На грани преданности

Война, убийство людей и огонь, снова. Картина стала уж настолько привычной, что воспринималась не более чем изменение погоды. Осень в этом году не щадила, так же холодный ветер пробирал насквозь уже в сентябре, что уж говорить о последнем месяце. Согревающие чары используются практически постоянно. Поместье не изменилось, оно такое же, как и всегда: тёмное, безжизненное , в какой-то степени безобразное.Листья с идеально подстриженных кустов-заборов облетели практически полностью, резные ворота по мере приближения к ним всё больше открывались перед магом. Северус не колебался, даже наоборот, ускорил шаг. Как только тёмный силуэт перешёл черту входа, железные ставни гулко захлопнулись. Нет, он дома. Северус был уверен: просто не мог не быть. Но вплоть до самых дверей его уверенность убывала, так как никто, даже домашний эльф, не вышел к нему навстречу. В конце концов, поднявшись по мраморным ступеням к грубым деревянным дверям, он поднёс руку с целью постучать, но не успел. — Северус, — прошептал длинноволосый мужчина, заключая его в объятия со спины и утыкаясь в плечо. — Зачем так неожиданно? — чуть нервно отозвался маг, отнимая руки от двери и стараясь повернуться лицом к собеседнику. — Я скучал. Снейп встретился с голубыми глазами и скользнул по его профилю притворно равнодушным взглядом, после неуверенно провёл рукой по щеке и приблизился ближе. Малфой сократил расстояние и впился в губы напарника. Глаза Северуса расширились. Тёплый язык проник в рот, а руки аккуратно прижимали его ближе. Он растерянно ответил на поцелуй. Вдруг ему стало очень холодно. Даже согревающие чары не имели никакого значения. Единственный источник тепла был Люциус, и без этого тепла невозможно было жить. Он обвил руками его шею и схватился за светлые волосы. До невозможности углубил поцелуй, от чего челюсть пронизала боль, но останавливаться не хотелось. — Сев, ты чего сегодня? — пытаясь восстановить дыхание, Малфой отстранился. — Прости, — процедил полукровка, вырываясь из рук, которые ослабили хватку, и разворачиваясь к выходу. Люциус сообразил быстро. Годы жестоких уроков научили его читать Северуса наперёд. Мужчина приблизился к тёмному силуэту, у которого в руке теперь поблёскивала палочка. Пара мгновений — и Люциус схватил его за руку. — Останься, сколько можно вот так убегать? — тихо прошептал аристократ, снова осторожно размещая свои руки на боках союзника. Ему хотелось, очень хотелось, но нельзя было забывать о войне и о том, что он должен помочь этому ненавистному Поттеру. Кстати, о нём. Он точно не помнил, когда и как его начало влечь к Люциусу, ведь много лет друг только защищал его от шайки Поттера старшего.Просто ему стало очень приятно спать с Малфоем холодными Хогварцескими зимами. А потом появилась она — Нарцисса, и всё рухнуло. Война ситуацию не улучшила, хотя он конечно надеялся , что хотя бы союзничество спасет давно провалившиеся отношения. — Я не могу, — прошипел он. — Я один сегодня. — Она всё равно придёт, рано или поздно, — отозвался злостно полукровка, пытаясь вырваться из объятий. Но вместо этого услышал щелчок и очутился в мрачной комнате, утопающей в тёмных тонах. Конечно, спальня. Он знал это место хорошо, много раз его сюда раненого притаскивал Люциус или же Снейп его. Как только его взор упал на кровать, сердце екнуло, как и всегда. Люциус спит с ней на этом матрасе. Волна отвращения, смешанного с болью, перекрыла все остальные чувства. Забыв о мужчине, всё так же обнимающем его со спины, он отпрянул назад. — Северус! — воскликнул аристократ, теряя равновесие и падая на пол от неожиданных действий мага, который очутился через мгновение на одном уровне с ним. — Я пойду. — Не уходи, прошу, — уже почти жалобно протянул Малфой. — Меня ждёт Тёмный Лорд, — ответил Снейп, поднимаясь и расправляя мантию. — Врёшь. — Вру, — спокойно подтвердил маг. Люциус нащупал рукой тонкую кривую палочку и взмахнул ею. Звук. И он снова тонет в холодных тёмных глазах. Никто и ничто не заменит их. — Не уходи, останься только на эту ночь, — голос предательски дрогнул. — Я не могу без тебя. — Но у тебя есть Нарцисса, — приподняв бровь, ядовито заметил Северус. Сердце обливалось кровью. Конечно, полукровка знал. Этот факт не нужно было озвучивать. Прикусив губу и лихорадочно бегая глазами по чужому лицу, с неясным волнением избегая глаз, он сдался. Лишь на сегодня.

***

— Как ты? — раздался мягкий голос над ухом. Северус приоткрыл глаза, с нежеланием вырывая себя из сладкой полудремы: — Давно не было так спокойно. Люциус, находившийся за ним, лишь усмехнулся и начал неспешно водить пальцами по кисти полукровки. Момент разрушала лишь чёрная метка, которая была видна на руке, лежавшей на краю ванной. — Сев, давай будем вместе. — Невозможно, — отозвался мужчина, переплетая их пальцы, — если Тёмный Лорд узнает о близких отношениях своих подчинённых, он убивает одного из них или же обоих. — Он не убьёт тебя, ты слишком важен. Сейчас, по крайней мере. Если что, убьют меня, я ему не нужен, можно иметь только одного из Малфоев в подчинении. Тёмные глаза разглядывали два черепа, находящиеся так близко друг к другу. — Мы должны быть осторожны и не встречаться так часто, потому что, — он запнулся, — смерть — это лучшее из того, что он может сделать. Я видел людей, тоже пожирателей, о характере их отношений Тёмный Лорд знал, и при провинности одного из них или обоих… он заставлял применять «Круцио» одного по отношению к другому. Негромко сказанные слова ударили, будто звуковая волна. Глаза Люциуса расширились, а рука сжала чужую кисть сильнее. — Я лучше умру, чем обращу свою палочку против тебя. — Мы все скоро умрём, Люциус, — прошептал в ответ Снейп. — Ты — только ценой моей жизни, — ответил аристократ, оставляя поцелуй на худом плече в знак закрепления слов. Северус не ответил, лишь горестно улыбнулся, но эту улыбку его милый друг никогда не увидит. Сглотнув ком, подступивший к горлу, маг добавил: — Я дал Непреложный обет твоей жене, что защищу и помогу Драко, — голос звучал сипло. — О, Мерлин... Люциус оцепенел от ужаса: если Северус пойдёт против Альбуса Дамблдора — ему конец. А его сын слишком юн и непорочен, чтобы убить директора, и из-за обета это придётся сделать его возлюбленному. Статичное отражение бликов свечей в воде поплыло, послышался плеск. Маг повернулся и поставил руку по обе стороны от Малфоя. — Я не умру, — сухо сказал он, смотря прямо в голубые, обеспокоенные глаза. Он хотел что-то добавить, но не успел: сильные руки схватили его и прижали к себе. — Северус... — выдохнул мужчина в тёмные волосы.

***

Постель была мягкой и свежей. В комнату поступал прохладный ветер через чуть приоткрытое окно. Люциус лежал на боку, опершись на одну руку. Светлые пряди волос ярко выделялись на фоне тёмной кровати. Он наблюдал за мужчиной рядом, который так спокойно спал на соседней подушке. Его волосы цвета вороньего крыла были чуть влажные, а из-за этого закручивались. Улыбнувшись краешком губ, он приблизился и оставил поцелуй в волосах Северуса, от чего тот сморщился, но не проснулся. Лицо Малфоя омрачилось. Он прошептал, скорее в пустоту, чем полукровке: «Я скоро вернусь». После бесшумно взял палочку с тумбы рядом с кроватью и взмахнул ей. Оказавшись в библиотеке, свет в которой был погашен эльфами, он, зная все её высокие стеллажи наизусть, направился сквозь ряды к громадному окну, возвышающемуся к потолку — единственному источнику света на данный момент. Тишина была неприятна, а скорее давящая. Он знал, что поступает глупо, но ждать был больше не намерен. Проходя мимо полок, его взгляд привлекли детективы, которые так любит читать Нарцисса. Сердце защемило. Он не любил жену, и брак был фиктивен, но он уважал её. И хоть она и не стала его любимым человеком, она была его самым близким другом и советником. Лгать ей не хотелось. Поровнявшись с окном, он посмотрел на унылый пейзаж за ним. В отражении Люциус увидел самого себя и поспешил опустить взгляд: смотреть на себя было противно, особенно в последнее время. Мужчина сделал пару замысловатых взмахов палочкой, и перед ним уже стоял стул, на который он поспешил сесть. Ещё пара взмахов — и на столе уже лежали перо и пергамент. Поджав губы, маг взял в руку перо. «Дорогая Нарцисса, Прошу задержаться тебя в Лондоне ещё на три дня. Я болен, но не серьёзно. При этом всём болезнь эта хоть и не страшна, но очень заразна. Целитель сказал пребывать мне на карантине хотя бы пару дней. Надеюсь, Душа моя, ты не будешь зла на меня и хорошо проведёшь время. С уважением, Люциус Малфой» Письмо он отдал немедленно эльфу, а сам поспешил вернуться к Северусу, которого, к своему облегчению, обнаружил спящим на своей стороне постели. Как только он попытался лечь, Снейп проснулся. — Мне уже пора? — хрипло спросил он. — Нет, — ответил аристократ, ложась рядом и пододвигаясь ближе. — Ближайшие три дня ты можешь пребывать здесь. — А Нарцисса? — с недоверием парировал маг. — Она задерживается в Лондоне. Снейп окинул его взглядом, полным презрения. Ему не нужна была легилименция, чтобы понять, что это всё устроил Люциус лично. Он сдался. Лишь в этот раз.