Форма счастья

Джинши не знает точно, кому он обязан своей возможностью стать свидетелем столь удивительного зрелища. Ему ли за его усилия вернуться пораньше с работы, или тем, кто помог ему этого добиться, или восторгу от новостей, полученных им вчера вечером, который все еще струится по его венам, побуждая его прилагать больше усилий, чтобы вернуться к жене и разделить с ней каждый момент этого счастья? Новость о ее беременности и прибытие нового члена в их семью после долгого ожидания в целых три года. Джинши не уверен, и ему больше все равно; все, что имеет значение сейчас, это сосредоточиться на наблюдении за сценой, разворачивающейся перед ним: Маомао и Сяори, которые, как обычно, спят днем, под лучами солнечного света, льющимися через окна и полностью окутывающими комнату. Они лежат на разбросанных подушках, переплетаясь друг с другом. Маомао обвилась вокруг ребенка, напоминая кошку-мать, которая окружает своих котят, словно защищая их, в то время как ребенок крепко цепляется за ее платье своими маленькими кулачками, положив голову на руку Маомао, в то время как Маомао обвивает руками ее спину. Многочисленные книги, рисунки и игрушки разбросаны по их спальной зоне, что говорит о том, что они устали и поддались сну после долгих часов игры и чтения, что является отражением рутины, которая заполнила их жизнь с момента появления ребенка — особой рутины матери и дочери, когда они проводят время вместе, пока он занят своей работой. Здесь нет ничего необычного, чего бы он не видел или не знал раньше, но то, чего он не видел до сих пор, — это вид их, погруженных в сон, с лицами, украшенными выражением покоя и комфорта. Удивление и замешательство — вот его первые чувства; насколько он знает, Маомао всегда избегала засыпать в незнакомом месте с ребенком, особенно в игровой комнате, предпочитая брать ее в свою кровать или даже в их кровать. Вскоре после этого его охватывает глубокое чувство счастья — чувство, которое он редко испытывал, настолько редкое, что он может сосчитать по пальцам, сколько раз он его чувствовал. Джинши понятия не имеет, что он сделал в своей жизни, чтобы заслужить то, что он видит: ауру тепла, исходящую от близости его жены и их маленькой дочки. Он не может сдержать растущую улыбку, расползающуюся по его лицу. Внезапно Сяори шевелится во сне, придвигаясь ближе к объятию матери, тихо и сонно бормоча: «Тепло...» Если бы Джинши не стоял так близко к ним, он бы не смог ее услышать. Его сердце переполняется неописуемым чувством, потому что свидетельство близости маленькой девочки к матери никогда не перестает его трогать. Заботы его жены о материнстве и ее обязанностях, которые он заметил, оказываются необоснованными; здесь Сяори последовательно доказывает свою глубокую любовь к матери, даже больше, чем к нему. Как он хочет передать Маомао в подробностях то, что он видел, чтобы успокоить ее. Даже если она притворится равнодушной и попытается принизить значение вопроса, как будто это было несущественно, он знает, что она изо всех сил пытается подавить сильные чувства, растущие в ней с каждым днем. Она может обманывать себя и окружающих, но не его. Он всегда наблюдал, как эти жесты и выражения привязанности и ласки со стороны Сяори влияют на нее по-разному. Джинши стоит там, наблюдая за их прекрасным и трогательным зрелищем, замечая малейшие изменения в них, радость, очевидная на его лице, никогда не увядает, а глаза все еще полны слез. Он чувствует глубокую благодарность за то, что у него такая семья, за неизменную любовь в его жизни. Как он хочет навсегда запечатлеть эту сцену в своей памяти. Кажется, прошла целая вечность, прежде чем Джинши подошел к одному из ящиков и взял одеяло, придвинулся к ним поближе. Он хочет укрыть их, чтобы они не замерзли, хотя он уверен, что при такой близости они не чувствуют ничего, кроме тепла; они вряд ли могут получить какой-либо вред за пределами своего уютного гнездышка. Он накрывает их одеялом, убедившись, что оно покрывает их от плеч до пальцев ног. Джинши опускается на колени рядом с ними, погруженный в созерцание их изысканных выражений, отдаваясь их воздействию на него, его сердце переполняется эмоциями. Он не хочет нарушать их покой в ​​это особое время, но он чувствует сильное желание погладить щеку своей жены и поцеловать голову своей дочери. Но он не может, как бы он ни пытался подавить эти желания, и в конечном итоге он поддается своему импульсу, тихо приближаясь к ним. Он слегка касается пальцами щеки Маомао и наклоняется, чтобы нежно поцеловать голову своей маленькой дочери, стараясь изо всех сил не потревожить их. Как бессознательный ответ Маомао на внезапное изменение обстановки, она шевелится во сне и зевает, из-за чего одеяло соскальзывает с ее плеча из-за возросшего движения. Она еще сильнее обнимает малыша, ее руки еще сильнее обнимают Сяори. При виде этого зрелища Джинши не может не издать звук восторга, ошеломленный тем, насколько это для него мило. Слезы, которые собрались у него на глазах, готовы были пролиться, но он сдерживает их, прикрывая рот рукой, чтобы заглушить любой дальнейший звук. В этот момент, в этот день и в этой комнате Джинши осознает что-то... Счастье всегда было для него чем-то неуловимым, чем-то, чего он никогда не мог постичь в своей жизни. Только когда он встретил Маомао и, наконец, она была рядом с ним навсегда, он по-настоящему почувствовал это. Он прожил это в своей жизни, понял ее значение и смаковал множество проблесков вместе с ней. Это счастье достигло своего пика, когда в их жизни родился этот маленький плод их любви и связи - Сяори. В тот момент, прижимая к себе свою семью, держа ребенка на руках, он поклялся, что не позволит ничему разлучить их с ним, что он будет лелеять и защищать их до последнего вздоха. И теперь, в сотый раз — но сильнее всего в своем сердце с того дня, как родилась их дочь, — Джинши клянется себе, что будет защищать свою маленькую семью любой ценой