Идеальный вечер

Идеальный. Одно слово, которым можно было описать Гон Ю. Идеальный сотрудник, идеальный вербовщик, идеальный муж, идеальный во всëм. Всегда одет как с иголочки, с идеально уложенными волосами и с идеальной натянутой улыбкой. Дьявол во плоти. Каждый его день похож на другой. Он просыпается, идëт в душ, делает утреннюю зарядку, завтракает и уходит на работу, возвращается домой, принимает вечерний душ и ложится спать в своей дорогой шёлковой пижаме, любезно подаренной ему его любимой женой. Корейский Патрик Бэйтман. Всем своим видом этот человек показывает отсутствие страхов, совести, чувств и прочих человеческих изъянов. Кто бы мог подумать, что у такого как он, могут быть слабости? Поправив свой пиджак после очередной партии в дакджи, вербовщик вышел из подземного перехода метро. Темнело. Из баров и пабов на улицу стали выходить пьяницы. Быть может, если бы не усталость, (да, удивительно, но он еë чувствовал) он бы предложил поиграть и им, но помимо утомления, шестое чувство мужчины кричало ему о чëм-то, но о чëм конкретно, он не понимал. Достав телефон из кармана брюк, Гон Ю быстро его разблокировал и отошёл в сторону от прохода. 22:45 гласило время на экране. "*вложение* смотри какое красивое." 18:55 « но самое красивое под ним ^^» 18:55 «тебе ещё долго? ты говорил что прийдёшь пораньше сегодня, помнишь?» 19:38 « :( » 20:40 «ты забыл?» 21:05 Блять. Буквально выбежав к дороге рекуртер остановил первую попавшуюся машину и в спешке поправив выбившиеся пряди прорычал адрес. Как только такси тронулось мужчина перевёл дыхание и ещё раз посмотрел в телефон. Почти без десяти одиннадцать, до дома он в лучшем случае доберётся примерно к половине двенадцатого, что мало что меняет, ведь факт остаётся фактом – он опоздал. Он мог быть самодовольным нарциссом, мог быть убийцей чьи руки десятки а то и сотни раз марались в крови, он мог быть подлецом невинно отправляющим людей на верную смерть, а потом как ни в чём не бывало спокойно засыпать, мечтая перед сном о следующем истязании новой несчастной души, но он никогда бы не позволил себе подводить свою жену, заставлять свою женщину ждать его больше положенного, обрекая несчастную даму на терзания и сомнения в её душе о его верности ей. - я заплачу вам вдвойне, если вы довезёте меня раньше половины следующего часа – проговорил он слегка дрожащим голосом, что в целом не заметил бы никто даже при желании, единственный кто с ужасом для самого себя обратил на это внииание, так это сам мужчина. – в тройне если раньше двадцати минут. Водитель лишь слега усмехнулся и прибавил газу. Вербовщик ненавидел когда что-то идёт не так как он хочет, терпеть не мог когда что-то не подчиняется его воле, его кровь закипала только при мысли что что-то выйдет из под его контроля. Зачастую, когда что-то подобное происходило, кто-нибудь да умирал, и видит Бог, этот алкаш ( а Гон был более чем уверен что он таковы является) не дойдёт до дома живым, если он приедет позже обозначенного времени. Время шло долго, брюнет то и дело поглядывал на наручные часы, но от этого быстрее оно не шло, и автомобилю скорости это мало придавало. Поворот, поворот, ещё поворот, светофор. И так ещё несколько раз. В какой-то момент машина остановилась у многоэтажного дома. Гон Ю встревожено посмотрел на время - 23:19. - С вас 1,080,000 вонн, господин (75600 рубелей) – таксист самодовольно ухмыльнулся разворачиваясь к пассажиру. В ответ на это рекуртёр достал из чемодана миллион и сто тысяч вонн и кинув их в старшего выскочил из машины, крикнув на последок «сдачи не надо». Мужчина чуть не вырвал подъездную дверь с петель, открыв парадную дверь резко и с настолько широким размахом, что ручка со стороны улицы ударилась об стену, что в целом произошло непроизвольно. Он быстрым шагом, но не теряя уверенности, зашёл в лифтовое крыло и зайдя в лифт опёрся об одну из его стен. Тяжело выдохнув, запрокинув голову наверх, слегка подрагивая, вербовщик повернул свою голову в сторону зеркала. Вид у него был не самый лучший: всклоченные волосы, распахнутый пиджак, дрожащие руки и безумный, почти отчаянный блеск в его глазах. Резко выпрямившись, он наклонился ближе к зеркалу, словно закрывая камере обзор на уязвимого себя, он протёр лёгкий пот со лба, поправил пиджак, натянув на себя обратно маску лицемерного приличия вышел в тамбур, нащупал обратно ключи. Постояв пару секунд перед дверью пару минут Гон Ю обдумывал свои дальнейшие действия. Что он ей скажет? Что будем делать когда увидит её заплаканное лицо? Получиться ли сегодня уйти о скандале о его странной работе? О его непонятном, запутанном графике? Удастся ли сегодня просто отделаться сексом, как раньше? Выдохнув (уже который раз за этот вечер, в самые короткие промежутки которые только могли быть в его жизни) вербовщик открыл дверь своим ключом и прислушался. Дома было тихо, только тихое журчание воды и звук посуды на кухне. Гон тихо снял свою дорогую обувь и оставив её в коридоре прошёл на звук. Всё как он и предполагал: у раковины, стоит *** и моет посуду вероятно в том самом платье, фотографию которого, она, вероятно, отправила ему вечером. На кухне стоял запах запечённой курицы и воска. Оглянувшись на стол он увидел остывший ужин, бутылку дорогого красного вина, сервированый на 2 персоны стол и 3 полностью сгоревшие белые свечки. Укол вины тут же пронзил сердце и быстро подойдя к своей жене, вербовщик как можно нежнее обнял её со спины, уткнувшись головой ей в макушку. Девушка замерла на долю секунды, её руки перестали шоркать посуду, а губка упала в мыльную пену. Спустя мгновенье она вывернулась из его рук, и сполоснув руки вытерла их об его пиджак. - Ужин на столе, надеюсь ты додумаешься его погреть. – её некогда нежный взгляд сменился на холодный (такой же как ужин), полный разочарования и не высказанного недовольства. Ненадолго задержавшись взглядом на его полном шока и сожаления лице *** гордо развернулась в сторону их общей спальни. - ***, подожди! – он попытался схватить её за руку, но она сновав ускользнула от него. – дорогая, дай мне всё объяснить! -я уже всё поняла. Я не хочу слышать твои очередные оправдания, Гон Ю – она быстро поднялась на второй, и забежала в их спальню, но дверь не закрыла. Не теряя времени рекуртер весь мокрый и раздражённый ринулся за ней. Не дав ей закрыть дверь рукой, он стал надвигаться на девушку, нависая над ней грозной фигурой. Чувствуя как кровь закипает в его венах от ярости, он медленно шёл в её сторону, заставляя её вжаться в комод. - Я понимаю что ты злишься, милая – словно тигр подбирающийся к своей жертве он с каждым шагом приближался всё ближе и ближе пока наконец он полностью не вжал её – но ты ведь даже не дала мне объясниться – наклонившись к её шее, мужчина продолжил свою тираду, опаляя плечо своей жены горячим дыханием – я понимаю я виноват, заставил тебя ждать, заставил твою милую головку придумывать всякие кошмары и сомнения, прости – он нежно прикусил её шею – но и ты меня пойми… я устал, я работал весь день – вербовщик посмотрел в её всё ещё пустые глаза и с неподдельным разочарованием вернулся обратно к её шее, сильно укуси её, прорычал – не забывай в конце концов, на чьи деньги ты живёшь, любимая. По большей части, так проходила каждая их ссора. Гон Ю в что-то забывал, что-то не доделывал, она пыталась на него обижаться, потом вечером они запирались в спальне и трахались до рассвета. Рекурт был уверен на девяносто девять процентов, что в этот раз всё произойдёт абсолютно точно так же, как вдруг к его щеке приставили что-то холодное, подозрительно знакомое. Он с нарастающем ужасом попытался повернуться к предмету слева от него, но это плохо получилось. -Заткнись - *** сильнее вжала пистолет к его скуле – с этой секунды, ты не скажешь ни слова, пока я не позволю – она схватила свободной рукой его правую сторону лица и грубо повернула на себя – ты понял? - У вербовщика засело под ложечкой. Он в шоке посмотрел на свою жену и пытаясь придумать выходы из сложившийся ситуации. – я тебя спрашиваю – хлопок от пощёчины, как гром среди ясного неба, разрушил тишину. Мужчина открыл рот, не ожидая такого поступка от своей некогда нежной жены. Он всё ещё, держа молчание кивнул, - слова, милый. -Да… Я понял – он с ужасом заметил, что подобное положение его возбуждает. Девушка толкнула его от себя, и навела пистолет куда-то в его грудь. -Как ты блять вообще смеешь, заявляться в эту квартиру, после того что сделал? – она вдарила ему ещё одну пощёчину, но уже по другой щеке. – на колени, сука. Вербовщик не уверено, на дрожащих ногах опустился и опёрся на руки перед собой. *** прошла мимо него, и села на кровать. Отдавая безмолвную команду : «ползи». Интересный факт: спустя несколько лет супружеской жизни, людям свойственно понимать друг друга без слов. В подтверждении этого у нас есть прекрасный экземпляр – Гон Ю, который не смотря на всю свою гордость, помедлив всего лишь пару секунд (не позволительно короткий промежуток для такого человека как он) развернулся и пополз к своей ненаглядной. - только посмотри, как мы быстро поменялись местами – она самодовольно улыбнулась и вытянула ногу к его голове и приподняла носочком его лицо за подбородок - чтобы сказали твои коллеги, когда увидели бы тебя в таком положении? - Рекуртёр с ужасом осознал, как он выглядит со стороны и невольно вспомнил о своём начальстве: о других вербовщиках, об охранниках в треугольных, о фронтмене. Но после быстрого перебора коллег, вернулась другая, более устрашающая мысль. Она догадалась? Узнала о том, чем он занимается? Но как? Столько лет манипуляций и скрытия информации, для того что бы сейчас, во время очередной незначительной (конкретно для него) ссоры, правда вот так, без его ведома, его единственная и любимая жена узнала о его «грязных делишках»? Лицо мужчины побледнело и он удивлённо посмотрел на неё – видел бы своё лицо, напыщенный ублюдок. – *** ткнула его ступнёй в губы. – знаешь, иногда я задумываюсь что я зря трачу на тебя время. Я стараюсь, пытаюсь сделать тебе приятное, выбираю достаточно красивое платье, не менее сексуальное бельё, терплю все твои странные, болезненные фетеши, и чем же ты мне отвечаешь? – всё это время она массировала ступнёй его губы и щёки. Это всё ещё чертовски возбуждало его – забиваешь на меня болт, ты даже мои сообщения не прочёл – она резко села, оперившись на колени и к тому месту, где недавно была его нога, поднесла дуло пистолета – при всём моём старании, может быть это мне стоит относиться к тебе как к содержанке – она чуть надавила оружием на нижнюю губу мужа – соси. Вербовщик глядя на её лицо с неким смущением, но долей азарта, психопатически улыбнулся и открыв рот, всё ещё не разрывая зрительного контакта, заглотнул дуло на половину. Точка невозврата уже была пройдена. Часть его пыталась сопротивляться этому, ведь он сам Гон Ю, человек от имени которого некоторых бросают в дрожь, человек который вершит людские судьбы, идеальный мужчина у которого всегда всё под контролем, сейчас стоит на коленях перед женщиной, которая унижает его. Но другая часть наслаждалась этой потерей контроля, это игрой власти и внезапным раскрытием своего ангела со стороны доминанта. Вкус пороха осел на его языке, метал ударился о его зубы, холодный сплав скользил в его рту, адреналин зашкаливает. Неспешными движениями мужчина водил головой вверх и вниз, легка прикрывая глаза, чувствуя как его член зудит и трётся о ткань его брюк. - Боже… Может быть ты был создан для этой работы? – она усмехнулась и толкнула револьвер поглубже в его глотку, наслаждаясь его удивлённому взгляду – что с лицом? Я что-то не так сказала? – он подавился. характерные звуки наполнили комнату. На глаза рекуртёра навернулись слёзы, голова закружилась от не озвученных вопросов. – жаль у меня нет члена – пистолет зашёл за щёку – такой хороший ротик, а возможности прочувствовать его у меня нет – *** наиграно, грустно, вздохнула и внезапно ударила мужчину по щеке – смотри на собеседника, это не вежливо - револьвер вернулся на своё родное место, поглубже в глотку мужчины. Если бы Гон Ю когда-нибудь сказали бы, что он будет стоять на коленях перед кем-то, особенно перед женщиной, он бы от души посмеялся. Но сейчас ему явно не до смеха – лицо раскраснелось, идеальная причёска превратилось в чёрт пойми что, по красным щекам текли слёзы, челюсть начинала болеть и ныть как и его колени от непривычного положения. Тяжёлое дыхание и тихие стоны, которые становились всё громче и громче с каждым заглотом – райское наслаждение. Не каждый день видишь как ломается эго напыщенного продавца, как с каждым движением твоей руки его нижняя губа дрожит всё сильнее и сильнее, как его бёдра непроизвольно дёргаются от наслаждения, отрицаемого им самим, с каждой новой пощёчиной и колкой фразой. Девушка поднялась поближе к брюнету и нежным движением руки погладила его по волосам. Как только затуманенные глаза поднялись на неё, она ухмыльнулась и сжав пряди насадила Гона глубже на дуло по на дуло до тех пор, пока заглотить глубже физически не получилось бы даже при желании, пока губы вербовщика не ткнулись в часть её руки с пальцем на курке, а затем «сняла» с револьвера с характерным шлепком. Теперь, единственное что напоминало о контакте с пистолетом была лишь струйка слюны, соединяющая губу с мушкой, и которая быстро разорвалась, похабно капая на дорогой ковёр. - Видел бы ты себя сейчас – она быстро схватила телефон с кровати и открыв камеру сфотографировала своего мужа. Разверну экран к своей «модели» она продолжила – смотри, удивительно как с такими способностями ты не работаешь порнозвездой или стриптизёршой – *** хихикнула и откинула самснуг обратно – хотя… кто знает – она схватила его за галстук и натянув его, почти душа, заставила вербовщика уткнуться ей в бёдра – ты же мне ничего не рассказываешь – опять наигранная маска натянулась на ёё лицо – может быть ты хочешь сейчас мне рассказать. Твоя госпожа тебе разрешает говорить – она ткнула ногой ему в пах. Горловой стон вырвался из Гон Ю и он неосознанно поддался вперёд – на встречу прикосновению. - Я… не понимаю о чём т-ты говоришь, дорогая – неудачная попытка вернуть контроль натягиванием самодовольной улыбкой и игривым блеском, накрылось медным тазом очередным ударов в его промежность и новым стоном. - Неужели? – она продолжила водить носочком по его длине круговыми движениями – мне самой тебе рассказать? Хочешь сказать, что мне сказали правду? Считать который раз лицо старшего искажается в казалось бы невозможных для него гримасах было бесполезно. За пять секунд с экстаза первобытных эмоций и погони за кайфом оно сменилось на смятение: глаза расширились, рот приоткрылся, но уже не для стона, руки за спиной задрожали и потянулись к её талии. О чём конкретно ей рассказали? На сколько много? Он пытался заставить свой мозг работать, но все мысли были заняты ощущением трения ноги супруги о его одетый член. - Д-дорогая – он попытался немного отодвинуться от неё, что бы посмотреть ей в глаза под более удобным ракурсом и размять шею. Рекуртёр отчаянно пытался подобрать хоть какие-то слова, собрать не отъёбанные крупицы его рассудка но в голове пустота. Его крепкие руки скользнули по её ляшкам, слегка сжимая от смешивания эмоций – прости, я могу всё объяснить – слёзы безысходности вот-вот пролились бы, но они были легко смахнуты контрастирующее-мягким движением руки девушки. -Ну-ну, что же ты так… Не торопись, мы столько вместе пережили, я всё пойму – следующие движение на его промежности стало финальным в непонятном танце – ступня остановилась на головке и сильно надавила. Её пронзительный взгляд сверлил в нём дыры а её ладонь нежно обняла его щёку, на что мужчина почти мгновенно уткнулся в неё – я ведь твоя жена, в конце-концов. Жалобный скулёж от прекращения трения и метания от одного ощущения к другому вырвался у Гон Ю. Фраза «прости» повторялась снова и снова, снова и снова как мантра, как молитва произносимая божеству у иконы в храме. Какое богохульское, но чёткое сравнение: тараторящий мужчина на коленях, как на исповеди, клятвы измениться, если бы не современная квартирная обстановка, то легко можно было подумать о том что действия повествования происходят в церкви. Судорожные старания спланировать последующие свои действия, красным крестом перекрывались не случившейся разрядкой нарастающего возбуждения и удушающей атмосферой секса, витающей в комнате. - Никогда тебя таким не видела – внимание к члену вернулось вместе с движением, но на этот раз «круг» сменился на «вверх, вниз» - хочешь кончить? Вербовщик сходил с ума (хотя казалось, куда больше?). Он взвыл и вжался лицом её в бёдра и интенсивно закивал головой. Смесь «да» , «пожалуйста» и «прости» произносилось им всё чаще и чаще, а дрожь распространилось обратно по всему телу. - Слова милый, помнишь? Я разрешила тебе говорить. - Да, пожалуйста! – он затрясся ещё сильнее. - Я разрешаю тебе – она задвигала быстрее и ободряюще погладила вербовщика по голове, деликатно вытирая слёзы с его лица. Наклонившись к своим коленям, к уху мужчины она тихо, но чётко прошептала – я прощаю тебя, Гон Ю. Одновременно с этими словами одобрения, продавец кончил, пачкая своё бельё и дорогие штаны. Разрядка прошлась по всему его телу, и он инстинктивно прижал ногу своей жены ближе к его кончающему члену. Сейчас он стал выглядит ещё более жалко – весь вспотевший, покрасневший, тяжело дышащий. Пальцы *** глубже зарылись в его волосы, мягко почёсывая кожу головы. Разум постепенно возвращался к нему, и смущение ударило его голову так же сильно, как когда-то сделало возбуждение. Тело онемело, Гон лениво попытался оттолкнуться от пола и встать на ватные ноги, но все попытки были предотвращены накатившем утомлением и давлением ноги и руки жены. - Тише милый – она встала с кровати, перевернув своего мужа так, что бы он остался в той же позе, за исключением того, что его голова стала лежать на кровати, а не на её ногах. Она отошла на пару шагов, убрала с кровати все «подручные» материалы и зашла за спину рекурётра и ,сняв с него штаны и пиджак, подняла его на руки (чуть не согнувшись пополам). Кинув его на кровати она раздела его полностью, за исключением боксёр и вышла из комнаты. Смятение и неловкость возросли до луны, он устало откинул голову на подушку и вздрагивая от холода, стал гадать куда она ушла. *** вернулась менее чем через пол минуты с мокрым полотенцем в руках и чистыми мужскими трусами. Вербовщик смущённо прикрыл глаза предплечьем, когда она вытерла места куда попала его сперма, в частности член. Затем кинула в него боксёры – переоденься сам, будь добр – и с этими словами ушла за ширму, что бы переодеться самой. Трясущимися руками, он стянул с себя грязное бельё и надел те, что любезно принесла его супруга. Мужчина уже было хотел встать, что бы надеть и пижаму и принять душ, но его прервал звук выключения люстры и ощущение прогревшейся кровати рядом с ним – я устала, и хочу спать, ляг обратно. Я не позволю тебе опять уходить куда-нибудь от меня в ближайшие десять часов. Гон Ю виновато выдохнул и лёг обратно в постель. *** придвинулась к нему ближе, положив голову на обнажённую грудь. - Прости.. - Заткнись, я уже сказала тебе что прощаю тебя – девушка почувствовала прикосновение к своей талии накаченной руки. - Сегодня была важная дата – полу спрашивая, полу утверждая сказал вербовщик. - Нет, тебе разве нужен повод для того что бы провести со мной время в приятной домашней обстановке? -Нет. Ты права прости…. – он снова погрузился в свои мысли, возвращаясь к её словам о его работе – что… тебе сказали о моей работе? – прощупывая почву, аккуратно задал следующий вопрос Гон. -А? Ничего. Я сказала тебе что бы подразнить тебя, и это отлично получилось – она хихикнула, прижимаясь ещё ближе – до тех пор, пока ты приходишь домой вовремя, мне нет до этого никакого дела. - Вот как.. – он облегчённо выдохнул, поцеловав *** в макушку – да, это замечательно у тебя вышло. Ты была чертовски горяча. - Рада что ты оценил. Но повторять такое я не буду. Ну, не на этой неделе точно – она надула свои розовые губки ( не половые) – быть грубым так выматывает, как ты справляешься с этим ночами? - Какая жалость. Мне понравилось. Раз не на этой неделе, то наследующей, неважно когда но это обязательно должно повториться. Сегодня всё что могло, вышло у него из под контроля. Он не принял душ, не одел его любимую пижаму. Его жена выебала ему мозги пистолетом. Может быть, терять над чем-то контроль, не всегда противно. Особенно, когда даже при потере ты остаёшься идеальным.