Часть 1. Удав
27 января 2025 г., 14:43
Paper Hearts — Jungkook (BTS) (cover)
В Сеуле властвует жара. Знойное солнце испускает длинные лучи, что разбегаются по улицам города, играя в салочки друг с другом, заглядывая за лавки торговцев местного рынка, но встречая лишь пустоту. На улице давно температура превысила плюс тридцать, заставляя птиц прятаться в тени, а людей сидеть дома, запасаясь холодными лимонадами. Казалось, чёрный асфальт растрескается от зноя, сольётся воедино с обезвоженной землёй, обжигая шины редко проезжающих патрульных машин, и тихо взвоет от боли. И только в одном доме бежевые занавески слегка покачиваются от лёгкого ветра, что бесцеремонно вторгается в чужую комнату. Бежит по персиковым стенам, колыша уголки висящих плакатов и шаловливо щекоча зелёные листья растений, аккуратно расставленных на полках. Ветерок также не брезгует затронуть стопку бумаг, бережно собранных на письменном столе. И если бы у него были глаза, то он точно поведал миру о всех секретах, собранных там, но пока тот безразлично направляется дальше, переключая своё внимание на мирно спящую фигуру, нежно касаясь его лица, соскальзывая куда-то ниже шеи, позволяя почувствовать горячие поцелуи на коже. Солнечные зайчики гуляют по лицу Тэхёна, игриво прыгают в кофейных кудряшках, что уже растрёпаны от долгого сна, прыгают по бледным плечам, исследуя каждую родинку и неприятно пригревая кожу до колких ощущений, вытаскивая юношу из сладких тягучих снов, словно напоминая, что солнце давно проснулось и Киму тоже нужно вставать. С первого этажа звук шагов становится отчётливее, звон посуды и копошение нарушает спокойствие этого дома, предупреждая молодого офицера о том, что кто-то из родных прямо сейчас обедает внизу. Недовольное мычание заполняет комнату, горячая ладонь приземляется ровно на щёку в надежде на то, что лучик можно прихлопнуть, как жужжащего комара, который по закону подлости решит спеть свои серенады над ухом, но, увы, надежда парня на ещё пару часов желанного сна рушится на миллион мелких осколков, как только в коридоре когти царапают паркет, а стук четырёх лап приближается к приоткрытой двери комнаты. Громкий лай бьёт по голове, разливается внутри раздражением, а личная бестия Тэ ураганом влетает в помещение. Даже солнечные зайчики разбежались. Кровать неожиданно прогибается и жалобно скрипит под весом тяжёлого пушистого тела. Массивные лапы собаки вжимают парня в мягкий матрас, почти лишая возможности вдохнуть. — Бакс, ты играешь нечестно! — Слегка охрипший после сна голос парня вводит пса ещё в большее возбуждение, и тот, с особым остервенением, вылизывает заспанное лицо горячим шершавым языком, топчется на хозяине, переминаясь с лапы на лапу. Тэхён мягко смеётся, сводя брови и запуская длинные, как у пианиста, пальцы в мягкую шерсть. Он ведёт тёплой ладонью по спине, приглаживая волосинки и медленно направляясь к макушке пса, путаясь в кудряшках и аккуратно их расправляя. Хозяева похожи на своих питомцев, ведь так говорят все, и Тэхён с Баксом — отличный тому пример. Его большой друг всегда выглядел безупречно, шерсть, словно горячий арабский песок, сверкала и переливалась множеством золотых оттенков. На груди вьющиеся пряди слегка по цвету отличались, подчёркивая чёрный нос и тёмно-шоколадные глаза. На шее красовался тонкий чёрный ошейник, прошитый жёлтыми нитями по бокам, а брелок с аккуратной гравировкой адреса и имени забавно позвякивал. Тэхён втягивает носом душный воздух и только сейчас приоткрывает глаза, сталкиваясь с изучающим взглядом Бакса. — Я уже встаю, слезай с меня. — Пёс послушно выполняет команду и спрыгивает, дав хозяину возможность сесть. Ким жмётся к подушке затылком, напоследок забирая блаженное чувство расслабления с собой, и наконец поднимается, присаживаясь на край. Вытягивая руки над своей головой, он смыкает ладони в замок, потягиваясь с характерным кряхтением, давая возможность телу немного размяться. Белая футболка противно отлипает от вспотевшей спины, приподнимаясь, оголяя подтянутый живот с рельефом и белую резинку чёрных боксёров «Calvin Klein». — Сначала в душ, а потом завтрак, — говорит Тэ псу и, потрепав того по рыжей макушке, мягко ступает по белому ковру.***
— Доброе утро, пап. — Ким спускается по деревянной винтовой лестнице, поправляя распушившиеся после душа волосы, а мягкое махровое полотенце скидывая на крепкие плечи, привлекая внимание. В гостиной царит полумрак, тяжёлые тёмно-алые шторы задвинуты наполовину панорамного окна, спасая комнату от жары, но даже так лучи солнца красиво расстилаются на дубовом паркете яркими разводами через щели. На низком столике ютятся несколько чашек кофе, и Ким усмехается при мысли о том, что если на молочный ковёр матери попадёт хоть капля, то отцу придётся искать себе адвоката. На телевизоре проигрываются какие-то юмористические программы, развеивая тишину большой комнаты и заполняя её множеством голосов. На кожаном диване цвета горького шоколада сидит рослый мужчина в идеально выглаженной тёмно-синей рубашке. Под его воротником аккуратно заправлен чёрный галстук, и только золотая клипса поблёскивает, бросаясь в глаза. Тёмные волосы были зализаны назад, но даже так седые пряди выбиваются из общей картины, словно показывая, сколько всего он прошёл за свою жизнь, таща мешок опыта за собой. — Привет, соня. Как спалось? — Мужчина выглядит напряжённо, он ведёт плечами и тихо, со вселенским изнеможением выдыхает. Тэ давно заметил, что с его отцом что-то не так. Тень усталости синяками легла у того под глазами, лицо слегка осунулось. Морщины теперь заметнее, прибавляя папе ещё несколько лет, а больная спина даёт о себе знать чуть ли не каждую минуту, заставляя чаще пить обезболивающее. На то есть причины: отец стал всё чаще засыпать на диване в гостиной, окружая себя кипой бумаг и запасаясь кружками крепкого кофе, пытаясь вновь раскрыть убийства, что начались пять лет назад и продолжаются по сей день. — Бак поспособствовал моему пробуждению. Я мечтал о хорошем сне уже несколько месяцев. Сегодня у меня ночной патруль. — Парень проходит на кухню, открывает дверцу шкафа и носом втягивает приятный аромат чаев. — Ты ещё не передумал? Тэхён, я не хочу переживать за тебя каждый чёртов день. — Мужчина договорить не успевает, парень показательно громко хлопает ладонями по кухонной деревянной столешнице, тут же ощущая, как огненные языки боли лизнули кожу, и устремляет взгляд на отца. Он готов пробурить тому затылок, лишь бы вновь не начинать круговорот скандалов. Каждое их пересечение заканчивается тем, что мужчина начинает читать лекцию о том, что не хочет видеть сына в рядах полицейских, и как тот глупит, выбирая такую жизнь. Тэ привык к этому и научился обороняться. — Мы уже обсуждали с тобой это миллион раз, я больше не намерен возвращаться к этому разговору. Как бы сильно ты этого не хотел, я хочу быть полицейским, хочу спасать жизни людей, хочу добиться большего. Отец, ты старший полковник полиции, знаменитый Ким Чжи У, почему ты пытаешься отговорить меня? Я твой сын, и это мой выбор. — Ким тяжело дышит, вывалив всё, что он думал, большим снежным комом и с надеждой смотря на отца, с надеждой на поддержку и понимание, но сталкивается лишь с уставшим ледяным взором. — А ещё ты сам говорил мне... — Чжи вскидывает руку, заставляя сына замолчать одним лишь жестом, жмурит уставшие глаза, потирая пальцами переносицу и что-то бубня себе под нос. Парень не слышит ни единого слова, но искренне убеждён, что его уши бы загнулись от такого. Ким Чжи никогда не отличался большой вежливостью и тактичностью, но мог похвастаться большими заслугами на работе и его главным достижением в жизни — прекрасным парнем Ким Тэхёном. — Это ты в мать пошёл, — бубнит Чжи, а юноша лишь смеётся, пожимая плечами. Сегодня бурю удалось миновать, но надолго ли? — А мама говорит, что в тебя. — Кухню заполняет тягучий сладкий аромат малины, он доносится и до носа мужчины, который всегда протестует против чаёв сына, говоря, что это не мужской напиток. Кухня и гостиная у семьи Кимов соединены, поэтому и в этот раз не обходится без комментариев, но парень успевает схватить свою кружку и сорваться по лестнице вверх, не желая вновь доказывать, что кофе состарит отца быстрее, чем Тэ станет детективом. Закрыв дверь в комнату, молодой человек присаживается за компьютерный стол, хватаясь за край и двигаясь ближе. Он открывает крышку ноутбука, пару раз щёлкая мышкой по рабочему столу, переходя на вкладку с новостями. Такое поведение Чжи можно объяснить лишь тем, что под лунным светом, пока большинство людей уже крепко спят в тёплых кроватях, удав выходит на охоту, поймав свою мышь и оставив труп очередной жертвы где-то в тёмном переулке. Он вновь бросает вызов всей полиции Сеула.
