Милашка
14 февраля 2025 г., 17:02
Ева сидела у очага, задумчиво глядя в огонь, и медленно пережёвывала виноградины. Щёки у неё слегка округлились от набранных ягод, и выглядела она сейчас как довольный хомяк.
Адам, только что вернувшийся с работы, на поле,устало сел рядом и, улыбнувшись, провёл пальцем по её мягкой, тёплой щеке.
— Они у тебя такие мягкие, — хмыкнул он.
Ева нахмурилась, надувая губы, но из-за набитого рта выглядела ещё смешнее.
— Ты смеёшься? — пробормотала она, едва разборчиво.
— Нет, — он склонил голову, не скрывая ухмылки.
Она отвернулась, сложив руки на груди, но всё-таки проглотила виноград перед тем, как обиженно добавить:
— Всё, теперь я с тобой не разговариваю.
Адам тихо засмеялся, наблюдая, как она сердито дёрнула носом. Он вздохнул, затем без предупреждения подхватил её и посадил себе на колени.
— А-Адам! — Ева взвизгнула, но тот только крепче обнял её, ухмыляясь.
— Ева, не стоит обижаться, — он наклонился ближе, его голос стал чуть ниже, чуть теплее. — Иначе ночью я тебя накажу.
— Папа? — вдруг раздался детский голос.
Адам и Ева одновременно замерли, медленно повернув головы. В проходе стоял Сиф, сонно потирая глаза.
— Папа, а зачем наказывать маму? Она что, провинилась?
Ева вспыхнула, чувствуя, как жар приливает к щекам.
— Эм... — она заморгала, ища подходящие слова, но Адам лишь усмехнулся, качая головой.
— А ничего, сын, — спокойно ответил он, подмигнув Еве. — Она просто провинилась, но я её уже простил.
Сиф недоверчиво посмотрел на них, затем зевнул и протёр глаза.
— Ладно… тогда я спать.
Когда он ушёл, Ева посмотрела на Адама с укором.
— Дурак! — прошипела она, снова покраснев.
Адам лишь рассмеялся, обнимая её крепче.
— Сегодня ты спишь отдельно! — фыркнула она, всё ещё надутой.
Адам посмотрел на неё и не смог удержаться от улыбки. Даже когда она злилась, выглядела мило — эти надутые щёки, сжатые губы…
— Ладно, Ева, прости, — он усмехнулся, обнимая её. — Я же просто шутил. И не строй из себя святую… Вспомни, как ты схватила меня за голову, когда я ел, и сделала так, чтобы моё лицо оказалось…
Ева вспыхнула до кончиков ушей.
— Адам, хватит! — пискнула она, закрывая лицо руками.
Адам рассмеялся и, наклонившись, нежно чмокнул её в нос.
Адам улыбнулся и, чуть наклонившись, прошептал:
— Ева, ты такая милашка, я так щас хочу тебя... Мне нравится твоя фигура, грудь, бедра, твоё милое лицо... Почему ты такая красивая?
Ева снова покраснела, и, прикрыв лицо руками, с неловкостью произнесла:
— Адам, хватит!
Адам рассмеялся, наслаждаясь её смущением, и обнял её крепче.
Ева пробормотала что-то неразборчивое, всё ещё красная,и сидя в раздумьях
На несколько мгновений в комнате воцарилась тишина, лишь потрескивал огонь в очаге.
— Ладно, давай спать, — наконец сказала Ева, стараясь скрыть улыбку. — Пошли, да?
Адам кивнул и, не отпуская её, направился к кровати.
Они легли в обнимку, прижавшись друг к другу. Ева почувствовала, как её сердце успокаивается в его близости.
Перед сном Адам, чуть поднимя голову, прошептал:
— Ева, ты самое лучшее, что было у меня.
Ева улыбнулась, прижимаясь к нему, и, чувствуя, как её глаза закрываются от усталости, ответила:
— И ты тоже.
Затем она замолкла, убаюканная его тёплым дыханием, и вскоре уснула, уютно устроившись в его объятиях.
