Clue

Они бежали. Остановиться — означало верную смерть. Соуп уже в миллиардный раз проклял дерьмовые разведданные, когда запнулся о корень и чуть не растянулся на земле. Его спасла лишь быстрая рука Прайса, рывком поставившего сержанта на ноги. Некогда было благодарить. Это подождет, пока они не выберутся из этого леса. В прямом смысле. Позади, к счастью, крики преследователей становились все тише и глуше по мере того, как отряд отдалялся от них. Простенькая разведывательная миссия. Как часто именно они идут псу под хвост. Естественно, миссия, которую Соуп так ждал, обязана была пойти наперекосяк. Нечасто выпадал шанс поработать вчетвером, но это был первый выход в поле за долгое время. Прайс лишь пожал плечами, буркнув что-то про обязательное укрепление командного духа. Соуп его раскусил. Капитану нравилось работать со всеми тремя бойцами его отряда, и он однозначно ухватился за такую возможность. А Cоуп был в восторге. После сбора разведданных они должны были ждать эвакуации в безопасном доме до вечера, раз уж миссия была такой простой. Предположительно. Считай, что почти выходной — потусить с парой любимых людей в маленьком домике в лесу. В этом убежище даже были настольные игры, Соуп проверял. О, славный денек. Но посреди задания на них внезапно обрушился свинцовый дождь. Соуп схватил флэшку, послушавшись к крикам Прайса и Гоуста убираться к чертям. Их было четверо против примерно сорока. Вывод напрашивался сам собой, единогласно: бежать. Так они и сделали. Бок Соупа жгло, в глазах плыло от частого дыхания. Он был, конечно, в отличной форме, но в какой-то момент даже лучшие солдаты выдыхаются от безостановочного бега. Гоуст был прекрасным тому примером: плечи ходили ходуном от тяжелых вдохов-выдохов. Соуп не помнил, чтобы видел его настолько измотанным физически. Во время спаррингов тот, казалось, обладал бесконечной выносливостью, всегда собранный, пока Соуп заканчивал взмыленной тряпкой, как любой нормальный человек. Так что если даже Гоуст так вымотался, можно представить, как долго они бежали. Эти ублюдки висели на хвосте непозволительно долго. Когда безопасный дом показался в поле зрения, Соуп готов был разрыдаться от облегчения. Газ рядом издал сдавленный звук, наклонившись вперед, чтобы отдышаться. Позади них наконец-то стихли звуки преследования. — Блядь, — коротко выдохнул Газ. — Что за нахуй? — Почему там ждал, сука, целый взвод? — присоединился к нему Соуп между судорожными вдохами. — Они знали, что мы придем, — прорычал Гоуст. — Обязаны были знать. Прайс вытер пот со лба, обеспокоенно хмурясь. Он оглянулся назад, на путь, что они проделали. — Позвоню Ласвелл. Нам нужна эвакуация как можно скорее. — Он поймал взгляд Соупа. — Ты достал объект? — Да, сэр, — кивнул тот, покопавшись в кармане жилета, прежде чем передать флэшку. — Молодец. — Прайс осмотрел маленький предмет. — Нужно проверить на наличие маячка. Они шли за нами подозрительно долго, будто знали, куда мы направляемся. Может... — Сэр? — перебил его Газ. Сержант отошел немного назад по тропе и хмуро изучал землю. — Я знаю, как они шли по нашему следу. — В чем дело, Гэррик? — Кровь. Складка меж бровей Прайса стала глубже. Он посмотрел на Гоуста и Соупа. — Кто ранен? — жестко спросил он, но в голосе слышалось беспокойство. Соуп осмотрел Гоуста на предмет повреждений. Ничего не нашел. Странно. Тогда чья кровь?.. — Джонни, блядь. — Глаза за маской расширились. Рука метнулась вперед, хватая Соупа за плечо и разворачивая, чтобы лучше рассмотреть то, что привлекло внимание Гоуста. — Почему ты ничего не сказал? Соуп опустил взгляд на себя, пытаясь понять, из-за чего лейтенант так разнервничался. Ах. Кровь. На удивление много, вообще-то. Соуп потеряет довольно много крови. С ним все будет в порядке, но шок изрядно потреплет их маленькую группу, делая их еще ближе, чем прежде. Ах да, еще зачем-то будет партия в «Клюэдо». Соуп посмотрел вниз, где начиная от бока под бронежилетом и полностью окрашивая одну штанину в алый, расползалось впечатляющее кровавое пятно. Зрение снова поплыло, хотя он уже восстановил дыхание. Жжение в боку усилилось десятикратно, когда адреналин начал выветриваться из организма. — Ох. Гравитация сработала быстро, но Саймон Райли — еще быстрее. Соуп даже не заметил, как ноги подкосились, прежде чем пара сильных рук подхватила его. Вокруг раздавались голоса. — Сынок, эй, посмотри на меня. — Лицо поплыло в поле зрения, заглядывая справа. Добрые глаза, бакенбарды, дурацкая кепка. — Адреналин та еще штука, а? Просто оставайся в сознании ради нас. — Капитан, мы не можем здесь оставаться. След... — лихорадочно затараторили слева. — Знаю. — Нам сначала нужно подлатать Джонни. Он уже потерял слишком много крови, — торопливо отметил низкий голос, от чего грудь, к которой Соуп прислонился, завибрировала. Он повернул голову, пытаясь зарыться в твердую подушку позади себя. — Знаю. МакТавиш, глаза открой. Он и не заметил, как закрыл их. Сразу же заставил открыться снова, реагируя на приказ капитана прежде, чем слова вообще дошли до сознания. — Газ, на стрёме. Не хватало еще попасться здесь, будем как на ладони. Гоуст, неси его внутрь, там должна быть аптечка. Придется по-быстрому его подлатать, пока я свяжусь с Ласвелл. Послышался хор утвердительных ответов, Соуп машинально пробормотал вместе со всеми. Потом его подняли и понесли, что потревожило пульсирующую болью рану в боку. Звук, что у него вырвался, был совершенно непреднамеренным и, честно говоря, немного постыдным. По крайней мере, наверное, хороший знак, что у него еще остались силы чувствовать смущение. — Ты в порядке, Соуп. Это будет быстро. Он снова выдавил «есть, кэп», ну или, по крайней мере, надеялся, что выдавил. Короткий кивок Прайса дал понять, что смысл он уловил. Его опустили на что-то мягкое. Вокруг зашуршали, но Соуп был занят, оглядывая обстановку, чтобы не вырубиться. Они были внутри безопасного дома. Лежа на потрепанном синем диване, он внезапно порадовался его затрапезному виду. По крайней мере, он истекал кровью не на новехонькую мебель. На угловой полке он мельком увидел настольные игры. Оплакал партию в «Клюэдо», которую планировал на сегодня. Прайс должен был быть Полковником Мастардом. Но теперь убежище скомпрометировано, и его команда в опасности. И все потому, что он оставлял за собой алый след, который приведет врагов прямиком к их дислокации. Что за идиот даже не замечает, что его подстрелили? Бронежилет на нем расстегнули, чтобы добраться до огнестрельного ранения, затем то же проделали с футболкой. Соуп опустил глаза и увидел сосредоточенно работающего Гоуста. Шутка про то, что лейтенант его раздевает, вертелась на языке, но тут же скукожилась и издохла. Гоуст, скорее всего, злится на него за такой эпичный проёб. И правильно делает. Прайс склонился над его головой, торопливо что-то говоря в наушник. Его взгляд был прикован к лицу Соупа, серьезный и напряженный. Соуп поискал в нем злость, но не нашел. — П'стите, — невнятно выдавил он на всякий случай. — Н' заметил, не з-знал... Лоб Прайса прорезала невозможно глубокая складка. Он бросил пару быстрых фраз Ласвелл и полностью переключил внимание на Соупа. — Именно. Ты не знал. Просто сконцентрируйся на том, чтобы оставаться в сознании, окей? Поговори со мной, парень. Говорить? Он мог говорить. Вообще-то, в этом он довольно хорош. — Вы д-должны были быть М-мастардом. — Что? — Мы с Г-газом планировали сыграть... Ах, — простонал он, когда Гоуст плеснул что-то на рану. На глаза навернулись слезы. Кажется, он расслышал бормотание извинений от того, кто обрабатывал повреждение, но не был уверен. — Ты молодец. — Прайс положил руку ему на плечо и сжал. — Во что мы собирались сыграть? Он сделал несколько глубоких вдохов, зажмурившись. Затем заставил глаза открыться, когда его снова начало утягивать в беспамятство. Он должен загладить вину перед командой, оставаясь в сознании. Он справится. — В «Клюэдо». Вы д-должны были быть Мастардом. Капитан выдохнул со смешком, несмотря на напряженные морщинки вокруг глаз. — Конечно, он. А Гоуст? Кем будет он? — Преподобный Грин. — Почему? — Он попросил. Когда Соуп впервые узнал, что Гоуст не только умеет играть, но даже имеет предпочтения насчет своего персонажа, он чуть не запрыгал от радости. Однако его первоначальное удивление, вероятно, напоминало то, что сейчас отразилось на лице Прайса. Вскинув брови так высоко, что они исчезли под козырьком кепки, старший по званию бросил короткий взгляд на своего лейтенанта. — Неужели? Выходит, я единственный не знал про этот план с настольной игрой? — Мгм, мы вас об-обманывали... — дыхание сбилось, когда в рану начали запихивать марлю. В глазах заплясали черные точки. — Эй, эй. — Ладонь похлопала его по щеке. Он приоткрыл глаза. Нехорошо. Он чуть не ослушался простого приказа капитана. — Вот так. Почему вы меня обманывали? — Мы х-хотели повесить на вас убийство, — признался он, надеясь, что Газ не слишком расстроится, что он выдал их план. — Подкинуть в-вашу карту в колоду, с-с-соврать про наши. — Негодяи. — В глазах Прайса мелькнул ласковый огонек. Он снова глянул на Гоуста. — Ты был в этом замешан? — Воздержусь от комментариев, сэр. — Неподчинение. А ты кем будешь играть, сержант? — спросил Прайс, встряхивая Соупа за плечо, чтобы не дать ему вырубиться. — М-мм, не знаю. Наверное, трупом в этот раз, а? — попытался пошутить он. — Даже не смей, — прорычал Гоуст, одновременно с репликой Прайса: — Не смешно, Cоуп. Жесткая публика. — Прошу прощения, — примирительно улыбнулся он. — Газ хотел быть мисс Скарлетт. Говорит, ему охрененно идет красный. Думаю, я буду... эм-м... тот, который в синем. — Миссис Пикок, — подсказал Гоуст. Кто бы мог подумать, что он так много знает о «Клюэдо»? Каждый раз, когда выяснялось, что под этой маской лейтенант все-таки человек, Cоуп не мог не влюбляться в него чуточку сильнее. — Мой цвет. С-с-синий, — поморщился он, когда Прайс с Гоустом помогли ему сесть, чтобы второй мог лучше перебинтовать ему торс. Комната безопасного дома плыла перед глазами. — Зеленый с с-синим хорошо смотрятся вместе. Как море, да? Гоуст поднял взгляд от завязываемого узла. — Точно, Джонни. Не закрывай свои красивые синие глаза. Веки снова начали наливаться свинцом. — Стараюсь, — пробормотал он. — К-какие повреждения? — Пуля прошла навылет, не задев ничего жизненно важного. Ты потерял много крови, но будешь в полном порядке. Это здорово. Если только их не перестреляют люди, которые определенно уже движутся в их сторону, пока они тут треплются. — Сам справишься? — спросил Прайс, и Гоуст кивнул, подхватывая Соупа за плечи, чтобы удержать в сидячем положении, когда вес капитана исчез у того за спиной. Соуп проводил взглядом Прайса, скрывшегося за дверью. Тревога заворочалась в животе. Ему нужно было видеть свою команду. Он покачнулся в хватке Гоуста, и рослый мужчина уселся рядом с его ногами, притягивая Соупа, чтобы тот оперся на него. — Он просто заберет Газа. Они сейчас вернутся, — успокоил его лейтенант, будто услышав встревоженные мысли Соупа. — Я устал. — Ты пока не можешь спать, нам надо двигаться. — Я з-знаю, — тяжело вздохнул Cоуп, склоняя голову на обтянутую тканью маски шею напарника. Было приятно. Даже приятнее, чем диван. Пахло Гоустом. — ...пока тихо, но лес молчит, — стал слышен голос Газа, пока он докладывал капитану. — Он сможет идти? — Сможет. — Прайс с Газом вошли в дом. Несмотря на желание остаться в той же позе, Соуп слегка повернул голову, чтобы видеть вошедших. Газ опустился перед ним на колени. — Эй, приятель. Как ты? — М-м, все персики, — хрипло улыбнулся он. Голова кружилась. — Я синий, — хихикнул Cоуп, прежде чем добавить напевно, — _да ба ди да ба да-а._ Газ недоуменно наморщил лоб. — Он про «Клюэдо», — пояснил Прайс, бросая на Соупа быстрый встревоженный взгляд. Брови Газа разгладились, лицо озарилось пониманием. Он положил руку на запястье Соупа. До того не сразу дошло, что он проверяет пульс. Вот же наседка. — Все при себе? — сухо спросил Прайс, обходя комнату в поисках воды и припасов. После утвердительных ответов он махнул на дверь. — Тогда выдвигаемся. У меня новые указания от Ласвелл. — Я понесу Соупа, — вызвался Гоуст. Соуп вскинул голову, но не успел возразить и заявить, что сам может идти — черные мушки вернулись с удвоенной силой. — Щас вырублюсь, — только и успел предупредить он. Вокруг загомонили, чья-то ладонь легла на щеку. Пара красивых карих, цвета виски, глаз заглянула в его, выделяясь на фоне маски с черепом. Темнота сожрала мир, напоследок оставив эти глаза. Теперь они будут разочарованы в нем. Вырубиться было единственным, чего он не должен был делать.

***

Прыг. Прыг. Приглушенные голоса. Безопасно. Прыг. Поверхность, на которой лежал Соуп, мерно покачивалась вверх-вниз. Прыгала под ним мягко. Теплая, но слегка неудобная. Что-то впивалось в кожу. Бронежилет. Логично, что с него не сняли, раз опасность еще не миновала. Бок горел, пульсируя болью от каждого толчка. — ...нужна медицинская помощь? — говорил кто-то. — Раз не смертельно, может подождать. Придется приглядывать за ним и попоить, как очнется, но я согласен с оценкой Ласвелл, — ответил более зрелый голос. А следующая реплика раздалась прямо над ухом Соупа, мгновенно его успокаивая: — Она уже ближе к обнаружению крысы? — Сузила круг до группы новобранцев, что прибыли пару недель назад. — Уже? Черт, держу пари, она бы нас уделала в «Клюэдо», — снова встрял первый голос. — Я никогда не выигрывал у нее ни в одну игру, — с улыбкой в голосе сказал старший. — У нее маловат выбор персонажей. Кто ей остался? — Профессор Плам и миссис Уайт, — ответил голос рядом с ухом Соупа. Гоуст. — Зная ее, ей будет плевать, главное — победить, — сказал Прайс. — Что ж, капитан, раз наш план с вами провалился... — в тоне Газа звучало озорство. — Мы не будем жульничать, чтобы выиграть у Ласвелл. — От веселья вы отказываетесь, — просипел наконец Соуп, с усилием разлепляя веки. Они шли через поле цветов. Солнце приятно пригревало спину, сияя с полуденного неба, шаг был неспешным. Спешка явно сошла на нет, значит, они успели прилично оторваться от преследователей. Его тащил на спине Гоуст. Саймон, мать его, Райли тащил его на закорках, пока они оба были при полной боевой выкладке. Ну и силища у засранца. Шаги стихли совсем, три голоса произнесли его имя в унисон. Прайс подошел сбоку, кладя руку Соупу на шею сзади. — С возвращением. — Прошу прощения, что вырубился, — пробормотал он. Прайс понимающе хмыкнул. — Все нормально. Это мало что изменило бы, Гоуст все равно тебя понес. В основном ты был нужен в сознании на случай конфронтации, но мы ушли до того, как это случилось. — А. Это хорошо. Его проколы не навредили никому из них. Никто не злился. Напряжение, которого он не замечал, схлынуло с тела. — Можешь опустить его тут, Саймон. Передохнем немного. Гоуст с Прайсом аккуратно опустили его сидеть в мягкую траву. Газ подошел с пакетиком сока и парой сухпайков. — Тебе нужно попить и поесть, если сможешь, — пояснил второй сержант, вставляя трубочку в пакет и протягивая ему. — Не торопись. От мысли о еде желудок Соупа скрутило, к горлу подкатила тошнота. Он осторожно потягивал сок, но не решался притронуться к твердой пище. Никто не стал это комментировать. — Дай-ка глянуть, — буркнул Гоуст, усаживаясь рядом с ним. — М? — Я проверю твои бинты. В любом случае понадобятся швы, но если сейчас все выглядит нормально, с этим можно повременить, пока не доберемся до места. — Ловкие пальцы начали расстегивать на нем бронежилет. Соуп с облегчением выдохнул, когда вес исчез. — Каков план? — спросил он у Прайса, пока Гоуст его осматривал. — Мы с Ласвелл сошлись на том, что произошла утечка где-то изнутри. Цели были готовы к нашему приходу. Она разбирается с этим и держит нас в курсе. — Прайс подобрал бронежилет Соупа и упаковал его с остальным снаряжением. — Тем временем мы направляемся в ближайший город, находим мотель и затаиваемся. Это недалеко, к вечеру будем на месте. — Пока продержится, — встрял Гоуст, оттягивая футболку Соупа обратно вниз. — Только не начинай носиться кругами, а то снова будешь истекать кровью, как из крана. — Ой блин, а я планировал марафон пробежать. — Пей свой сок, — строго велел лейтенант, поднимаясь помочь Прайсу упаковать и их жилеты тоже. Cоуп послушно присосался к трубочке. Чем больше он пил, тем меньше его мутило. Но к еде он по-прежнему не смел притронуться. Без бронежилетов и наушников их небольшая группа почти сошла бы за гражданских. Если бы не маска Гоуста и живописное зрелище, которое являл собой Соуп: кровь пропитала одежду, сделав ее жесткой и неудобной. — Раздобудем тебе новую одежду, как доберемся. А до тех пор не отсвечивай, — сказал Прайс, тоже рассматривая алое пятно. — Господи, парень, сколько же крови... Чуть тебя не потеряли. Соуп сглотнул, остро ощущая на себе пристальное внимание троих друзей. Осознание того, как близко он был к последней черте, наконец обрушилось и на него самого. — Сам не пойму, как не заметил, — пробормотал он, кладя ладонь на бок. Она дрожала. — Адреналин, — напряженно сказал Гоуст. — Ты не первый солдат, кто так далеко убежал с опасной для жизни раной. Газ озадаченно воззрился на Гоуста: — Ты знаешь кого-то еще, кто такое проворачивал, лейтенант? — Да. — Дополнительных пояснений не последовало. Никто не стал настаивать. — Как ты, Джонни? — Гоуст снова опустился рядом с ним на колено, кладя руку Соупу на ирокез, а затем приподнимая ему голову за подбородок, чтобы лучше рассмотреть. — Выглядишь паршиво. — И чувствую себя так же. Приятно знать, что ты внезапно не стал милым, когда я при смерти. — Может, я такой и есть. Просто ты драматизируешь по пустякам. — Несмотря на уверенность в голосе, в глазах Гоуста плескалась нехарактерная мягкость, пока он осматривал Соупа. Не то чтобы сержант жаловался. — Доложи обстановку. — Устал. Больно. И холодно. — Соуп криво улыбнулся. — Раз уж тебе любопытно. В ответ раздалось негромкое ворчание, в котором, если Соуп правильно понял интонации, звучало беспокойство. Он становился все лучше в этом. Остальные трое вполголоса переговаривались между собой, пока Cоуп концентрировался на пальцах в своих волосах. Глаза снова начали слипаться. — Руки вверх, солдат, — скомандовал Гоуст. Cоуп машинально повиновался, удивленно моргнув, когда сверху на него натянули что-то большое, мягкое и теплое. Пахло знакомо. Напротив него Гоуст остался в одной черной футболке, открывающей руки. Соуп пробежался взглядом по татуировке, змеящейся по плечу лейтенанта, прежде чем до него наконец дошел смысл увиденного. Он посмотрел вниз, на мешковато обтекающую его торс темную толстовку Гоуста. Что-то затрепетало в груди. — Спасибо, лейтенант. — Не за что. — Гоуст еще раз потрепал его по голове. — Помоги-ка мне с ним, Гэррик. Газ помог Соупу снова забраться Гоусту на спину, на этот раз в бесконечно более удобной позе, после того как они скинули снарягу. Он не удержался и блаженно уткнулся носом сбоку в обтянутую тканью шею. — Удобненько устроился, Мыльный? — поддел его Газ с намеком в голосе, который Соуп предпочел игнорировать. — М-м. Вокруг раздались смешки, а ладони уверенно придерживали его за бедра. — Погнали, — скомандовал Прайс впереди. Мерное покачивание, когда они снова двинулись в путь, сморило Cоупа окончательно. — Отдыхай, Джонни. Он так и сделал.

***

— Соуп. Давай, просыпайся. Соуп издал недовольный звук, но медленно пришел в себя. Он по-прежнему висел на спине своего рослого друга в маске, но Прайс с Газом нигде не наблюдались. Зато наблюдалась парковка и небольшая горстка домов. — Чт' п'исходит? — Прайс с Газом пошли снимать комнату в мотеле. Сейчас вернутся. — Зачем мне быть в сознании ради этого? — Мне скучно, — будничным тоном пояснил Гоуст. Соуп легонько боднул его в затылок. — Засранец. — В точку. Доложи обстановку. По телу Соупа пробежала легкая дрожь, несмотря на классную толстовку. Руки Гоуста были голыми, но он совершенно не выглядел замерзшим. — Все еще холодно. — Он спрятал лицо в основании шеи Гоуста, впитывая исходящее от него тепло. — Хм, ага. Ты дрожишь последние минут десять. Тебе нужно будет еще попить, как окажемся внутри. У Соупа губы дрогнули в улыбке от внезапной догадки. — Так ты меня вообще-то разбудил, потому что волновался, а, лейтенант? Он ожидал едкой отповеди, может, беззлобной подколки. Вместо этого Гоуст помолчал немного, чуть поудобнее перехватывая Соупа. — Видимо, так оно и есть. Пальцы сержанта сжались на ткани футболки лейтенанта. — Похоже, тебе не совсем плевать, жив я или мертв, — наконец прошептал он. — Не совсем. Сегодня ты почти проверил это утверждение на прочность. — Прости. — Он ведь не специально оставлял за собой этот драгоценный кровавый след. До сих пор поражался, как не грохнулся в обморок раньше. — Мы же договорились держать свою кровь при себе. — Кто это был? — О чем ты? — Тот солдат, которого ты знал? Который так же далеко убежал с опасной для жизни раной? Гоуст снова помолчал. Неподалеку над полем разливалась вечерняя песнь черного дрозда. — Тебе не обязательно... — Это был я. — Гоуст поерзал, крепче стискивая ладони на бедрах Соупа. — Я должен был истечь кровью, но из-за адреналина совсем с катушек слетел. Я только... вылез из собственной могилы, и все казалось немного нереальным. Соуп почувствовал себя более бодрым, чем когда-либо с момента обнаружения дыры в боку. Он ласково погладил Гоуста по ключице большим пальцем. — Как ты...? — Как ты выжил? Он сглотнул, не в силах произнести эти слова вслух. Похоже, Гоуст услышал их и так. — Чья-то семейная собака нашла меня там, где я свалился. Она привела хозяев с их ранчо, и они доставили меня в больницу. Понятия не имею, кто они. Я так и не поблагодарил их, просто... свалил, как только снова смог двигаться. — ...Спасибо, что рассказал. — Это длинная история, Джонни. Я поведал лишь малую часть. — И все равно. Может, когда-нибудь ты расскажешь остальное, а? — Может быть, — тихо хмыкнул Гоуст. — Суть в том, что я даже не подозревал, насколько все плохо, пока не очнулся на больничной койке. Не стоит париться из-за того, что не заметил. — Значит, такое случается даже с лучшими из нас? Гоуст фыркнул коротким смешком. Ощущалось как победа. Вскоре вернулись Прайс с Газом, помахивая единственным ключом. Газ расплылся в широкой ухмылке, увидев, что Соуп не спит. — Комната готова, — подмигнул он с озорным блеском в глазах, который Соуп знал слишком хорошо. — О нет. Что не так? — Все так, сержант, — поспешил заверить Прайс. — Пошли. Они последовали за капитаном, как обычно. Вскоре они дошли до нужной двери — временного пристанища, которое, хотелось верить, укроет их, пока гроза не уляжется. Номер оказался скромным. Немного... деревенским и потертым. Лампочка в углу не зажглась, когда Прайс щелкнул выключателем у двери. Зато были телевизор, несколько книг и дверь в небольшую ванную. Неплохо. И... — Ох. Тесновато будет, — присвистнул Соуп, мгновенно просекая причину выражения Газа. Тот знал все про огромную и жирную влюбленность Соупа в их лейтенанта. А при наличии в номере всего двух двуспальных кроватей было очевидно, что придется делиться. — Со-оуп, — начал тянуть Газ, но Гоуст тут же его прервал: — С этим потом разберемся. Сейчас кое-кому нужно наложить швы. И этому идиоту нужно попить. Соуп громко сглотнул при упоминании швов. Веселье от перспективы устройства на ночь испарилось так же быстро, как и появилось. Он принял бутылку воды, которую Прайс протянул ему после того, как его усадили на холодный металлический стул в душевой кабине. Такое расположение идеально подходило для смывания крови, но от этого ему было ничуть не теплее, когда Гоуст стащил с него толстовку и футболку. Дрожь усилилась. — Давай пей, парень, — мягко подбодрил Прайс. Соуп скривился от привкуса затхлой воды, но послушно отхлебнул. Желудок снова скрутило, он стиснул губы. — Он ненавидит водопроводную воду, когда болеет, — прокомментировал Газ от двери. В маленькой ванной не хватало места на всех. — Все нормально, — возразил Соуп, демонстративно сделав большой глоток. Чуть не выплюнул тут же, но умудрился протолкнуть внутрь. Во рту скопилась слюна, он мысленно приказал завтраку оставаться на месте. — Газ, сходи возьми ему чего-нибудь из автомата. — Ничего шипучего или с кофеином, — добавил Гоуст. — Ага-ага, я в курсе, — кивнул Газ и умчался. Прайс забрал бутылку из трясущихся пальцев Соупа. — Не перенапрягайся. Гоуст после обработки раны приступил к шитью, а Прайс держал Соупа, чтобы тот не дергался. Ему это напомнило похожую сцену на диване в убежище. Там было мягче и теплее. Но здесь все происходило намного менее торопливо, и Соупа не терзало прежнее чувство вины, так что ему больше нравился этот вариант. Даже несмотря на то, что больно было пиздец как. — Молодец, Джонни, — пробормотал Гоуст, не отрывая глаз от иглы, прокалывающей кожу. — Почти готово. Потом мы уложим тебя в теплую постель. Соуп поморщился, откидывая голову назад Прайсу на грудь. — Я спиздил эту толстовку, так и знай. Гоуст улыбался. Даже скрытая маской, улыбка слышалась в его голосе: — Ты, скорее всего, уже залил ее кровью. — Мое, значит. Забрал себе. Когда Гоуст закончил, Соуп совсем обессилел, в голове плыло. Кто-то помог ему снова натянуть теплую толстовку, а Газ вручил ему цветастый напиток. Соуп даже не заметил, как тот вернулся. На этот раз ему удалось сделать несколько глотков, прежде чем пришлось остановиться. Газ похлопал его по плечу. Его усадили на край одной из кроватей. Гоуст помог стянуть ботинки, прежде чем приняться выпутывать его из пропитанных кровью джинсов. Соуп оценил домашний характер этого действа, даже если картину немного портила его окровавленная одежда. От холодного воздуха на голых ногах по коже побежали мурашки, но Соуп все равно издал тихий вздох облегчения. Липнущая к телу жесткая ткань реально действовала на нервы. Его уложили под одеяло, и тепло постепенно начало возвращаться в тело. — Я подежурю сегодня ночью — буду на связи с Ласвелл, заодно присмотрю за ним. Расположение на ночлег на ваше усмотрение, парни, — послышался голос Прайса. Соуп не мог особо сконцентрироваться на словах. Его знобило, и ему отчаянно нужно было что-нибудь теплое. Бок ныл. Он зарылся носом в ткань толстовки и вдохнул. Она уже почти полностью потеряла запах Гоуста. Разговор рядом прервался от его жалобного всхлипа. Соуп не выпускал толстовку: он настолько измотался и так страдал, что уже не нашел сил даже смущаться. — Джонни? Чего тебе? — глубокий хрипловатый голос Гоуста был таким желанным. Соуп протянул руку и сделал хватательный жест. Будь он хоть на десять процентов более вменяем, умер бы от стыда за такое ребячество. — Тебя... тепло... пожалуйста. Повисла короткая пауза. Затем со стороны стола раздался приглушенный смешок. — Полагаю, с этим вопрос решен. — Я почти оскорблен. Он даже не рассмотрел меня в качестве варианта, — драматично прошептал Газ. Тяжелый вздох прямо рядом с Соупом был почти ласковым. — Ладно. Когда большое теплое тело забралось под одеяло рядом, Соуп немедленно прильнул к нему, вцепляясь мертвой хваткой. Он блаженно втянул носом запах. — Ты приятно пахнешь, — признался он тихо, только для ушей одного человека. Гоуст недоверчиво фыркнул: — Я пахну потом и кровью. — М-м. Соуп почти заснул, но не пропустил, как большая ладонь опустилась на его поясницу. Это было здорово. От боли в боку почти не осталось следа по сравнению с легким трепетом в груди. Ему снова было тепло.

***

В итоге они провели в мотеле еще только две ночи. На третий день пришло сообщение от Ласвелл, что виновник найден, и они могут возвращаться домой. Соуп определенно не был разочарован тем, что все разрешилось так быстро. Ни в коем случае. Он же профессионал и ни капельки не предвкушал, как еще несколько ночей будет делить постель с Гоустом. Возвращение домой значило безопасность. Это означало обезболивающие, профессиональных медиков и нормальное выздоровление. Это означало собственную кровать, личный дневник и привычный распорядок. Это означало конец почти семейной атмосфере, воцарившейся в захолустном мотеле. Конец небрежным прикосновениям между ним и Гоустом. Конец тому, как Прайс закрывал на это глаза. Конец открытым подколкам Газа. Не останется времени сыграть ту партию в «Клюэдо», которую Газ нашел и заставил Прайса оплатить в местном книжном. — Ты дуешься. Гоуст сел рядом на край кровати. Их кровати. Матрас прогнулся под его весом, и Соуп позволил этому движению соединить их плечи. — Меня подстрелили. Имею право малость побухтеть. Гоуст хрюкнул. — Ну да. То огнестрельное ранение, на которое тебе с самого начала было насрать, внезапно взяло и огорчило тебя. Поэтому ты ходишь с таким видом, будто у тебя конфетку отобрали? — Ага, — быстро кивнул Соуп. — Сочувствую, — подыграл ему Гоуст. — Мои швы настолько ужасны? — Просто кошмар. Буду как Франкенштейн после этого... — Монстр Франкенштейна. Соуп застонал. — Только не говори, что ты из этих. — Только когда тебя это бесит. — Карие глаза смеялись. — Эй, ты знал, что Франкенштейн был очень сильным? — Пожалуйста, не... — Он занимался бодибилдингом. Соуп покачал головой, закусив губу в попытке сдержать улыбку. Навалился сильнее на товарища. Гоуст подтолкнул его в ответ. — Чего на самом деле не так? Соуп перевел взгляд на новые спортивные штаны. Я хотел, чтобы мы подольше оставались такими. Чтобы ты меня обнимал. Я хотел застрять в этом пузыре. Хочу, чтобы у нас всегда все было вот так. Я хочу тебя. — Просто хотел сыграть в «Клюэдо», наверное. Мозолистая ладонь, лишенная привычных перчаток, опустилась прямо над коленом Соупа. Мягко сжала. — Я тоже. Прайс просунул голову в дверь, глядя без тени удивления на представшую перед ним картину. — Пора идти. А ну, подъем! И он снова исчез. Снаружи слышно было, как они с Газом громко переговариваются. Готовы выдвигаться. Гоуст, вечно здравомыслящий Гоуст, поднялся первым. Протянул руку. — Ты слышал капитана. Пора идти, миссис Пикок. Соуп ухмыльнулся, хватаясь за протянутую руку и позволяя лейтенанту поддержать себя, когда встал. — После вас, преподобный Грин.

***

Как и ожидалось, швы Гоуста были идеальными, и, не считая приветственного пакета мощных обезболивающих, Соуп покинул медблок примерно в том же состоянии, в каком и явился. Ему просто требовался отдых. Звучало прекрасно в теории. На практике же все было ужасно. Кровать казалась одновременно и маленькой, и непомерно огромной. Пустой. Соуп лег спать в толстовке, пахнущей как-то не так, и пялился в потолок. Глаза саднило, будто в них насыпали песка, веки отказывались смыкаться. Комната Гоуста была буквально в нескольких шагах по коридору. Он мог бы... Нет. На миссиях действовало негласное правило: «Что случилось в поле, остается в поле». Так между ними все и было. Они ведь на самом деле ничего такого не сделали, просто... обнимались. Тактически. Это даже был не первый раз, когда Соуп прижимался во сне к сослуживцу из 141-го отряда: частенько выручало для тепла или экономии места. Но на этот раз что-то ощущалось иначе. Возможно, дело было в мягкой постели. Может, в загрубевших от мозолей пальцах, покоившихся на его позвоночнике, поднимающихся и опадающих в такт дыханию. Он не спал в первую ночь после возвращения. И во вторую тоже. — Ты выглядишь как пережеванный и выплюнутый сэндвич, приятель, — сообщил ему Газ следующим утром в столовой. Рядом с ним Прайс скорчил гримасу при виде сэндвича у себя в руках. — Твои оскорбления всегда креативны и красочны, Газ. — Соуп одарил его сладкой улыбкой, а затем показал средний палец. — А он прав, — Прайс разглядывал Соупа цепким взглядом. — Ты вроде как должен восстанавливаться, а выглядишь хуже, чем когда мы вернулись. Соуп весь сжался под пристальным вниманием. Ковырнул вилкой еду в тарелке. — Я в порядке. Просто... Я много крови потерял. Телу нужно время восстановиться и все такое. Звучало неубедительно даже для собственных ушей. Он не поднимал глаз, чтобы не видеть лица друзей. — Ты не поправишься, если не будешь есть, — встрял новый голос. Гоуст опустился рядом со своим подносом. Он сдвинул маску с лица, прежде чем глотнуть чаю из кружки. Соуп перевел взгляд на комковатую яичницу на тарелке. После нескольких кусочков он дошел до точки, когда еда буквально стала слишком сильно походить на яйца. — Надо было взять что-нибудь другое. Я уже съел свой маффин. — Поэтому у них и правило: один маффин на человека. Это единственное, что тут съедобно, — сказал Газ. — Истину глаголешь. Соуп рискнул как следует рассмотреть Гоуста в профиль. Острый нос, посеребренные шрамы, едва заметные веснушки. Он подавил внезапное желание ткнуться носом в этот сильный подбородок. — Ты в норме, Соуп? Его застукали. Он откашлялся, изо всех сил изображая сияющую улыбку. — Просто устал. — Затем, почувствовав себя немного храбрецом (или это недосып сказывается), спросил: — А ты как, спал нормально, лейтенант? Карие глаза изучающе скользнули по нему. Соуп задумался, что они разглядели. — Как младенец, — бесцветно, нечитаемо ответил Гоуст. А. Ну, это логично, с чего бы ему... Они же профессионалы, мать их. Господи Иисусе, ему надо взять себя в руки. — А ты? — поинтересовался Гоуст. — Лучше всех. Соуп вдруг очень явственно ощутил две пары глаз напротив, следящих за их диалогом, словно за каким-то напряженным теннисным матчем. Он встал, хватая поднос. Бок прострелило болью, но он ее проигнорировал. — Ладно, я и так слишком долго откладывал ту бумажную работу, а, кэп? — бодро сказал он. — Лучше приступить. — Я же сказал, что это может подождать, пока ты... — Чего тянуть, приступлю прямо сейчас. Прайс вскинул брови, явно не убежденный, но промолчал. — Чудесного дня, парни! — Соуп откланялся и повернулся уходить. Очередной прострел прошил бок, и он споткнулся. Тут же на локте сомкнулась чья-то ладонь. — Пожалуй, лучше я заберу поднос? — пробормотал Гоуст, перехватывая поднос из рук Соупа прежде, чем тот успел возмутиться. Затем в его ладонь лег какой-то новый предмет. — Не напрягайся особо. Увидимся позже, сержант. — Ага, увидимся... сэр. — Соупу удалось выдавить слабую, но искреннюю улыбку, и он направился в сторону своей комнаты. Выйдя из столовой, он посмотрел на вещицу, которую Гоуст всучил ему в руку. Улыбка стала шире при виде маффина.

***

Третья ночь. Это становилось смешным. Даже несмотря на то, что тело ощущалось собственно тем пережеванным сэндвичем, который упоминал Газ, а глаза жгло и сушило, будто он не мигал целую вечность, уснуть не получалось. Его знобило. Он знал, что это уже не могло быть последствием кровопотери. Соуп вяло покосился на будильник. Два часа ночи. Зашибись. Он осторожно сполз с кровати и вздернул на бедра спортивки, доставшиеся в мотеле. Прошлепал по коридору в носках в сторону кухни и комнаты отдыха. Глаза резануло светом, когда он вошел внутрь. Там уже кто-то был. И не абы кто. — Гоуст? Гоуст, похоже, ничуть не удивился, увидев его, неторопливо отпивая чай, лишь потом подняв взгляд. В глазах промелькнуло что-то теплое, когда он окинул взором взъерошенного сержанта. — Соуп. Классная толстовка. — А. — Соуп глянул на себя. Он настолько привык ложиться в ней, что забыл, что она на нем. — Спасибо. Хрен знает, где взял, но явно честным путем. — Спер, если мне память не изменяет, — произнес Гоуст с легким подрагиванием уголков губ, видневшихся из-за приподнятой балаклавы. — Садись давай, а то грохнешься сейчас. Он ощущал себя именно так, но не собирался это озвучивать. Вместо этого он просто прошел к маленькому круглому столу, присоединяясь к лейтенанту. Почувствовал себя немного преданным, когда Гоуст тут же встал. — Уходишь, когда появилась компания? — разочарованно спросил он. — Сделаю тебе чего-нибудь выпить, звезда вечеринок. — На исполосованных шрамами губах играла усмешка, по-прежнему выглядывающая из-под маски. — Расслабься. Значит, разочарование скрыть все-таки не удалось. Он залился краской и спрятал голову в сложенных на столе руках. — Только не чай, умоляю. — Никогда бы не стал переводить его на тебя. А потом, к их обоюдному удивлению, появился кто-то еще. Газ моргнул, глядя на них, потом просиял. — А мне-то никто не сказал, что тут вечеринка! — расплылся он в ухмылке и вальяжно подошел, облокотившись Соупу на плечи. — Не позвали меня. — Знал, что ты и сам припрешься, Гэррик. — Никаких вечеринок. Завтра на службу, — строго сказал Гоуст. Он помешивал что-то на плите. Соуп встрепенулся, заметив это. — Чего ты там мастеришь, лейтенант? — Горячий шоколад. Тебе пока нельзя ни кофеин, ни алкоголь, так что придется давиться нездоровым количеством сахара. Может, после отходняка наконец сможешь заснуть. — Я прекрасно сплю, — проворчал Соуп. — Как же, как же, — фыркнул Газ, взъерошив его ирокез. Соуп отмахнулся от руки, и тот отступил, усаживаясь на один из свободных стульев рядом с ним. — Выглядишь реально хреново. — Не так красочно, как обычно. — Иногда в простоте сокрыта истина. — Ну и мудрость. Гоуст поставил перед ним дымящуюся кружку, и Соуп не смог сдержать довольного выдоха от сладкого аромата. — Спасибо, — пробурчал он. Газ просиял, когда Гоуст и перед ним водрузил кружку. — Ты чудесный хозяин, Гоуст. — В рифму, значит правда, — согласился Соуп, потирая глаза. — Чувак, да он сейчас отрубится, — шепнул Газ Гоусту. Соуп дотянулся и заехал ему по руке. — Ай! — Видишь? Я вполне в форме, могу и двинуть как следует. Все окей я. — Это был удар исподтишка, я не был готов... — Всегда нужно быть готовым, Кайл, первое правило, — прокомментировал кто-то от двери. Прайс стоял, прислонившись к косяку, и наблюдал за их посиделками с нежной улыбкой. — И вы туда же, кэп? — спросил Соуп. — Похоже, сегодня такая ночь у всех нас. — Капитан занял последний стул за столом. — Спасибо, Саймон, — поблагодарил он, когда перед ним тоже возникла кружка. — Это как... откуда ты знал, что Прайс присоединится? — недоверчиво спросил Газ у лейтенанта. Тот пожал плечами. — Интуиция. — Это его призрачное чутье, — громким шепотом пояснил Соуп своему собрату-сержанту, и тот серьезно закивал. Гоуст подмигнул ему через стол. У Соупа сердце зачастило, и он спрятал порозовевшее лицо, отпив из кружки. Вот же засранец. Нельзя же вот так просто брать и подмигивать, вгоняя Соупа в сердечный приступ. Нечестно, блин. Над их компанией повисла уютная тишина, пока все пили. Соуп почувствовал себя чуть более проснувшимся от сахара и вдруг в полной мере осознал абсурдность происходящего: распивать горячий шоколад с боевым отрядом в два часа ночи. Кто бы мог такое предвидеть? Газ внезапно вскочил со стула. — Никуда не уходите! — потребовал он и умчался прочь, не дожидаясь вопросов. — Вот это будет нечто, — покачал головой Прайс, но в уголках рта пряталась улыбка. Он перевел взгляд на сонного оставшегося сержанта. — Стильная толстовка. — Ага, типа в первый раз ее вижу. — Но, может, ты поаккуратнее с ней при свете дня. Если не хочешь, чтобы по базе поползли слухи. Соуп осмотрел себя. — В смысле, почему? — На спине моя фамилия, — ответил Гоуст. В его глазах застыло какое-то непонятное выражение. — А, точно. — Соуп это заметил, но успел снова забыть. В конце концов, он ее типа конфисковал. Шаги по коридору возвестили о возвращении Газа. Все обернулись, чтобы увидеть, как он вбегает в дверь с гордой ухмылкой. В руках Газ держал игру «Клюэдо», купленную в мотеле. — Завтра рабочий день. И Соупу явно нужно проспать несколько суток, — возразил Прайс, качая головой. На его лице читалось неподдельное сожаление от необходимости зарубить идею на корню. — Мы не можем резаться в настолки посреди ночи. Это вам не пижамная вечеринка. — Вроде как она и есть, — пробормотал Соуп себе под нос. — Да ладно тебе, Прайс, — канючил Газ, состроив умилительные щенячьи глазки. Соупу еще не доводилось видеть, чтобы Прайс против них устоял. — Все равно ведь никто из нас не уснет в ближайший час, серьезно? Так почему бы не повеселиться. — К тому же сахар все равно вырубит нас не раньше, чем через час, — добавил Гоуст. Если они сыграют, он точно выиграет, ведь он знал об игре больше всех остальных. Может, поэтому он решил принять сторону Газа. Прайс колебался. Он вопросительно взглянул на Соупа. — Я хочу сыграть. — Соуп изобразил свое лучшие выражение «побитый щеночек». Он знал, что реальное ранение значительно усиливало эффект. Прайс вздохнул. — Ладно. Одна партия. Соуп почувствовал, как лицо чуть не треснуло от широченной ухмылки. Это было почти как в том стремном мотеле. На миг он мог притвориться, что потом ему не придется возвращаться в одинокую постель. — Знал, что мы уломаем вас, полковник Мастард, — поддразнил он. Прайс закатил глаза, легонько пнув Соупа под столом по голени. Гоуст размазал их всех в пух и прах, что не стало ни для кого сюрпризом. Было весело. У Соупа не было ни шанса, его измотанный недосыпом мозг путал орудия убийства, но он наслаждался, наблюдая, как увлеклись игрой его друзья. По чистой случайности убийцей оказался Мастард. Не пришлось жульничать, чтобы повесить все на него. С туманным намеком на реальное убийство Прайс погнал подчиненных из кухни. — Хочу, чтобы завтра все были бодрыми и свежими, иначе больше никогда не сыграем. — Ты такой суровый, кэп, — пожаловался Газ, но улыбка во весь рот перечеркивала его слова. Он небрежно отсалютовал. — Сладких снов. — Споки, — пробормотал Соуп. Он жутко не хотел возвращаться к себе, но глаза отказывались фокусироваться. Он заставил непослушные ноги двигаться, отворачиваясь от остальных. Но тут на его талии сомкнулась сильная рука, придерживая. — Не особо верю, что ты дойдешь до комнаты, не грохнувшись, сержант, — прозвучало над самым ухом. Соуп поднял взгляд, встречаясь с теплыми виски-карими глазами. — Ну просто рыцарь. — Бывает иногда. Соуп позволил Гоусту вести, фактически засыпая на ходу. Вырубись он прямо так, это было бы почти исполнением мечты. По крайней мере, ему не пришлось бы ворочаться без сна в пустой кровати, окажись он туда помещен в бессознательном состоянии. Но Гоуст, зараза, растолкал его, когда они дошли до двери. — Бля-я, — простонал Соуп. — Джонни, давай, просыпайся. Он медленно разлепил веки, слегка хмуро воззрившись на маску перед собой. — Что ты имеешь против того, чтобы я поспал? — Мне нужно твое... согласие. — Гоуст отвел глаза почти застенчиво. Соуп осмотрелся. Это была не его дверь. Это была дверь Гоуста. — А? — Не знаю, как у тебя, — вздохнул Гоуст, — но я с тех пор, как мы вернулись, хреново сплю, потому что... ну. Не заставляй меня объяснять. И я знаю, что ты тоже нормально не спишь, и подумал...? Фраза оборвалась, повиснув в воздухе. Оставленная Соупу — поступить с ней как вздумается. Возможность отвергнуть, или... — Пожалуйста. — Он уткнулся лбом в широкую грудь. — Да. Я нихрена не сплю. Скучал... Слова застряли в горле. — Знаю. — В голосе Гоуста послышалось облегчение. — Тогда пошли, Соня. Гоуст завел его внутрь, не дав толком осмотреться, прежде чем уронить на кровать. Соуп поднял на него взгляд и нахмурился. — Ты сказал... сказал, что спал как младенец, — обвиняюще протянул он. — Младенцы, знаешь ли, просыпаются посреди ночи с криками, разве нет? — произнес Гоуст, будто это была самая очевидная в мире вещь. — Я... – Соуп надулся. — Ты знаешь, что обычно не это имеют в виду, говоря так. Стянув балаклаву, Саймон взлохматил волосы. — Знаю, — тихо признался он. Джон уставился на открывшееся лицо, сердце заколотилось как бешеное. — Рот закрой, а то муха залетит, — улыбнулся Саймон. Палец мягко захлопнул его челюсть с характерным щелчком. — Сейчас выключу свет, надеюсь, ты уже насмотрелся. — Стой. — Соуп ухватил его за запястье. Саймон вопросительно выгнул бровь. Спустя недолгую паузу он наконец отпустил. — Окей, теперь всё. Лейтенант хрюкнул. — Балбес. Комнату окутала темнота. Большое теплое тело скользнуло под одеяло рядом, поправляя его на них обоих. Рука осторожно обвила Соупа, притягивая ближе, и Джон крепко обхватил Гоуста в ответ. — Нормально? — выдохнул Саймон. — У тебя кровать больше моей. — Привилегия лейтенанта. — Нос уткнулся Соупу в макушку. — Или, может, я просто любимчик Прайса. — Мы оба знаем, что это Газ. — Ага. В их теплом коконе Соуп почувствовал, как напряжение наконец отпустило его снова. Дыхание замедлилось и углубилось. — Саймон? — М-м? — Почему ты так хорошо шаришь в «Клюэдо», а? — Серьезно? Это ты хочешь у меня спросить прямо сейчас? — Ну извини, что я такой любопытный, блин. — Да уж, весь ты. Повисла долгая пауза. Соуп почти задремал, решив, что вопрос так и останется без ответа. — Я часто играл с семьей. Стало вроде дурацкой традицией, пока они не... — Гоуст сделал короткую передышку. — В общем. Я всегда был преподобным Грином. Мой, эм-м... мой племянник даже сыграл с нами разок, хотя он был маловат, чтобы все понимать. У Джона сжалось сердце. Он не знал, что случилось с семьей Саймона, но точно знал — ничего хорошего, если судить по черепу на маске. Лейтенант никогда не брал отпуск, не покидал базу, чтобы повидаться с кем-то. — Он был профессором Плам. Только очки начал носить, потому и настоял. Моя мама, она была миссис Уайт, а Бет — мисс Скарлетт. А мой брат, Томми, был полковником Мастардом. Это была вроде как шутка. Он говорил, что наконец-то обошел меня по званию. — Дыхание Гоуста при его сдавленном смешке взъерошило Соупу волосы. — Мама обычно говорила, что миссис Пикок, хм-м... что когда я приведу девушку домой, она сможет ею стать. — Оу. — Джон повел пальцами по сильным плечам. Собрался с духом. — Как думаешь... они бы позволили мне быть миссис Пикок? — Да. — Губы нежно коснулись макушки. — Думаю, они бы с радостью взяли тебя поиграть с нами. Соуп вдохнул привычный запах, веки наконец стали слишком тяжелыми, чтобы держать их открытыми. — Сам бы с радостью. — Спи, Джонни. — Саймон? – М? Он улыбнулся, прижимаясь к телу напротив. — Похоже, до нас наконец дошло. Стон. — Дошло, понимаешь? Как в «Клюэдо»? — Спи.