет был отличником, он старался лично подходить к преподавателям, а не выкрикивать ответы на весь кабинет. - У него вообще есть друзья? - но мысли в слух прервал звонок, что значило, идут доп.занятия, а это возможность столкнуться с теми, кого сейчас застать бы не хотелось. Поэтому попрощавшись, парень быстро ушёл с книгой домой. На следующий день, он первый пришёл в аудиторию, настолько, что двери были ещё закрыты. "Чёрт, мог ещё поспать.." - книга выдалась настолько интересной, что ночью сон не приходил. Прошло пять, десять и более минут, а на виду появился лишь Эррор. Вдруг возле себя Пыльный услышал тихий, хриплый бас: — А ты чего здесь? Пару же отменили. - как ни в чём не было сказал Ошибка, с рюкзаком на спине и учебниками в руках. "Такой привлекательный голос. Ой" - подумал, приходя в себя обратно блондин. - Телефон на беззвучном, не услышал видимо. — Видимо. — кратко согласился парень и уже хотел уходить как, — Постой. — сказал Даст, с интересом смотря на надпись на худи другого. — Ты знаешь испанский? - он тронул его за плечо, указывая рукой. — Чуть. — он тут же убрал руку, с видимым пренебрежением. Она гласила: "El lenguaje es mi enemigo" ("Язык - враг мой"). В этот раз его никто не остановил, но они "вместе" направились в столовую, где никого, кроме них не было. Эррор сел за самый дальний стол, беря себе что-то более сытное, по типу котлетки, риса, салата, хлеба и компота. А Даст за самый первый, беря себе салатик и газировку. Время от времени голубоглазый смотрит на него, понимая, что, возможно, к Эрру у него появился некий интерес. А вот какой - предстоит узнать. В остальном это был совершенно непримечательный день: парни пили пиво после учебы, курили сигареты и, конечно, докапывались до смуглого, а тот игнорировал.