Необычный способ развлечения

Нам Гю в старой-старой привычке, которая неведомо откуда появилась и идёт с ним бок о бок всю жизнь, пальцами впивается в края рукавов, пряча потевшие ладони. Он слегка прикрывает глаза, хищно прищуриваясь и словно кот, готовый в любой момент напасть, водит глазами по комнате, словно одурманенный следя за силуэтом парня. Тот в привычных, небрежных жестах лезет к различным людям, наслаждаясь вниманием или их страхом, а в душе темноволосого появляется странное чувство. Тепло, но не приятно обволакивающее, а больно царапающее что-то глубоко внутри заставляет невольно съёжиться. В ушах слышно биение сердца, звучащее словно гул, белый шум, мешающий слышать всё вокруг. Ногти уже синими полосками оставляют следы на коже, но даже это не перебивает это чувство. Нам Гю смотрит, словно через дымку, в висках пульсирует, и он не понимает, как докатился до такого, что вообще с ним происходит? Это чувство, появляющееся так неожиданно и резко, и пропадающее точно так же, каждый раз застаёт врасплох. Он никогда себя так не чувствовал, не ощущал такой сильно давящей на плечи безысходности, не ощущал желания рвать всё вокруг, кричать как бешенный и биться о стены, но вместе с тем рыдать, свернуться калачиком и просто лежать, ждать когда отпустит. Даже ломка так не выворачивает суставы, как сейчас рвёт душу на мелкие кусочки. От неё хотя бы есть выход, можно сбежать, закинув в рот очередную разноцветную «вкусняшку» и всё пропадёт, оставляя лишь наслаждение и веселье, а от этого не убежишь. Попробуешь уйти, как тебя словно наковальней привалит к полу, заставляя стоять на месте и вкушать боль. Так просто не уйдёшь, она оставит рваные раны, от вцепившихся до невозможности когтей, оставит послевкусие тревоги смешанной с горечью на языке, которую ничего не перебьёт и единственным желанием останется всунуть два пальца в рот и вытащить всё, прямо из нутра, вымыть всё до блеска, не оставляя даже крови, только пустоту, которая хоть как-то исправит ситуацию. Но, даже не смотря на всё это, в голове крутится рой мыслей. Он, как и всегда, не прекращается не на секунду, является таким привычным приятелем, что парень сам иногда удивляется, как пришёл к таким решениям. И сейчас всё крутится вокруг этого чувства. Что это, мать твою, такое? Страх, опасность, тревога? Но всё не то, всё слишком мрачное. По правде говоря, Нам давно понял, что это, но, не веря, сам прогонял эти мысли, почти в реальности начиная истерично махать руками, словно над ним летает назойливая кучка противных мошек.

Ревность.

Такое неприятное, но ёмкое и объясняющее всё слово. Ревность.. Но к чему? К вниманию звезды, к наркоте, таящейся в кресте, к чему? Он постепенно признаётся сам себе. К его вниманию, несмотря на то, что он некая популярная персона. Просто к его глупым, но, по правде, иногда и остроумным шуткам, к случайным касаниям, которые отдают волной горячих мурашек, к шёпоту, который создаёт некую интимную обстановку, к английским фразам не к месту, и даже к кресту о котором знает только его обладатель и Нам Гю. Он единственный кто знает, так ещё и употребляет с ним. Он считал это знаком доверия, он думал, будто это могло бы их сблизить, но это глупо. Таносу лишь нужен тот, кто сделает грязную работу, если понадобиться, он просто привязал его к себе. Такие мысли вновь порождают тысячи когтей до крови царапнуть душу, давая ей изливаться водопадом, который начинает выходить в жизнь, заставляя тело уже заметно трястись. Он шумно вдыхает через нос, прежде чем на негнущихся ногах дойти до своей койки, буквально завалиться на неё и накрыться от всего мира тонким одеялом, воспринимающимся как временное спасение. До сих пор слышно голос фиолетового. Тот радостно пристает ко всем кто находится в его поле зрения и даже не замечает отсутствие Нам Гю. Не удивительно, думает парень, пытаясь подумать о чём-то другом, и даже успевает задремать на пару минут, прежде чем на его плечо грузно падает чужая ладонь. Он заметно вздрагивает всем телом, вызывая смешок у подошедшего. - Heey,man, почему ты уже в постельке, разве не рано?- сложив руки на груди, спрашивает Танос с нарастающей улыбкой, пока к нему поворачивается парень, потирая глаза боковыми сторонами ладоней. - Или ты is Mommy's good boy? - Устал. Разве не понятно? – Он не лгал, он и правда устал. Не физически, морально, но говорить об этом не собирается. Это не важно. Таносу это не важно, он давно признал этот факт. - Нуу, я думал, мы повеселимся – заговорщически усевшись на кровать напротив, чуть надув губы пролепетал парень. – Тут такая скукотень, никто кроме тебя не понимает, bro. – Это больно полоснуло сердце. Никто, кроме него? Звучит как сладкая ложь. - Думаю, ты сам развлечёшься. – Буркнул Гю, завалившись обратно на бок, понимая, что от него не отстанут. - Ну, Нам Сууу - чуть раздражённо дёрнул щекой парень, - Get up, idiot! - Нам Гю, когда ты уже запомнишь, дурак. – Обреченно выдохнув, протянул гласные парень, сильнее сжимая глаза, желая заснуть в эту же секунду. Он почувствовал, как под весом ещё одного тела прогибается постель, и чужое дыхание на щеке, из-за чего перевернулся на спину и в удивлении распахнул глаза. Чужие глаза буквально пожирали, и чужой взгляд закрутил странное, уже приятное ощущение внизу живота. – Что ты творишь? – буквально прошипел парень, не понимая действий другого - Мне скучно, Нааам – чуть согнув брови и выдохнув, как бы показывая, как на него действует скука. Темноволосый лишь изогнул брови в удивлении, поза неоднозначная, неужели он хочет скрасить скуку таким способом? Звучит как бред, но слова выскальзывают, будто засиделись там, прежде чем он успеет их обдумать. - И ты решил развлечься таким способом? - "Таким", это каким? – Не понимая спросил Танос, а потом его глаза распахнулись и он ухмыльнулся, – ух ты, Нам Су, так ты vulgar boy – протянув английские гласные, он облизнул нижнюю губу, не вкладывая в этот жест ничего, но смущённый взгляд парня проследил за языком. – Я даже не думал об этом, dude! – честно признался фиолетовый. Мысленно темноволосый уже несколько раз больно ударил себя по щекам, крича о том какой он придурок. Как он вообще мог подумать о таком? Теперь стыд захлестнул новой волной, и желание спрятаться лишь возросло. Он сглотнул слюну, накопившуюся от волнения, и стал обдумывать, как быстро ретироваться и спрятаться в каком-нибудь укромном месте и просто сидеть, понимая как облажался. Его глаза заметались по койке, находящейся сверху, специально избегая чужого взгляда, иначе опять потеряется и начнёт нести какую-то чушь, но такой побег прервали чужие пальца на подбородке, заставляющие взглянуть прямо на него, прямо в глаза, в какой раз удивляясь их голубому оттенку. - Ты такой нелепый, just kitty. – По-доброму усмехнулся парень, после чего резко наклонился, оставляя между ними миллиметры расстояния и обдавая чужие, обкусанные губы дыханием. - Do you really want to do this, sweetie? – Чужой шёпот, говорящий на английском чтобы смутить ещё сильнее работает правильно и Нам Гю словно связанный по швам лежит, не двигаясь и, кажется, даже не дыша. Тепло другого тела ощущается неправильно, хочется ударить и просто сбежать, бежать пока лёгкие не сгорят от нехватки воздуха, а ноги не подкосятся, бросая в бездну, но вместе с тем хочется прижаться, хочется чувствовать ближе, сильнее, острее, ярче; Хочется прижать этого самодовольного ублюдка за край кофты, притягивая для поцелуя, не давать взять инициативу и понять каков он, раскусить его словно ту таблетку, ожидая такой же космический результат. Но парень просто лежит, хлопая ресницами так невинно, будто в мыслях у него ничего такого и нет, и судорожно выдохнув, отвечает: - Танос, тупой ты придурок, слезь с меня. – Он старается держать себя в руках, не потерять самообладание снова, но когда при словах губы на секунду дотрагиваются до других, таких горячих, шершавых и желанных, то голос немного пропадает, на секунду, а узел в животе крутит ещё сильнее, будто он летит вниз на американских горках. Его пробирает мелкая дрожь, мандраж от возможных исходов и он просто молится, чтобы это случилось, но в тоже время, чтобы этого никогда не было, ведь стыдно до чёртиков, до пляшущих разноцветных кругов перед глазами. - Что же так грубо, my booy – Хмыкнув, говорит на грани слышимости парень, и Нам Гю вздрагивает от тёплого дыхания на щеках и губах, а ещё вздрагивает от чужого голоса, который хрипит от шёпота и это заставляет невольно сглотнуть. Звучит красиво, если такой голос он использует в рэпе, тогда понятно, почему среди его фанатов так много девушек. И парень громко выдыхает, еле сдерживая вскрик, когда чужие холодные пальцы мягко пробираются под кофту, оглаживая бок, вырисовывая понятные только ему узоры, а лицо же в свою очередь выражает лишь самоуверенность и лишь странный огонёк, далеко в глазах, удивляет. Он наклоняется ещё ниже, так, что губы соприкасаются и говорит так тихо-тихо, будто даже не хочет чтобы это услышал тот, кому это предназначалось – Я слишком долго этого ждал, чтобы ты лежал как кукла, silly – и резко прижимается губами, выдавливая удовлетворенный полустон от Нам Гю и начинает целовать. Страстно, грубо и грязно. Он не даёт взять инициативу, ведёт главенствующую позицию, кусает губы, позднее зализывая их, как бы извиняясь; толкается языком в чужой рот, объединяя языки, а в моменты, когда они набирают воздух, шепчет, так тихо, что разобрать невозможно, а может так влияют долгожданные прикосновения, но парень этого не знает. Парню закрывают рукой рот, когда Танос ставит своё колено, разводя чужие бёдра и призывно двигает им по чужому возбуждению, на что он лишь выгибается дугой, подлетая с кровати, и громко стонет, что слышно даже через ладонь. – Какой же ты громкий, а – недовольно шепчет он, заставляя на секунду почувствовать укол совести, но видя, как тот улыбается, понимает, что тому это нравится. - Будто тебе это не нравится.. – чуть отодвигая ото рта руку говорит Нам Гю, на что фиолетовый начинает ещё сильнее улыбаться - Нравится, но думаю, другие не будут довольны когда я буду трахать тебя, и ты будешь орать, как последняя шлюха от удовольствия. – Шепчет, облизывая ухо и переходя к шее, Танос, и парень просто закатывает глаза от удовольствия. Ужасно приятно, ощущения такие невесомые, но в тоже время тяжёлые, что он сам подставляет чужую руку ко рту, прежде чем вновь громко застонать. Другая рука чуть сжимает горло, что просто выводит парня из себя, он прижимается телом ближе к другому и начинает скулить от того, как же приятно. Ему кажется будто всё сон,не реально, может он принял слишком много, но чужие руки начинающие блуждать по всему телу, хватать, царапать, прижимать ближе, показывают, что всё происходит взаправду. Когда его грубо и резко кусают, он сжимает зубы чтобы не закричать и вновь выгибается, начиная тереться бёдрами о ногу парня, прося о большем. Чужой язык широко облизывает шею, будто пытается слизать что-то вкусное, приторное, а после вновь кусает, оставляя много таких следов на половине шее, которую ему подставляют для удобства. - Пожалуйста.. – шепчет на грани слышимости и закатывает глаза от рук, которые сжимают шею и от вида Таноса, который поднялся, усевшись на колени и смотрит сверху вниз, так властно, что в горле пересыхает. - Что «пожалуйста», bitch, м? – Грубо ухмыляется, облизывая губы и параллельно наслаждаясь картиной. Нам Гю лежит с растрепанными волосами, немного спущенной у воротника кофтой и кучей укусов, в свою же очередь её низ приподнят, оголяя подтянутый живот, его губы красные, пухлые от поцелуев, зрачки огромные, будто он принял целую тонну наркотиков, а голос ели слышимый, будто ему вырвали язык - Танос, пожалуйста.. – Фиолетовый опять призывно приподнимает бровь, будто не понимает о чём он, издевается, но уже сам готов вновь накинутся на него. – Пожалуйста, не останавливайся.. – Понимая, что этого недостаточно, смущённо отводя глаза, почти простанывает – выеби ты уже меня. – И Танос одним рывком, рыча, падает на тело снизу, вновь кусая, зализывая, будто пёс и удовлетворенно проводит носом по чужой шее, вдыхая чужой запах, сводящий с ума. Оглаживает руками бедра, специально избегая пах, невесомо касается всего тела пальцами, он будто везде, но в тоже время нигде, просто сводит с ума, а потом резко подскакивает, просто встаёт и Нам Гю удивлённо распахивает глаза. – Эй..Ты что делаешь? – чуть загнанно шепчет, он не хочет, чтобы это прекращалось - Не боись, сейчас продолжим, - шепчет Танос, быстро окидывая комнату взглядом, а парень невольно опускает взгляд ниже и видя чужое возбуждение, сглатывает. Он никогда не был с парнем, но почему-то сейчас это вызывает такую дрожь, такое предвкушение, что он просто не отводит взгляд, задумываясь о том, что хочет взять его в рот, довести до оргазма именно таким способом, а потом слышит довольный хмык, и неловко возвращает глаза на лицо парня. – Какая же те нетерпеливая сучка. Вставай, - хватая за руку, тянет наверх, одним рыков поднимая – здесь слишком много слушателей, boy. – Ему плевать, что о нём подумают, просто это кажется настолько личным, что хочется, чтоб все эти звуки, все взгляды видел только он и никто больше, чтобы они предназначались лишь ему. Нам Гю неловко переминается с ноги на ногу, руками опуская кофту, скрывая возбуждение, пока Танос стучит в железную дверь, зло, шепча, не думая, что может кого-то разбудить - Эй, вы, треугольнички ебучие, дверь откройте, ну очень надо. Прям очень. – Продолжает барабанить в дверь, пока его просто игнорируют, это очень нервирует и он поскорее хочет закончить начатое, иначе возьмет парня прям здесь, чтобы эти ебучие охранники услышали и, возможно, сдохли от стыда, хотя скорее, от зависти. – Если не откроете, то завтра будете убирать всё дерьмо, что я сейчас.. – его резко перебивает металлический лязг двери, и охранник поднимает винтовку, механически проговаривая - За мной, по уставу не положено, так что тихо и не больше пятнадцати минут. – Когда тот немного отдаляется, Танос удовлетворенно хватает парня за запястье, ведя в туалет. Когда его дверь закрывается, он толкает его к раковине, вновь впиваясь в шею, а Нам Гю откидывает голову, стукаясь о зеркало, и без остановки стонет. Он учащенно дышит и извивается как змея от чужих рук. Фиолетовый отстраняется, но лишь на пару секунд, чтобы рывком снять чужую кофту, и прильнуть к чужим соскам, уже в привычных ласках кусая, зализывая. Темноволосый хватает за голову, ведя через волосы пальцами, прижимая ближе, и закусывает свой палец, чтобы быть тихим, когда его резко ударяют по ладони. - Я хочу тебя слышать. Здесь никого нет, так что не прикрывайся – после этих слов он вновь начинает играться с яркими бусинами, обводя их языком, а Нам Гю кое-как, на выдохе, произносит - Охранники.. Могут услышать.. – Уже не прикрываясь, стонет, видя перед глазами звёздное небо - И что? – чуть раздражённо шепчет Танос, думая, что им точно плевать, главное просто не быть тут дольше времени, чем им разрешили, так что торопиться надо, а после резко мелькнувшей мысли, произносит – Если так боишься, быть услышанным, можешь кое-чем занять свой рот, my good boy – чуть поднимается, целуя чужую шею и чувствует на своём торсе чужие руки, что резко отталкивают. Он не разрывая взгляда наблюдает как парень садится на колени, берёт его за резинку штанов и на секунду сомневается. Он гладит его подбородок, нежно улыбаясь - Don't be afraid, come on – и он опускает штаны, сразу вместе с боксерами, смотря на уже вставший член. Он аккуратно берёт его за основание, направляя к себе, и проходится языком по всей длине, чувствуя, как его резко схватили за волосы. Он не спешит, не берёт в рот, просто лаская его языком со всех сторон, иногда целуя и задерживаясь на некоторых местах, обводя каждую венку на подрагивающем органе. Он играется, специально задерживаясь, не беря в рот - If you don't stop this right now, I'll just – угрожающе шепчет парень, даже не успевая договорить, когда у него полностью берут в рот. Он откидывает голову, громко простонав, и в похвалу гладит парня по волосам. Тот начинает аккуратно двигать головой, смыкая губы сильнее, втягивая щёки и продолжая кружить языком. Тот двигается то медленно, то быстро, заставляя балансировать на грани сознания и просто безостановочно выдыхать стоны. Танос просто сходит с ума, а когда опускает взгляд на него, почти изливается ему в горло. Тот призывно смотрит в глаза, выглядя как порноактриса, с неплохим гонораром и с огромными просмотрами. - you fucking mouth – рычит парень, хватая чужую голову и насаживая сам, а тот лишь принимает. Смиренно заглатывает, опустив руки на бёдра, невесомо поглаживая их, и даже успевая работать языком. Иногда закатывает глаза от удовольствия, будто сосёт не член, а конфету, но старается сдерживать эти порывы, чтобы не разрывать взгляда. Он сам начинает стонать, пуская вибрации по телу Таноса, на что тот рыком поднимает его, толкнув к раковине. Парень еле успевает схватиться за раковину и облизывает губы, что не ускользает от внимания другого. – Неужели тебе так понравилось, а? – Прижимаясь бедрами к заднице другого шепчет фиолетовый, а Нам Гю кивает, выгибаясь и трется о чужой член. Парень, в какой раз громко рычит, прижимается к спине притягивая к себе, и оглаживает чужой живот, целуя шею и плечи. – Только посмотри, you're so handsome. – И темноволосый закусывает губу, видя чужой взгляд, изучающий, поглощающий и главное, в котором плещется желание, оно уже начинает буквально ощущаться кожей, будто становится осязаемым. Он разворачивает голову, притягивая в новый поцелуй, опять такой голодный, страстный, будто они влюблённые, которые не виделись пару месяцев и соскучились по чужой ласке, Танос уже в привычном жесте сжимает шею, выдыхая прямо в губы. - Пожалуйста.. – вновь хнычит Нам Гю, он так давно этого ждал, что не выдержит ещё какое-то время. Он удовлетворенно мычит, когда его вновь притягивают, целуют, кусают, параллельно стягивая нижнюю часть одежды, оставляя полностью голым. Он вскрикивает сквозь поцелуй, чувствуя удовольствие, граничащее с еле ощутимой болью. - Heey, my boy, почему же в тебе так свободно, м? – ехидно улыбается парень, когда темноволосый забивая на смущение, загнанно шепчет, чувствуя второй палец - Я.. Я уже растягивал себя. – Стонет, когда пальцы сгибаются и становится на носочки, неосознанно избегая ласок, когда его рукой за торс прижимают ближе. - мм, - вдыхая чужой запах, Танос ухмыляется, - думал обо мне, пока это делал? – Кладя голову на чужое плечо и глядя через зеркало, прямо в глаза, облизывается. Нам Гю шумно выдыхает, почти впиваясь в чужие губы - Давай просто продолжим, - тянется за поцелуем, но фиолевый отстраняется, наклоняя его к раковине. - Неа, sweet, не продолжим – оглаживая чужие ягодицы, шепчет он, вновь смотря в отражение, - Ответь. - Танос, боже.. – Но чувствуя шлепок, замолкает, и закусывает губу. Это смущает, но ещё сильнее возбуждает. Он молчит, желая получить больше, и чувствует ещё пару шлепков, прежде чем простонать – Да, думал.. Представлял тебя, Тан.. – выдыхает он, и оттопыривает зад, он устал, хочется большего. - Good boy, - хвалит, оглаживая поясницу, но резко достаёт пальцы. - Эй, я же сказал.. – Но чувствуя резкий толчок внутрь, захлёбывается им. – О боже! – вскрикивает парень, от движений почти ударяясь лбом о раковину. Движения резкие, грубые, но такие приятные, что он вместо того, чтобы выдыхать просто стонет, без остановки, громко, скрываясь на крик. Чужие руки начинают гулять по торсу, царапая бока, крутя соски, а после груда поцелуев опускается на спину и плечи. Это сводит с ума. Он не верит, что это происходит, выгибается, стоя на носках, прижимается спиной к чужому торсу и, ложа голову на плечо, стонет на ухо, так по-блядски, что Танос ускоряется, хотя казалось, что это просто невозможно. Он наблюдает за отражением, запоминая картину.То, как выгибается парень, как закатываются его глаза, как он пытается быть ближе, словно пытается слиться в одно целое, проникнуть через кожу, растекаясь по венам, залезая далеко в сердце и мозг. Отражение выглядит словно картина, на которую он смотрел бы часами, наслаждаясь таким прекрасным, а главное любимым телом. Все его изгибы такие идеальные, будто нарисованы на холсте, и он проводит по каждому кончиками пальцев, заставляя Нам Гю умирать от разнообразия ощущений. Грубые толчки так приятно объединяются с нежными касаниями, что он просто закусывает губу, умудряясь стонать, будто ещё громче. О - Good boy, that's it, fuck, yeah – шепчет Танос, продолжая хвалить его на ухо, что заставляет просто скулить, солёные дорожки от удовольствия начинают течь по щекам и их быстро собирают языком, наслаждаясь вкусом. Фиолетовый медленно тянет руку по торсу, резко хватая парня за основание, и тот кончает, даже не притягиваясь к себе ни разу, просто получая удовольствие от всей этой ситуации. Это возбуждает лишь сильнее. Толчки становятся ещё грубее, резче, на секунду парень смотрит в зеркало, где видит затуманенный от оргазма взгляд Нам Гю и заканчивает вслед за ним, прямо глубоко внутрь, гортанно зарычав и напоследок укусив его в изгиб шеи. Они стоят так, в невесомости пару минут, прежде чем один из них разрывает тишину - Боже, блять – Выдыхает Нам Гю, на секунду удивляясь, тому, что произошло, а потом вновь отдается чувствам и, оборачиваясь, просто обнимает парня за шею. - Согласен, you were too good. – хмыкнув, Танос прижимает его ещё ближе – Когда выберемся, я не выпущу тебя из постели, Нам Гю. - Надо же, даже имя запомнил. – Тепло разливается в душе, когда он слышит, что они выберутся, вместе.