сквозь ярость и кровь

Они стояли напротив друг друга, окружённые грязным светом комнаты, где время словно застыло. После очередного раунда, который вымотал их обоих, напряжение между ними достигло предела. Их лица были исцарапаны, кровь стекала тонкими линиями, но никто из них не думал отступать. Се-ми снова посмотрела на него с этой своей знакомой смесью презрения и усталости, которая всегда заставляла его приходить в ярость. Ты жалкий, Намгю, — выплюнула она сквозь сжатые зубы. Даже когда ты пытаешься быть сильным, ты остаёшься никем. Его глаза вспыхнули, как у зверя, загнанного в угол. Он шагнул к ней, сокращая расстояние между ними. Повтори это ещё раз, — процедил он сквозь зубы. Его голос был хриплым, полный злобы и отчаяния. Се-ми, как всегда, не отступила. Она ухмыльнулась это была её привычная защита, но внутри она чувствовала, что этот раз отличается. Ты ничтожество, Намгю. Всегда был. Эти слова, как удар, пробили его насквозь. Он поднял руку, но не ударил её. Вместо этого его пальцы сжались в кулак, а потом он сорвал с ближайшего стола вилку. Её глаза мгновенно сузились, но она не дрогнула. Что, ударишь меня этой штукой? — издевательски бросила она, хотя голос её предательски дрогнул. Ну давай, Намгю. Покажи, на что ты способен. И это сломало его. Всё, что он так долго пытался подавить его ненависть, его влечение к ней, его собственная бессильная злоба всё вырвалось наружу в один момент. Он кинулся на неё, и они упали на пол, скатившись в хаотичную кучу ударов и криков. Се-ми боролась, как могла. Она кричала, пыталась вырваться, но он был сильнее. Его руки тряслись, когда он прижал её к полу. Вилка в его руке дрожала, пока он смотрел в её глаза. Там не было страха, только гнев. Ты... ты даже не знаешь, что ты делаешь, прохрипела она, тяжело дыша. уничтожаешь. Ты сам себя уничтожаешь. Её слова резали сильнее, чем любой удар. Его рука дрогнула, и он закричал — громко, яростно, как будто вырывал боль из самого себя. Он поднял вилку, и в следующий момент всё произошло слишком быстро. Он вонзил её в неё. Это не было осознанным решением, это был рефлекс, вырвавшийся из глубины его души. Он увидел, как её глаза расширились, и его дыхание оборвалось. Се-ми вскрикнула, но звук был коротким. Её тело заёрзало под ним, а потом замерло. Кровь начала вытекать, красным пятном растекаясь по полу. Она посмотрела на него, её губы слегка дрожали, как будто она пыталась что-то сказать. Намгю... - её голос был едва слышным, слабым и рвущимся на части. Она замолчала, не договорив. Он смотрел на неё, не веря своим глазам. Его руки были залиты её кровью, а её взгляд больше не смотрел с вызовом. Её глаза стали пустыми. — Чёрт... — выдохнул он, сев на пол и обхватив голову руками. Он не чувствовал ни ярости, ни сожаления, только странное притуплённое осознание. Он потерял её. Потерял последнего человека, с которым хоть что-то связывало. Она была не другом, не любовью, но в этом месте она была единственным, кто заставлял его чувствовать себя живым. Теперь же не осталось ничего. Он взглянул на её безжизненное тело в последний раз. Не было слёз, не было слов прощания. Только гнетущая тишина и одиночество, которое отныне должно было стать его единственным спутником. Намгю медленно поднялся, его лицо оставалось пустым, взгляд — стеклянным. Он шагнул прочь, оставив её позади. И, возможно, впервые за всё это время он действительно ощутил, что значит быть никем.