В объятиях рассвета

Рассвет у залива встречать в одиночку просто,

Если при этом больше не надо жить.

Чтоб быть счастливым - нужен всего лишь воздух

И тот, с кем этот воздух делить

Эндрю не понимает, что с ним происходит. Не понимает своих чувств и эмоций, но ему хочется думать, что это…счастье? Такое далёкое и одновременно находящееся так близко, будто можно коснуться рукой и притянуть к себе поближе. Заслужил ли он быть счастливым после всего дерьма в его жизни? Почему-то казалось, что нет. Счастье приходит только к тем, кто чист перед богом и всей прочей ерундой. Эндрю не был таким и все это знали. И ему отчасти было жаль от этого. Жаль от того, что с ним происходило. Стыдно за то, что он не смог предотвратить. Другие бы посчитали это глупостью и были бы правы. Эндрю был глупцом, когда-то верующим в людей и смотрящим на мир через розовые очки. Он ненавидел себя маленького. Того, кто пытался оправдать даже самого грязного урода. Того, кто пытался убедить себя в том, что он обязательно будет счастлив и любим. И того, убил в себе все эмоции по частям. Он не ангел и никогда им не был. Сошёл бы за мудака и то, с натяжкой. Очень большой натяжкой. Он убил свою мать и ни капли не жалеет. Жалость для слабаков, что находят для себя оправдание ничего не делать и ныть. Жалость только для тех, кто хочет, что им помогли. Чтобы спасли и отогрели в тепле, заботливо накрывая одеялом и кормя с ложечки. Эндрю не хотел этого. Ему нужно было только спокойствие и безопасность. Не для него. Для брата. Может хоть так Эндрю сам обретёт счастье, подарив его почти себе. Даже, если он не заслуживал счастья, ему хотелось быть любимым, хотелось, чтобы его любили и были рядом, не давая сорваться в бездну с обрыва, больно разбившись об острые скалы. И почему Кевин вообще остаётся с ним рядом, не смотря ни на что тоже было блондину не ясно. Если это ради защиты, то зачем? Всё уже позади. Рико мёртв и явно не сможет воскреснуть, чтобы принести ещё больше страданий в жизни людей. И Миньярду казалось, что никто не рыдал из-за его смерти. Как только Джостен вообще смог этого добиться? Впрочем, блондину это было не так интересно. Не главный приоритет в жизни, всё-таки.

***

Кевин не привык испытывать жалость к другим. Вороны могли научить только жестокости и огромной самоотдаче, заставляя полностью погрузиться в экси с головой, задыхаясь в каждом матче. Рико каждым ударом под дых заставлял его менять свою точку зрения, подавляя эмоции и испытываемые чувства. Он боялся его. Боялся хуже смерти, зная, что Морияма достанет его всегда и везде. Он вцепится ногтями в его кожу, а после безжалостно оторвёт кусок плоти, отчего кровь брызнет во все стороны. Дэй уверен, что не дрогнет от боли, понимая, что станет ещё хуже. Рико не пропустит это мимо глаз и все это знали. Знали какой тот садист, что вымещал злость на других. И не важно кем будет этот человек. Японец готов сломать любого, кто попадётся под горячую руку и сильнее разожжёт гнев, что плескался под кожей горячей магмой, обжигая всех. И самого себя тоже. Кевин боялся. Боялся до дрожи в коленях, не думая, что когда-то сможет выбраться из этого ада. Но сейчас он сидит рядом с Эндрю, пока тот курит и чувствует себя на своём месте. Будто так и должно было быть. Так и надо. И именно сейчас тот был спокоен, смотря на обрыв под его ногами. Куда Миньярд его вообще привёз в такую рань? Какая-то скала для пеших прогулок, которая на самой вершине имела выступ с которого открывался невероятный вид. Кевин первый раз видел такую красоту. Но почему-то ему казалось, что Эндрю выглядит куда красивее, чем этот рассвет. Это всё из-за освещения! Явно не из-за того, что Эндрю сам чертовски красивый, нет. Хотя самым прекрасным в нём Кевин считал глаза. Вроде бы самые обычные, но одновременно и притягивающие к себе внимание черноволосого из раза в раз. На свету они казались зелёными, такими чистыми и яркими,но отражающими при этом всю пройденную за жизнь боль. Дэю хотелось самолично зацеловать все шрамы и напоминания на его теле, что приносили только боль своим существованием. От этого и ему самому становилось больно. Больно от того, что парень никак не смог бы помочь ему. Не смог оградить от этого. И плевать, что тогда они даже не догадывались о существовании друг друга. Кевин просто ненавидел быть слабым в отношении своих друзей. А были ли они с Эндрю друзьями? Кевин, честно говоря, не знал. Мог ли он считать тем особенным человеком, которого Миньярд готов принять в свою маленькую семью, что сформировалась далеко не за один день. И этого Дэй тоже не знал. Как и того, что Эндрю вообще о нём думает, а сам ореховоглазый вряд ли бы сам сказал. Просто бы не смог признаться в таком. Куда легче было бы показать это действиями. Показать, а потом надолго замолчать, просто смутившись. Даже такой человек, как Эндрю мог просто смутиться. — Ты бывал тут раньше? — голос Кевина кажется куда более тихим, чем обычно, отчего Эндрю сразу поворачивает голову в его сторону, отвлекаясь от созерцания открывающегося вида. Сейчас восход казался таким прекрасным, будто бы сам художник решил расписать небо после своей смерти. Черноволосый был уверен, что настолько прекрасное зрелище видит в первый раз. Да и последний, вероятнее всего. С их-то загруженным графиком оставалось только мечтать о таких чудесах света. Эндрю не отвечает сразу, он просто садится на выступ и свешивает ноги, совсем не боясь упасть в бескрайнюю бездну. Хотя Кевин знает, что тот боится высоты, но всё равно каждый чёртов день приходит на крышу общежития, чтобы покурить. А была ли ещё причина? Черноволосый не знал и предпочитал не спрашивать, понимая, что этим ничего не добьётся. Разговорить Эндрю Миньярда временами превращалось в самый непостижимый квест. Даже забить Воронам казалось куда более реальным. Но Кевин и не настаивает. Просто садится рядом, откинувшись на руки. Оранжевое зарево рассвета медленно переплеталась с лёгким фиолетовым оттенком, радуя глаза. Спокойствие и мирность этого момента полностью захватила в свои сети, отчего бывший Ворон почувствовал усталость, что копилась далеко не первый день. Но почему-то именно сейчас она с удвоенной силой обрушилась на него, заставляя тихо зевнуть. Всё-таки он никогда не сможет просыпаться так рано с лёгкостью. Эндрю от этого лишь беззвучно хмыкает, доставая уже изрядно помятую пачку сигарет. Не закуривает, а просто крутит её в руках о чём-то думая. Возможно, даже о сидящем рядом с ним парне. — Не так часто, — блондин успевает пожать плечами, прежде чем кинуть упаковку Дэю в руки, не заботясь о том, что сонный парень едва ли не упустил её. Его кожанка не была настолько тёплой, отчего парень покрывался мурашками от прохладного утреннего ветра. Тут на высоте он казался куда более холодным и это успели почувствовать оба из них. — Аарон ездил сюда с однокурсниками когда-то. — Удивлён, что он вообще согласился поехать, с его-то отношением к другим с курса, — зеленоглазый успевает пробормотать свои слова, прежде чем слышит усмешку Миньярда и переводит на него свой взгляд. И в оранжевом свете восхода он кажется ещё более красивым, отчего парень краснеет, продолжая рассматривать блондина. И он сам не понимает своих чувств с эмоциями. Возможно, Кевин Дэй впервые облажался и проиграл своему сердцу, но это не казалось чем-то ужасным. Возможно он сейчас поистине счастлив. Счастлив от того, что Эндрю решил свозить его одного. от того, что блондин просто находится рядом и в безопасности. Даже, если Дэй сам не уверен, насколько долго может продлиться этот момент умиротворения и как быстро жизнь кинет их в новую авантюру, что изрядно потреплет нервы и общее состояние. Хотя вряд-ли это уже кого-то удивит. И несмотря на будущие опасения Кевин будет счастлив находиться рядом с блондином, даже, если до конца не уверен, что за отношения их связывают. — Если ты не заметил, он легче находит контакт с остальными, — Эндрю язвит, но его интонация не кажется злой или грубой, просто подколка, что заставляет зеленоглазого улыбнуться. Эндрю ловит себя на том, что засматривается на его губы. Мимолётно и не так долго, но засматривается. Становится интересно, какие они на вкус, но блондин отметает эту мысль, пытаясь не вздрогнуть. Что он сейчас чувствует? Холод от ветра или тепло от нахождения звезды экси рядом с ним в том месте, где нет ни единой живой души, кроме них двоих? Возможно, это и есть счастье, греющее даже в самый знойный день, а также дающее надежды и желание прожить с этим человеком всю оставшеюся жизнь? Эндрю точно не знал, но ему хотелось быть счастливым. Хотелось, чтобы его любили. И он боялся своих изменений. Кевин позволяет себе рассмеяться и блондин вздрагивает. Это от холода, успокаивает он себя, но сам понимает, что истина далека от этого. Смех Дэя разнится с его сонным видом, отчего показавшись куда более бодрым, чем сам парень. Он перестаёт облокачиваться на руки, полностью ложась на выступ, совсем не беспокоясь о холодной поверхности. Будто бы это не он заболевает от каждого сквозняка, а потом мучается с температурой и соплями. Журналисты бы взревели, если бы узнали, что нынешнюю звезду экси может вывести из строя простая простуда! Хотя для Эндрю был бы грех смеяться над таким, он и сам не так уж восприимчив к болезням. В этом они с ним похожи. Только Миньярд ещё и мёрзнет от каждого дуновения ветерка.

***

Эндрю вспоминает разговор с Бетси. В сознании сразу всплывает момент, когда она подтверждает, что он влюблён. По-своему, конечно, но влюблён. Не в кого-то неизвестного, а в чëртову звезду экси — Кевина Дэя. Такого идеального на публику, но настоящего садиста на корте. Неважно, насколько ты хорошо выложился, Кевину будет мало. Всегда нужно больше. Эндрю знал, что это заложили Вороны. И не просто заложили, а силой вбили в голову молотком. И Дэй просто боится отдохнуть. Боится, ведь не привык к этому. Рико был готов убивать, если ты работаешь слишком мало. И он обязательно бы сдержал своë слово. Но Эндрю не даст ему забрать Дэя. Только через свой труп. Он обещал ему защиту, а Миньярд слов на ветер не бросает. Кевин останется в Лисах до того времени, пока сам не захочет уйти. Но даже тогда Эндрю не даст никому ему навредить. Будет защищать всеми известными ему способами и легко пойдëт на убийство, если понадобится. Ему не привыкать. Не привыкать и к тому, что его считают монстром. Почему же Кевин тогда был другого мнения? Почему не считал его таковым, даже, если остальные были против. Почему он был готов стоять на его стороне до конца? Эндрю хотелось смеяться. Просто истерически смеяться от этого. Он и сам знает, что ужасен, но зеленоглазый продолжает стоять на своëм, делая блондина куда более хорошим, чем было на самом деле. Слишком наивный. Но Миньярд от чего-то был рад. Рад тому, что Кевин не считает его чудовищем. Любит даже, когда остальные боятся. Эндрю для Кевина солнце. Яркий луч, что не даëт ему до конца отпустить руки. Бетси явно знала, когда говорила об этом. Сам ли Кевин решил рассказать психологу об этом или женщина догадалась куда раньше, чем слова слетели с его обкусанных губ? Было неизвестно, но плевать. Плевать, пока Эндрю знает, что Кевин сам будет рядом с ним. Его никто не заставляет, он просто остаëтся, ведь хочет этого. Быть с Эндрю. У них обоих есть свои демоны, но даже они полюбили компанию друг друга. Не важно, насколько сильно будет жесток мир и населяющие его люди. Главное, что они находятся рядом друг с другом, не давая провалиться в бездну одиночества и боли. Бетси говорила, что Эндрю нужно принять эти чувства. Просто поддаться и наконец-то почувствовать себя любимым. Ему казалось это чем-то сверхъественным. Как можно настолько довериться человеку, чтобы остаться полностью беззащитным перед ним? Эндрю было этого не понять, но хотелось. Хотелось довериться Кевину. Просто быть любимым и любить в ответ. Умеет ли любить Эндрю? Честно говоря, он и сам этого не знает. Но может его окаменелое сердце ещё бьётся? Может оно сможет ожить из-за той заботы и любви, которую он не получал ни от кого, кроме Бетси? Это было неизвестно.

***

Кевин вновь перевёл взгляд на Эндрю и улыбнулся. По-настоящему искренне. Хотелось провести рукой по его светлым волосам и слегка сжать, оттягивая у корней. Хочется, но парень знает, что так нельзя. Это может нарушить то тонкое доверие, которое возникло между ними за долгое время знакомства, а этого черноволосому было невыгодно. Столько дней всё выстраивать, а после в один момент испортить. Без согласия блондина Кевин не станет делать ничего. Даже, если сам очень хочет этого. Даже, если у него тактильный голод и отчаянно нужны прикосновения. Не просто прикосновения, а именно Эндрю. Никто другой не сравнится с ним. И Кевин это знал. — Хватит пялиться, — голос Эндрю кажется тихим, не таким, как обычно, но Дэю он нравится. Нравится, как и весь Миньярд. И блондин никогда не признается ему, что чувства взаимны. Впервые в жизни Эндрю счастлив. Поистине счастлив, ведь рядом с ним находится Кевин. Это удивительно и непривычно, но устраивает обоих. И не важно, что скажут другие.