Воскресение

      Меня одолевают кошмары вместо снов, с тех пор, как я умерла. После каждой ночи я чувствую себя измотаннее, чем обычно. Мне не снятся ни хуманизация Смерти, ни мертвецы, которые бы хотели утащить меня туда, где мне и место. Мне снится один и тот же сон. Я стою возле берега огромного, темного и глубокого водоема. Ветер обдувает мои короткие волосы, которые бьют мое же лицо. Шторм. Волны пенные накатывают друг на друга, пытаясь поглотить друг друга, чтобы стать вскоре огромной волной, что доберется до берега и коснется моих ног.       И кто-то дергает меня идти вперед. Шаг за шагом. Все глубже и глубже. Вот вода по пояс, я чувствую как бьется чьи-то хвосты об мои ноги. Шаг за шагом. Вот вода мне по шею. Кто касается моих рук и тянет дальше идти вперед. Шаг за шагом. Я погружена полностью под воду. Я вижу хорошо под водой. Но я не вижу их. Тех, кто держит меня за руку. Тех, кто касаются меня. У меня паника из-за того, что я не вижу кто со мной. Лучше бы я их видела их внешность, чем гадать кто же это. Нет ничего хуже неизвестности. Но я как зачарованная продолжаю шагать вперед по рыхлому дну, образованного песками и илами. Иногда я на что-то наступаю и мне становится больно, у меня подворачиваются ноги до ушиба голеностопа. Но я не могу опустить голову под ноги. Они не дают опустить мне голову, не то чтобы остановиться. Я продолжаю идти вперед. Шаг за шагом. Больно. Трудно. Не знаю сколько иду так, ведомая течением. Но раз за разом потом резко я вспоминаю, что я не могу дышать под водой. И начинается агония. Пузырьки драгоценного воздуха спустя мгновения выбрасываются в воду. Поднимаются на поверхность. А вода наоборот, забирается внутрь. Она наполняет желудок. Легкие. Альвеолы. Мою кровь. Мне очень холодно и страшно. Я надеюсь на то, что скоро все это кончится и я снова проснувшись, встану с постели, и подойду к окну, чтобы встретить рассвет, пытаяся расстереть ледяные руки друг об друга и переждать фантомный привкус соленой морской воды на языке.       Но не в этот раз. Я чувствую, что меня искусственно ввели в сон. И я сама не проснусь, пока они не решат. И невольно мои мучения продолжились дольше, чем обычно. Я слишком слаба и измотанна, чтобы идти вперед. Но меня буквально тащут вперед. Зачем? Почему? Это мое наказание за трусость и бессилие? За то, что я так небрежно обратилась с драгоценным Божьим даром — жизнью? Неужели на самом деле я умерла и я отбываю наказание в персональном аду? Столько вопросов в моей голове и ни одного ответа. Не заслужила, видимо.       Но вот реальность знакомо рушится. Я начинаю просыпаться. И они чувствуют, что я скоро их покину. И они просто меня отпускают. Я падаю на колени ослабленная. И взглянув мутным взглядом вверх я могу заметить красную полную луну, которая все время освещала мне путь. Кровавый путь.       Резко открыв свои глаза и я машинально делаю резко большой вдох воздуха, который так мне не хватал и хватаюсь руками за шею. Ледяная рука меня всегда отрезвляет. Мутным взглядом из-за слез, которые скопились у меня, я смотрю на потолок. Проморгавшись, чтобы они стекли по вискам и волосам вниз, я второй рукой вытираю лицо. Я чувствую, что в этот раз я на пределе и не сдержав рыдания, я резко повернулась на бок лицом к стене. Меня затягивает истерика, я будто снова задыхаюсь, как в своем сне. И я чувствую, как моего плеча кто-то коснулся. Мое дыхание резко замедлилось. Я обострила все свои органы чувства. В образовавшейся тишине я слышу только стук своего сердца и учащенное поверхностное дыхание.       — Тише, тише, ты не одна. Это я, — учтиво произнес Хисока. И его рука начала свой путь по моей руки, начиная от плеча и заканчивая моей кистью, что была прижата к моей груди. И он настойчиво, но мягко, повернул меня лицом к нему. Держа мою руку он машинально меня поглаживал, видимо чувствовал, какая она холодная и пытался согреть. Вторую руку я грела об свой лоб. После такого стресса у меня всегда поднималась температура. Я зажмурила свои глаза. Мне очень стыдно, что он видит меня настолько слабой и уязвимой.       Но мне пришлось вскоре резко открыть их, потому что кто-то взял мою руку и настойчиво откинул от лба. Я почувствовал руку Иллуми на своем лбу. Видимо, он решил потрогать на предмет температуры.       — Небольшая температура поднялась из-за стресса, — спокойно произнес он и замедлившись, будто с неохотой, отошел от меня.       Свою вторую руку я положила на ладонь Хисоки. И поджав ноги, насколько возможно, к своему животу, я свернулась клубком. Я так пыталась быстрее согреться.       — Кто бы мог подумать, что ты беспокойно спишь, милая, — вернув себе прежнюю манеру говорить, нарушил тишину Хисока. — Ты нас здорово напугала, — нараспев произнес в конце он. Как я заметила, он сидит возле моей кровати. И все также не выпускает свою руку из моих ладоней.       Незнакомое чувство оробения охватило меня. Он выглядит так, будто переживает за меня и места себе не находит. Если бы кто-то в реальности за меня так волновался и переживал, то я бы и не решила так скоропостижно скончаться. Но он меня отвлек наконец от переживаний. Мое давление снизилось, а руки отогрелись. Да и сама себя почувствовала хорошо.       — Спасибо, — хрипло прошептала я, разлепив сухие губы. И продолжила так лежать, держа его за руку. Мне стало интересно, что будет дальше.       Он удивленно округлил глаза и усмехнувшись чему-то, так и ничего не произнес в ответ. Скорее всего подумал, что я сглупила. Или забыла из-за кого я неожиданно уснула.       — Знаешь, я бы не всем пророчествам сильно доверяла, — решила я все-таки поболтать с ним. Все равно надо разрешить столкновения интересов между мной и Хисокой.       — Если ты и придал значением тем громким словам, то может это встреча уже состоялась и не со мной, — с намёком произнесла я. Я чувствую, что Иллуми и Хисока связаны, насколько это возможно между двумя сильнейшими и опаснейшими хищниками, у которых искажены понятия о любой морали. Искажены чувства. Или они ничего не чувствуют кроме насилия?       Мои размышления прервал негромкий смешок. Конечно и мне самой смешно стало от моих же слов. Но что я могла еще сказать?       — Знаешь, если бы была возможность, то Луми впервую очередь скорей избавился бы от меня, — все также повеселившись произнес Хисока       И тут же, резко, едва уловимо я услышала тихое шипение со стороны Иллуми.       — Мне не нравится как ты коверкаешь мое имя, — маска ледышки начала понемногу таять. Видимо только Хисоке дозволено его подбешивать и не получать в ответ смертельные увечия. Или же он не готов за бесплатно показывать свое ремесло. Мило.       Я улыбнулась. Почувствовала как уголки губ приполнялись вверх. И почувствовала едва уловимое тепло. Душевное. Я навсегда запомню этот момент...       — Вот и я про тоже, Кацу, теперь ты видишь какие у нас взаимные чувства, — с иронией произнес Хисока.       С учетом своих знаний, что через некоторое время они будут в браке... Звучало забавно, что я не сдержала своего смешка.       — Я рада, что мы развеяли некую напряженность в общении и предлагаю все же обсудить тему моего будущего. Я знаю, что теперь моя жизнь зависит от вас, — вскоре произнесла я как некую данность.       — Мы тебя не убьем покамись, дорогуша, — спокойно сказал Хисока, глядя внимательно мне в глаза. Кажется, он решил плыть по течению и не задумываться о будущем. И то верно, время покажет и расставит все по своим местам.       На том и порешали. Меня удовлетворил ответ. Я отвела свой взгляд в сторону окна. Все еще темно. И они скорее всего еще даже не отдохнули. А скоро новый этап экзамена.       — Вы, наверное, устали и хотите отдохнуть, поэтому я пойду, — с нежеланием разовала плен его ладони из своих рук и начала распрямляться, чтобы вскоре сесть на кровать. И вот я должна была встать но я услышала:       — Сиди тут, — произнес резко Иллуми.       — Да, тебе надо переждать эту ночь с нами, это безопасно для тебя же, родная, — вторил его словам Хисока.       Безопасно? Они в чем-то правы, я слабая девушка, которая пока найдет Гона и его компашку уже трижды прибьют где-то за углом и скажут, что чистая случайность.       — Тогда давайте я вам уступлю кровать, я уже поспала, и не усну скоро, — все настояв на своём я встала и подошла к окну.       Пока я смотрела на местность, над которой мы пролетали я услышала как кто-то укладывался на кровати. Вскоре ко мне подошел достаточно близко, чтобы я его увидела в стекле, Хисока и настойчиво взял за руку и повел меня к кровати. Оказавшись перед ней, он подошел ко мне со спины и положил свои руки мне на плечи и приблизил свою головую к одному плечу и прошептал мне на ухо:       — Здесь достаточно места для нас троих, красавица, — томно прошептал он. Но я не почувствовала похоти в его голосе.       Я увидела, что Иллуми устроился уже спиной к стене на кровати. Самое выгодное и безопасное место. Исключительное. И мягко подтолкнув меня к нему, я все таки легла обратно на кровать. Лицом к Иллуми. Приблизилась к нему достаточно, чтобы Хисока устроился ко мне сзади. Я осторожно, чтобы стараться не задеть никого, взяла небольшую подушку и засунула свою руку вниз. Вторую руку держала у себя, но почувствовала, как ее обхватил Хисока и положил сцепленные наши ладони мне на живот. Вот кто удобно устроился. Он устроился почти впритык ко мне. Я почувствовал еле уловимое дыхание возле своей шеи. Побежали мурашки. Я никогда не спала с кем-то в одной кровати. Не ночевала так. Иллуми, вскоре закрыл глаза. Но я знаю, что он ни за что не уснет в такой компании. Он всегда готов ко всему. Но я не могу с собой ничего сделать, и я украдкой прохожусь взглядом по его лицу. Красивый. Андрогинной внешности. Тёмный. Опасный. Неуловимый. Хисока же имеет броскую и яркую внешность, которая тоже притягивает внимания. Наверное оно того стоило, умереть, чтобы оказаться между двумя красивыми людьми. Прикрыв свои глаза я незаметно для себя ушла в лёгкую дрему.       Надеюсь эта ночь будет длиться вечно.