Поэты, умеющие работать языком

Обжигающе тёплые ладони легли на худые бёдра, приподнимая их и фиксируя в воздухе. Словно кошка, Клейн выгнулась в спине, когда влажный и горячий язык коснулся на пробу внешних половых губ, задевая волоски. Изловчившись, он направился глубже, забираясь меж складок и лаская тягуче-медленными движениями клитор. Не осознавая этого, Провидец поджимала свои губы и силилась не издать слишком пошлых звуков: о, Богиня, этот поэт действительно умел работать языком. Её маленькие ручки скользили по обнажённому прессу, и спустя несколько минут Клейн начала медленно опускаться ниже. Казалось, Леонард меж её ног, что это всё это время усердно ласкал её, был крайне рад подобной красноречивой реакции, и активнее задвигал языком. Его сильные руки притянули задницу ближе, позволяя достать до спрятавшейся маленькой горошинки. — А-ах, — не выдержала Клейн, уже припав щекой к чужим штанам. — Л-лео… ах, помедле… нее… Послушав чужие мольбы, срывающиеся на соблазнительные хрипловатые под конец стоны, Полуночный Поэт оставил набухший клитор и облизнулся. Его губы припали к открывшемуся перед ним участку незагорелой кожи, оставляя влажный поцелуй, а затем слегка прикусил её. Его возбуждающе-низкий голос заставил лишь ещё сильнее дрожать от разжигаемых в голове фантазий. — Я почти растянул тебя, — он чарующе выдохнул, оставив горячий след на коже. — Потерпи ещё немного, Клейн. — М-м… Несвязно что-то промычав, Провидец несколько раз хлопнула дрожащими ресницами, её уголки глаз покраснели от возбуждения. Вдруг, она перевела свой взгляд на выпирающую часть штанов. У неё появилась некоторая идея, очень смущающая, но реализуемая, пока её сознание было затуманено похотью и движениями языка, проникающего далеко, в неизведанные ранее участки тела. Тонкие пальчики коснулись ремня на штанах, желая снять его и опробовать вычитаемые когда-то мимолётом техники минета. Но в этот момент её бёдра задрали высоко вверх! Выставив руки вперёд, Клейн упёрлась лицом в чужой выпирающий член и смущающе отвернулась от него. Стоило ей только открыть рот, чтобы возмутиться, она тут же захлопнула его с громким стоном. Язык быстро и ловко, не давая сделать вдоха, прошёлся взад-вперёд по клитору несколько раз и погрузился глубже, нежно растягивая стенки внутри. Её живот ныл от напряжения, а тело млело от ласк. Руки были такими слабыми, не желая удерживать тело в подобной развратной позе, и Клейн напряжённо выдавила: — Я-я больше не могу… Сладко-тягучие муки наконец закончились. Клейн тяжело дышала, а по её телу катился пот, щекоча чувствительную кожу. Чужие руки аккуратно перебрались с бёдер на талию, и неловкими, но медленными движениями переместили девушку в сидячее положение. Откинувшись на чужую грудь, Клейн недовольно пробормотала: — Ну и что это было… Успокаивающий поцелуй пришёлся в раскрасневшуюся щёку. Леонард обнял руками плоский живот и хрипло выдохнул. — Если ты будешь меня так трогать… Я могу и не сдержаться. Она могла бы прыснуть от подобных заявлений, больше подходящих для дешёвых эротических романчиков, но тянущее чувство возбуждения давало о себе знать. Сжав вместе ноги, Клейн неосознанно потиралась своими бёдрами о чужое достоинство. Леонард был очень взволнован, но не давал себе спешить, окинув взглядом маленькое и худое тело в своих объятиях. — Тебе нужно больше есть, — он потёрся носом о плечо, где практически не было мышц. Мысли Клейн были слишком далеко, чтобы осознать сказанное. Она завороженно наблюдала за оглаживающими тело руками, которые постепенно переместились назад. В уши ударил щелчок ремня, и её спина почувствовала разгорячённую влажную плоть. Провидец сглотнула от предвкушения и лёгкого страха неизведанного. На её бёдра легли знакомые руки, а в ушко пришёлся ещё один успокаивающий поцелуй. — Сейчас я подниму тебя, не спеши, — предупредил Леонард. Головка члена, сочащаяся смазкой, коснулась разработанного входа, проникая внутрь. Это было… чем-то необычным, совершенно отличалось от исследующего стенки языка внутри. Некоторое чувство растянутости, наполненности. Клейн прижалась спиной к тёплой груди и приобняла руками шею, со струящимися по ней чёрными волосами. Это казалось бесконечно долгим, но в то же время и мимолётным. Когда член вошёл наполовину, его вытащили, и Клейн ощутила разочаровывающую пустоту. Но прежде, чем она успела к ней привыкнуть, Леонард вновь вошёл внутрь с лёгким толчком. Провидец уже не могла скрыть наслаждения, издавая сладкие стоны. — Л-лео… Ах!.. Ха… Когда Клейн приняла член до конца, ей позволили самой двигать бёдрами, поднимаясь и насаживаясь вновь. Руки Полуночной Поэта же нашли более интересное занятие, пройдясь по напряжённому животу и остановившись на груди. Откинув голову назад, девушка почти всхлипнула. Слишком… Слишком много стимуляции и так внезапно… Не имея опыта в подобного рода делах раньше и большой выдержки, Клейн опустилась со шлепком и вдруг замерла. Копившееся всё это время наслаждение сжало каждый нерв в её теле, а затем отпустило вместе с разлившейся негой. Она откинулась назад, немного хмурясь, когда шаловливые руки оглаживали её руки, живот и бёдра. Их хозяин почувствовал себя увереннее и стал оставлять больше красных следов на коже. «Как щеночек…» — промелькнула у неё мысль.