Со мной ты можешь быть собой

Дождь застал их обоих врасплох. Райкер шли по улице, пытаясь найти укрытие, но сильные потоки воды превращали дорогу в реку, и не было ни одного места, где можно было бы укрыться. Их серый свитер промок насквозь, а лицо, ссадины которого ещё не зажили после аварии, стало покрываться каплями дождя. Аккарди, темнокожий итальянец с фиолетовыми кудрями, шёл навстречу, укрытый в тёмном синем пиджаке, и заметил знакомое лицо, которое сразу привлекло его внимание. Он не ожидал встретить Райкера именно в этот момент. С их странной и сложной историей, казалось, они редко пересекались, но теперь, под этим дождём, это было почти неизбежно. – Райкер? – Аккарди подошёл к ним, голос был мягким, полным удивления. – Ты… ты в порядке? Райкер, заметив его, на мгновение замерли. Их лицо было несколько растерянным, а взгляд — отчаянным. – Аккарди? – они удивлённо взглянули на него. – Как ты… – Это совпадение, – сказал Аккарди с лёгкой улыбкой, подходя ближе. – Ты промокнешь до нитки, если так останешься. Ты куда идёшь? – Я... я не знаю, – тихо ответили они, вздыхая. – Просто не хочу возвращаться в мотель. Там… всё не так, как я ожидали. Аккарди, заметив, как Райкер выглядит взволнованно и смущённо, немедленно предложил помощь. – Ты можешь остаться у меня, если хочешь, – сказал он, чуть подойдя ближе. – Я живу недалеко. Мне не трудно помочь. Райкер не сразу ответили, но в их глазах было что-то, что показалось Аккарди почти благодарным. Без слов, они кивнули. Они вместе пошли в сторону квартиры Аккарди, где, наконец, можно было укрыться от дождя и найти хотя бы временный комфорт. Внутри квартиры было тепло и уютно, и Аккарди, заметив, как Райкер немного расслабились, предложил им чашку горячего чая. Пока дождь барабанил по окнам, в комнате воцарилась тишина, и оба не знали, как начать разговор, который назревал давно. Аккарди сидел рядом, наблюдая за ними с лёгкой улыбкой, не спеша начинать. – Ты ведь всегда были… более закрытыми, чем я, – сказал он наконец, его голос был мягким и дружеским. – Ты знаешь, что я всегда готов тебя выслушать. Райкер, в свою очередь, не спешили говорить, их глаза оставались скромными, но в них явно читалась благодарность. – Я… я не знаю, как начать, – тихо признались они. – Всё это… меня пугает. Я не привыкли к этим чувствам, Аккарди. Аккарди вздохнул, мягко коснувшись их руки, и их глаза встретились. В этом мгновении было что-то большее, чем просто воспоминания из их прошлого. Это было что-то настоящее. – Ты не обязаны бояться, Райкер, – сказал Аккарди, их взгляды не расходились. – Я здесь. Ты можешь быть собой. Между ними возникло напряжение, но оно было не враждебным, а скорее каким-то неизбежным, как дождь за окнами. Аккарди чувствовал, что что-то важное вот-вот случится, и все его чувства вырвались наружу. Он двинулся ближе, и их глаза встретились. Всё, что оставалось, — это сказать то, что давно было в его сердце. – Я давно… давно хочу тебе сказать это, но не мог найти слов. Райкер, я люблю тебя. Райкер, казалось, замерли на месте. Их лицо стало безмолвным, а в глазах появился растерянный взгляд, будто они пытались осознать, что только что услышали. Но в их взгляде тоже был свет, который говорил о многом. Аккарди, не дождавшись ответа, наклонился вперёд, и их губы встретились. Этот поцелуй был лёгким и осторожным, как дождь за окнами, но с каждым мгновением он становился более интенсивным, тёплым и долгим. Когда они отстранились, их дыхания стали тяжёлыми, но их тела оставались близкими. Аккарди снова потянулся к ним, поцелуй стал глубже, более страстным, с языком, и их дыхание смешалось, а руки Аккарди начали медленно скользить по телу Райкера, их движение было мягким и не торопливым. Но вдруг, почувствовав напряжение в их теле, Аккарди резко отстранился. Он замер, поняв, что переступил грань, которую Райкер не были готовы пересечь. Аккарди покраснел от осознания и вздохнул. – Извини… я не хотел… – его голос был полон сожаления, и он отступил. Райкер молчали, но в их взгляде было понимание, а не осуждение. – Ты не должен извиняться, – тихо произнесли они, и в их голосе звучала не только нежность, но и готовность быть рядом. – Я тоже… не уверен, что готов. Аккарди кивнул, стараясь не смущаться, и снова прикоснулся к их руке. Теперь всё было гораздо тише, спокойнее. Не было никаких слов, но между ними осталась глубина, которую они только начали осознавать. После того, как тишина снова опустилась между ними, оба сидели рядом, не зная, что сказать, но зная, что не хотят уходить. Дождь всё так же барабанил по окнам, но теперь это было скорее успокаивающим шумом, чем чем-то мешающим. Аккарди сидел, прикрыв глаза, чувствуя, как его сердце бьётся немного быстрее, чем обычно. Райкер, немного отстранившись, всё же оставались рядом, чувствуя лёгкое тепло от Аккарди, но не зная, что с этим делать. Они никогда не были такими откровенными, и это, казалось, было как шаг в неизведанную территорию. Аккарди снова взглянул на них, на этот раз с более мягким выражением лица. – Ты можешь остаться, сколько захочешь, Райкер. Ты знаешь, что я никогда не торопил тебя, и не буду. – Он говорил спокойно, без давления, в его голосе не было ни намёка на ожидания. Райкер кивнули, но слова никак не шли. В груди стало как-то тесно, но это не было из-за страха. Напротив, это было что-то, что не хотело уходить. Вдохнув, Райкер наконец сказали, как-то нерешительно: – Я не… не могу обещать ничего, но… мне хорошо с тобой. Это странно, Аккарди, но ты как-то легко заставляешь меня чувствовать себя… спокойным. Аккарди улыбнулся, глаза его стали теплее, и он наклонился немного ближе, чтобы их взгляды пересеклись. – Ты не обязан ничего обещать. Я не хочу давления. Просто… я хочу, чтобы ты знал, что я всегда рядом. – Он снова коснулся их руки, на этот раз намного мягче, почти неслышно, но уверенно. Райкер не ответили сразу. В их глазах был какой-то внутренний конфликт, но теперь не было страха. Было только желание оставаться здесь, рядом, и быть с этим человеком, с которым они могли быть просто собой. Аккарди почувствовал, как его рука снова потянулась к их руке, но на этот раз он не спешил. Он просто ждал. – Я думаю, я должен быть честен с собой… – тихо произнесли они. – Я хочу больше… я хочу, чтобы это было что-то настоящее. Но я всё ещё не уверен. Я не знаю, готов ли я. Аккарди не отстранился, а наоборот, наклонился чуть ближе, чтобы их лица почти коснулись. Он понял, что для Райкера это был важный шаг, и он не собирался форсировать события. Но что-то в их взгляде заставляло его двигаться вперёд. – Ты не один, Райкер, – сказал Аккарди, мягко обнимая их плечо. – И я буду рядом, сколько нужно, чтобы ты почувствовали себя готовыми. Мы всё сделаем на твоих условиях. Райкер, всё ещё не зная, что делать с собой, закрыли глаза и позволили себе немного расслабиться. Они ощущали близость Аккарди, его нежность, и что-то в этом было настолько искренним и настоящим, что они не могли отказаться от этого чувства. Секунды тянулись медленно, но для обоих они стали ценными. С каждым мгновением, с каждым взглядом между ними, между ними росла некая невидимая связь. Аккарди, увидев, как Райкер немного расслабились, решился сделать ещё один шаг. Он прикоснулся к их щеке, нежно и мягко, как бы прося разрешения. Райкер не отстранились, и это стало для Аккарди знаком. Он наклонился, осторожно прикасаясь губами к их лбу, затем мягко к их губам, чувствуя, как они ответили на этот поцелуй с лёгким трепетом, но не отстранились. И на этот раз поцелуй был не таким поспешным. Он был медленным, глубоким, полным значимости. Это был момент, в котором они оба позволили себе быть уязвимыми, но не боялись этого. С каждым новым поцелуем они становились ближе, и всё, что окружало их, исчезало в этот момент. Когда они отстранились, оба задержали дыхание, но в глазах не было ни страха, ни сомнений. Там было только понимание и нежность.