bizarreries françaises

В половине одного весеннего дня, когда солнце давно торжествовало высоко над горизонтом, и природа давным-давно проснулась, в Париже царствовала привычная для города обстановка. По дорогам с внушительной скоростью пролетали автомобили и автобусы, а по улицам передвигалась масса людей. Выгравированные буквы на табличке бросились в глаза, — «Rue De Monttessuy». Парень, прочитав название улицы, скудно перевёл глаза на видневшуюся достопримечательность Парижа — Эйфелеву башню. Данная постройка давно уже не вызывает изумление у россиянина, давно переехавшего во Францию. «Недавно, кажись, также восхищался Красной площадью. Поскорее бы обратно в Россию, а там и в Петербург домой..» — пронеслось в голове. Евгений, выучившийся на врача-хирурга более трех лет назад, получил приглашение в Париж для работы по образованию чуть больше, чем год тому назад. Без раздумий тот соглашается на поездку, чувствуя себя самым счастливым человеком на планете. Первые три месяца жизни в Париже для Семененко кажутся сказкой: красота, архитектура, Эйфелева башня — всё, что мечтал увидеть русый в жизни. Счастье длилось недолго. Работа хирургом — не из лёгких. Ситуации с каждым пациентом усложнялись, нервов приходилось тратить больше. Однако каждая операция проходила успешно, до сегодняшнего дня. В операционную доставили мужчину с тяжёлым диагнозом, встретившийся на практике Евгению впервые. Не растерявшись, тот берётся за инструменты и бригада начинает операцию. Много сил и надежд было вложено в эти шесть часов, что хирурги пытались спасти жизнь, безуспешно. Для парня это оказало некое влияние, потрясение. Казалось, прошло две недели, но ситуация никак не покидает мысли юноши. За это время тот погружается в раздумья: захотелось позвонить друзьям из Питера и Москвы, захотелось наконец-то поговорить с кем-то на родном русском, а не ломать и то без костлявый язык, пытаясь выговаривать французкие слова. День уверенно идёт к своему завершению. Солнце постепенно сползает вниз полотна неба, прилегая к линии горизонта, дороги и тротуары освещаемы светом фонарей и прочих источников света. Тем временем накаченная мужская фигура неспешно двигалась в сторону своего чёрного автомобиля. Дверь у водительского сиденья распахнулась, и в салоне BMW уселся Евгений. Шлейф парфюма постепенно перемешивался с воздухом, заполняя ароматом всю машину. Парень давит на педаль газа, и машина трогается с места. В автомобиле заиграла музыка, без которой Семененко было не обойтись. Тот предпочитал слушать классику: Моцарта, саундтреки к фильмам, основанных на произведениях великих авторов и прочее. Казалось бы, что эта музыка весьма скучна, однако русого более, чем успокаивала и настраивала на определенные события. Машина подъехала к ресторану, в котором сегодня, на удивление, было не так много народа, как это бывает обычно по будням — это была вторая странность, которую заметил парень за сегодня. Первая случилась ещё днём, когда тот шёл вдоль улицы «De Monttessuy»... *** —Excusez-moi, pouvez-vous me dire où se trouve le café le plus proche? — резко произнёс нежный женский голос сзади. —Jusqu'à l'intersection et tournez à gauche. —Merci. Женский силуэт мигом скрылся за спиной парня. Девушка отменно говорила по-французски, с акцентом. «Француженка, кажись» — думает русый. Но что-то в её внешности давало повод Евгению думать, что та не из Франции. Глаза её были обычными карими, ничем не приметные каштановые, слегка закрученные волосы, средний рост, аккуратный профиль и стройная фигура — таких, гляди, пол Парижа ходит, но на них то он почему-то не зацикливался. Недовольно выдохнув, хирург направляется обратно домой. Неделя шла тяжело, поэтому парню дали на сегодняшний день выходной, который тот планировал провести наедине с собой и своими мыслями. *** И вновь взгляд зацикливается на табличке с гравировкой: «Rue De Monttessuy», затем на вывеску с названием ресторана: «La Coquette». Это заведение особенно любимо Евгением. Блюда и напитки различного рода были отменно вкусны, что радовало парня. Красивый вид из окон особенно впечатлял парня. —Bonne soirée. S'il vous plaît, café au lait et sandwich, — любезно обращается хирург к официанту. —Aucun problème. Attendez 10 minutes, — улыбаясь, говорит официант и скрывается среди столиков и иных посетителей. Ожидая заказ, Женя с интересом рассматривает привычные ему стены заведения. Высокие потолки, изумительный интерьер и.. «Стоп, снова она?». За столиком в другом конце ресторана в одиночестве сидела та девушка, что сегодня спрашивала о местонахождении какой-то кофейни. Некая сила потянула парня, ожидающего свой заказ, составить компанию одинокой даме. —Bonne soirée. Je vois que tu es assis seul. Ça te dérange si je te tiens compagnie? — с лёгкой улыбкой спрашивает Семененко. —Oh, bien sûr, cela ne me dérange pas, asseyez-vous! — оживленно отвечает девушка. Мужской силуэт усаживается на стульчике, стоящем напротив дамы. —Puis-je connaître votre nom? —Anna. Je m'appelle Anna Shcherbakova, — смущённо отвечает шатенка. «Аннушка.. Она из России?». —Je m'appelle Evgeny. Mm, laissez-moi vous demander, venez-vous de Russie? — удивленно спрашивает русый. —Oui, je viens de Russie. — Вы понимаете по-русски? — в глазах Евгения разгорается надежда. —Да. Вы тоже из России? — без единого акцента произносит Анна. —Да, да! Я тоже из России, из Петербурга! Какое счастье, что я наконец-то могу поговорить на родном языке с человеком, который меня прекрасно понимает. —Вы из Петербурга? Это же замечательный город! Что Вас заставило переехать во Францию? Или вы на время? —На время или нет — сказать уже не могу. Полтора года назад предложили приехать в Париж, дабы набраться опыта в работе хирурга, на которого я так долго учился. По-началу это было крупное событие в моей жизни, однако сейчас оно мне приносит лишь один дискомфорт. Мечтаю вернуться обратно в Россию. А Вы тут с какими намерениями? —Видимо, у нас одна судьба. Я полгода назад переехала сюда, чтобы набраться опыта в журналистике, — шатенка разворачивается к окну, — однако, кажется, этот город явно не для меня. —Почему Вы так считаете? —Знаете, Евгений, наверное... душа не лежит. Хочется обратно в Москву. Там и родители с сестрами, там друзья, там вся моя жизнь в целом. По приезде в Париж вся моя жизнь стала черно-белой. —Я Вас понимаю, Анна. —Мне кажется, я Вас где-то видела. Будто бы недавно.. —Сегодня днём. Вы меня спрашивали где находится ближайшая кофейня, но я вам случайно указал на этот ресторан, за что дико извиняюсь. —Ничего страшного, — улыбаясь, говорит Анна, — Вы любите это место? Она весьма красиво, да и официанты здесь добры и любезны. —Обожаю! По-моему, как я в первый день пребывания в Париже посетил это место, так больше никуда не смел сходить. Безумно люблю этот ресторан. —Вы, кажись, хирург? В какой из больниц работаете? —Да, я хирург. Работаю в госпитале Bichat-Claude-Bernard. —Вот это совпадение! Команда, с которой я сотрудничаю, скоро планируют посетить этот госпиталь. —Что-ж, буду ждать Вас! Шатенка закатала рукав блузки, чтобы посмотреть на время. На её хрупких руках блистали серебряные часы. —Евгений, спасибо, что составили мне компанию. Извините, мне пора уходить. До свидания! Не успел Семененко и слова выронить, как леди уже убежала из ресторана. —Votre commande. Bon appétit! —Merci.