горький лунго и вишнëвые сигареты

      Снег, неожиданно выпавший пару дней назад, неприятно лип к рельефной подошве ботинок, мешая нормально идти, а холодный ветер обжигал лицо, заставляя кутаться сильнее в старый вязаный шарф цвета спелой вишни. Но Эйми старалась не обращать на это внимания. До начала её рабочего дня оставалось не так много времени, так что медлить было нельзя, несмотря ни на что.       Работа в этой кофейне стала самой приятной из всех, что она пробовала с подросткового возраста, и терять её не хотелось от слова “совсем”. Владелец кофейни в центре Роппонги был милым мужчиной чуть за пятьдесят, который уже не справлялся самостоятельно с делами в силу возраста, и поэтому был рад нанять на работу студентку, случайно зашедшую к нему за порцией кофеина ещё год назад.       Мистер Кубо был в восторге от девушки, которая оказалась безумно ответственной и трудолюбивой. Мало того, что она готовила напитки гостям кофейни, Эйми убирала помещение, занималась поставками и счетами, освободив мужчину в возрасте почти от всех обязанностей. А девушка была рада наконец-то найти спокойную легальную работу, где можно хорошо зарабатывать. Ведь в Роппонги, где вокруг множество бизнес-центров, заработок бариста значительно выше, чем в других районах. А это один из важнейших факторов в жизни Эйми.       Ей нужны деньги. Деньги на аренду комнаты, деньги на обучение, деньги на еду…       — Я на месте! — воскликнула она, забегая в тёплое светлое помещение «Coffee Time».       Мистер Кубо пробивал очередной напиток для статной женщины в стильном пальто с запахом, которую часто обслуживала и сама девушка. Эта женщина работала в банке на противоположной стороне улицы и часто забегала за порцией капучино с корицей.       — Ты сегодня поздно. Что-то случилось? — поинтересовался мужчина, когда Эйми пробежала мимо него в подсобку, чтобы сбросить верхнюю одежду и вещи и приступить к работе.       — Задержали на последней паре, — со вздохом произнесла блондинка, выходя в зал и на ходу завязывая бежевый рабочий фартук.       Её жутко взбесил новый преподаватель, который не только опоздал на занятие, но ещё и задержал всех, объясняя, что зачёт по его предмету будет проходить в форме проекта, сделанного совместно со старшим курсом другого факультета. Эйми не любила работать в паре и уж тем более в группе. Она привыкла делать всё сама. Всегда одна. Без исключений. Поэтому этот “проект” встал словно кость в горле, испортив всё настроение на день.       — Проблемы в учёбе? — заботливо спросил мистер Кубо. За этот год он прикипел к девушке, считая её чуть ли не собственной дочерью, несмотря на наличие родной. — Если тебе нужен выходной, только скажи.       Её искренне забавляло, как мужчина постоянно предлагал отдых, хотя за год Эйми взяла от силы три-четыре выходных — и то только тогда, когда младший брат слёг в больницу с побоями, и ему требовались помощь и поддержка. Девушка знала, что мистер Кубо не вычтет из зарплаты, если она задержится на учёбе или возьмёт выходной. Она слишком ему помогала, а найти подобного работника — ой как непросто.       Но Эйми не хотела пользоваться добротой мужчины и стабильно выходила на смену с трёх часов дня каждый день.       — Всё в порядке, мистер Кубо, не переживайте, — слегка улыбнулась девушка, собрав длинные волосы в хвост и вставая за кассу, заменяя мужчину. — Отдыхайте!       — Сегодня уйду пораньше, жена приболела, так что оставляю всё на тебя.       В ответ Эйми лишь кивнула и поприветствовала вошедшего клиента, приступая к работе.

***

      До закрытия кофейни оставалось около часа. Посетителей в такое время было немного, поэтому, устроившись за одним из столиков, Эйми делала задания на завтрашние пары.       Девушка смогла поступить в университет на экономический факультет. Учитывая, как много она работала в подростковом возрасте, найти время на нормальную подготовку к поступлению было невероятно сложно, но она справилась. Теперь Эйми держалась за это место всеми силами, потому что диплом точно даст ей возможность найти достойную работу и обеспечить нормальную жизнь себе и брату. Не вечно же ей варить кофе?       Рок-музыка наполнила помещение. Мистер Кубо обычно включал спокойный джаз или ритм-энд-блюз, но не возражал против другой музыки в кофейне. Плейлист девушки был довольно грубым и тяжёлым — он совсем не подходил этому светлому, тёплому месту. Поэтому Эйми меняла репертуар только тогда, когда посетителей почти не оставалось.       В её глазах уже начинало плыть от количества цифр и информации, и никакой холодный американо не мог спасти ситуацию. Листы были разбросаны по всему столику, создавая полный беспорядок.       Нужно отвлечься, решает девушка, как вдруг слышит, как открывается дверь. Быстро встаёт и, даже не посмотрев на вход, направляется за стойку, чтобы принять заказ.       — Что желаете? — спрашивает Эйми, когда человек подходит к кассе.       Она поднимает голову — и встречается взглядом с невероятными глазами напротив.       Светло-фиолетовые омуты смотрят прямо на неё. Холодные, полные равнодушия ко всему вокруг. Даже круглые линзы очков не скрывают этот пронзительный взгляд.       — Лунго, — коротко говорит он.       Голос низкий, с лёгкой, приятной хрипотцой.       Лунго — довольно горький напиток, который по душе немногим, так что Эйми слегка удивляется выбору парня, но старается не подать виду. В конце концов, её вкусы тут ни при чём.       — С вас восемьсот йен, — девушка пробивает напиток и, дождавшись, пока молодой человек (судя по виду, ненамного старше её) оплатит заказ, приступает к готовке.

***

      Это был явно не его день.       Риндо провёл полдня, разъезжая по всему Роппонги. Поставка алкоголя в их клуб задержалась, так что пришлось ехать на склад и разбираться. Затем владелец одного ресторана в районе решил, что может снизить проценты за услуги братьев Хайтани, но в итоге лишь лишил себя всего заработка на ближайшую неделю — столько потребуется на ремонт. Риндо наглядно показал, во что превратится заведение мужчины, если он не будет должным образом оплачивать покровительство Королей Роппонги.       Следом какой-то смертник решил, что остановить его и выписать штраф за превышение скорости — отличная идея. Но хранитель правопорядка быстро понял свою ошибку, когда в открывшемся окне спорткара увидел одного из Хайтани.       Когда парень приехал в университет, чтобы забрать задание (на парах он как не появлялся, так и не появится), то едва не разнёс всё к чёрту — точно так же, как ресторан несколькими часами ранее. Какой, к чёрту, парный проект? Кто это придумал? И это был только обед.       Из университета Риндо отправился в клуб, чтобы разобраться с накопившимися документами и счетами. Поздним вечером, когда клуб открыл двери для гостей и громкая музыка наполнила помещение, работать стало невозможно, даже несмотря на хорошую звукоизоляцию. Глаза слипались от недосыпа, так что, заметив по пути вывеску какой-то кофейни, младший Хайтани припарковался и зашёл внутрь.       Из колонок играла Already Dead от The Pretty Reckless. Он знал эту песню. Она звучала странно в этом месте: весь интерьер кофейни был в мягких бежевых тонах, тёплый свет ламп так и кричал об уюте. Но в этом контрасте была своя атмосфера.       Девушка-бариста приняла заказ и принялась за работу.       Как же его обрадовало, что она не стала переубеждать его насчёт выбора напитка, как это делают в большинстве мест. Да, Риндо любил этот не такой уж ароматный, но горький лунго, послевкусие которого надолго оставалось на языке.       Он лениво оглядел девушку, возившуюся с кофе-машиной.       Невысокая, с длинными волнистыми, почти белыми волосами, собранными в небрежный хвост, который к концу рабочего дня заметно растрепался — несколько прядей опали на лицо.       Не в его вкусе.       Слишком простенькая.       Хотя он успел заметить эти тёмно-синие глаза, похожие на морское дно, когда они пересеклись взглядами на кассе. Это было единственное, что его зацепило.       — Ваш кофе, — спокойно произнесла она, протягивая стаканчик.       Никакого «спасибо» — только кивок.       Риндо вышел обратно к машине, чтобы наконец-то отправиться в их с братом квартиру.       Этот дерьмовый день заканчивался.

***

      Всю следующую неделю Эйми, как обычно, разрывалась между учёбой, работой и домашними делами. Растить подростка, когда тебе самой всего недавно исполнилось восемнадцать, было невероятно сложно. Просто до одури сложно, если говорить честно.       Кин не был пай-мальчиком. Он был обозлённым на жизнь ребёнком, который никогда не знал родительской любви, поэтому постоянно срывался, ввязывался в неприятности и дружил с не самыми лучшими компаниями. И хоть он любил сестру, считая её чуть ли не своей матерью — ведь именно она заботилась о нём с самого рождения, заваривая смеси, меняя подгузники и убаюкивая по ночам, — у него не получалось быть хорошим. Таким, как все. Обычным подростком, который тусуется по выходным с друзьями в караоке или сидит с подружкой в кафе.       Эйми пыталась восполнить брату всю ту любовь, которую он не получил от матери, но выходило у неё не слишком хорошо. Ей было всего двенадцать, когда она нашла свою первую подработку, чтобы как можно скорее схватить брата чуть ли не за шкирку и сбежать в маленькую, дешёвую комнату в Эдогаве. Да, крохотную, с кучей тараканов, которых пришлось травить месяцами, с маленьким матрасом на полу вместо кровати — но зато без постоянных пьяных вечеринок, криков и драк. В этой же комнате они жили до сих пор, потому что на большее, несмотря на уже нормальную работу и более-менее стабильный заработок, не хватало.       Но она справится. Она не жалеет о своём решении. Лучше так, чем в родительском доме. Боже, да эти люди даже не стали искать детей, которые просто испарились в один день. А Кину, на секунду, тогда было всего семь лет.       — Ты опять с кем-то подрался? — устало спросила Эйми, обрабатывая разбитую губу брата, которую заметила за ужином.       — Ничего серьёзного, — буркнул он, тихо шипя от неприятных ощущений, когда сестра приложила ватку с антисептиком к ране.       — Ага, конечно, — пробормотала девушка, сильнее надавливая на повреждённую кожу.       Брат тихо выругался.       — Пожалуйста, прошу, перестань калечить людей вокруг. И себя в том числе.       — Они сами начали. Я лишь защищался.       — Прошу, — она посмотрела прямо ему в глаза.       Кин с тяжёлым вдохом кивнул, хотя и он, и Эйми понимали, что лжёт. Он ещё не раз вернётся домой в таком виде.       — Иди спать, мне ещё нужно сходить в магазин. Дома почти не осталось еды.       Отправив «мелкого» за шторку, которая условно разграничивала их комнату от кухни-гостиной, Эйми накинула утеплённый бомбер, замотала шарф и натянула потрёпанные ботинки. До мини-маркета было минут пятнадцать ходьбы.       На улице было темно, всё-таки ночь на дворе. Половина фонарей в этом квартале уже давно не работала, не освещая дорогу. Конец января в этом году выдался холодным, но этот морозный воздух сейчас отлично отвлекал от глупых и ненужных мыслей, которые крутились у Эйми в голове.       Мигающая вывеска магазина ослепила её глаза, привыкшие к темноте. Забросив в корзину всё необходимое, девушка направилась к кассе.       — Что-то ещё? — спросил продавец, закончив пробивать последний товар.       Эйми вздрогнула от его резкого голоса, вырывающего её из мыслей.       — Да, пачку Lucky Strike Aroma Red.       Выйдя на улицу, она отошла к ближайшей лавочке, поставила пакет рядом с ногами и, достав сигарету, закурила. Уже давно полюбившийся ей вишнёвый крепкий табак оставлял сладковатый привкус на губах и во рту.       Так хорошо.       Эйми сделала ещё одну затяжку. Это было словно медитация для неё. Фокусируясь на полном вдохе, ощущая, как дым заполняет лёгкие, она расслаблялась, а голова становилась пустой.       Курила она нечасто, в основном по вечерам, выходя на улицу, чтобы никто не видел. Особенно брат. Ей не хотелось, чтобы он наблюдал перед собой не лучшую версию взрослой жизни: сломанную девятнадцатилетнюю студентку, которая просто надеялась, что когда-нибудь всё будет хорошо.       Рядом раздался шум, а затем — глухой стон, переходящий в сдавленный вой.       Эйми вздрогнула, отрываясь от своей своеобразной медитации, и обернулась, пытаясь найти источник звука.       Слева, в переулке, еле освещённом мигающим фонарём, она заметила две фигуры в плащах. Они угрожающе нависли над кем-то, кто судорожно корчился на земле. Свет то вспыхивал, то гас, пряча переулок в густой тени, но в какой-то момент один из нападавших обернулся, и Эйми узнала в нём того самого клиента, который недавно заходил в кофейню за горьким кофе.

***

      Риндо поправил очки, поворачивая голову к брату. Тихая, пустынная улица в не самом лучшем районе. Фонарь рядом с перебоями то светил, то гас, раздражая и без того накалённые за прошедшую неделю нервы.       — Это точно то место?       — Да, он живёт в этом доме. Нанесём ублюдку визит, который он не забудет, — усмехнулся Ран, стуча в дверь.       Послышался мат и тяжёлые, грузные шаги. Стены здесь были картонными — слышно всё до мельчайших деталей.       — Кто, чёрт возьми?… — грозно и громко начал высокий, крепкий парень в спортивных штанах и майке, открывший дверь.       — Приветик, Куса, — начал Ран, махнув рукой в белой перчатке. Дурацкое прозвище парня до сих пор вызывало недоумение у братьев Хайтани. Наркодилер, которого буквально зовут «трава». Никакого креатива. Скучно.       — Поболтаем. — Это не было вопросом. Старший Хайтани пришёл поговорить, и он это сделает, независимо от того, хочет этого собеседник или нет.       — Хайтани? Чем обязан? — усмехнулся хозяин квартиры, пытаясь сохранить спокойный вид. Но Риндо видел страх, мелькавший красным в его глазах. Парень явно не ожидал, что к нему придут. Тем более лично. — Я вроде никак не связан с Роппонги.       — Правда? — Ран изобразил удивление, прикрывая рот рукой. — А вот у нас с Риндо оказалась другая информация.       Видно, брату надоели эти игры, и он решил перейти к сути.       — В клубе начал появляться чужой товар. И дорожки привели к тебе, малыш.       — Ран… — парень вышел на лестничную площадку, прикрывая за собой дверь. — Я же вообще в другом районе. Зачем мне толкать товар у вас?       — Куса… — старший Хайтани подошёл ближе. — Я люблю много вещей: хороший алкоголь, дорогие машины, красивых женщин… Но знаешь, что я ненавижу? — Ран резко схватил парня за ворот и наклонился к самому уху, чтобы тот точно услышал. — Людей, которые решили подзаработать на моём.       — Я не понимаю, о чём ты, — парень попытался выглядеть уверенно, но Риндо уже видел: он всё понял. И осознал, что не выйдет отсюда целым. Хайтани не прощают, когда кто-то лезет в их бизнес, который они строили годами.       — Ты правда думал, что сможешь толкать у нас в клубе метамфетамин и остаться незамеченным? — холодно поинтересовался младший брат, поправляя очки.       Куса забегал глазами, пытаясь найти выход из ситуации. Но выхода не было. Хайтани были злы и жаждали крови.       — Да ладно вам! Продаётся же отлично! Давайте я просто процент буду отстёгивать — и все в плюсе…       — Ты дебил? — Риндо снова поправил очки, пытаясь занять руки, чтобы не врезать этому кретину уже сейчас. Ран усмехнулся, наблюдая за тем, как закипает брат. Всё происходило в его клубе, а значит, сегодня Риндо главный. Пусть сам разберётся с проблемой.       — Постараюсь объяснить максимально подробно, — продолжил младший Хайтани, медленно сдвигая очки на переносицу. — Мы не продаём в клубе тяжёлые вещества. Трава, экстази, ЛСД, спайсы — да. Но метамфетамин? Это херовая, невыгодная дрянь. Наркоманы либо умирают, либо остаются без денег, а нам потом новых клиентов искать. — Риндо коротким движением валит парня с ног и ловко ломает ему оба локтевых и кистевых сустава.       Хруст костей приятно ласкает слух, особенно в сочетании с криками, полными боли и страха. Куса больше не выберет для работы Роппонги. Да и вряд ли ещё что-то выберет.       — Даже не растягиваешь удовольствие? — хмыкнул Ран, привыкший, что брат обычно дольше играет с жертвами.       — Спать хочу, — усмехнулся Риндо и вдруг замер, почувствовав на себе взгляд.       Он повернулся и увидел её. На лавочке напротив сидела знакомая блондинка с растрёпанным хвостом, в длинном шарфе и явно наброшенной наспех куртке. У ног валялся пакет из магазина, из которого она, судя по всему, вышла минуту назад. В пальцах — коричневая сигарета. Девушка смотрела прямо на него. Без страха, без удивления. Никаких эмоций. Просто наблюдала.       Ещё одна затяжка — и она отвела взгляд. Словно ничего не произошло.       — Знаешь её? — поинтересовался Ран, уловив перемену в поведении брата.       — Так… кофе у неё как-то покупал, — пожал плечами Риндо, отводя взгляд. Вот и всё. Просто не ожидал, что кто-то увидит эту стычку. Не более. Она не в его вкусе.       И всё же отчего-то в голове остался неприятный осадок.