Мирная жизнь

Каждый день Эдгар Аллан По заходил ближе к вечеру в Детективное агентство, чтобы встретить одну из работниц бюро. Он спал большую часть дня, поскольку ночью к нему приходит вдохновение и не отпускает до самого утра, когда Карл, только проснувшийся, приходит к хозяину, прося завтрак. Накормив домашнего енота, По, наконец, понимает, что засиделся за написанием очередного романа и пора бы уже лечь в кровать, чтобы восстановить силы. Благо бессонные ночи не проходили даром, и спустя всего каких-то пару месяцев книга была уже закончена. Молодой человек, переодевшийся в пижаму и приготовившийся ко сну, прикрывая зевающий рот рукой проходит в свою комнату, которая уже наполнилась яркими утренними лучами солнца. Когда весь город просыпался, а люди торопились на работу, Эдгар только ложился. Благо, его гибкий график в Гильдии позволял распределять время, как По было удобно. Жмурясь от солнечных зайчиков, прыгающих по бледной коже и попадающих в мутно-аметистовые глаза, оттененные большими темными мешками, Аллан подошёл к окну, выглядывая через него в запущенный сад своего особняка. Писатель изначально присмотрел это место жительства в Японии в качестве временного, и тогда прекрасный сад цвёл и благоухал после своих предыдущих хозяев. Он не собирался изначально надолго задерживаться в чужой стране, тем более навсегда, но после столкновения с Детективным агентством и встречи с главным человеком в его жизни, быстро передумал. Поплотнее задернув шторы, чтобы ничто не отвлекало от отдыха, парень дошел до своей слишком огромной кровати для одного человека. Он мечтал, когда-нибудь поделить её с самой дорогой девушкой его сердца, но сейчас это, к сожалению, не представлялось возможным. Так что По залез на кровать, накрываясь одеялом практически до носа. Так было всегда: даже в самые жаркие летние дни ещё мальчик, а потом и мужчина, кутался потеплее в одежды и закрывал окна на ночь. Из-за особенности кровообращения он всегда был бледен, вечно мёрз и был болезнен, что периодически доставляло дискомфорт в юности. Сейчас, когда он ни от кого не зависел, Эдгар может позволить себе жить как ему удобно и делать то, что хочет. Хотя, начиная с одного дня, ему придётся снова подстраиваться под другого человека, в чём был глубоко убеждён. Но ради её счастья Аллан По не пожалеет всех своих денег и любых удобств. Только удобно устроившись и найдя подходящую позу, писатель услышал цокот маленьких коготков по паркету, движущиеся в сторону его комнаты. Приоткрыв один глаз, он наблюдает, как енот тихо подходит к кровати, а после запрыгивает на неё, ища место потеплее и поближе к своему хозяину. В итоге, питомец, покружив несколько секунд на месте, улёгся в ногах По, практически сразу засыпая, в отличие от Эдгара. Засыпать, даже если он безумно устал, всегда было безумно тяжело. Но светлые воспоминания, с Эдогавой Рампо в главной роли, сильно помогали закрыть потяжелевший веки, погружаясь в мир грёз, с мыслями о девушки на уме. Сначала в голове всплывает их первая встреча в кабинете Аллана на Мобидике. Вообще забраться на летающий корабль без приглашения или сопровождения невозможно, но она это сделала. Это было первое удивительное обстоятельство. Следующее препятствие, чтобы найти писателя было — добраться до его секретной комнаты, которую он специально попросил в незаметном, уединенном месте, чтобы никто его не отвлекал. В тот день Эдгар был поглощён написанием очередного детектива, что не заметил приближающихся шагов. Только когда Карл закопошился на месте и прыгнул на стол писателя, а после залез на его шею, По ненадолго оторвался. Коридор, ведущий к его кабинету был всегда пустынный и тихий, так что По ничего не отвлекало, поэтому тихие, лёгкие шаги, не принадлежащие ни одному члену Гильдии, сбили с толку. Дверь открыли без стука, отчего еле-еле освещавшие тусклое помещение свечи колыхнулись, а свет из коридора проник внутрь, затемняя фигуру, медленно вошедшую в комнату. Брови непроизвольно поползли наверх, глаза расширились от шока, а Карл тихо пискнул то ли от страха, то ли от неожиданного появления гостьи, которую, как оба думали, они, по крайней мере, не скоро увидят, тем более на дирижабле. — Почему ты выглядишь таким удивлённым? Неужели ты действительно думал, что та книжка способна удержать Величайшего во всем мире детектива? — надменная улыбка, хитрый прищур, чёрное каре, офисно-деловой стиль одежды и нелепая шляпа на голове девушки не давали шанса даже предположить, что перед ним стоит кто-то другой. Это определенно была Эдогава Рампо. Детектив, которую по приказу Френсиса, Эдгар вместе с мелким рыжим мафиози отправил с помощью Карла в мир детектива. Парень так старался написать самую изощрённую историю, чтобы как можно дольше задержать пленников в книге, а лучше, чтобы они остались там навсегда, а лже-великий детектив проиграла, преклоняясь перед умом и талантом писателя, который упивался бы победой при виде разбитой девушки. Но вот она стоит целая и невредимая, даже довольная, напротив его стола, положив одну руку на бок, а второй придерживала леденец во рту. — Как ты выбралась? — осипшим от шока голосом, спросил ошарашенный По. Две пары глаз уставились на Эдогаву как на восьмое чудо света. — М? А что здесь удивительного? — её реакция определенно была неподделанная. Искренне удивление и замешательство, а также насмешка появились на лице Рампо. — Я…я ведь потратил на тот роман больше полугода, всё продумал, он был идеальным. Как? Как ты смогла узнать, кто убийца?! — к концу монолога голос Эдгара повысился чуть ли не до истерических нот. — Для меня это не было проблемой, — она лишь безразлично пожала плечами. — По моему, всё очевидно, — детектив повернулась боком к писателю, осматривая внимательнее кабинет, стеллажи с книгами и скромное убранство помещения. Для неё оно было непривычно мрачным: одно небольшое окошко, практически недающее свет, и ни одной лампочки на потолке. Ну и чудак, вот что подумала девушка, переведя взгляд на парня и хитро улыбнувшись ему, приоткрывая свои зелёные глаза, не отрывая взгляда с лица, прикрытого тёмной шевелюрой с бордовым отливом. — Очевидно?.. — её слова сильно ударили по эго, самолюбию и по итак низкой самооценке писателя, что слова возмущения застряли неприятным комом в горле, а голова повисла над и списанными бумагами на столе. Енот забеспокоился о хозяине и попытался его успокоить, неуклюже гладя по голове, недовольно озираясь на Рампо. — Но как ты попала сюда? Мы находимся на огромной высоте в небе над океаном, ещё и нашла мой кабинет… — Раз тебе так интересно, так уж и быть, просвещу, — она гордо ткнула пальцем в сторону Аллана, стоя в надменной позе, всем своим видом показывая своё превосходство. — Шерсть твоего енота запомнилась мне ещё тогда: на улице, где он принёс книгу. Клочки шерсти в принципе есть везде на дирижабле, но чем ближе идёшь сюда, тем больше их становится. Так что найти тебя было проще пареной репы. Странно, что ты этого не понял, — последнюю фразу сказала уже тише Эдогава, возвращая задумчивое выражение лица, принимаясь дальше рассасывать конфету. — А как же ты попала сюда? — О? Мне помогли, — загадочно протянула та, вновь вернув внимание к парню. — Если пообещаешь написать ещё один такой же интересный детектив, то так уж и быть расскажу. Её предложение, словно гром среди ясного неба. Она предлагает сделку? Но зачем ей роман, который детектив, наверняка, вновь разгадает до основной развязки сюжета. И не боится вновь попасть внутрь? — Зачем он тебе? — нахмурившись, в непонимании спросил парень. Вдруг Эдгар вздрогнул от заливистого и задористого девчачьего смеха. Неожиданная реакция поразила и в то же время раздражала. Что смешного она нашла? Он что, какое-то посмешище? — Что смешного? — уже смирившийся и внешне успокоившийся парень смиренно ожидал, когда Эдогава отсмеётся и ответит. — А мне казалось, что ты — смышлёный малый. Ладно, сделаю тебе поблажку, всё же ты не такой идиот, как другие люди, раз пишешь такие интересные детективы. Всё. Аллан По окончательно запутался и перестал понимать, что здесь происходит. — Интересные? — писатель и зверёк замерли, недоверчиво оглядывая девушку. Это что, какая-то изощрённая очередная насмешка? — Да! Большинство наших дел в бюро не такие сложные и запутанные, как твои книжки. Я хочу ещё! — как капризный ребёнок она, подкрепляя серьезность своих слов, топнула ножкой, упрямо прижав руки по бокам. — То есть тебе понравилось? — в неверии он смотрел огромными глазами на неё. — Несмотря на то, что я их легко разгадываю, всё же это происходит гораздо дольше, чем в повседневной жизни. Так что да, мне они нравятся, — уйдя куда-то в свои мысли, она уже задумчиво и не так активно говорила, жестикулируя. Медленно моргнув, Эдгар пытался переварить полученную информацию. Тут он вспомнил о той сделке, азарт вдруг разыгрался, и стало действительно интересно: как же эта странная детектив сюда попала? Ещё и оценила его способности по достоинству. — Насчёт твоего предложения… — А, точно! — вновь оживилась Рампо. — Так что, ты согласен? — она протянула свою миниатюрную ладошку в знак примирения и заключения сделки, подойдя вплотную к столу. Писатель смотрел на неё с блеском азарта в глазах, уровень адреналина заметно поднялся в крови, сердце затрепетали в груди, а пульс ускорился. Было такое чувство, что от этой сделки зависла вся его жизнь и упустить её будет не то, что глупо, а невозможно. Слишком заманчиво звучало предложение. Как загипнотизированный он медленно протянул ей руку и сцепил с Эдогавой пальцы. На ощупь рука была очень, нежной, конечно, ведь девушка не любила тяжёлый труд и что-то делать своими руками, а по размеру кисть была меньше в длинее, но практически такого же размера по ширине с мужской. Не удивительно, ведь они оба были худощавыми по телосложению, хотя писатель был выше детектива на голову с лишним. Тепло девчачьей руки сильно контрастировало на фоне ледяной руки Аллана, так что выпускать кисть совсем не хотелось. Всё же он ослабил хватку, и Рампо сразу убрала руку. — Как я сказала, мне помогли, а именно все тот же рыжик. Её слова поразили Эдгара, допустимо, что она смогла разгадать загадку, но он… Неужели его роман всё же оказался не настолько хорошим, как он ожидал, и как о нём отзывалась Эдогава. Нет, она бы не стала о таком врать, тем более утешать. Это не в её стиле и характере проявлять сострадание к неудачникам и малознакомым людям как он. — Тогда… он выбрался силой?.. — Бинго! — звонкий голос разнёсся по комнате, заставляя вздрогнуть, погрузившегося в размышления писателя. — Видишь? Можешь же, когда хочешь. Ну а дальше всё ещё проще: Накахара был не очень доволен своим заточением, так что согласился подкинуть меня с помощью своей способности до Мобидика. А дальше ты знаешь. — Но…где же он сейчас? — ни продолжить череду возникающих вопросов, ни ответить на них в своей странной манере не дал прогремевший взрыв где-то на воздушном судне. Пол содрогнулся, из-за чего оба человека подпрыгнули, а енот подлетел в воздух, изо всех сил держась за тёмную накидку на плечах хозяина. — Надо же, я думала, он начнёт гораздо раньше… — Эдогава совсем не выглядела удивленной и оставалась спокойной всю дорогу несостоявшегося крушения. Её поведение, спокойствие и находчивость на пару с выдающимся умом поразили парня, заставляя восхищаться детективом всё больше и больше. Пришлось приземлиться, чтобы отремонтировать дыру, созданную эспером. Конечно, присутствие постороннего человека не удалось не заметить, так что Эдгар поручился за Рампо и вывел на улицу, обещавшись принести законченную книгу в ближайшее время. Вторым воспоминанием шли каждая их встреча, когда По приносил очередной роман. — По-кун! Наконец ты пришёл! — всегда встречал радостный высокий голос, а после маленькое тельцо налетало на писателя, чуть ли не сбивая с ног. Радостный енот сразу же перелезал на голову детектива, а после на плечи. Эдогава начинала гладить и чесать пушистую голову, а после брала очередной детектив, прочитав максимум первые десять страниц, безапелляционно определяя убийцу. С удовлетворённым видом клала книгу себе на стол и брала енота уже на руки, играясь с питомцем Эдгара и общаясь с парнем. У Аллана периодически возникал вопрос, куда девушка девает его книги, поскольку назад никогда не отдавала, но задать вопрос вслух стеснялся. Спустя не один десяток написанных детективов и спустя не один месяц их знакомства они стали довольно близки, так что Рампо поведала, по своему желанию, секрет другу, когда она в первый раз привела писателя в свою общажную комнату. Помещение было довольно небольшим, но миниатюрная Рампо чувствовала себя вполне комфортно и в таких условиях. Вдоль стены стоял стеллаж, наполненный детективами от Эдгара Аллана По. Других книг практически не было, поскольку все остальное не интересовало Великого детектива, что очень смутило писателя, и тот покраснел до кончиков ушей, благо волосы скрывали его лицо. — Но зачем ты их хранишь? — всё же решился спросить, перебарывая своё смущения, стараясь замаскировать свой дрогнувшим голос кашлем. Карл слез с хозяина, уходя исследовать новое помещение. — Чтобы до конца прочитать, всё равно делать больше нечего, а твои сюжеты мне всегда нравятся, — было видно, что девушка ещё что-то хотела сказать, но долго не решалась. — А ещё они мне дороги как память… — тоже покраснев, она отвернулась, ища в своих запасах нужные конфеты. Однако из воспоминаний не всегда всплывают исключительно положительные моменты. Как, например, когда он нашёл Эдогаву, после того как она выпрыгнула из окна, разбив его своим телом, чтобы её не схватила полиция. Чудом уцелев, детектив слабо улыбнулась, показывая жестом молчать. Аккуратно взяв её под руки, он пошёл к непримечательной недалеко припаркованной машине. Посадив Рампо на заднее сидение, куда перебрался и испуганный зверёк звуками стрельбы и состоянием девушки, Эдгар сел за руль, уезжая подальше от этого места. Нужно безопасное укрытие. Лучше бы вообще доставить её в больницу к врачу, чтобы убедиться, что упадя с высоты второго с лишнем этажа, она не сломала себе ничего. Однако теперь всех из агентства объявили в розыск, признав террористами, во что По, конечно же, никогда бы не поверил. Тем более, Рампо заранее позвонила Аллану, попросив прикрыть ее, если что-то случится. Как в воду глядела, точнее для Великого детектива это вовсе было не удивительно… Перебрав в своей голове все возможные пути отступления, он понял, что наиболее верный и безопасный — собственный особняк. Правда, не хотелось приводить Эдогаву домой при таких обстоятельствах, но имеем, что имеем. Сзади послышалось тихое шипение. Обернувшись к пассажирам, Эдгар увидел, как Рампо держится за руку, сильно её сжимая, пытаясь унять боль. Рядом с ней сидел виновато выглядящий Карл. Сосредоточив взгляд на питомце, По почувствовал, как кровь отхлынула от лица, а дрожь пробрала до костей. Правая лапка енота была перепачкана кровью. — Не бойся, она моя, — проследив за взглядом Аллана, Эдогава поспешила успокоить его. Сидя, практически не двигаясь, чтобы не вызвать новую вспышку боли, жмурясь от неприятных ощущений. — Не сильное облегчение, — дрожащим от страха и осознания всей плачевности ситуации голосом ответил парень. — Не отвлекайся от дороги! — развернувшись обратно, обхватив неслушающимися руками руль покрепче, писатель продолжил путь, внутренне паникуя, стараясь собрать мысли в кучу. — Сильно болит? — хоть и звучало довольно глупо, но хотелось хоть что-то узнать, поддержать, не оставлять девушку с болью наедине. — Да, побаливает немного… — сжав челюсти, по-детски упрямо сквозь зубы она ответила, стараясь держать лицо. — Потерпи чуть-чуть, Рампо-сан. Скоро приедем, — в ответ послышалось лишь болезненное «угу», а Эдгар сильнее сжал руль и втопил педаль газа. Даже если травмы на самом деле были не такими уж серьёзными, бешеный океан переживаний в душе не получалось унять. Рампо в свою очередь смотрела в окно, наблюдая за мелькавшими зданиями, которые сливались в единое пятно. В любом случае, Эдогава не помнит никаких дорог, кроме пути из дома до агентства и до любимого магазинчика рядом, поэтому, если бы она и могла разобрать окружение, всё равно не поняла бы, куда её везут. Но раз её везёт Эдгар Аллан По, с которым они уже два года знакомы и который в течение этого времени был рядом, детектив не переживала. Глаза закрывались сами собой, как бы Эдогава не пыталась держать их открытыми, а тёплый мех Карла, который аккуратно устроился на коленях, согревал и убаюкивал. Девушка уже практически уснула, когда машина остановилась. Глаза совсем не хотелось открывать, но она понимала, что раны нужно как можно быстрее обработать. Дверь открылась, и Рампо, нехотя, повернула голову на звук, еле разлипив веки. Она увидела разметавшиеся, спутанные волнистые волосы, которые открывали вид на обеспокоенное лицо По. Тот, видя состояние девушки, убрал енота с её коленей на землю, беря Эдогаву на руки. Перехватив её под коленками и под руками, По бережно прижал тело к себе, вытаскивая из салона автомобиля на свежий воздух, где Рампо сразу пробрал прохладный, но отрезвляющий ветерок. Осмотрев окрестности в поле зрения, она поняла, что не узнаёт местности, и увидела большой двухэтажный дом из тёмного кирпича, к которому они и направлялись. Карл первый забежал на крыльцо, проходя внутрь через маленькую дверь для животных, ожидая пару внутри. — Я не знала, что ты живёшь в частном доме, — вдруг заговорила ослабшим голосом Эдогава, поскольку гиперактивная девушка не могла долго молчать. — Это…мой дом, —просто ответил писатель. Глаза Рампо полезли на лоб, и она посмотрела тем же взглядом на писателя как и тогда, когда Эдгар купил оригинальную рукопись скандального детектива за двадцать миллионов йен. — Зачем ты потратил деньги на чёртов особняк в другой стране?! — Вообще-то мне нужно где-то жить. А я не люблю соседей, которые мешали бы и отвлекали меня. Но тогда, три года назад, я не задумывался над размерами и цене и купил первый попавшийся, — безразлично пожал плечами, как будто явно приличная сумма ничего не значала. — Чтоб мне так жить… Рампо, непривыкшая к роскоши, даже когда начала зарабатывать приличные деньги в бюро, не хотела рисковать, живя скромно и боясь потратить много, и лишиться всего в один день. К тому же, ей было вполне комфортно и в небольших апартаментах. Поэтому для неё было дикостью тратить баснословные деньги ещё и так неразумно. Зайдя внутрь, По быстрыми движениями стряхнул свои ботинки и прошёл в гостиную, кладя девушку на диван. Карл уже был тут и запрыгнул на диван к Рампо, которая с улыбкой здоровой рукой почесала енота за ухом. Убедившись, что положение не доставляет дискомфорта детективу, Эдгар опустился на колени, став чуть ниже Эдогавы, бережно осматривая руку. Под разорванным пончо виднелся такой же разорванный белый рукав, который окрасился в алый цвет. — Рампо-сан, нужно полностью осмотреть руку, — беспечно констатировал факт парень. — А? Да, сейчас, — также беспечно, не придавая происходящему значения, она сначала сняла безрукавку, а после начала снимать блузку. Для Эдогавы, в первую очередь, стояла цель избавиться от ноющей боли. Только в момент, когда несколько пуговиц уже было расстёгнуто, до По наконец дошло, что сейчас происходит. Вмиг побагровев, он отвёл взгляд, лишь бы не смотреть на тело девушки под одеждой без врачебной надобности. Собирись, Эдгар Аллан По, сейчас главное помочь Рампо! Вдруг послышалось тихое шипение и несдержанный всхлип, что тут же привлекло внимание, и писатель вернул взгляд к детективу. Попытавшаяся снять блузку с правой раненой руки, Эдогава не смогла сдержать болезненный полу-вздох, полу-стон. Ткань прилипла к раненой коже, а при каждой попытке оторвать рукав становилось лишь больнее, и что-то неприятно двигалось под одеждой. Эдгар с ужасом смотрел на разворачивающуюся картину, насильно пытаясь совладать с собой и своим страхом за жизнь подруги. — Рампо… — фамилия прозвучала без уважительного суффикса, что казалось таким правильным и приятным и что легко отвлекло девушку от нынешних переживаний. — Блузку в любом случае придётся снять, если ты не можешь, давай это сделаю я, — отбросив смущение, парень со всей серьёзностью посмотрел в открывшиеся изумрудные глаза. Ещё один всхлип и Эдогава через силу с предыханием ответила: — Давай ты. По понимающе кивнул, ненадолго уходя на кухню, взяв оттуда полотенце. — Если будет нестерпимо больно, воспользуйся этим, — и подал белое полотенце как некогда и блузка девушки. Та с нервным смирением приняла его. — Т-тогда я начну? — он вопросительно посмотрел на неё, готовый приступить к делу, как только детектив будет готова. Спустя долю секунд Рампо нерешительно кивнула, зажмурившись. Глубоко вздохнув и задержав на несколько, казалось бесконечных, секунд дыхание, парень сделал первый рывок ткани. Следом же послышался вырвавшийся женский крик, поэтому Эдогава поспешила прикусить принесённое полотенце. Нехотя, Аллан продолжил отдирать присохший рукав от руки, и при каждом движении девушка слабо вздрагивала всем телом, издавая приглушённые крики. Наконец, рука была освобождена, и теперь можно было рассмотреть масштаб проблемы. Кровоточить раны уже перестали, но, что больше всего ужаснуло По, в нескольких местах руки торчали куски стекла, которые и доставляли детективу столько боли при каждом движении. Обратив своё внимание на лицо Эдогавы, Эдгар прерывисто выдохнул, а сердце бухнуло куда-то вниз. Девушка всё ещё сжимала в зубах полотенце, болезненно жмурясь, а по заплаканному лицу катились всё новые и новые слёзы. Привстав на коленях, По ближе придвинулся к лицу Рампо, обхватывая его своими ладонями, невесомо касаясь губами макушки. — Всё хорошо, — последовал ещё поцелуй, но уже в висок. От такой картины смущённый Карл, незаметно для обоих, сбежал с дивана, оставляя двух людей наедине. — Ты большая молодец, — сухие губы коснулись щеки. — Передохни немного, а после придётся достать осколки и обработать порезы, — несколько новых коротких поцелуев пришлись на всё подряд: скулу, щёку, весок, подбородок. — Ну же, не плач, — вместе с оставленным последним поцелуем на лбу писатель большими пальцами вытер солёные дорожки слёз, которые всё ещё чувствовались на языке. Забрав полотенце, Эдгар прислонился своим лбом к её, едва соприкасаясь с ней носами, перейдя на шёпот. — Можешь открыть глаза, — лёгкие поглаживания по голове и здоровому плечу сопровождали его слова, и каждый трепетный вздох щекотал лицо Эдогавы. Судорожно вздохнув, она сначала приоткрыла заплаканные глаза, а после ясным взглядом уставилась в мутные аметисты напротив. Вновь лёгкое касание лепестков губ оставили поцелуй на кончике носа, а пальцы массировали акупунктурные точки под челюстью, приводя девушку в чувство. Зажмурившись от приятных ощущений, она глубоко вздохнула и медленно выдохнула, окончательно успокаиваясь. — Лучше? — Будет ещё лучше, когда крысы попадут в мышеловку, — неловко пошутила девушка в своей обычной манере, разбавляя напряжённую атмосферу. — Я сейчас схожу за аптечкой, а после вернусь и закончу начатое, осталось совсем чуть-чуть потерпеть, хорошо? — с безграничной нежностью, от которой что-то приятно потеплело в груди, а сердце затрепетало, вновь прошептал По. Дождавшись легкого кивка, он напоследок поцеловал щёку и макушку, в этот раз ощутимее, и поднялся на ноги, уходя в глубь особняка. Как только парень вышел за дверь, на него снизошло озарение, что он только что делал. Он целовал Эдогаву. От озвучивания этого факта в мыслях, в слух По тихо пискнул, а дожидавшийся за дверьми енот обернулся на хозяина, внимательно вглядываясь в него. Аллан схватился руками за лицо, пытаясь понять, как и почему это произошло. С каких пор забота о подруге сталп жизненной необходимостью, а поддержка вызывала такие сильные эмоции? Может быть, потому что до этого он ни к кому так не привязывался, кроме как к своему еноту? И как давно это началось, ведь они изначально — соперники, потом хорошие знакомые, друзья, а теперь всё стало таким запутанным. Не может же просто подруга при одном только виде или мимолётном взгляде вызывать улыбку. При касаниях, что очень любила тактильная девушка, заставляла посторонние мысли улетучиться, а сердце на несколько мгновений замереть. Вряд ли в пределах нормы бесконечно рассматривать профиль детектива, пока та не видит, и всем восхвалять гениальные умственные способности Рампо. А с теми, кто не согласен, он вступал в спор, из которого девушка его всегда вытаскивала, говоря, что не стоит тратить время на слепых идиотов. До сегодняшнего дня всё казалось таким естественным и правильным, так почему внезапное чувство обязанности утешить именно таким способом взяло верх над благоразумием? Может быть, это был самый действенный способ, который сумел придумать мозг в стрессовой ситуации? Или По интуитивно почувствовал острую нужду защитить Эдогаву от всего жестокого мира? Такую слабую, милую, гордую и ранимую девушку, которая большую часть времени напоминала маленького беззащитного ребёнка. Ведь он просто о ней позаботился, ей было больно, сам Эдгар не понаслышке знает, как важна поддержка в такие моменты. Да ни черта это не простоя помощь! Аллан готов был взвыть и рвать на себе волосы от безысходности. Но, в итоге, смирился, признавшись по крайней мере себе, что…влюблён в Рампо Эдогаву. Сама детектив всё также сидела на диване, приходя в себя. Хоть она не очень разбиралась в чувствах людей, как и в своих, но врать себе и окружающим не привыкла, прекрасно всё понимая. И рвение к писателю, и ожидание с нетерпением каждой новой встречи, и мигом развеящуюся скуку после прихода По, и все его непроизвольные невербальные реакции тоже. Просто она не умела и не любила говорить о чувствах и…боялась этого, потому молчала. Конечно, никому она в этом сама не признается, ведь Величайший в мире детектив никогда никого и ничего не боится, а тут какая-то любовь. Любовь для идиотов, так всегда считала Рампо. Но сейчас, когда ощущение нежных прикосновений губ будто отпечаталось в тех местах, к которым прикасались. Захотелось продолжения или по крайней мере не отпускать парня и прижаться своим телом к его, утыкаясь носом в шею. Погрустнев от упущённой возможности, она осталась в своих раздумьях, смиренно ожидая возвращения По. Спустя вечность, на деле минут десять, дверь открылась с тихим скрипом, и впереди идущий Карл зашёл с Эдгаром с аптечкой в руках. Уже успокоившийся парень, на лице которого виднелись не высохшие капли воды, сел на диван с правой стороны от девушки, надевая перчатки и беря в одну руку пинцет, а во второй держа перекись. — Придётся достать стекло, перед этим промыв раны, — печально сказал Аллан. — Щипать будет сильно, лучше… — Нет, я потерплю, — промямлила Эдогава. Поджав губы до побеления, писатель щедро полил самогый большой осколок, отчего девушка зашипела, прикусив губу, смотря на пенящуюся струю, стекающую по предплечью. Чтобы хоть как-то успокоить Рампо, По нежно гладил руку с обратной, здоровой стороны. Плотно захватив пинцетом кусочек стекла, парень раздвинул края раны, медленно вытягивая осколок, кладя его на полотенце, которое лежало на небольшом столике, и сразу обрабатывая рану йодом. Девушка практически не издавала звуков, стойко держась, но всё же не смогла сдержать слёз вновь. Закончив с первым осколком, Эдгар взглянул на болезненно сжавшуюся девушку, отчего в груди неприятно защемило. Сцеловывая солёные дорожки на щеках, он круговыми движениями массировал кисть и пальцы. — Давай дальше. Хочу побыстрее закончить, — через несчастный всхлип пробормотала она. — Как скажешь, — и вновь вернулся к оказанию первой помощи. Наблюдая за его отточенными, знающими своё дело движениями, Рампо удивилась профессионализму писателя, а не врача: — Тебе что, не впервой этим заниматься? — проницательна как и всегда, усмехнулся про себя По. — Да, бывали моменты, когда рядом не было того, кто смог бы помочь, поэтому приходилось справляться самому. Хорошо ещё, что пули в тебя не попали, их доставать было бы больнее, — грустный тон проскальзывал в его речи, а от осознания смысла слов в душе детектива появилась жалость к другу. — Я думала, ты — писатель, работаешь на расстоянии в безопасности, а не рвёшься в бой. Твоя способность для этого совсем не предназначена, это же совсем нелогично, — недовольно нахмурившись сказала девушка, а после из её горла вырвалось громкое «ай», за которым последовало тихое «прости» со стороны парня. — Когда-то не хватало людей, когда-то на нас нападали, бывало задание казалось простым и безопасным, а, в итоге, всё оборачивалось стрельбой, — горько усмехнувшись перечислял Эдгар. Рампо ничего не отвечала, сверля глазами прибавляющиеся на ткани окровавленные осколки, иногда отвлекаясь на неприятные ощущения. Эдгар посчитал это хорошим знаком, стараясь побыстрее закончить необходимую процедуру. Раз Эдогава ушла в свои мысли, наверняка, думала над новыми планами действий. Гладившая Карла девушка, и не заметила, как боль прошла, а рука уже была наполовину забинтована. Завязавший бантик из бинта Аллан, спустился вновь на пол. — Ты чего? — детектив недоумевающие на него посмотрела. — Твои ноги тоже в ссадинах, и синяки уже начали проявляться, — он в немом вопросе взглянул в её приоткрытые глаза, ожидая команды как верный пёс, смотря большими глазами. — Ага… — только сейчас она заметила, что некогда тонкие белые высокие гольфы сползли к низу и уже не выглядели такими опрятными: пятна грязи впитались в ткань, дыры и стрелки встречались ещё чаще, а мелкие красные пятнышки добавляли картине драматичный вид. — Эх не думаю, что их ещё можно спасти. Лучше разрежь ткань так будет быстрее. По сделал всё, как ему и сказали, вскоре обработав и намазав мазь от синяков на обе ноги. Убрав медикаменты на место, он на всякий случай решил ещё раз осмотреть ноги на предмет пропущенных ранений, сопровождая осмотр приятными поглаживаниями тонких маленьких ножек, на которых царапины и гематомы особенно выделялись. Убедившись, что ничего не упустил, Эдгар не мог поднять хотя бы виноватый взгляд на девушку и просто положил голову ей на колени, уперившись в них щекой, а руками обхватив голени. — Прости… — тихим, едва различимым шёпотом он сказал. — За что? — не ожидавшая такого действия парня, недоуменно спросила Рампо. — Я…не уберёг тебя… Услышав это, Эдогава тихо рассмеялась, чем ввела в ступор уже Аллана, а заметив его реакцию легонько ткнула того по носу. — Глупенький, ты и не обязан был, да и это чисто логически невозможно. Ещё бы сам пострадал, — она рассудительно заключила. По не мог решиться, озвучивать ему то, что на уме или не стоит портить момент. — Возможно, но сердце не на месте и болит, при виде тебя в таком состоянии, — он грустно уткнулся лицом ей в ноги, целуя коленку. Хотела было весело с шуткой ответить детектив, но вовремя передумала, сказав нечто не свойственное ей и неожиданное для По: — Я бы тоже за тебя переживала, —призналась Рампо, проводя забинтованной ладонью по тёмно-бордовый волосам. Подождите, Эдогава Рампо и призналась в своих настоящих чувствах кому-то кроме Фукудзавы или Ёсано? Этого же просто не может быть. В неверии Эдгар приподнял голову с острых коленных чашечек, встречаясь удивлённым взглядом, с полными надежды глазами, с нежным, благодарным цветом первой зелёной травы, а чужие руки обхватили бледное лицо за щёки, корпусом наклоняясь ближе и целуя прямо в приоткрытые губы. Эдогава не перестаёт сегодня удивлять, открывая всё больше и больше новых граней себя. Без слов поняв вложенный смысл поцелуя, парень ответил на него, вложив в сие действие всю любовь, будто пытаясь забрать чужую боль себе. С этого момента они негласно начали встречаться, но им и не нужны слова, чтобы понимать друг друга, а в обществе пара не акцентировала на этом внимание, ведь если не идиоты, то всё поймут. Рампо действительно так считала, а По безумно стеснялся даже думать об этом. Всё же было что-то положительное и в негативных ситуациях, здраво рассудив, заключил Эдгар. Уже почти отключившийся мозг подбрасывал мимолётные картинки из прошлого. Первый танец на приёме Гильдии, куда позвали всё Детективное агентство после победы над Крысами, где Эдогава впервые появилась в платье. Летний фестиваль, во время которого принято наряжаться в кимоно, что ребята и сделали. Во время праздника они играли в шатрах ради призов, среди которых был плюшевый енот, которого Эдгар чудом выиграл для Рампо, а та, конечно же, сохранила игрушку, с которой с того дня засыпала после рабочего дня. Пробовали новые блюда, для Аллана они действительно были новыми, а Рампо выбирала привычную еду, просто с необычными вкусами. А в конце дня, когда уже стемнело, любовались фейерверками. Однажды детектив заплутала в городе по дороге в бюро с очередного места преступления и не придумала ничего лучше, чем позвонить писателю и попросить о помощи. Она рассчитывала, что По просто подскажет путь с точными указаниями куда и когда поворачивать, пришлёт карту с проложенным маршрутом, на крайний случай вызовет такси, поскольку сама девушка не понимала, как оно работает, и что нужно делать. В итоге, невыспывшийся писатель сам приехал и обнаружил недовольную Эдогаву, сидящую на поребрике, подпирающую голову двумя руками и недовольно топающую ногой. — Ну что так долго? Я уже проголодалась! — притворно-недовольно возмутилась она. — Поехали домой, — спокойно-добродушно ответил он. По потянул девушку за руки, поставив ту на ноги, отряхнув запачкавшуюся в пыли юбку. Радостный Карл весело пищал где-то в ногах, просясь на ручки, и его просьбу исполнила Эдогава. Втроём они отправились к машине, садясь внутрь: Эдгар на водительское кресло, а Эдогава на соседнее пассажирское, почёсывая пузико, представленное развалившимся на спине енотом. «Домом» они называли особняк По, который стал родным для обоих, хоть Рампо и не жила там на постоянной основе, но бывала там чаще, чем в своей съёмной комнате. Однажды в одну из совместных прогулок, после того как писатель понял, что детектива нельзя отпускать в город одну, Эдогава услышала тихое мяуканье. Обернувшись, она увидела груду пустых коробок, из-под которых и доносился звук. Подойдя поближе и присев, девушка отодвинула коробки, проявляя на свет чёрного пушистого кота с длинной шерстью, который больше был похож на небольшой комочек ваты. Аллан присел рядом, тоже с интересом смотря на бездомное животное, придерживая на плечах Карла, чтобы тот не спугнул кота. Рампо аккуратно протянула к чёрной мордочке руку, позволяя её обнюхать, после протягивая две руки к пушистику, ласково проходясь рукой по свалявшейся шерсти. — Хочешь забрать? — после минутной сцены спросил По. — Да, но в общежитие его не впустят… — печально произнесла девушка, мягко, но печально смотря в небесно-голубые глаза. — Тогда, давай он будет у меня жить, а ты будешь навещать его, когда захочешь. Услышав щедрое и заманчивое предложение, она естественно не стала отказываться. Теперь дома у По в ящике стояли рядом корм для енотов и для котов, а цокот четырёх пар лапок встречал при входе. Чип всегда чувствовал заранее, когда придёт хозяйка, и шёл к двери, смиренно ожидая её прихода. Рампо плохо давала имена, поэтому решила доверить выбор Эдгару, а тот практически без раздумий выдал «Чип». На вопрос «почему» он покраснел, неловко отвернувшись, накручивая прядку волос на палец, и выдал тихое: — Это был второй вариант имени для Карла, — детектива развеселила реакция и причина, отчего та громко захохотала. Наконец поток мыслей закончился, и парень смог с чистой совестью уснуть до вечера.

***

Громкий протяжный «мяу» раздался на всю комнату, и чьи-то тёплые лапки коснулись щеки, а пушистый енот запрыгнул на тело хозяина, ходя по нему туда-сюда. Что-то недовольно сонно пробурчав, Эдгар вынул голову из-под одеяла, смотря на питомцев осуждающе-печальным взглядом. Ну и зачем они его разбудили? Писатель посмотрел на прикроватные часы, пытаясь сфокусировать на них взгляд и понять, сколько сейчас времени. — Я проспал?.. — до не совсем проснувшегося мозга начало доходить, что уже за шесть вечера, а рабочий день Рампо закончился час назад, и больше ей там делать нечего. А ведь он обещал, что сегодня заберёт её, и они отправятся в любимое кафе девушки. — Я проспал! — полностью уже избавившись ото сна, писатель вскочил на кровати, отчего животные подпрыгнули на матрасе и быстро разбежались в разные стороны, в итоге, всё равно оказываясь у выхода из комнаты, наблюдая за мечущимся хозяином. Когда он уже был одет в облегающую рубашку с пышным воротом и узкими брюками, расширяющиеся к низу, и наполовину всунув руку в рукав излюбленного пиджака, дверной звонок прозвенел. Никакую доставку По не заказывал, гостей тоже неьждал, соседи были далеко и вряд ли бы пришли к нему. Тогда кто же за дверью? Неуверенной походкой Аллан подошёл к входной двери, прислушиваясь к звукам снаружи, но ничего не было слышно. Тогда он всё же решился выглянуть на улицу, проверить кто или что там… — Рампо-сан?.. — за дверью оказывается была девушка вся промокшая, хотя на улице было солнечно. — Что случилось? Прости, я проспал... — виновато сказал он. Эдогава подозрительно молчала, смотря в пол, не поднимая головы. Её намокшие волосы прилипли к лицу, а шляпа съехала на бок, потеряв свою форму; мокрая одежда висела тяжёлым грузом, и с неё ещё капала вода. — Рампо, Рампо! Что с тобой? Скорее проходи, ты ведь заболеешь: не июль месяц, — детектив всё также не отвечала, но медленно зашла, скорее на автомате снимая обувь и замирая в прихожей. Закрыв дверь, По подошёл к девушке, легонько тряся ту за плечо, пытаясь заглянуть в глаза. Поняв, что это бесполезно, Эдгар, взяв девушку за руку, пошёл боком в сторону ванной, тянув её за руку. Эдогава безвольной куклой следовала за парнем, ничего не говоря и не сопротивляясь, и то, и то пугало не на шутку. Вечно активная девочка была в данный момент похожа на живой труп. Она не любила, когда с ней обращались как с маленькой, поэтому ныла, прося относиться к ней по-взрослому. Но как можно считать девушку за хотя бы совершеннолетнюю, когда она капризничает, питается сладостями, не работает, не ориентируется в родном городе. Одним словом за ней глаз, да глаз. Однако при всей своей лени и несносному для многих характеру Рампо была безумно умна, внимательна, горда и находчива. Вот чем она в первую очередь зацепила парня. Но сейчас на неё без слёз не взглянешь. Путь до ванной комнаты сопровождался цоканьем коготков питомцев по паркету. Путь до ванной комнаты сопровождался цоканьем коготков питомцев по паркету. — Я наберу воды и схожу за одеждой, а ты пока…разденься, — всё ещё застенчиво сказал По. Он подошёл к ванне, затыкая слив и включая тёплую воду, пробуя рукой её на приемлемую температуру. Убедившись в безопасности домашнего «онсэна», Эдгар обернулся на Эдогаву, которая всё также стояла на месте, лишь теребя пальцами край юбки, а на полу уже скапливалась лужа. Тяжело вздохнув, писатель жалостливо посмотрел на девушку, подходя к ней, снимая чужие пончо и шляпу, кладя их на стиральную машину. Дальше он хотел было расстегнуть пуговицы на блузке и молнию на юбке, как вдруг Эдогава отшатнулась от его рук как от огня. По ошарашенно уставился на вмиг ещё сильнее сжавшуюся девушку, переводя взгляд с неё на шокированных питомцев, прижавших уши к голове, и обратно на неё. — Рампо… — Прости, — тихо, неуверенно промямлила девушка, наконец поднимая открывшиеся глаза полные слёз на парня. — Я… — Тебя кто-то обидел? — Аллан не спешил подходить ближе, ожидая ответа. Он не мог поверить, что кому-то удалось так напугать девушку. Его девушку. Хотя бы в мыслях он себе смог признаться. Прерывисто вздохнув, она украдкой посмотрела на Эдгара, а после рывком бросилась к нему в объятия. — Я шла по порту… после посещения очередного места преступления… — тихий всхлип. — Когда какой-то озабоченный… попытался меня затащить в тёмный «переулок» между контейнерами… он был гораздо больше и сильнее меня… так что я не… даже освободившись от его мерзкой сильной хватки не смогла бы сбежать… поэтому… прыгнула в воду… — теперь было понятно, почему Эдогава вся промокла. — Я еле-еле доплыла до берега, несколько раз чуть не потонув в ледяной воде… а оказалось, что мой телефон з-закоротило… и я не могла тебе позвонить. Благо… я уже была на знакомой дороге, и ещё немного всё же поплутав, п-пришла, — на одном дыхании выпалила она, ещё сильнее вжимаясь в чужое тело, сминая в руках рубашку писателя. Конечно, По не на шутку разозлился на того, слава Богу, несостоявшегося насильника, обещая себе позже найти его и разобраться. Всё же порт — территория Портовой Мафии, там везде глаза и уши, да и их босс не жалует педофилов и насильников. За хорошую цену, наверняка, поможет. Но сейчас в приоритете — успокоить распереживавшуюся Эдогаву в его руках. — Тише, тише, всё хорошо. Ты дома, в безопасности. Я тебе больше никогда в обиду не дам, — гладил по голове Эдгар, укачивая детектива. — Это я должен извиниться перед тобой, что не был рядом, что опоздал, больше такого не повторится! Я обещаю, — с нескрываемой безграничной нежностью заверил По. — Я очень на это надеюсь, — уже не таким убитым и несчастным голосом в своей манере ответила Рампо. Усмехнувшись, парень поцеловал девушку, после отстраняясь, чтобы заглянуть в её глаза. — Вода скоро остынет, так что скорее раздевайся и залезай. Я пойду найду, что тебе надеть, — в последний раз чмокнув её в лоб, он нехотя выпустил детектива из кольца рук, выходя за дверь, провожаемый взглядом полный любви и обожания, скрытый густыми ресницами. В последнюю ночёвку Рампо оставила свою очередную пижаму в доме По. Вообще уже пол её скудного гардероба переехало к парню в особняк, но сама девушка до сих пор — нет. Взяв любимую одежду Эдогавы с котиками, Эдгар вернулся в ванную. Обнажённая детектив сидела уже в воде, а на бортике её «охраняли» енот и кот. Сев на пол между котом и енотом, кладя локти на бортик и сверху голову, По выжидающе смотрел на девушку из-под густой чёлки. Она же нечитаемым взглядом смотрела на появляющиеся круги на воде, при каждом мимолётном, даже самом лёгком движении, продолжая хранить молчание. Эдгар зачерпнул ладошкой воды, поливая ею сверху голову детектива, а после массируя кожу головы, разгоняя кровь, чтобы Эдогава не мёрзла. Спустя почти час Рампо окончательно расслабилась, поэтому было принято решение заканчивать сидеть в уже остывшей ванне. По взял большое, широкое махровое полотенце, протягивая девушке так, что, когда она вставала, ткань прикрывала её тело. Обернув вокруг её тела полотенце, замотав и голову, По вытащил Рампо из ванной, взяв на руки и целую в лоб, отчего девушка удовлетворённо зажмурилась, чуть ли не мурча как кошка. Забыв о том, что принёс сменную одежду детектива в ванную комнату, он вспомнил об этом уже в комнате, когда положил кокон на постель, из которого выглядывали лишь часть лица и часть стоп. Аллан хотел уже было вернуться за женской пижамой, когда за руку его схватили. — Не уходи, останься со мной... — больше серьёзно, чем жалостно она попросила. Видимо старая-добрая Эдогава возвращается. — Но тогда мне не во что будет тебя переодеть, — застенчиво произнёс Эдгар. — Глупенький, глупенький По. Мой По, — детектив обвила одной рукой его шею, а второй оглаживала лицо. — Не думаю, что сегодня понадобится одежда, — елейно-игривым голосом сказала она, обвив одной чужую рукой шею, а второй оглаживая щёку, даря кроткий поцелуй в уголок губ. Вмиг побагровевший парень захлебнулся словами возражения, впав в ступор, смотря на хитрое лицо напротив. Глубокий поцелуй заставил того внезапно тихо пискнуть, приоткрыв губы, что позволило юркому девчачьему язычку проникнуть внутрь. В поцелуях в губы бесстрашная и беззастенчивая Рампо всегда доминировала над смущённым и паникующим от интимной близости парнем. Грубо, но деликатно сминая сухие тонкие губы, девушка обвила уже обеими руками бледную шею, которая сейчас покрылась красными пятнами, а Эдгар слабо трясущимися руками обнял обнаженную талию, поскольку полотенце сползло на пол от телодвижений детектива. Эдогава утянула писателя на кровать, откидываясь на ней, разрывая поцелуй. Между их ртами протянулась тонкая ниточка слюны, которая порвалась, оставшись блестящей капелькой на чуть опухших губах девушки. Её нагое смугло-светлое скорее мальчишеское худое тело с небольшой грудью других, возможно, недалёких, не привлекало, но По не столько важна была внешность Эдогавы, сколько её личность и ум. Хотя её нежная кожа, тонкие руки, гладкая шея и томный, манящий, наглый взгляд глаз цвета летней травы действительно манили и только сильнее возбуждали писателя. Эдгар не мог без смущения смотреть в сторону Рампо, поэтому отвернул голову в сторону. Детективу это не понравилось, и она повернула его голову обратно к себе: — Ты слишком много переживаешь. — П-прости, ты же и сама знаешь, что я неловкий в общении, а в этом… — заикаясь он произнёс. — Конечно знаю, но ведь мы и не чужие: мы любим друг друга, — она взяла его руку своими изящными пальцами, положив её себе на место, где бьётся сердце. — Так что успокойся, ты ведь меня любишь? — удивительно, что девушка по своей воле смогла признаться в своих чувствах прямыми словами. — Конечно, — уже не дрожащим голосом и увереннее ответил По, успокаиваясь с каждым новым умиротворённым ударом чужого сердца. Писатель наклонился к женской шее, сначала невесомо прикасаясь к ней губами, а позже добавил язык, оставляя мокрую дорожку из поцелуев, поднимаясь выше, к лицу. Оставляя аккуратные следы за ухом, на щеке, скуле, обе, носу, губах с обеих сторон, парень обводил руками хрупкие плечи, по-птичьему тонкие косточки, ключицы, пересчитывал каждое рёбрышко не один раз, проводил руками по впалому животу, но всё ещё сторонясь груди. От его прикосновений по смуглой коже шли мурашки, а поцелуи распаляли всё внутри, заставляя желать большего. Эдогава же не стала медлить и под напором ласк медленно расстёгивала пуговицы на белой рубашке, пышные воротник и рукава которой приятно щекотали. Чтобы её полностью снять, мужским мраморно-белым рукам пришлось оторваться от исследования маленького тела, позволяя девушке снять с себя верхнюю одежду, а после огладить его обнажённые плечи и торс, закрепляя действия поцелуем. Первое прикосновение к ореолу небольших затвердевших сосков вызвало тихий судорожный вздох любимой. Аллану понравился этот звук, и он захотел услышать его ещё раз и ещё раз, и ещё раз. Осторожно прикусив тонкую кожу ключицы, парень сразу же зализал слегка покрасневший след, который вскоре пропал. Ему не хотелось таким способом порочить, «помечать» чужое и так великолепное тело, в отличие от девушки. Эдогава не стеснялась тихо постанывать, царапая или впиваясь короткими ногтями, от невыносимо приятных ощущений, оставляя красно-белые следы на спине партнёра, прикусывая его плечи или засасывая кожу до багровых пятен, когда чужой язык обводил очертания её груди и сосков. Парень всё ещё был в брюках, поэтому Рампо решила помочь ему до конца избавиться от одежды. Расстегнув ширинку и пуговицу, детектив силой стянула облегающие штаны до колен, отчего парень неловко пошатнулся, упираясь руками в кровать по двум сторонам от девушки, которая мягко оглаживала половой орган. Издав внезапный громкий стон, писатель попытался вжать свою голову в плечи, будто черепашка пряталась в свой панцирь, что Эдогаву повеселило. Эдгар взял её руки в свои, прижимая к груди, снова самозабвенно целуя, кладя девушку обратно на спину, а сам снимая до конца брюки и бросая их на пол. Продолжая поцелуй, изредка прерываясь на короткий вздох, чтобы наполнить лёгкие необходимым, но таким мешающим сейчас кислородом, По сначала бережно огладил худые бёдра, подбираясь рукой ближе к влагалищу, из которого уже вытекала естественная смазка, образовавшая небольшое мокрое пятно на пододеяльнике. Введя один палец в тугое нутро, вызывая болезненный вскрик, и Эдгар поцеловал висок зажмурившейся Эдогавы, сминая другой рукой бедро, всё ещё не на столько, чтобы остались синяки. Новые медленные движения, ускорявшиеся с каждым толчком, вызывали больше стонов, чем криков боли, поэтому Аллан добавил и второй палец, растягивая гладкие стеночки изнутри. Тяжело дышавшая девушка не заметила, когда добавился третий палец, и теперь все три пальца входили в неё по последнюю фалангу, наслаждаясь таким близким и интимным моментом с любимым. Аллан, решив, что достаточно разработал девушку, в последний раз толкнулся всеми пальцами до конца, вынул руку, не брезгуя её вытереть об одеяло. Всё равно придётся стирать комплект или выкинуть его, если что, всё же По может себе позволить. Сняв нижнее бельё, Эдгар приставил налившийся кровью, уже изнывающий член ко входу, медленно входя. Рампо шипела во время процесса, а когда головка упёрлась в стеночку внутри, снова вскрикнула. Чтобы боль улеглась и девушка привыкла к новым ощущениям, писатель остановился, всё ещё находясь внутри, и поднял безвольное тело за бока, сажая детектива себе на колени, гладя по спине и голове, целуя в макушку и шепча слова успокоения. Эдогава спустя какое-то время начала вновь шевелиться, целуя покрасневшую шею, оставляя новые следы, кивнув головой, давая понять, что можно продолжать. Взглянув в полуприкрытые глаза, парень напоследок поцеловал губы девушки, поудобнее её укладывая, прижимая чуть ли не всем весом своего тела, начиная постепенно наращивать темп. Изначально из горла Эдогавы вырывались крики от боли, которые вскоре превратились в стоны наслаждения, и она просила больше. По не мог отказать в желаниях девушки, исполняя их безоговорочно, даря всю свою любовь действиями, которые не может выразить словами, если не на бумаге. Рампо закинула ноги на тощую спину, сцепляя их сзади и крепче прижимая чужое тело к себе. От переизбытка чувств и эмоций у неё темнело и пекло в глазах, а в какой-то момент слёзы наслаждения затуманили взор. Солёные капли текли по щекам, падая на грудь и кровать, которые сцеловывал Эдгар, нежно обводя бока девушки. Аллан под конец чуть ли не вбивал детектива, которая сжимала одеяло в руках, в кровать, издавая тяжёлые вдохи и выдохи, изредка тихие гортанные стоны. — Эдогава… — Эдгар! Без лишних слов они потянулись друг к другу, сплетая свои языки, щекотно вылизывая нёба, случайно неуклюже сталкиваясь зубами, на что никто из них не обращал внимания. В кульминационный момент По вынул пульсирующий член, изливаясь белой жидкостью, пачкая чужой и собственный живот, утробно промычав. Он упал без сил на девушку, которая нежно гладила его по волосам, убирая мокрую от пота чёлку, смотря в такие волшебные сейчас глаза. — Ну вот, опять мыться придётся, — всё ещё не отдышавшаяся детектив, пошутила в самое подходящее время. — П-прости… — ему не дали договорить. — Перестань, я же не серьезно, — она отмахнулась от его очередного излишнего извинения. По согласно кивнул, привставая, беря одеяло и вытирая сначала тело девушки, а потом и себя. Скинув его на пол, он взял бежевый плед, накрывая им обоих, перебираясь на подушки, приобнимая Эдогаву. — Я… хотел сказать, что… л-люблю тебя, — всё же смог он признаться. — Я тоже тебя люблю, — с фантомным ощущением чужих губ на своих они уснули до следующего утра.

***

— Эдгар! Я хочу на батуты! — упрямо-капризно-недовольно сказала низенькая девушка с колючими, растущими в разные стороны волосы. Вместо её привычных мокасин — глянцевые черные туфли-лодочки на маленьких стопах, практически без каблука. Гладкие тоненькие ножки с надетыми полупрозрачными белыми колготками бодро шагали по торговому центру, но сейчас Эдогава стояла, недовольно топая ножкой. Нежное светло-зелёное платье с короткими рукавами-фонариками, сочетающееся с изумрудами глаз девушки, сидело вплотную так, что было видно едва округлившийся живот. Излюбленная детективная шляпа сменилась тёмно-зелёным беретом с чёрным бантом, который всё равно сползал на бок. Недовольный прищур смотрел на обеспокоенное лицо По, который тщетно пытался успокоить её. — Но, Рампо, тебе же нельзя в твоём положении… — его недовольно перебили: — Да знаю я! Как же это бесит, — она недовольно повернулась боком, сильнее надув щеки. Протянув руку к лицу Эдогавы, По заправил выбившуюся прядку из привычной «укладки», чем поумерил женский пыл. — Давай лучше пройдёмся по магазинам. — Со сладостями? — Да, с ними тоже, как скажешь, — добродушно улыбнувшись, ответил писатель. В ответ же девушка вернула лучезарную улыбку, юрко прошмыгнув мимо мужа, утягивая его за руку в нужную сторону. Поняв, что Аллан добровольно идёт за ней, она отпустила его руку, продолжив путь к любимому магазину. Было забавно со стороны наблюдать за миниатюрной бодро идущей женщиной с котом, веляющим под ногами, и чуть сгорбившимся торопящимся за ней довольным мужчиной с енотом на плече. Ребята были знакомы уже восемь лет, а женаты пять, и месяц назад Эдогава Рампо и Эдгар Аллан По узнали, что через девять месяцев станут родителями. После той «роковой» ночи девушка окончательно переехала к писателю, а через несколько месяцев он сделал ей предложение, которое получилось довольно сумбурно. Кольцо было уже давно куплено: зелёный алмаз, огранённый тонким белым золотом с гравировкой инициалов девушки с внутренней стороны. Просто По как обычно не хватало смелости и точного плана, чтобы сделать предложение. Благо, с такой смышлёной и понимающей бывшим соперником-другом-девушкой не пришлось долго мучаться: — Эдгар Аллан По! — в один день всё же не выдержала Эдогава. — Ч-что, Рампо-сан?.. — официальное обращение выбило из колеи, потому что они уже давно перешли на более близкие отношения, поэтому невольно вырвалась фамилия детектива с уважительным суффиксом. Было видно, что девушка еле сдерживала смех, но держала серьёзное лицо, что немного успокоило парня, хотя, в то же время, ввело в ещё больший ступор. — Когда ты уже отдашь мне это глупое кольцо?! — она вызывающе тыкнула указательным пальцем в сторону По. Удивление промелькнуло на его лице, которое быстро вернулось к своему нервно-смущенному выражению. На всякий случай он спросил: — Как ты узнала? — он ведь ни разу ей его не показывал и тщательно прятал в своём кабинете. — Ты что, до сих пор не понял, что ничто невозможно скрыть от Величайшего в мире детектива?! Это же очевидно, — на её самодовольном лице, будто из воздуха материазовались очки. — ...а ещё, может быть, Чип мне его принёс, а Карл показал, где оно лежало, когда я попросила вернуть его обратно, пока ты был на работе, — всё же признавшись, она рассказала. Аллан не любил так думать, но складывалось ощущение, что после женитьбы Эдогава будто остепенилась, но не растеряла свой безграничный задор и энергию, продолжая активную экстравертную жизнь и расследование интересных дел. Стала чаще носить платья и интересоваться модой, советуясь с Йосано; хотя в рабочие дни она всё также носила «официальный костюм», а вот на выходных, когда По частенько водил её по местам с вкуснейшей едой, особенно со сладостями, экспериментировала со своим внешнем видом, что всегда нравилось Эдгару, и он нахваливал её вкус. В принципе, он всё время делал ей комплименты, посвящал стихи, романы, большую часть детективы, которые уже жена и помогала писать, делая их более интересными, не жалел денег и времени на её хотелки, хотя поначалу Рампо отказывалась тратить столько денег практически каждый день, со временем привыкнув и смирившись. Больше, чем тратит деньги на себя, она любила покупать что-то вкусненькое или развлекательное для их питомцев, количество которых прибавилось за пять лет. Эдгару она дарила что-то только на День Рождения, поскольку у него и так всё было, а дарить какие-то безделушки не было смысла, по её мнению. Писатель же тоже не задаривал Рампо бесчисленными подарками, даже если она заслуживала целый мир, поскольку знал, что практичная девушка об этом думает, поэтому просто сделал ей карту, прикрепив к ней свой банковский счёт, приучив без угрызений совести тратить деньги. Сейчас же они вместе были в торговом комплексе, безцельно блуждая по разным магазинам, в которых всё, что приглядывалось Рампо, По покупал, на что та возмущалась. Просто писатель очень сильно любит жену и ещё больше любит её баловать, и также сильно будет любить их ребёнка. Кстати говоря, Акико на днях объявила, что у пары будет девочка, чему все в Бюро несомненно обрадовались и поздравляли счастливых супругов с пополнением.