Пока не стало поздно

Апокалипсис, который наступил года три назад был ужасным, да и не просто ужасным, все эти переживания, беготня по городу и отстреливание заражённых дико выматывала, не давала нормально поспать или поесть, всегда нужно было быть начеку, чтоб тебя не укусила за ногу и не было такого диалога от паники «режьте! Отрежьте мне ногу!». Нам Гю с СуБоном уже давно держаться вместе и стараются никуда не отходить друг от друга. Сохранять отношения в такой обстановке - полный пиздец. Сейчас романтикой было просто прижаться друг к другу, пока они отстреливают заразившихся. *** Два тела сталкиваются друг с другом и слышатся громкие выстрелы, Нам Гю стреляет с обычного пистолета, который смог нарыть в этом же здании, так как свой достать не мог, а Танос стрелял с дробовика, видимо он был как-то не исправлен из-за чего в плечо больно отдавало после выстрелов, но сейчас главной задачей было просто выжить. Это здание раньше было чем-то особенным, там они познакомились, там они начали встречаться, видимо и там же они помрут. Заражённых становилось всё больше и больше, буд-то бы они рождаются с каждой секундой, хотя наверное так и есть. — У меня патронов нет.. – Выкрикивает Нам Гю и жмётся ближе к возлюбленному, понимая что вот и всё. – Извини. — Придурок?! Ты почему этого раньше не сказал, когда их меньше было? – Танос хватает того за руку и тащит туда где меньше всего “людей“, чтоб протиснуться сквозь них. – Лицо закрой! СуБон протаскивает их сквозь поток этих тварей и тащит к выходу. Нам Гю шипит от боли, рука начинает кровить и кровь падает на землю, проводя за ними след. Танос не замечает этого сразу, лишь когда они поднимаются на крышу и запирают вход на неё. — Откуда это? – Он тычет пальцем в рану и стискивает зубы, лишь бы не то что он подумал, лишь бы его просто задело где-то. — Я за арматуру зацепился, пока мы бежали.. Вот, думаю стоит обработать. – СуБон кивает и снимает с плеч рюкзак, достаёт аптечку и начинает поливать спиртом открытую рану, к сожалению ничего другого для обработки не было. Нам Гю закусывает губу, пытается сдержать свои возгласы и слезы, которые выступали на глазах. – Ну терпи, другого мы не нашли, может в следующий раз повезёт. Ты калека, понятно? Будь внимательнее, пожалуйста. Нам Гю кивает и улыбается сквозь боль, он понимал что вероятнее всего выжечь вирус с его руки и тем более крови, которая быстро разлетелась по его телу уже не возможно. Так же не возможно его вылечить, единственный выход - убийство. Танос никогда не согласиться его убить или отдать к этим монстрам, скажет что они бы могли поискать лекарство, вылечить Нам Гю, но он так же прекрасно понимал, что это безнадёжно. Солгать в этот момент было лучшим решением. — Сегодня здесь заночуем, завтра уже посмотрим по обстановке. – Он достаёт с рюкзака один спальный мешок и кидает на пол. — Ага. Крепко перевязав смертельную рану, Нам Гю впал в некое отчаяние, вот его жизнь закончится так нелепо, умереть от какой-то царапины? Пиздец. Умерший давно отец ему бы сказал, что он придурок, раз умрет так, хотя сам скончался от старости. Парень ухмыляется и смотрит на небо, розовое и такое красивое. Нам Гю помогает СуБону с ночлегом и костром, они успели захватить пару консерв перед тем как подняться сюда. Парень знал, что на заражённие требуется два дня, ровно. Ему нужно уйти раньше. — Ты знал, что когда умирают люди, то они оставляют за собой последние штрихи? – Нам Гю старается отвести от себя грустные мысли, пытается не думать о смерти. — Какие? — Они разрисовывают закат и восход, как хотят. – Он улыбается и берёт Таноса за руку, крепко сжимая её. — Интересно, откуда ты это знаешь? Мм, умереть вздумал? — Нет, с чего взял? – Да, он умрёт, вероятнее всего мучительной смертью. – Читал недавно в библиотеке в которой мы были, там много интересного, я даже пару книг прихватил с собой. Там такие картины! Ты не представляешь. — Как раз таки представляю. Но ты лучше картин, поэтому предпочту полюбоваться тобой. – СуБон тянется за поцелуем, но его губы перехватываюо руки Нам Гю, которые показывали в небо. — Наверное, куча людей умерло, раз закат такой красивый.. – Нам Гю неловко трет затылок, понимая что сморозил. – Если я умру, обещаешь посмотреть на мой закат? — .. Блять, Нам Гю. – СуБон не любил говорить о том, что будет после смерти, особенно после того как умрёт кто-то из них. – Обещаешь? — Обещаю. Нам Гю улыбается и налетает на того с объятиями, чуть не падая вместе в костёр, он тихо произносит «спасибо», наверное Танос даже не услышал это. Через какое-то время они начали приём пищи. *** СуБон уснул первым, прижимая к себе Нам Гю который уже еле соображал, но всё же мог. Ему нужно попрощаться с СуБоном, с его любимым человеком, первый человек которого он полюбил и тот ответил взаимностью, тот человек который показал, что любовь и вправду есть. Нам Гю не хотел причинять ему боль, он не хотел чтоб СуБон чувствовал себя виноватым в этом, но просто уйти он не мог. Парень всегда записывал их похождения в маленький блокнотик, чтоб когда это всё закончилось они могли прочитать те моменты и похвалить себя, что они выжили в этой хуйне. Сейчас же он просто вырвал оттуда лист и стал выписывать иероглифы, в конце он добавляет свою подпись как будто расписался в ЗАГСе и поставил еле заметный поцелуй. На бумаге были видны капли, видимо слезы, ведь дождь не шёл. Уже рассвет, солнце начинало выходить из под разрушенных домов, а разум Нам Гю становился всё мутнее и мутнее, мозг уже вообще не соображал. Сев, парень глянул на лицо Таноса, которое было спокойное, наверное впервые за несколько недель, чаще всего оно было напряжённо из-за кошмаров или чего-то ещё. Приблизившись к его губам, Нам Гю коснулся их через небольшую бумажку и быстро отстранился, целовать своего партнёра когда ты заражён - не лучшая идея, особенно если хочешь чтоб он выжил. — Я люблю тебя, мой милый, СуБон. – Последнее что появляется в мыслях и они начинают путаться, сначала сказанные слова, потом диалоги что были раньше, а после и во все они превратились в какие-то непонятные хрипы. — Мм.. Нам Гю.. И я тебя, люблю.. – Полусонно проговаривает Танос за спиной парня, от чего его сердце начинает болеть и неприятно сжиматься. Нужно закончить с этим. Превратить свои страдания и начать новые, будто бы раньше этого было мало. Взяв тот самый пистолет в котором не было патронов днем, парень со свистом зарядил его и спустился на пожарную лестницу, она уже давно обвалилась и сюда никто не мог пробраться, лишь с крыши. Вспомнить что-то приятное было сложно, из-за ебучего вируса, который уже вот-вот поглотит тело. Присев на неё, он наставил пистолет прямо на висок, в голове внезапно всплыл образ СуБона который целует руки того, покрывая старые шрамы своими губами. На лице сразу же появилась улыбка, искренняя, ту которую мог видеть лишь Танос. Выстрел. *** «СуБон, если ты это читаешь, то скорее всего не смог меня отыскать утром или ещё что-то, я не знаю. Я тебя очень люблю, дорожу тобой и очень сильно переживаю за тебя, боюсь что ты можешь умереть, поэтому сейчас ты читаешь это. Днём когда ты спросил про рану, это была не арматура.. Я думаю ты понимаешь к чему я веду. Я просто хочу чтоб ты знал, что я хочу чтоб ты выжил, прожил счастливую жизнь, пережил этот ад. Ты тот человек, которого я полюбил и буду любить, вечно. Обещаю. Мы ещё обязательно встретимся, я тебя ещё раз поцелую и обниму, скажу как люблю тебя. Переживи всех этих тварей, пожалуйста. Твой Нам Гю, я люблю тебя, милый». – И рядом предательский кот который Нам Гю оставлял везде где мог. Бумага начала мокнуть от солёных слез, которые капали с голубых глаз. — Блять.. – Еле проговаривал СуБон и сжимал в руках эту записку, самое уебанское что он мог получить утром. Они ведь только вчера сидели вместе, да и засыпали, а сейчас Нам Гю нет в живых. От этих мыслей руки задрожали еще больше. – Нам Гю.. Придурок. Зачем?.. – Танос смотрит на поцелуй в углу. – Я тоже тебя буду любить. До самой смерти. *** Со смерти Нам Гю прошло чуть больше полугода, ситуация в мире начала налаживаться. Заражённых стало меньше, за то стало больше людей, которые пытались устранить всю проблему. Но никто не мог заменить того кого любил СуБон, все были не такими. Стоя над могилой возлюбленного и сжимая в руках ту самую записку, Танос улыбнулся и с глаз побежали слëзы, одна за другой. — Как видишь, Нам Гю, я ещё жив. Как и обещал тебе. – СуБон поправляет волосы и поджимает губы. – Прости меня, за всё прости. Он впервые обращает внимание на небо, в голове сразу же всплывает их разговор. — Штрихи.. – Проносится в мыслях и Танос замечает в закате розовые полосы, само небо красное, в некоторых местах виднеется синий и фиолетовый, – ты красиво рисуешь, Нам Гю.