Луна инкорпорейтед: Экстра

— Дже-е-ек! — крикнула Дрю с первого этажа. — Ты счета оплатил? — Ага! — Джек сбежал по лестнице на первый этаж, показал на себя пальцем, затем показал большой палец. — Я молодец. — А почему тогда электричество не работает? — спросил Оливер, выглядывая из кухни. — Пробки выбило может? — предположил Джек. Оливер хлопнул себя по лбу и пошёл проверять. Открылась дверь бара и внутрь вошла Хлоя, официантка. — А что у нас вывеска не горит? — спросила она. — Пробки выбило, — сказал Джек, — привет. — К открытию то починим? — испугалась Хлоя. Свет во всем доме резко включился и заиграла музыка. — А что тут чинить то? — самодовольно сказал Оливер, возвращаясь из подсобки. Джек зашёл за барную стойку и принялся проверять всё ли пиво на месте и подключено. Бар назывался Терра. Находился он в маленьком туристическом городке в долине в окружении гор. Летом сюда валили туристы, смотреть старинные замки в окрестностях и пробовать местную кухню. Зимой приезжали лыжники. Денег пришлось вложить в этот бар много, он достался Джеку и Оливеру с Дрю в полуразрушенном состоянии. Но бар быстро стал популярен и стабильно себя окупал. Дела шли отлично. Джек стоял по вечерам за баром, флиртуя с туристками и разливая пиво, днем писал неспешно свою диссертацию по истории психиатрии. Иногда ему казалось, что не было никакой Луны, не было никакой дороги в пустыне и никакого смертного приговора. Он просто доехал куда собирался, и они с Оливером купили тогда бар и назвали его Терра. А иногда, чаще ночью, Джек вспоминал остро, как будто было было вчера, те ощущения безысходности, безвольности, обречённости и стыда, которые он испытывал там, на Луне. Они захватывали его целиком и Джек выбирался на крышу, сидел там и курил. И Оливер и Дрю знали, что в такие моменты Джека лучше не трогать. Ему просто нужно время. Джек смотрел на Оливера и Дрю и порой завидовал им. Он пытался строить отношения несколько раз, но всё это было не то. Джеку не хватало в них чего-то большего, чем просто нежность. Чувства общности, чувства плеча. Будь Оливер девушкой, Джек отбил бы его у Дрю и женился бы на нём. Дрю, правда, сказала что убила бы нахрен обоих. Джек заводил отношения, но они быстро заканчивались, а вскоре уже начинались новые. Он был красивым, высоким, таинственным и очень нравился женщинам. Но вскоре в городке Джек уже был известен, как неисправимый кобель и попыток заводить с ним серьёзные отношения больше никто не предпринимал. На каникулы регулярно приезжала Лайза. Они с Джеком пили и жаловались друг другу — у неё тоже не получалось завести серьёзные отношения. Эшли и Чарльз всё грозились приехать, но всё никак не могли собраться. Этим вечером, когда выбило пробки и Оливер героически вставил их обратно, в баре никаких мероприятий не планировалось. Наклёвывался простой и спокойный вечер. Сразу после открытия начали заходить туристы. Туристы пили много пива, обязательно местного, благо местных сортов было дофига, хоть жопой жуй. Джек стоял за баром, Дрю помогала Хлое, а у Оливера был выходной и он торчал наверху в их с Дрю комнате. В кармане Джека зазвенел смартфон и он дотронулся до гарнитуры, разливая по бокалам пиво для двух симпатичных смуглых девушек, очаровательно улыбающихся, но не говорящих, судя по всему, ни на одном языке в мире. — Да… — сказал Джек. — Привет, Джек, — услышал Джек голос, казалось уже забытый, но узнал Джек его сразу. Два года прошло. — Привет Марк, — ответил Джек. Он не знал, что ещё сказать, поэтому замолчал. Стало слышно, как сердце быстро бьётся в груди. — Я прилетел по делам и еще один день буду здесь. Не хочешь увидеться? — спросил Марк. Джек отдал девушкам пиво и вышел в подсобку. Там он прислонился спиной к стене. Этот звонок выбил его из колеи. Джек заметил, что у него дрожат руки, когда доставал из пачки сигарету. — Не знаю… — сказал он. — А ты хотел бы? — Да, — ответил Марк. — Я хотел бы увидеться. Джек кивнул, закуривая. Он, сам того не замечая, тряс ногой, постукивая по полу. — Хорошо… ладно, — сказал Джек. — Диктуй адрес. Я прилечу. Джек не сказал ни Оливеру, ни Дрю, куда он сорвался внезапно посреди ночи. Просто сказал “надо”, взял шлем, сел на мотоцикл и уехал. Почему не сказал — он сам не понял. Джек не был готов к вопросу — зачем он едет к Марку на встречу. В этом было и что-то стыдное, и что-то глубоко личное. Если Джека ещё вчера спросили бы, сорвался бы он посреди ночи в аэропорт, чтобы встретиться с Марком, Джек ответил бы категорическим “нет”. Потому что это было очевидно. Потому что Марк — эксплуататор, член правящей элиты Луны, важный, солидный винт в основании капитализма, дикого рынка, секс-игр и рабства на Луне. А ещё, потому что Марк был в прошлом владельцем Джека. А ещё потому, что он был в прошлом его мужем и любовником. Это было так далеко и давно, и Джек так старался об этом забыть, что сейчас эти воспоминания застали его врасплох и Джек был абсолютно растерян. Он не знал, зачем он на самом деле едет к Марку. Но он не мог не поехать, потому что нужно было это понять, нужно было это выяснить. И теперь он ехал по ночной горной трассе, стараясь не лихачить на поворотах и прикидывал, успеет ли на самолёт. Дорога до отеля у Джека заняла пять часов. Мотоцикл он оставил на стоянке в аэропорту, шлем сдал в камеру хранения и прилетел в ветреный и дождливый ночной город налегке, в джинсах, лёгком свитшоте и кожаной мотоциклетной куртке. Весь перелёт Джек думал, а что он скажет Марку? А что Марк скажет ему? Как вообще с ним говорить? Получится ли на него, свидетеля унижения и бесправия Джека вообще смотреть. Джек решил, что если почувствует хоть на мгновения себя как тогда, на Луне, в прошлом — тот час же развернётся и уйдёт и никогда больше на это не купится. Таксист заломил невменяемую сумму, пришлось заплатить. Отель приближался. Джек приближался к Марку. Ну нахрена я в это ввязался? — думал Джек. Стоял бы за баром, разливал бы пиво. Ну, обсудил бы с Оливером, наверняка бы полегчало. Кадры сменяли один другой. Такси, ресепшн, лестница, лифт, длинный коридор. Джек остановился перед номером, прислонился плечом к стене и вздохнул. Было тревожно, как перед сложными делом или прыжком с парашютом. Занеся руку, Джек постучал. Марк открыл Джеку почти сразу. Он был в костюмных брюках и рубашке. Без галстука. Он совсем не изменился, как будто в последний раз Джек видел его вчера, а не два года назад. Марк улыбнулся и посторонился, приглашая Джека войти. Джек вошёл в огромный люкс. — Хорошо устроился, — сказал он, оглядываясь. Марк фыркнул. — Здесь у окна и у меня в спальне висит табличка “не курить”. И в такси “не курить”, и в ресторанах. Совсем вы тут на Земле свихнулись со своим здоровьем. — Марк с интересом, слегка прищурившись, смотрел на Джека. Джек хмыкнул, снял куртку и положил её на кресло. — Но ты, конечно же, нарушаешь? — спросил он. — Само собой. — Тогда я тоже буду, — сказал Джек и достал из кармана пачку сигарет и вынул из неё сигарету. — Садись, — сказал Марк, указывая на диван в гостинной, — пить будешь? — Да, виски, — сказал Джек и сел на диван. — Я тоже… — сказал Марк и подошёл к бару. — Ты изменился, — сказал он. — Неужто постарел? — спросил Джек. — Нет. Наоборот. Посвежел. Выглядишь… как будто счастливым, — ответил Марк. — Взгляд изменился. Стал моложе. Марк вернулся с двумя стаканами и один передал Джеку. Джек кивнул. Марк сел в кресло и положил ногу на ногу. — А ты не меняешься, — сказал Джек. Марк развёл руками. — И очень дорого за это плачу. Повисла пауза. Джек сделал глоток из стакана и усмехнулся. — Сидим, как два долбоёба в разводе, — сказал он. Марк улыбнулся. — Так мы и есть два долбоёба в разводе, — сказал он. — Тот наш брак, — Джек покусал губу в задумчивости, — можно ли его считать настоящим? — Я всегда считал его настоящим, — сказал Марк. — И мне, откровенно говоря, жаль, что мы развелись. Но, я вижу, тебе это пошло на пользу… Ты с кем-то встречаешься? Джек фыркнул и помотал головой отрицательно. — Я, как выяснилось, кобель. Со мной не хотят встречаться. А ты? Марк усмехнулся. — А я очень привередлив, — сказал он. — Не хочешь снова выйти за меня замуж? Джек посмотрел на Марка недоумённо. — Я надеюсь, ты шутишь, — сказал он и криво усмехнулся. — Всё зависело от твоей реакции, — сказал Марк. — Ну, будем считать, что шучу. Джек выгнул бровь. — А ты правда был бы готов снова…? — Два года пролетели очень быстро, — сказал Марк, покачивая виски в стакане, — мне иногда кажется, что ты уехал на прошлой неделе. — А мне иногда кажется, что прошло десять лет, — сказал Джек. — Я… — Джек наклонился вперед, держа стакан с виски перед собой, — Я очень старался многое забыть, понимаешь? А всё так связано и переплетено между собой. И я ехал сюда к тебе и думал: “Джек, что ты нахрен творишь? Ты столько времени потратил на то, чтобы забыть и жить в покое, и в мире с собой.” — А почему тогда приехал? — спросил Марк. Джек вздохнул, глядя на Марка. — Да я всю дорогу об этом думал, зачем я к тебе еду. — Может потому что было не так уж и плохо? — спросил Марк. Джек нахмурился и вздохнул. — Ад был не с тобой, а вокруг меня, — сказал он. — Помнишь с чего мы начали общение? Марк кивнул. — У таких историй вообще бывает счастливый конец? — задал Джек риторический вопрос. — Возможно, ты прав. Тебе было вообще не до отношений. — В точку, — согласился Джек. — Я не знал кем я стал, что от меня осталось, что со мной будет, как я буду дальше существовать и не разрушусь ли окончательно. Я думаю можно сделать на это скидку и простить меня за то, что не отнёсся к браку серьёзно. — Я не злюсь на тебя, мне не за что тебя прощать, — сказал Марк. — Я позвонил просто потому, что соскучился. — Марк отпил из стакана и достал сигареты. — Тебе удалось разобраться с собой? — Думаю, что да, — сказал Джек. — Я, разумеется, ты меня знаешь, к психологу не пошёл. Но я сам с собой разбирался и проговаривал важные моменты. — Это так не работает, — сказал Марк. — Это не работает так хорошо, как с психологом, — возразил Джек, — но это работает. — Тогда может приедешь погостить? — спросил Марк. — Нет, — Джек отрицательно покачал головой. — Не хочу. Не хочу когда бы то ни было возвращаться на Луну. У меня при мысли о ней начинается приступ клаустрофобии. Я даже на небо по ночам предпочитаю не смотреть. — А меня с непривычки земные пейзажи пугают, — задумчиво сказал Марк. — А я ведь родился и вырос здесь. Джек смотрел в свой стакан. Было неловко. — Джек. Если честно и серьёзно подумать. Ты скучал по мне? — спросил Марк. Джек кивнул. — Да. — Он поднял взгляд на Марка. — Скучал. — По интеллектуальным беседам? — спросил Марк. — И по близости тоже, — сказал Джек. — У тебя был кто-нибудь? Джек покачал отрицательно головой. — Ты последний мужчина в моей сексуальной жизни. Пусть так и остаётся. Я не могу себе представить ситуацию, при которой меня к кому-то новому потянет здесь на Земле. Я, как ты знаешь, не по мужским прелестям спец. — Ты вправе сбежать, хлопнув дверью, но я как тогда хотел тебя безумно, так и сейчас хочу, — сказал Марк, глядя Джеку в глаза. — Хм, — Джек усмехнулся и отвёл взгляд. — Давно меня никто не хотел безумно. Поклонницы меня обычно хотят довольно рассудительно. Ты поэтому меня позвал? — Даже не знаю, что ответить, — сказал Марк. — Поэтому — тоже. Джек бросил на Марка взгляд и опустил глаза, принявшись разглядывать свой стакан. — О чем ты… — начал спрашивать Марк, но Джек его перебил: — Подожди, — сказал Джек, выставив вперёд руку. — Я думаю. Дай мне минуту. Марк замолчал, глядя на Джека заинтересованно. Джек смотрел на стакан с виски и пытался понять, что он чувствует. Его не испугало признание Марка, оно смутило его. Джек снова бросил на него короткий взгляд и представил себе… и в памяти будто разверзлась бездна — дичайший калейдоскоп хуёв и насилия. Стоило вспомнить о том, как это было, ощущать Марка в себе, как память воспряла и подбросила сразу всё, что у неё было на это тему. Джек нахмурился и дёрнул головой. — Давай оставим прошлое в прошлом, — сказал он охрипшим вдруг голосом. Марк вздохнул и кивнул. — Я не хочу вспоминать, как мне с тобой было тогда. Потому что тогда было не только с тобой, не только хорошо и зачастую недобровольно. И это все лежит в моей памяти вперемешку, — сказал Джек. Он посмотрел на Марка долгим взглядом. — Но я попробовал бы сейчас. Если ты понимаешь… — Ещё бы я не понимал, — сказал Марк, глядя на Джека теплеющим взглядом. — Правила всё те же? — с улыбкой спросил он. — А хрен его знает, — ответил Джек. — Думаю, целоваться теперь можно. По крайне мере пробовать. Только я пять часов в дороге… — Джек встал. — Я в душ. — Ты, кстати, тоже очень рассудительный, — сказал Марк, глядя на Джека. — Ты просто плохо меня знаешь, — сказал Джек и подмигнул. Джек вышел из душа голый и сразу же засунул в рот сигарету. Марка в гостиной не было и Джек пошел искать спальню. Марк сидел в одних брюках на краю кровати и тоже курил. — А курение, между прочим, охрененно вредит здоровью, — сказал Джек. — С учетом того, что на Земле не производят сигарет без запаха, я этому не удивляюсь, — сказал Марк, глядя на Джека. — Ты очень красив, Джек. — Я мог бы ответить: “знаю”, но не хочу прозвучать, как сука, — сказал Джек. Он затушил сигарету в пепельнице, забрался на кровать и лёг на бок, лицом к Марку. Протянув руку, Джек провёл ладонью по его спине. Под пальцами чувствовался упругий рельеф мышц. — Ты сам качаешься, или это всё дизайнеры тела? — спросил Джек. — Дизайнеры, — усмехнулся Марк. — Мне некогда качаться и от природы я астеник. Мне такую мускулатуру естественным путём не просто накачать. Марк вылез из брюк, развернулся к Джеку и провел ладонью по его щеке. — Нежности пошли? — спросил Джек. — Ой, помолчи, сделай одолжение, — сказал Марк и поцеловал Джека. Он начал поцелуй неуверенно, но, как только Джек ответил ему, начал целовать его глубоко, жадно и настойчиво. Джек обнял Марка за шею, целуя его в ответ. Целоваться Джеку было приятно, но скучно. Не был он фанатом поцелуев. Не прерывая поцелуй, Джек провёл раскрытой ладонью по груди и плоскому, твердому животу Марка, обхватил пальцами его член и двинул рукой. У Марка уже начиналась эрекция. У руке Джека его член налился кровью и увеличился. Марк, простонав Джеку в губы, прижал его к себе за талию и подмял под себя, целуя в шею беспорядочно и жадно. Джек обхватил рукой свой член и его, прижав их друг к другу. — Я не хочу быть на спине, — сказал Джек. — Почему? — спросил Марк, горячо шепнув ему на ухо. — Не хочу сгибаться в сложные позы, — сказал Джек. — Прячешь лицо? — спросил Марк. — Могу зеркало тебе поставить, — сказал Джек. Марк фыркнул. Приподнявшись на руках, он спустился ниже и, взяв член Джека в руку, глядя в его лицо, обхватил его губами. Джек охнул и прикрыл глаза. Марк, жадно и быстро, взял член Джека глубоко, плотно сжимая губами выпустил и снова впустил в себя. Он раздвинул шире ноги Джека, и Джек почувствовал, как пальцы Марка скользнули между его ягодиц и надавили на анус. Джек вздрогнул. — Два года без эксплуатации, — сказал он. — Ты там поосторожнее, а то ещё сломаешь что-нибудь. Марк шлёпнул Джека по бедру, взглянув на него неодобрительно, и его пальцы скользнули внутрь тела Джека. Марк, ртом насаживаясь на член Джека и медленно выпуская его, пальцами вполне целенаправленно стимулировал, надавливая на простату, вводя их полностью и вынимая. Джек откинул голову назад. У него был крепкий стояк и он чувствовал, как пульсирует кровь в его члене. Он хотел больше, больше ощущений и ему не хватало возможности двигаться. Он хотел насаживаться на пальца Марка, двигаясь бёдрами навстречу. Марк выпустил член Джека и поднял голову. — Ты как? — Стабильно. Реанимация не требуется, — хрипло произнёс Джек. — Я перевернусь… Марк медленно вынул из Джека пальцы и тот перекатился на живот. Приподнявшись на локтях, он оглянулся на Марка. — Я тебя очень хочу, — сказал Джек. Он поднял бёдра и раздвинул ноги, прогибаясь в пояснице. — Трахни меня уже, я зачем вообще приехал?! Марк улыбнулся, он наклонился над Джеком, гладя его грудь и живот и Джек почувствовал, как влажная головка члена Марка упирается ему между ягодиц. Джек подался назад и медленно насадился на член Марка. Он задрожал и охнул. Марк провел ладонью по спине Джека, прогибая его ещё больше, взялся руками за его талию медленно вышел из него и вошел быстро и резко. Джек простонал, прижимаясь плечами к кровати. Марк принялся двигаться резко, по большой амплитуде и всё быстрее, и быстрее. Джека бросило в жар, он почувствовал, как пот проступает на спине и животе, он чувствовал, как тело плавится. Он двигался навстречу фрикциям Марка, его тело само двигалось. Джек, не сдерживаясь стонал от каждого движения в себе и сжимал в руках покрывало. Марк гладил его спину, наклоняясь, целовал плечи и шею. Он провел рукой по животу Джека и взял в ладонь его напряженный член и, подгоняя Джека, принялся дрочить ему, все ускоряя и ускоряя фрикции. Джек в исступлении насаживался на член Марка. Он плавился от ощущений. Его стоны переросли во вскрики и с силой несколько раз дёрнувшись, он задрожал, хватая воздух ртом, замер и кончил с оглушительным оргазмом. Они кончили почти одновременно. Марк крепко прижал к себе Джека и лёг на него, гладя по плечам и целуя в шею. Джек простонал довольно и протяжно. — Тебе хорошо? — спросил Марк. — Да, — ответил Джек. — Это было… охуенно. Только слезь с меня, я курить хочу. Марк усмехнулся и, скатившись с Джека, лёг рядом. Джек дотянулся до прикроватной тумбочки, прикурил сразу две сигарету и одну передал Марку. — Я тут понял кое что про себя, — сказал Джек и затянулся, — и про секс с мужчиной. То бишь, с тобой. — Ммм? — Марк вопросительно посмотрел на Джека. — Во-первых, мне нравится сзади не из-за того, что я прячу лицо и всякое такое. А потому что я хочу свободно двигаться в процессе. Мне без этого не так… скучнее. — А во-вторых? — спросил Марк. — Во-вторых, меня интересует только пассивная позиция. Не потому что я нежный и трепетный, а потому что, ты меня извини, но несмотря на то, какой ты красивый и подтянутый, всё же мужское тело меня не штырит. А вот эти ощущения внутри себя… Марк улыбнулся. — А целоваться ты почему не любишь? — спросил он. — Не знаю… скучно, — сказал Джек. — Я вообще не фанат прелюдий. Я быстро разгоняюсь. — Как же ты умудряешься находить скуку в сексе? — изумился Марк. — Я люблю стремительно и страстно, — сказал Джек и улыбнулся. — Почти всё, чтоб было стремительно и страстно. Не только в сексе. — Ты сильно изменился, — сказал Марк, — в тебе столько свободы от природы. Как же это чудовищно, что её в тебе так долго вытравляли. И как печально, что я не знал, какой ты на самом деле. — Теперь знаешь, — сказал Джек. — Ты точно не хочешь отправиться со мной на Луну. — Я никогда не вернусь на Луну, — сказал Джек спокойно. — Даже если Земля будет рушиться. — А я не могу часто бывать здесь, — сказал Марк печально. — Хоть в симуляторе встречайся. Джек рассмеялся. — Ага, я себе хорошо представляю лаги связи во время секса. Ты устал? Или завис? Ой, где ты? Я звоню провайдеру! Марк рассмеялся. — Придется завести здесь себе перспективный бизнес, чтобы бывать чаще. Ты же… захочешь встречаться со мной? Джек посмотрел на Марка внимательно и улыбнулся. — Да, Марк. Я захочу. Но есть одно “но”. Позаботься вот о чём, Марк. И я сейчас очень серьёзно. Чтобы ни одна душа не узнала, что ты со мной встречаешься. Чтобы ни один твой враг до меня не добрался. Никогда. Если я почувствую какой-то риск или узнаю об утечке информации обо мне, я не приеду больше. Марк серьёзно кивнул. — Я подойду к этому очень серьёзно, Джек. — Отлично, — сказал Джек и провел пальцем по груди Марка, по животу и остановил палец на головке его члена. — Если что, я намекаю на продолжение, — сказал он. Марк встал на колени и решительно развернул Джека к себе задницей. Джек сложил перед собой руки и уперся в них лбом. — Не тяни, мать твою, — простонал он. У него уже встал. Всю ночь они трахались, разговаривали и курили. В постели они встретили рассвет. Марку было пора собираться. Джек быстро принял душ, оделся и сидел в кресле в гостиной, наблюдая за тем, как Марк с кем-то переговаривается по гарнитуре, одевается, ищет свои запонки. — Знаешь, — сказал Джек, когда Марк в очередной раз пробегал мимо него. — В этот раз всё по-другому. Марк наклонился над Джеком, руками уперевшись в подлокотники кресла. — Я тоже это почувствовал, — сказал он. — Мне было легко. Как будто не было никакого пиздеца в прошлом, — сказал Джек. — Я думал, я буду наутро жалеть и часть ада ко мне вернётся, а нифига. Я в полном порядке. — Я это почувствовал. И я очень этому рад, Джек. Я теперь вижу, каким ты должен был быть, если бы был со мной счастлив. Джек коротко поцеловал Марка в губы и, отодвинув его, встал с кресла. — Я поеду, — сказал он. — Не хочу пересекаться с процессией охраны и секретарей, которая тебя сопровождает. Марк кивнул, подошел и обнял Джека крепко. — Береги себя, Джек. — И ты тоже, — ответил Джек. — Позвони, как снова будешь на Земле. Марк кивнул. — Да, и дай мне пачку лунных сигарет. На Земле они всё же редкая гадость. Марку рассмеялся, взял со стола и кинул Джеку пачку. В самолёте Джек подремал и ехал теперь по горной дороге на мотоцикле. Было свежо, хорошо и легко. Джек улыбался. Никакие демоны не преследовали его, было спокойно и хорошо. Джек понятия не имел к чему приведут его встречи с Марком в будущем, но был уверен, что если они и разосрутся рано или поздно, то это будет эпичное зрелище. Вопросы самоопределения и собственной ориентации Джека не волновали от слова совсем. Ок, хорошо. Теперь в его жизни будут женщины и Марк. Как называется такая сексуальная ориентация? А хрен его знает. Интересно. Марк пропустил мимо ушей, что я кобель? — подумал Джек. — Что-то я помню, он признавался что ревнив. Дорога снижалась в долину и уже были видны красивые улочки и домики с покрытыми мхом крышами. Что говорить Оливеру и Дрю, Джек так и не решил. Над этим ещё стоило подумать.