The world of two of us

После очередной тренировки по новой хореографии сил практически не оставалось. Это и не удивительно, подготовка к камбэку всегда была сложной и выматывающей. Расписания занимали большую часть времени, да и после их окончания парни продолжали усердно работать на студии или в своих общежитиях. Так уж случилось, что в этот раз их расселили как раз по дуэтам, которые должны были лечь в основу будущих песен. Поэтому для совместной работы не приходилось далеко идти, ведь напарник всегда был с тобой под одной крышей. Хотя у всех в группе были тёплые взаимоотношения друг с другом, Уён был несказанно рад оказаться в одной паре с лучшим другом. Тем самым, с которым тот делил парную татуировку смысл которой, казалось, был донельзя прост и понятен. «Amicus ad aras» — значит «друг до конца», однако её можно было трактовать и по-другому, но никто же так не делал, верно..? Эта небольшая надпись значила многое для обоих, хотя возможно и обозначала разные стороны медали. Сан рухнул на кровать и потёр глаза. Усталость с новой силой нахлынула на парня и практически прибила к уютной постели. Последнее, чего ему сейчас бы хотелось, — вставать и идти в холл, чтобы поработать над песней. Нет, это не значило, что Чхве не хочет её писать, скорее, сейчас было совершенно не то настроение. Вероятнее всего, Уён его уже ждал, так что выбора особо не оставалось. Парень с трудом поднялся и, тяжело вздохнув, вышел из комнаты. И вправду, Чон успел разложить свои вещи, а пока соседа не было направился на кухню, чтобы взять пару бутылочек соджу и закуски. Он даже не утруждал себя бессмысленными вопросами что будет его друг и будет ли вообще, потому что прекрасно знал Сана. Возможно, даже лучше него самого. Когда долгое время находишься рядом с человеком, то хочешь не хочешь, запоминаешь его предпочтения и привычки. Но Уён хотел, да ещё как. Уже по возвращении парень заметил друга, развалившегося на диване, и тепло улыбнулся. — Устал? — голос звучал тихо, но при этом чётко. Младший протянул одну из бутылок Сану и сел рядом. Тот кивнул, принимая напиток и сразу же открывая его. Пара глотков, тяжёлый вздох и Чхве наконец-то смог что-либо из себя выдавить. — Спасибо… — Сан положил голову на плечо Уёна и обнял его. Тот слегка дёрнулся, не ожидая такого жеста, но не отпрянул, а наоборот, обнял друга в ответ. Чон прекрасно понимал старшего и дал ему возможность отдохнуть и расслабиться. Они и так слишком много работали, поэтому заслуживали хотя бы небольшую передышку. Совсем скоро Сан задремал. В объятиях друга он выглядел таким беззащитно-милым, что будить его было сродни использования непростительных заклинаний, поэтому Уён осторожно вытянул из его рук открытую бутылку и поставил на стол рядом со своей, к которой даже не притронулся. После, принимая более удобную позу, насколько это было возможно чтобы не разбудить Сана, Чон закрыл глаза и сам провалился в беззаботное царство Морфея.

***

Утро началось неприятно рано с осадком от незавершённого дела. Возможно, минутная слабость и выбор в пользу сна, а не сверхурочной работы был не лучшим, учитывая вечно поджимающие сроки, но тем не менее он был приятным. Ни одному из них выспаться так и не удалось, однако часть напряжения была сброшена и заменена силами для более плодотворной работы. Последующие дни были расписаны от рассвета до заката и пролетали незаметно, но работа над песней особо не продвигалась. Сколько бы раз Сан и Уён ни собирались поработать что-то шло не так. — Может нам просто не судьба написать эту песню? — За такую судьбу нас Джун располосует, Уён-и. — Ты иногда бываешь таким занудой! — парень ткнул приятеля в бок, — Ну давай мы с ним поговорим завтра после тренировки. Уверен, он сможет нам помочь. — Ничего я не зануда, — ответил Сан и мастерски закатал глаза: — Ответственность одно из важнейших качеств. Уён тепло улыбнулся той улыбкой, которую дарил только ему, подвинулся ближе и обвил парня своими руками. Сан давно привык к тактильности друга и перестал воспринимать эти жесты как что-то особенное, как что-то только для него и только с ним. Так что порой подобные проявления приносили столько же тепла, сколько и боли, но Чхве не показывал этого и был благодарен за возможность быть хотя бы другом этому человеку.

***

— …Три, четыре и-и-и закончили! На сегодня всё, можете быть свободны, — скомандовал хореограф и, попрощавшись, покинул зал. Участники выдохлись под конец всех тренировок и репетиций, поэтому какое-то время провели в основном лёжа прямо на полу и в полной тишине. Первым голос подал Юнхо: — Кто со мной поесть Абура-собу? — Я! — незамедлительно отозвался Сонхва. Одно только предложение отведать данное лакомство придавало ему сил, так что он просто не мог от него отказаться. Кто-то сослался на усталость и предпочёл сразу отправиться в общежитие, однако старшие всё же смогли затащить в свою компанию Ёсана и довольные направились в ресторан. Когда большинство покинуло зал для тренировок Хонджун окинул взглядом помещение, удивлённо приметив Сана и Уёна он обратился к ним: — Собираетесь ещё порепетировать? Сегодня мы все хорошо выложились, можете отдохнуть. — Да… То есть нет, — Уён чуть не ругнулся, но вовремя себя одёрнул. Просить помощи всегда было неловко, пусть даже у близкого хёна, — В общем, у нас есть проблема с написанием песни… Мы в тупике. Хонджун удивлённо поднял на них глаза. В его взгляде была едва различимая усталость, но отсутствовало какое-либо предосуждение. Пару минут каких-то размышлений и, потерев переносицу, лидер произнёс: — Хорошо, я понял. Смотрите, концепт будущего альбома связан с чувствами, которых лишён мир Z. И мы должны научить его жителей проявлять их. Это может быть радость, веселье, дружелюбие, любовь… Подумайте, какие чувства вы бы хотели туда привнести. Можете ссылаться на мемберов, Эйтини или даже семью, если вам так будет проще. В общем попытайтесь прислушаться к себе и своим чувствам и просто перенесите это в текст. — Спасибо, хён, мы будем стараться. — ответил Сан и улыбнулся своей самой чеширской улыбкой. Получив совет парни попрощались с Джуном и отправились к себе. После разговора с лидером они оба пребывали в своих мыслях. Каждый пытался понять, что именно он бы хотел сказать песней? Насколько открытым можно было бы быть? И как на это отреагировал тот, на кого она будет направлена? Уже долгие шесть лет они работают рука об руку, знают друг о друге всё. Кроме одного… Как же поведёт себя другой, если один из них раскроет правду? И сможет ли это сделать? Дом был таким же как его оставили утром хозяева: кое-где разбросанные записи, несколько немытых кружек и пустых упаковок от доставок и стены, пропитанные несбывшимися желаниями. Теперь он точно решил для себя, что не собирается больше бездействовать. — Сан… — Уён… Практически одновременно они обратились друг к другу и рассмеялись. Друзья часто синхронизировались даже сами того не замечая, что выглядело довольно забавно. — Есть будешь? — первым закончил фразу Уён, скрываясь за проходом в кухню. — Буду, Уён-и. У нас ещё что-то осталось из готового? — тот пошёл следом на кухню, чтобы в случае чего помочь, — Кстати о песне… Ты не надумал ничего за это время? — Пулькоги и сейчас я приготовлю рис, — младший поставил мясо на стол и принялся за крупу, — Да была одна идея, но я что-то в ней сомневаюсь. А ты? — Почему бы не написать песню про нас. Мне кажется это получится очень интересно, только вот нужно подобрать правильные слова, чтобы точно передать нашу связь. Внезапно в голове Уёна красным мигала лампочка SOS и где-то там же слышался звук сирены. Пронеслась мысль: «сейчас или никогда» и чтобы не передумать Чон моментально выпалил: — Ты мне нравишься, Сан, уже давно. Прости, я больше так не могу. Прятаться было некуда, отступать уже поздно, но Уён не был готов встретиться взглядом с другом, а потому отвернулся к раковине активно делая вид, что всё ещё занимается рисом. — Это правда..? — не веря собственным ушам произнёс Сан. Он привык списывать многие действия младшего на его общительность, тактильность и прочие проявления экстраверсии и старался не придавать им какое-либо другое значение, кроме приятельского. Хотя порой очень хотелось обратного, но здравый смысл и страх потерять друга брали своё. Но теперь всё может быть иначе… — Мне кажется, что мы с тобой дураки ха-ха. Я старался не допускать этих мыслей раньше, но ты мне тоже нравишься. Уён удивлённо развернулся и тут же оказался в объятиях Сана. На душе в один момент стало так легко и хорошо. Ощущения можно было сравнить разве что с поездкой на американских горках, когда в моменте тебе очень страшно, но потом остаётся приятное послевкусие. Сан отстранился и без раздумий выдал: — «The world of two of us», неплохое название для нашей песни и истории. Уён взял руку Сана в свою и пусть тот ничего не сказал вслух, но они оба поняли, что никогда не отпустят друг друга. И «Amicus ad aras» теперь обретёт для них новый смысл, а именно «партнёр на всю жизнь».