И в этом году мы тоже будем вместе

— Будь осторожен, — предостерегал Сяо путешественника, думая о том, как он рад его снова видеть. — Я не смогу помочь тебе там... — предостерегал он снова, когда в другой раз касался его тёплого лба пальцами и накладывал печать. Ему хотелось пройтись по его светлым волосам, потрепать те отдельные прядки, что колыхались на ветру, да увидеть ту улыбку, тот взгляд, предназначенные специально для него. В таким моменты Сяо чувствовал себя эгоистом. — Тебе стоило пойти с ним, Е Лань, — хмуро отзывается Сяо, когда дело было сделано.       — ...У тебя ровное дыхание и тихие шаги. Кажется, ты восстановился, — он смотрит на путешественника в настоящем, не замечая рядом кроху Паймон. Кажется, та осталась в гостинице и сейчас сладко спит после ужина с другими друзьями. — Тебе стоит задуматься о том, что ты совсем себя не бережёшь.       — Ох, значит, ты всё знаешь... — смущённо отвечает Итэр, да почёсывая затылок отводит от него пристыженный взгляд.       Сяо вздохнул, сложил руки на груди и теперь смотрит вдаль, на красочные просторы Ли Юэ. Поздний вечер был приятен глазу, а ещё в лунном свете Итэр выглядел как настоящий маленький герой, коим он и являлся. Сяо всегда хотел его защищать, защищать своего драгоценного человека, но не всегда мог быть рядом.       — Со мной всё в порядке. Вот, — Итэр берёт его за холодную ладонь, прикладывает в своему сердцу и мягко улыбается, встречаясь с его золотыми глазами. — Чувствуешь? Оно всё ещё бьётся.       — ...Итэр, если ты сейчас попытался пошутить, то вынужден расстроить, это не было смешно, — Сяо отдёргивает руку, косит взгляд в сторону, чувствуя себя как-то не так, как-то неправильно.       — Сяо, — Итэр говорит тише, улыбка сходит с его уст, оставляя на лице некоторое замешательство от нарастающего чувства вины. — Я ведь в своём путешествии уже много с чем сталкивался.       — Дурацкое оправдание. Выходит, что? Что ты должен лезть в любое пекло, потому что тебе всё ни по чём?       — Мм... Нет?.. — Итэр привычным жестом пожимает плечами и глуповато улыбается. Во всяком случае Сяо не понимает, почему он это делает, когда всё могло закончиться плохо. Очень плохо. Сяо мог потерять его навсегда, а не на чёртов год или около того, но Итэр этого будто бы не понимает.       — Ладно... — со вздохом соглашается Сяо. — Я пойду патрулировать. Монстры, обезумевшие от Дыхания Смерти, по-прежнему могут напасть.       Итэр успевает ухватить Сяо за руку, не дав ему телепортироваться.       — Кхм, Сяо? Мы не запускали в этом году фонарик, — за его невинными словами скрывается тот самый маленький, известный только им, греховный секрет.       Сяо раздумывает некоторое время, мимолётно скользит взглядом то на их переплетённые пальцы, то на улыбчивого Итэра, то на его светлую косу, из которой вылезают шаловливые волосики. Сяо помнит, каким забавным и взъерошенным он может быть, если будет находиться в объятиях яксы. Но эта улыбка... Она шаткая, очень хрупкая, потому что от ответа всего одного даже не человека она может померкнуть. Сяо этого не хочет, не хочет видеть грустного Итэра, но каждая такая встреча всё больше кажется ему неправильной, сколько бы раз Итэр не говорил ему об обратном.       Сяо хмурится от собственных мятежных мыслей, что, стоило путешественнику появится в его безумно долгой жизни, всё больше становятся человечными. Он давно стал подмечать за собой тот спорный факт, что привязался к этому парню.       — Тогда пойдём, — изумрудное свечение охватывает их, и привычным действием Сяо телепортируется вместе с ним в знакомое, почти родное для путешественника место.       Маленькая комната адепта и последнего оставшегося в живых яксы встречает их нежными сумерками. Глаза Итэра едва успевают привыкнуть к темноте, как его губ касаются губы Сяо. Сяо был прав, Итэр улыбается, когда заводит руки за его спину, обнимает и отвечает на медленный поцелуй. Вот только у Сяо нет времени на то, чтобы наслаждаться с ним близостью.       — На кровать, Итэр... — шепчет он между поцелуями, не сильно отталкивает и раздевается, стараясь не смотреть на то, как то же самое делает Итэр. Иначе всё это затянется, как затянулось в прошлом году... И позапрошлом...       — Сяо, я понимаю, что ты хочешь побыстрее, эм, закончить... — собственные сказанные слова словно скомкались, когда он осознал то, как двусмысленно это могло прозвучать. Он тут же поправляется, когда Сяо подталкивает его и усаживает на край кровати: — Я имею ввиду, что ты беспокоишься из-за монстров, да?.. А я беспокоюсь о тебе. Иду, например, по пустыням Сумеру, и думаю, как там поживает мой милый парень? Вот бы он перенёс меня к себе, в нашу уютную комнатку, вместо того, чтобы я шёл и забивал ботинки горячим песком.       Даже несмотря на лицо Итэра по причине того, что Сяо опрокинул его на спину и теперь целует в шею, он знал, что тот говорит это с улыбкой. Этот милый дурак постоянно улыбается. Забывшись, он прикусывает нежную кожу, отчего блондин болезненно выдыхает и царапает его плечи, пробегая пальцами по ветвистым татуировкам. Сяо тут же зализывает место укуса.       — Прости, — тихо извиняется он, попутно целуя в губы и перехватывая его тёплый и вместе с тем возбуждённый взгляд. В полутьме он выглядел ещё идеальнее. Сяо снова ловит себя на мыслях, что хотел бы держать милого Итэра всегда рядышком. Но он не мог.       — Сяо, ты нервничаешь, как в нашу первую ночь, — издав довольный, почти урчащий смешок, Итэр скользит ладонью вдоль его плоского и прохладного живота, вызывая приятное покалывание от контраста с тёплой рукой, и обхватывает в кольцо оба их члена. Сяо вздрагивает и утыкается носом в чувствительное место под его ухом. Когда трение приходится вокруг головки, что прижимается к головке Итэра, он прикусывает теперь уже ставшую из-за появления новых навыков красную серёжку и слабо оттягивает мочку уха на себя.       — Я просто спешу, — глупо оправдывается Сяо и перед собой, и перед ним.       — Да-да, я знаю... — Итэр тянется за баночкой, которую, как он помнил, Сяо ещё ни разу не передвинул с тех пор, как путешественник подарил её ему, но... он её не находит. — Сяо?       — М?.. — он не сразу понимает, что вызывало немой вопрос у Итэра, а, поняв, вздрагивает от того, как вдруг быстро забилось его сердце. Осознание накрывает его с головой, но он и сейчас пытается нелепо оправдаться, когда тянется за ней под подушку: — Сейчас, я протирал и убрал её в другое место.       Итэр почти ему верит. Почти. Ведь у Сяо совсем не выходило врать в такие моменты. Он запинался, краснел, а его движения становились немного ломанными.       — Сяо?.. Ты, кхм, в моё отсутствие это делал? Или нашёл кого-то ещё?       — Ко... кого-то?! Я сам! — с неприкрытым гневом, да ещё и смущением, он признаётся и открывает эту несчастную баночку. Он кидает посмеивающемуся Итэру тихое и скомканное: — Глупый путешественник...       Итэр не успевает среагировать, как между ягодиц уже ютятся пальцы Сяо, ищут его дырочку, а найдя проскальзывают внутрь, растягивают края и дарят первые ощущения. Итэр низко стонет от дискомфорта, расслабляет внутренние мышцы под его ловкими, холодными пальчиками, и обхватывает его свободную руку, что лежит на подзагорелом после Натлана бедре путешественника.       — Я бы посмотрел, как ты это делал... — шепчет Итэр и кидает на него заинтересованные взгляды, взгляды, которые в полутьме выглядят хитрыми и прищуренными. Или Сяо это только кажется. — Тебе не хватало меня, Сяо? Это нормально. Тосковать по кому-то. Я бы хотел!.. Мм...       Голос срывается на стон, когда Сяо, найдя внутренний бугорок, трёт и трёт переплетённый клубок нервов.       — Зачем размышлять над тем, что бы мы хотели? — с какой-то меланхолией шепчет Сяо склонившись над его ухом, пока слушает его сбитое, прерывистое дыхание.       Итэр извивается под ним от одних и тех же прикосновений, что вновь и вновь приходятся на простату, пока Сяо не вставляет пальцы глубже и не растягивает нежнейшие гладкие стеночки ещё сильнее.       — А я вот представлял, как бы ты смотрелся в лучах заходящего солнца Фонтейна, или на горячих источниках Натлана...       Сяо прерывает его фантазии, добавляя третий палец и затыкая поцелуем. Итэр просто сказочный дурак. В чём смысл всего этого? Но Сяо не мог поспорить с тем, что видеть растрёпанного и просящего больше Итэра было чертовски приятно. Приятнее, чем просто видеть его в окружении друзей или на праздничных улочках Ли Юэ, когда сам Сяо, стоя на холме, выискивал из толпы светлую макушку и наблюдал за ним.       Вытащив пальцы и ещё раз поцеловав покрасневшую мордашку Итэра, Сяо выпрямляется, расправляет плечи, придерживает себя за основание и ещё раз смотрит на парня под собой. Он всегда боялся сделать ему больно, боялся сделать что-то не так. Особенно было страшно в первый раз, когда Итэр, стоило Сяо вставить наполовину, вцепился в его спину, едва ли не рвал кожу, но просил не выходить, а дать ему время приспособиться, будто бы он боялся, что Сяо мог попросту исчезнуть. И Сяо слушался, веря ему на слово, в то время как в груди разливался омерзительный страх всё испортить.       — С-Сяо... — как же он звал его, как прижимал к своему обнажённому телу покрытому испариной, шептал глупости, что Сяо ему дорог.       — Сяо, — мягко зовёт его нынешний Итэр, а не сладкое воспоминание. Итэр издаёт смешок, видя замешательство на лице яксы. Он привстаёт на локтях и, быстро обхватив за шею, поваливает обратно на кровать, попутно переворачиваясь вместе с ним и седлая охнувшего парня. Поджав коленями его кажущуюся тонкой, но сильную талию, он заводит руку за спину, и прихватив его член направляет в себя. Прежде чем он продолжает, он лукаво шепчет, а Сяо не может оторвать от этого озорника восхищённого взгляда: — Ты же спешишь, верно? Давай я...       Дёрнувшийся в ладони любимого человека член погружается внутрь, заставляя Сяо сделать резкий и быстрый вдох через рот. Итэр и раньше проявлял своеволие, и Сяо никогда не был против, но сейчас, когда он был погружён в свои мысли, вид Итэра, что не без усилий принимает в себя член до основания, в блёклых лучах луны был почти богоподобным. Сяо поднимает руку и, прихватив его за косу, вынуждает с кряхтением опуститься на грудь яксы.       — А теперь я, — слова звучат как детская обида, словно у него отобрали конфету, хоть та и была ему совершенно не нужна.       Взяв Итэра в кольцо рук он прижимает его к себе и задаёт темп. Быстрый, сильный, мощный. Итэр над ним срывается на череду хриплых стонов, пока не утыкается губами в подставленную гибкую шею и не глушит собственные пошлые звуки, покусывая нежнейшую кожу. Как следует взяв Итэра за ягодицы и немного приподняв, Сяо вскидывает бёдра, оставляя тело другого парня неподвижным. Он целует его в висок, ведёт одной рукой до его косы и, сорвав резинку, расплетает золотые вьющиеся локоны. Пальцы проходят по прядям, расчёсывают на манер расчёски, как когда Сяо помогал ему привести себя в порядок после прошлых не менее чудесных встреч. Приходы к нему Итэра за последнее время стали самыми яркими событиями в его жизни. С ним, как и сейчас, можно было просто отдаться моменту, перехватывать его взгляд и втягивать в поцелуи, которыми сам Итэр когда-то его научил.       Итэра что-то развеселило, поскольку он рассмеялся в его губы, и Сяо, почти не замедляя темпа, но разорвав поцелуй, охрипло поинтересовался:       — Что?..       — Вспомнил, как ты... ммм!.. — его прерывистый от толчков голос срывается на протяжный стон, но он находит в себе силы продолжить: — ...как ты, сидя со мной на бревне у озера, вытягивал губы, словно уточка, и с силой жмурился, видимо ожидая, что я сделаю так же и поцелую тебя...       — З-заткнись, Итэр, — отвернувшись, он предпринимает попытки скрыть смущение за лёгкой грубостью. Итэру не привыкать, ведь если получилось вывести Сяо на такие эмоции, значит всё прошло очень даже неплохо. Он жалел лишь об одном, что не мог насладиться видом раскрасневшегося Сяо.       — А я... я тоже так делал, хоть ты и не видел, поскольку тогда, как и сейчас, ты отвернулся от меня. П-Паймон тогда сказала, будто бы мы выпрашиваем друг у друга немного еды...       — ...Здесь нет Паймон, так что дай мне насладиться твоим голосом.       Шёпот Сяо приходится как раз вовремя. Среди звона шлепков, расходящихся от стен почти пустой комнаты, слышатся сладостные стоны Итэра. Сяо упивается им, целует в подставленное плечо, переходит на тонкую шейку, да убирает мельтешащие перед глазами Итэра золотые пряди чтобы посмотреть на него. Запомнить. Запомнить на то время, пока Итэра опять не будет рядом. Сяо глубоко в душе вздыхает, понимая, что ни за что бы не оборвал их отношения словами "это бессмысленно, давай расстанемся".       — С-Сяо... Не могу больше, — выдавливает из себя Итэр, чей член до безумия приятно трётся между их напряжёнными животами, пока, наконец, не пачкает кожу полупрозрачным, белёсым семенем.       Ощутив, как Итэр сначала сжался вокруг его члена, а затем обмяк, Сяо попытался выйти, но заведённая за спину рука Итэра, чьи пальцы поджали яички другого парня, очевидно намекала этого не делать.       — Внутрь, Сяо. Давай же, — охрипло, плавая в послеоргазменной неге, просит он.       — Итэр, н-не хочу доставлять тебе проблем. Пусти! — Сяо одним рывком переворачивает его на спину, выходит и выпрямляется, и доводит себя до оргазма, орошая живот охнувшего от смены позиции блондина вязкими каплями. Вот только Итэр успевает присесть и оказаться перед его членом, а вобрав головку в рот кидает вверх лукавые взгляды на находящегося в замешательстве Сяо. — Итэр...       — М? — Итэр целует его головку, привстаёт на коленях, оказываясь на одном уровне с глазами Сяо, и, облизываясь, ехидно щурится. — Просто маленькая прихоть. Ты ведь не против?       — Выглядишь грязно...       — Тебе не нравится? — то, как язык Итэра скользит по губам, и как тот задаёт столь невинные вопросы, сводит Сяо с ума.       — ...тебя надо привести в порядок. И хватит уже делать это с таким лицом!       На его притворный гнев и очевидное смущение Итэр звонко смеётся.       — Что делать? Пробовать тебя на вкус? Сяо! Ну постой! — Итэр хватает его за руки, не даёт даже встать. Сяо перебирает в голове мысли, что, будь он в патруле, от него было бы больше пользы. Но ведь делая Итэра таким счастливым он тоже приносит пользу?.. Он оглядывается на эту покрасневшую мордочку с тёплой улыбкой адресованной только ему одному, на взлохмаченное гнездо из золотых волос, что сам же Сяо и сотворил. Он в последний раз вздыхает, и с лёгкой, искренней улыбкой принимается его щекотать.       Итэр может извиваться под ним и просить пощады сколько угодно, но пока он здесь, Сяо предоставит ему покой от его странствий.       — Сяо, — когда Сяо чуть угомонился, Итэр уткнулся носом в его плечо, — я рад, что у тебя всё хорошо. Не представляешь, как я счастлив тебя видеть. Теперь ты наверняка хочешь поднять в небо фонарик и смыть наши грехи?       — Нет. Хоть я и не должен был с тобой вообще когда-либо сближаться, я тоже счастлив.       Итэр малость удивляется, ведь в прошлые разы Сяо всегда относился к их отношениям очень настороженно, будто боялся стать похожим на людей, но всё равно шёл навстречу этому дружелюбному блондину с этой его яркой улыбкой. Итэр трётся щекой о его плечо, проводит подушечками пальцев по выпирающим ключицам, пока не укладывает ладошку на основание шеи и не шепчет, наклонив его голову лицом к себе:       — Тогда запустим фонарик на то, чтобы закрепить наш союз?       — Запустим... — он медленно вдыхает его запах, закрывает глаза и даёт себе немного времени, чтобы расслабиться. Отношения — какая-то глупость, отношения, когда твой парень не может оставить обязанности и пойти с тобой путешествовать по миру — ещё большая глупость. Но Итэру, видимо, нравится... и кто Сяо такой, чтобы его останавливать?