Шах и мат

Тисс проснулась от ощущения тепла — полуденное солнце нетерпеливо пробивалось сквозь неплотно закрытые шторы. Она лениво потянулась и медленно перевернулась на бок, прижавшись щекой к прохладной подушке. Глаза ещё не хотели открываться, а мысли путались где-то на грани сна и реальности. Накануне вечером Ша’арнез сказал, что улетает куда-то по поручению императора, и его не будет целый день, так что она могла вдоволь отдохнуть и выспаться. За дверью уже раздавались отдалённые голоса слуг и приглушённые звуки шагов. Тисс наконец открыла глаза. Луч света скользнул по её лицу, заставляя на мгновение зажмуриться. Чародейка села, и лёгкое головокружение сразу напомнило ей, что утро она, вероятно, благополучно проспала. Было уже за полдень. Тисс попросила Брунгу подать завтрак, и когда дварфийка вернулась с подносом, она уже успела умыться и одеться в простое платье. Выходить сегодня никуда не хотелось. Пару дней назад Тисс взяла в библиотеке несколько книг о магии, томик известных ро’одских баллад и какой-то роман о любви с неестественно ярко-красной обложкой. Сегодня должно принадлежать только ей — без драконов, проклятий и дворцовых интриг. Позавтракав, она устроилась в кресле с романом и погрузилась в любовные стенания главной героини, как вдруг в покои вошла Олл. — Добрый день, Леди, — она поклонилась. — Мне велено сообщить, что Вас желает видеть его Императорское Величество. Тисс тут же раздраженно отложила книгу и едва сдержалась, чтобы не закатить глаза при Олл. Последняя встреча с императором насторожила её не на шутку. Подумав о том, что он опять начнет заводить двусмысленные разговоры или, того хуже, настаивать на чём-то более серьёзном, чем беседы, по спине побежали мурашки. Натянув вежливую улыбку, она спросила: — Его Величество сказал, зачем позвал меня? — Нет, Леди, — покачала головой Олл. — Позвольте помочь вам собраться. Она принесла несколько нарядов, аккуратно развесив их на ширме. Тисс скользнула взглядом по переливающимся тканям: тёмно-синий бархат с серебряной вышивкой, лёгкий шёлк цвета слоновой кости и строгий чёрный атлас. — Какой предпочитаете? — спросила служанка. Тисс задумалась. Ей хотелось казаться собранной, сильной, но в то же время не дать Фоэльху повода думать, что она пытается произвести на него ответное впечатление. — Этот, — наконец решила она, указывая на шёлковое платье с длинными рукавами. Лаконичное, но изящное. Олл кивнула и помогла ей переодеться, поправляя ткань на плечах. Когда Тисс опустилась на стул, позволяя расчесать свои волосы, служанка уточнила: — Может, заплести косу? — Нет, — покачала головой чародейка, глядя в зеркало. — Просто собери часть волос, а остальное оставь распущенным. Пока Олл возилась с её прической, закрепляя пряди тонкими серебряными заколками, внутри Тисс разливалось странное беспокойство. В последнюю их встречу Фоэльх говорил загадками и всегда оставлял пространство для сомнений. Что ему нужно на этот раз? Когда всё было готово, она встала и чуть склонила голову, разглядывая своё отражение. — Хочу заметить, выглядите замечательно, Леди, — улыбнулась Олл. Тисс поблагодарила её, и вместе они направились к дверям. Теперь оставалось лишь выяснить, зачем Фоэльх решил её видеть. Олл шла чуть впереди, ведя Тисс по лабиринтам дворцовых коридоров. Судя по всему, император снова выбрал для встречи не тронный зал, значит, встреча обещает быть «особенной». — Мы пришли. Тисс посмотрела на тяжелые двери, и её пальцы невольно сжались на тонкой ткани юбки. Двери были приоткрыты, но за ними царила тишина. Олл слегка поклонилась и, не говоря больше ни слова, мягко отступила назад, оставляя её одну. Чародейка перешагнула порог и огляделась. Зал был небольшим, но в отличие от других помещений, в которых ей доводилось побывать, здесь не было излишней помпезности. Высокие стены подпирали колонны в виде чудесных деревьев, чьи ветви тянулись по потолку, мерцая изумрудно-зелеными листьями. Пол был выложен гладким чёрным мрамором, а по углам стояли небольшие столики с замысловатыми украшениями и цветочными вазами. В центре зала стоял массивный дубовый стол, на поверхности которого была какая-то доска с фигурами. Фоэльх сидел, откинувшись на спинку кресла, рассматривая их, но, услышав её шаги, поднял голову. — Леди эя Вэдтри, — он ухмыльнулся и указал рукой на другое кресло. — Приятно вас видеть. — Ваше Императорское Величество, — она поклонилась, как того требовали приличия, и только потом села в кресло напротив, стараясь не выказывать волнения. Её взгляд задержался на доске из чёрных и белых квадратов. — Знаете, что это за игра? — спросил император, кончиками пальцев легко передвигая одну из фигур. — Нет, ваше Величество, — честно ответила чародейка. — Никогда не играла. Фоэльх приподнял бровь, его взгляд скользнул по её лицу с легким пренебрежением, но вскоре сменился насмешливым интересом. — Хотя где бы леди из Эсшая могла научиться играть в шахматы? — сказал он, покрутив между пальцами фигуру в виде головы лошади. — Ничего удивительного. В таком случае, — продолжил Фоэльх, наклоняясь чуть ближе, — у вас есть редкая возможность научиться. Он осторожно вернул все фигурки на доску. Движения императора были неторопливыми, почти ленивыми, но в них читалась уверенность того, кто привык управлять не только игрой, но и всем, что его окружает. — И, вы, ваше Величество будете моим учителем, — вежливо предположила она, складывая руки перед собой на столе. — Верно, — подтвердил Фоэльх. — Вряд ли кто-то во дворце объяснит вам игру лучше. Тисс почтительно склонила голову: — Без сомнений. Благодарю за возможность научиться, ваше Величество. Губы император тронула легкая улыбка, и он продолжил: — Эта игра досталась нам от людей. Она не только увлекательна, но и очень познавательна. Шахматы учат нас принимать сложные решения, критически мыслить и просчитывать свои ходы наперед. Все то, что непременно пригождается благородным лордам и леди, — его усмешка стала шире. Тисс опустила взгляд на доску. Чёрные и белые фигуры выстроились перед ней в два ряда, но сама она чувствовала себя так, будто уже проиграла. — Это король. Самая важная фигура. Потеряете его — проиграете, — Фоэльх передвинул свою фигуру на клетку вперед и тут же вернул её на место. — Ходит медленно, всего на одну клетку, но его нельзя недооценивать. Чародейка следила за движением его руки. — А это? — спросила она, указывая на королеву. Фоэльх слегка прищурился, будто ожидал этого вопроса. — Королева — самая сильная фигура. Может двигаться куда угодно: вперёд, назад, по диагонали. Но… — он поднял на неё глаза, и в них сверкнуло что-то опасное, — если она слишком рвётся вперёд, её можно легко поймать. Его слова звучали как предупреждение, хотя он говорил о шахматах. Тисс почувствовала, как в груди неприятно кольнуло. Эти его намеки и загадки уже начинали её изматывать. — Понятно, — тихо ответила она. После подробного объяснения всех правил и предназначения каждой фигуры, Фоэльх, наконец, двинул вперёд белую пешку. — Начнём. Ваш ход. Тисс протянула руку и осторожно передвинула свою пешку, чувствуя себя так, будто от её движения зависел исход целой войны. — Хорошо, — сказал он, затем сделал свой ход. — Но вы думаете слишком прямо. Иногда пешка может стать ключевой фигурой, если правильно использовать её. Игра продолжалась. Император давал советы, объяснял тонкости, но каждый раз, когда Тисс делала неправильный, по его мнению, ход, он поправлял её с едва уловимой высокомерной усмешкой. — Я начинаю думать, что вы хотите проиграть, — поддразнил он, когда она в очередной раз поставила своего коня в опасное положение. — Или я просто плохо учусь, — огрызнулась она, и только через секунду осознала опасность своих слов. Сейчас он подумает, что она не обучаемая науке наездников драконов, и проще было бы её казнить. Фоэльх широко ухмыльнулся: — Странно слышать это от аристократки, которая жила при дворе самого короля и обучалась магии, — он сделал ход и забрал себе черную пешку Тисс. — Надеюсь, занятия с лордом со Генэшем проходят продуктивно? — Я уверена, ваше Величество, если бы они были бесполезны, лорд бы обязательно вас уведомил, — ответила эльфийка, пытаясь сохранить самый невозмутимый вид — словно она не слышала того разговора, где император приказал Ша’арнезу сбросить её со скалы, если тот сочтет её неспособной и глупой. — Вы ещё не научилась просчитывать ходы наперёд. Его взгляд на мгновение задержался на ней, дольше, чем следовало, и в нем было что-то большее, чем просто интерес к игре. — Но не беспокойтесь, Леди, — добавил он, делая очередной ход. — У вас ещё есть время научиться. «Пока вас не сбросили со скалы», — в уме продолжила Тисс, снова борясь с желанием закатить глаза — в этот раз при императоре. — Теперь попробуйте защитить своего короля, — сказал Фоэльх, легко передвинув ладью вперёд, ставя её в прямую угрозу. Тисс задумалась, цепляясь за предположения, но сосредоточиться никак не могла. Поначалу, пока император объяснял правила, ей казалось, что она справится — ведь, как справедливо заметил Фоэльх, она обучалась магии, но, как назло, шахматы казались слишком сложными, особенно для новичка. Особенно, если твой противник — самый могущественный эльф Ро’од. — Вы слишком долго думаете, — заметил он, наблюдая, как её взгляд метался между фигурами. — Это может стоить вам игры. — К сожалению, как вы и упоминали, ваше Величество, я не привыкла играть в такие игры, — парировала чародейка, но все-таки решила сделать ход. Её ладонь нервно сдвинула пешку, и она сразу же поняла, что это была ошибка. — Вот и всё, — протянул он, делая быстрый ход ферзём. — Вы открыли мне путь. Она невольно сжала губы, наблюдая, как её король оказался в ловушке. Это произошло так быстро, что теперь у нее не будет ни единого шанса исправить положение. Тисс подняла глаза на Фоэльха, и тут же пожалела об этом. Его взгляд был направлен на неё — пронзительный, сосредоточенный. Как и в прошлую их встречу, в этом внимании было что-то тревожащее. Неспешное, оценивающее, заинтересованное. Тисс невольно сглотнула и быстро отвела взгляд обратно к доске, разрывая неловкий зрительный контакт, и почувствовала как в груди засело странное напряжение. — Могу ли я поинтересоваться, как вы успеваете всё это просчитывать? — спросила она, чтобы отвлечь Фоэльха и немного развеять обстановку, которая становилась чересчур интимной для настольной игры. Фоэльх склонился чуть ближе, опираясь локтем на стол. — Я привык думать наперёд. Помните, о чём мы говорили тогда в галерее? Седло на земле проверяют… В его голосе не было угрозы, во взгляде — намёка на насмешку. Он ждал, позволял ей осознать каждую мелочь этого момента: разницу в их положении, её неуверенность, его контроль над ситуацией. Всё его существо внушало ей одну мысль: он ведёт эту игру. Это раздражало. Даже больше, чем собственная слабость в шахматах. — Что теперь? — спросила Тисс, пытаясь скрыть растерянность. — Я могу показать вам, как выбраться из этой неприятной ситуации, — сказал он, взяв её руку и направив её пальцы к фигуре слона. Его прикосновение было тёплым и слишком долгим для простого жеста. — Как вы помните, слон ходит по диагонали, — объяснил Фоэльх, передвигая фигуру вместе с рукой Тисс. Сердце застучало слишком громко, а воздух в комнате вдруг показался слишком плотным. К большому облегчению, Фоэльх увеличил дистанцию между ними и снова откинулся в кресле. Чародейка опустила голову, рассматривая доску и свои фигуры, которые уже почти проиграли, и на короля императора, окружённого защитой. — Шах, — Фоэльх едва заметно усмехнулся, сделав ещё один ход. — Это было не сложно. «Очевидно. Легко хвалиться перед новичком», — мысленно возмутилась Тисс. Император наклонился вперёд, и его рука легко обвела фигуры на доске. — Всё начинается с пешек. Если научиться использовать их правильно, одна из них может стать королевой или в корне изменить ход битвы. Он сделал паузу, поднимая на неё взгляд. — Но только если дойдёт до конца. Пальцы эльфийки непроизвольно коснулись фигуры пешки, как будто она пыталась уловить смысл услышанных слов. — А если не дойдёт? — Тогда она останется никем, — ответил Фоэльх с лёгкостью, которая заставила её вздрогнуть. — Или погибнет. Он снова взял её за руку, направляя её пальцы к другой фигуре. — Вот так, — произнёс он, передвигая пешку по диагонали, тем самым поражая своего коня. Тисс подняла на императора глаза, чувствуя, как напряжение в её груди только распаляется. — Смею предположить, что вам было бы интереснее играть с более достойным противником, — сказала она, стараясь казаться как можно более спокойной и собранной. Фоэльх усмехнулся, но в глазах светилась та же опасная уверенность. — Возможно. Он сделал следующий ход, и Тисс поняла, что он поставил ей новую ловушку. Удивительно, но в этот раз вместо злости она почувствовала азарт. — Однако, если вы еще когда-то захотите сыграть со мной, не думайте, что я позволю вам выигрывать постоянно, — произнесла она, глядя прямо на него. Это было очень смело. Его улыбка стала шире, а в глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение. — Я буду ждать этого, Леди, — ответил он. — Уверен, реванш будет поистине зрелищным. Фоэльх сделал последний ход, и его ладья, точно и безжалостно, встала на нужное место. — Шах и мат. Король Тисс оказался в окружении, без единого шанса на спасение. Она глубоко вдохнула, чувствуя смесь злости, досады и… облегчения. — Это была длинная игра. Откровенно говоря, я даже позволил вам избежать нескольких ловушек, чтобы вы могли продержаться дольше. Прежде чем она успела ответить, дверь кабинета открылась, и на пороге появился Тай. — Отец… — начал было он, но тут же осекся, когда заметил Тисс. — Мой император. Леди, — он отвесил небольшой поклон. — Надеюсь, я не прерываю ничего… важного? Его тон звучал как обычно, даже почти равнодушно, но его лице мелькнуло знакомое Тисс раздражение. — Вовсе нет, Тай, — ответил Фоэльх, оборачиваясь к сыну. — Мы просто завершили небольшую партию. Принц в два шага подошел к столу и оперся ладонями о него ладонями, рассматривая развернувшуюся на доске битву. — Шахматы? — Тай посмотрел на Тисс, и его губы дрогнули в слабой усмешке. — Не знал, что вы играете. — Я не играю, — быстро ответила она, чувствуя, как краснеют её щеки и кончики ушей. — Вернее, не играла до этого момента. — Тогда, полагаю, его Величество оказался великодушным учителем? — его глаза недобро блеснули, когда он увидел расположение фигур. — Право это больше похоже на казнь, чем на обучение, — заметил он, наклоняясь ближе к доске. Тисс смутилась его слов, но постаралась не подать виду, разглаживая несуществующие складки на лёгком платье, струившимся по ногам. — Всё зависит от того, с какой стороны доски ты находишься, — заметил император, скрестив руки на груди. Тай усмехнулся, и обратился к Тисс: — А с какой стороны находитесь вы, Леди? Тисс не успела ответить. — На стороне победителя, разумеется, — спокойно произнёс Фоэльх, поднимаясь. Он сделал несколько шагов в сторону окна, небрежно складывая руки за спиной, словно разговор потерял для него интерес. Тисс провела его взглядом, потом коротко посмотрела на Тая и, в конце концов, вернулась к разглядыванию доски. Напряжение в комнате становилось почти осязаемым, а она, Тисс, оказалась меж двух огней. Казалось, ещё мгновение — и воздух начнет искриться. Вопрос принца повис в воздухе, и хотя Фоэльх уже дал за неё ответ, она ясно понимала, что принц ждёт продолжения. — Победителя? — тихо повторил он, задумчиво касаясь пальцами края шахматной доски. — Забавно. В этой игре леди проиграла. Почему-то сомневаюсь, что вам понравилась эта роль, — в этот раз его слова были адресованы именно ей. Тисс открыла было рот, чтобы возразить, но вдруг поняла, что не знает, что сказать. На языке крутилась откровенная дерзость, однако здравый смысл умолял её не накалять и без того опасную обстановку, чтобы «казнь» на шахматном поле не превратилась в реальную, с её головой на плахе на потеху всему Ро’од. Фоэльх, словно прочитав её мысли, не поворачиваясь к ним, только усмехнулся. Тай, очевидно, заметил её растерянность и великодушно не стал ставить её в неловкое положение, нарушив затянувшееся молчание: — У меня есть дело к его Величеству. Оставьте нас, леди эя Вэдтри. Тай уперся взглядом в спину отца, и по тому, как жёстко он сжал челюсть, было ясно, что его беспокоило не только дело к императору. Фоэльх наконец повернулся. Тисс встала из-за стола и поклонилась. — Разумеется, ваше Высочество. Не смею мешать вам. Подбирая подол платья, она обогнула стол и стоявшего принца. — Спасибо за игру, Ваше Величество, — она ещё раз поклонилась. — Леди эя Вэдтри, — раздался голос Фоэльха, когда она уже собиралась уйти. Чародейка остановилась, обернувшись. Император, скрестив руки на груди, прошёлся вперёд, но не торопился, словно растягивая момент. Черты его лица стали резче — вероятно, появление принца не входило в его планы, а взгляд напротив — показался Тисс чуть мягче, чем обычно. Она почувствовала это ещё до того, как он снова заговорил — лёгкую перемену в его выражении, какой-то неуловимый оттенок тепла, который прежде ей не доводилось слышать. — Распорядитесь, чтобы прислуга принесла вам шахматы, — негромко сказал он. — И попрактикуйтесь. К следующей партии, — добавил он, и его голос был почти ласковым. Тисс с трудом сглотнула. Это был не просто дружеский совет. Это был приказ. — Несомненно, — склонив голову, чародейка вышла из зала, но даже за закрытой дверью не могла избавиться от ощущения, что взгляды двух эя Эйни продолжают прожигать её насквозь. Когда за ней закрылись двери, она облегченно выдохнула, но где-то внутри уже закралось нехорошее предчувствие — эта партия ещё не окончена.