Валентина Захарова
🌘🌑🌒
- Мне приятно познакомиться с вами, меня зовут Энтони Старк, не удостоит ли мне чести мой жених назвать своё имя? Мой жених. Лицо юноши в миг стало безэмоциональным, каменным. Его нервозность в этот момент выдавала только слегка подрагивающая кисть, что ощущала тепло от чужой руки. - Я прошу меня простить, но похоже вышло недопонимание. Я не ваш жених. Как только Питер произнёс последние слово, он почувствовал резкий животный страх, что прошёлся крупной дрожью по позвоночнику. Было ощущение, что над ним нависнула смертельная опасность. Дыханье спёрло, а сердце в бешеном ритме забилось в груди, грозясь проломить рёбра. В нос ударил терпкий запах хвои, оттесняемый металлическим привкусом на языке. Улыбка на лице лорда Старка стала натянутой и отчётливо недовольной. В светящихся потусторонним голубым светом глазах, появились мрачные искры, точно не предвещающие ничего хорошего. - Ох, но ты сделал мне предложение и даже надел кольцо, meus angelus, ты хочешь сказать, что это была просто случайность? Хрупкую кисть сильнее сжали. Не до боли, нет, но явно показывая, что ещё немного и он сможет применить силу. Сможет причинить боль. Слегка обескровленные губы резко поджались. Питер понимал, какой ответ этот мужчина хочет услышать, также он понимал, чувствовал, невысказанную угрозу. Но юноша не собирается молчать и в этот раз. - Да, именно это я и хочу сказать, сэр. Вся это ситуация сплошное недоразумение. Я просто решил отрепетировать свою клятву для предстоящей церемонией бракосочетания с моим женихом. Натянутая улыбка совсем исчезла с красивого лица мужчины. На корне языка стал чувствоваться отчётливый привкус крови. Лорд Старк преувеличенно спокойно разогнулся из уважительного поклона, став возвышаться над юношей. Но он не спешил отпускать его руку, из за чего Питер занервничал. - Ох, вот как... Раздосадовано и даже слегка издевательски произнёс мужчина. Не успел Питер уточнить, что он имел в виду, или хотя бы попросить отпустить руку, как тихо вскрикнул от неожиданности. Лорд резко притянул юношу за руку, прижимая его грудь к своей. Одна рука продолжала держать кисть на весу, а вторая тем временем оказалась на талии Питера. Со стороны это было похоже на стойку для начала танца. Питер упёрся своим взглядом в острый кадык мужчины. Дыханье спёрло, а щёки предательски раскраснелись. Слишком близко, слишком интимно, никакого пространства между их телами. Какого чёрта? Сверху раздался бархатный смешок. Юноша опасливо поднял взгляд вверх, задирая голову. Лорд смотрел на него с обаятельной усмешкой. Кажется он был уже не так зол на него, как секунду назад. Почему? Из-за его реакции на тесный контакт? Надеюсь, что он не принимает это на свой счёт. Паркер упёрся свободной рукой в грудь Старка, пытаясь если не оттолкнуть, то хотя бы увеличить расстояние между ними. Но хватка лорда была неизменна. Он будто бы игрался с добычей в своих руках, потешаясь над его беспомощность. В груди вязким комком стал распространяться гнев. Почему всё снова повторяется? Почему все всё решают за меня? Почему я для всех них всего лишь вещь. ПОЧЕМУ? - Прекратите. Голос Питера звучал отрывисто и зло. Эмоции переливались через край, застилая всё перед глазами красной пеленой. Мужчина вскинул одну бровь. Его выражение лица почти не изменилось. Но если сильно вглядываться, то можно заметить, что самоуверенная ухмылка чуть сползла с его лица, давая место удивлению или даже изумлению. Хватка на талии стала менее уверенной. - То что вы делаете нарушает все правила приличия. Мы с вами знакомы не больше пяти минут, а вы уже позволяете себе такое отношение. Вы поступаете глупо, грубо и неотёсанно. Прекратите это немедленно и отпустите меня. Изменение в эмоциях мужчины подтолкнуло Питера к тому, чтобы высказать этому выскочке всё в лицо. Пусть он и является лордом, но Паркер никогда не слышал о семье Старков, что может означать лишь то, что либо они не имели большой политический вес, или этот род давно вымер. То есть этот титул никак не обязывает Питера быть с этим человеком....или не человеком?... терпимее или снисходительнее. За его самодурство не последует никаких санкций. Если конечно лорд Старк не решит его прикончить. Во время всего высказывания претензий, лицо мужчины становилось всё более и более изумлённым. Но когда распалённый до крайности юноша закончил, на его лице отчётливо проявилось довольство. Мужчина мягко отнял руку от талии юноши, а после, слегка помедлив, отпустил изящную и хрупкую кисть, напоследок целуя костяшки пальцев. Не теряя возможности Питер сделал два шага назад. Лорд не предпринял попыток приблизиться. - Прошу вас принять мои извинения... Голос мужчины звучал очень довольно и сыто, будто кот наконец смог урвать себе целый кувшин сметаны. - Вы абсолютно правы. Я был излишне груб и.... как вы выразились неотёсан. Питер уже был готов снова удариться в обвинения или в свою защиту, но слова мужчины заставили его удивлённо замереть. Это странно. Обычно если он не выдерживал, и все свои мысли и претензии высказывал в лицо оппоненту, то дальше был вынужден защищаться словами, а порой даже и физически. Ещё никогда никто не признавался перед юношей, что был не прав и не просил у него прощения. Этот мужчина отличается от других. Особенно от Квентина. Может быть... Питер сильно прикусил свою губу. Во рту застыл привкус метала. Придурок. О чём ты вообще думаешь? У тебя один раз попросили прощения и ты поплыл? Серьёзно? Жизнь вообще ничему не учит? Уже забыл, как на самом деле обстоят дела? Забыл, какую роль на тебя возложили? Ноги сами собой сделали шаг назад. Может забыл, как к тебе относится другие люди? Да не то что люди, а твоя собственная семья. Это обман. Всё обман. Он такой же. Просто ждёт, пока ты ослабишь бдительность, что бы ворваться в твою грудь и вырвать то, что там осталось. Да, правда чертовски помогла отрезвить себя. Питер резко разворачивается на каблуках и убегает по тому пути, которому пришёл от церкви. Ветки неприятно царапали руки и лицо, но это не имело значения. Паркер продолжал бежать, даже когда уже начал задыхаться от усталости. Он не был уверен, была ли за ним погоня. Да и он не особо вслушивался, собственное дыхание стояло набатом в ушах, мешая услышать хоть что то ещё. Юноша не был уверен, сколько он бежал, но вскоре лес начал редеть, а перед глазами встала церковь. Хорошо. Это означает, что он сможет прожить ещё один день.🌘🌑🌒
Льдисто голубые глаза смотрели в след убегающему юноше. Он только хмыкнул и расслаблено упёрся спиной в ствол какого то дерева. Взгляд сам собой упал на безымянный палец. На губах появилась мягкая улыбка, которая сама собой превратилась в плотоядную усмешку, пока вторая рука мягко крутила кольцо на пальце. Горячая штучка. Сначала показался милым очаровательным ягнёночком, но после сбросил свою шкуру и показал зверушку поопаснее. Гордый, храбрый, немного безрассудный, пылкий... Язык в голодном жесте облизнул нижнюю губу. Готов поспорить, что безумно страстный. Столько огня в глазах. Столько ярости и протеста... Из горла вырвался тёмный смешок. Но усмешка резко поникла. Только вот... очень забитый. Напоминает скорее забившегося в угол щенка, что ожидает от каждого встречного болезненный пинок. Что ж, это придётся подправить. Негоже такому сокровищу так себя вести. Придётся покопаться в его прошлом, что бы понять, что к чему. Но ничего. Такой волчонок стоит того. Всё что ему нужно, что бы перерасти это и опустить настроенные другими барьеры, стоит дать больше свободы, внимания и ласки. А уж сам он готов окучивать этот цветочек круглыми сутками. Но не сейчас. Сначала надо показать, что он не очередной человек, решивший пнуть запуганного щенка, а тот, кто возьмёт этого щеночка к себе и вырастит из него настоящего хищника. Нужно всё подготовить. Мужчина оправил свой пиджак и мягкой хищной поступью исчез в неизвестном направлении.🌘🌑🌒
- Да как ты вообще посмел просто убежать из церкви?! Почувствовал свободу? Забыл своё место?! Питер чувствует, как с прокушенной губы капает на пол кровь. Но это лучше, чем начать кричать. Это только сильнее её разозлит. Юноша незаметно делает глубокий вдох и выдох. Эта передышка на нравоучения даёт хоть немного времени прийти в себя. Спину болезненно жжёт, а кровь крупными каплями неприятно скатывается за пояс брюк. Колени ноют от долгого стояния на холодном каменном полу. Руки уже онемели от холода камня. Хочется оторвать руки от пола и хоть немного растереть их между собой, хоть как то запустить кровообращение, но лучше не стоит менять эту позу. Так это быстрее закончиться. Она в очередной раз расскажет как разочарована, что делает всё возможное для моего благополучия, а я неблагодарная крыса, не знающая цену их бескорыстной доброты и снисходительности. Вот бы это поскорее кончилось. Пожалуйста, пусть она поскорее уйдёт. Просто забудь обо мне. Займись поистине важным делом. Как же он жалок. Последний хлёсткий удар пришёлся между лопаток и женщина, презрительно и разочаровано хмыкнув, круто развернулась на каблуках и вышла из камеры. - Надеюсь, что ты осознаешь всю ценность нашего снисхождения и перестанешь строить из себя непойми что. Если я с отцом ещё добры к тебе, то твоя будущая семья не обязана с тобой церемониться. Подумай об этом. Её слова сопровождались стуком каблуков о каменный пол, который всё удалялись всё дальше и дальше, пока совсем не затихли. Только после этого юноша позволил себе аккуратно разогнуться и накинуть на свои голые плечи грязно - белую рубашку. Зашипев сквозь зубы, он улёгся животом на подобие лежанки и облегчённо закрыл глаза. Всё хорошо. Нужно только заснуть. Завтра утром от этих ран не останется ничего, кроме фантомной боли и воспоминаний. Нужно только заснуть. Глаза плавно закрылись, и медленно стал приходить сон, принимая его в свои блаженные объятья забвения. Как же хорошо...🌘🌑🌒
Вокруг была непроглядная тьма, которая мягко окутывала Питера со всех сторон. Было так удивительно комфортно и уютно. От этих ощущений не хотелось уходить. - Питер... Бархатный мужской голос звал его. - Питер…? Кто это? Я его знаю? - Питер, ну где же ты? Я здесь. Я рядом. Послышался мягкий хмык. - Здесь? Нет, meus angelus, ты очень далеко. Далеко? Разве я могу быть далеко? Тогда как я слышу этот голос? Он так близко... Раздался смешок. - Такой пытливый ум. Я могу тебе всё рассказать, но ты сейчас не готов слушать меня. Ты слишком измучен, чтобы запомнить наш разговор. Стали слышны приближающиеся шаги. Поступь была мягкая, но твёрдая. Это не похоже не на отца, не на мать, не на слуг. Странно. Кто это? Мягкие, словно пёрышко, прикосновения заскользили по спине. Удивительно, но боли не было. Регенерация уже справилась? - Тебе больно? Почему он спрашивает об этом? Если это не мать, то никто не должен знать про мои раны, если конечно их не увидит. Но при соприкосновении чужой руки и моей спины больно не было, значит ран больше нет. Но тогда почему он спрашивает? Снова послышался смех. - Ты интересный. Уж не думал я, что в таком состоянии разума, ты сможешь так цельно рассуждать. Рука стала мягко гладить спину, словно человек гладил котёнка. - У тебя интересные способности, thesaurus meus. Надеюсь, при следующей встречи ты мне расскажешь о них. Но сейчас мне важно узнать carissimi mei, кто сделал тебе больно? О чём он? Он имеет ввиду наказание матери? Разве это имеет значения? Зачем ему об этом знать? - Значит мать? Голос мужчины лишился всех тёплых ноток, оставляя только холод и сталь. - Ничего, meus angelus, совсем скоро они будут умолять нас пощадить их. Что? О чём он? Что он собирается сделать? Голову стал наполнять предательский холодный тяжёлый туман, мешающий думать. Раздался холодный едкий смешок. - Спи, мой храбрый волчонок.