Репетиции

– Ты, когда падала, головой ударилась? Что ты вытворяешь, Грейнджер? – Лицо Малфоя от злости залилось краской. – Ни одно заклинание не вымоет из тебя всю твою гниль! «Поверь мне, Грейнджер, я итак это знаю», – мысленно согласился Малфой. – И прежде чем распространять слухи про меня, нужно убедиться в их правдивости! – Я не имею желания смотреть, как ты раздвигаешь ноги перед каждым встречным. Гермиона с каждым сказанным им словом становилась всё злее, в её глазах бегали чёртики. На секунду Драко показалось это очаровательным, но, испугавшись случайно ляпнуть эту мысль, он решил сразу же её выкинуть из головы. – Ты мерзкий ублюдок, Малфой! Поэтому с тобой ошиваются такие же отморзки как ты! – Следи за языком! Никакого воспитания! – Малфой! – в разговор вмешался Гарри. – Не нужно Гарри. – Да, не нужно Гарри, – Малфой передразнил Гермиону. В разговор уже влез Рон, высказывая своё недовольство поведением Драко. Блейз и Тео посыпали оскорбления на Уизли, Пэнси начала спор с Гарри, Крэбб и Гойл под шум ушли в большой зал на ужин, а Гермиона снова обратилась к Малфою. – Кстати, говоря о воспитании. Настоящий джентльмен, коим ты себя считаешь, во время танца всегда поддерживает свою партнёршу, а не даёт ей упасть на пол. Так что о твоём воспитании многое можно сказать, – чувство вины укололо Драко, он сам понимал, что должен был поймать её, но как бы тогда отреагировали все на этот жест? – И что же ты скажешь о моём воспитании? – Его просто нет. – Да что ты? – Да! Наверное, твой папочка просто забыл про тебя и не научил манерам, а Нарцисса сделала из тебя элегантную леди, – лицо Драко вмиг изменилось, и он, наступая на Гермиону, припечатал её к стене, отдалив их от споров остальных ребят. – Закрой свой рот, Грейнджер, ты ничего не знаешь! – Гнев кипел внутри него, никто не смел говорить что-то о его родителях, даже Гермиона. – А мне и не нужно знать, Малфой, я это и так вижу, – Гермиона встретилась с его глазами, – тебя просто не только обделили родительской любовью, но и не оказали должного внимания, вот ты и пытаешься самоутвердиться за счёт меня. Или это не так? Между ними повисла небольшая пауза. – И что ты молчишь, Малфой? – Неужели Гойл был прав. – В плане? – Если ты отлично сосёшь, тогда я могу понять, как с тобой люди общаются. А у Поттера и Уизли вообще абонемент, – Малфою самому было противно от своих слов, но злость застилала глаза. – Замолчи. – Знаешь, от того, что я просто стою с тобой рядом, мне хочется блевать! Надеюсь твоя грязная кровь когда-нибудь сыграет над тобой злую шутку, и ты перестанешь быть такой заносчивой. Поганная грязнокровка, – Малфой выплюнул ей эти слова в лицо, и, забрав свою компанию из слизеринцев, ушёл.