Эхо справедливости

                               🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️       Карие глаза скользили вдоль всего его стройного, но исхудавшего тела сквозь толстое бронированное стекло. Существо было красивым, но умирающим, на грани жизни и смерти. Тело было длинным, около двух метров, но худым, словно и не весило почти тонну, таким хрупким, будто даже легкий ветер мог надломить тонкие кости и нанести увечья, несовместимые с жизнью.              И все-таки эта близкая смерть существа была предначертана: ему было необходимо переливание крови, но донора не было, а человеческая кровь совершенно не была пригодна для такого тела.       – Жаль, что он умрет… – сказал тихий голос и покинул комнату досмотра в их лаборатории.       Тихие шаги раздавались в одиноком коридоре центра, пока ученый не дошел до комнаты отдыха, где собрались еще несколько его коллег. Молодой мужчина спокойно зашел и сел в мягкое кресло, печально вздохнув.       – Ну что? Как там «Аметист», Хан? – спросил один из сотрудников научного центра, и Джисон на мгновение задумался, что достаточно явно говорило о положении дел.       – Да никак. Умирает. Состояние с каждым днем все хуже и хуже, и я думаю, что он умрет примерно через недели две. Он даже бороться перестал… – опечаленно сообщил ученый и взглянул на коллег.       – Это, кстати, да. Он еще жив лишь благодаря инъекциям и нашему жесткому контролю, – подтвердил другой, и все дружно на какое-то время замолчали.       «Аметист» был сложным и дорогим проектом центра, и потерять его значило бы потерять многие возможные открытия и прорывы в науке, а также потерять важное звено в истории человечества в целом и своего вида в частности. «Аметист» был надеждой науки, но сейчас эта надежда постепенно чахла, готовясь к своей гибели.       – Да, Хан, я вспомнил кое-что… – Джисон поднял взгляд на коллегу и принялся внимательно его слушать. – Дело в том, что я недавно наткнулся на один нашумевший аукцион: владельцы местного цирка выставляют на торги своего эльфа, – все в комнате тут же заинтересовались аукционом, потому что «эльф» – это буквально то, чем они были поглощены последние несколько лет, если не пол своей жизни, как например для Хана.       Для Джисона «эльф» – это не просто красивое, но недостижимое существо. Для него «эльф» – это осколок той необъятной тайны их вселенной, которую он, вот уже десять, а может и пятнадцать лет, пытался разгадать. Это был Шанс с большой буквы.       – Надеюсь, дату и адрес ты мне сообщишь? – коллега расплылся в довольной улыбке и показал ему место предстоящего аукциона в телефоне, Джисон был полностью поглощён возможностью.       – Черт, я просто обязан его выкупить, – решительно проговорил Хан, кусая губу до легкой боли.                         🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️       Джисон нервничал: он никогда до этого не был так близок к такому Шансу, и поэтому его состояние едва ли можно было обозвать стабильным и уравновешенным; он сжимал в своих потных ладонях табличку для торгов, на которой стояла несчастливая цифра 13. Хан верил сугубо в науку, но даже тут ему стало не по себе, а вдруг ему не повезет?       Он сидел, сложив нога на ногу, нервно качая одной из них из стороны в сторону, и выжидал, молясь на победу. Глазами он смотрел на всех присутствующих и понимал, что не попади этот эльф, которого он даже по фото не видел, его внешность тщательно скрывалась, в его руки, вряд ли его ждет долгая жизнь. Их уродливые лица и толстые кошельки с животами не предвещали ничего приятного даже для самого Джисона, который просто сидел с ними по соседству.       – Сто пятьдесят тысяч, – назвал сумму низкий голос позади Джисона, и он сжал руки в кулаки. Надо больше.       Хан поднял свою табличку и мягко улыбнулся, так спокойно называя свое предложение всему залу:       – Сто семьдесят тысяч, – мужчина аукционист слегка кивнул ученому, мягко улыбаясь и повторяя для всех сумму.       – Сто семьдесят тысяч! Отлично. Итак, сто семьдесят тысяч… Раз. Сто семьдесят тысяч… Два. Неужели никто…? – Джисон уже успел выдохнуть, так как зал заговорил, новую сумму называть не решился. Он подумал, что победил, но тот же низкий мужской голос позади него снова обломал крылья:       – Сто восемьдесят пять тысяч, – Хан чуть не сломал свою несчастливую табличку на две части от злости. Он резко обернулся назад, заметив через ряд от себя седого, но статного мужчину в очках и дорогом костюме. «Не на того нарвался, старик», – подумал про себя Джисон и снова поднял табличку.       – Двести тысяч долларов, – громко и строго проговорил Джисон и зал загудел. Это было весьма дорого для эльфа из цирка. Еще и непонятно, как тот вообще выглядел… Может, он вообще не жилец уже…? Но Хан был настроен решительно.       – Ох! Двести тысяч, господин под номером 13, Вы смельчак! Что ж, торги продолжаются. Двести тысяч… Раз. Двести тысяч… Два и… – аукционер прошелся по залу взглядом, но не увидел ни единого возражения и наконец произнес заветное:       – Двести тысяч – три. Продано господину под номером 13, поздравляем! – раздались громкие аплодисменты, и Джисон гордо встал, поправив галстук и пиджак, направляясь к аукционеру за покупкой.       Джисон должен признать, что расставаться с такой суммой было тяжело, но он знал, ради чего все это устроил – ради покупки своего эльфа. Ощущалось это так, словно ты все детство рос на комиксах о супергероях, а когда вырос, смог воочию увидеть любимых героев или даже стать им, как когда-то воображал в юные годы. Теперь и у него будет собственный эльф.       После процедуры купли-продажи ученый следовал за работницей аукциона за закулисье, где и находился эльф. Женщина открыла небольшую темную комнатку ключом и включила свет, ослепляя этим то существо, что сидело в комнате на цепи, как дикое животное. Хотя почему «как»? Эльфы и были для людей животными, хотя природа задумала все несколько иначе.       – Чего это он такой худой? Его что, не кормили совсем? – нахмурился Джисон, впервые увидев долгожданного эльфа. Тот же посмотрел на него мрачными, черными глазами с неописуемой ненавистью, такой сильной, что будто бы хотел перерезать ему глотку лишь взглядом.       Эльф был очень худой, даже тощий, выглядел не так, как себе привык представлять этих существ ученый – слишком похож на человека. Джисон начал думать, а не обманули ли его, продавая под видом эльфа обычного человека…       – Этого я вам сказать не могу. У нас он всего сутки, мы его кормили, а ел ли он до этого, нам неизвестно, – немного нервно пояснила женщина, она переживала, что Хан может расторгнуть сделку и этот несчастный тощий эльф останется на них. Честно говоря, за такого эльфа они даже бы и не заработали нормально, если бы не аукцион.       Ученый покивал ей на объяснения и, продолжая хмуриться, смотрел на это дивное существо внимательно.       – Он хоть разговаривает? – снова спросил Джисон, видя, что рот того не занят, но он так молчит. Женщина кивнула.       – Разумеется… – она еще немного помялась около мужчины и предложила. – Тогда я звоню доставщикам, и они его перевозят, так? – Хан кивнул и, женщина вышла из комнаты, чтобы набрать нужный номер. А он остался с эльфом наедине. Присел на корточки, на уровень чужих темных глаз и спокойно произнёс, мягко, но хищно улыбаясь:       – Как тебя зовут? – но существо не ответило, стиснув зубы. Тогда Джисон хмыкнул на это, продолжая улыбаться и любоваться его неземной красотой. Неужели природа правда могла создать нечто подобное?       Глаза жадно скакали от длинных ресниц на раскосых глазах к пухлым губам на бледной фарфоровой коже. Кожа существа слегка сияла, несмотря на то, что эльф очевидно был истощен и обессилен из-за прошлых хозяев, что как минимум плохо его кормили. Длинные волосы были грязными и запутанными, они скрывали уши. Будто специально.       Джисон потянулся к ним пальцами, чтобы убрать волосы за левое ухо, но эльф резко дернулся от него в сторону, как от огня.       – Хочу просто посмотреть, – существо стало выглядеть еще более напряженно, но и Хан не был тем, кто сюсюкается с кем-либо. Ему нужно было убедиться, что его не обманули на аукционе, ведь ему не нужен был раб, ему нужен был эльф.       – Дай посмотреть, – Джисон встал с корточек и навис над тем, предварительно заградив ему выход из угла, в котором тот сидел. Эльф был прикован цепью к батарее и потому убежать никак не мог. Мужчина резко схватил того за нижнюю челюсть и, почувствовав страх и напряжение, хмыкнул.       – Тихо, сиди спокойно, – не обращая внимания на видимый страх эльфа, Хан все равно держал его крепко, чтобы тот не дергал головой – больно он ему не делал, но видел, как тот его ненавидел за это. Ученый заправил волосы за ухо существу и увидел, что у него действительно острые и в меру длинные эльфийские уши. Хорошо, не обманули. Правда, эти уши выглядели травмировано.       – Тебя били, м? – Джисон, наконец, отпустил его и отошел от него подальше, в интересе рассматривая дальше, но тот не проронил ни звука. – Понятно, молчанку решил устроить… Долго молчать все равно не получится, потому что твоему новому хозяину нужно будет слышать твой голосок, понял? – хмыкнул Хан и ушел из комнаты, но свет ему снова выключать не захотел. Чего тот в темноте должен сидеть-то?       – Его били? – хмуро спросил мужчина у сотрудницы аукциона, когда та закончила разговаривать по телефону. Она облизала пересохшие губы и неловко почесала затылок, отвечая:       – Нет… Насколько мне известно – не били… – Джисон прыснул, смотря ей ровно в лицо.       – У него уши помятые, мягко говоря. Его что, за них тягали? – разозлился Хан, потому что уши эльфов – это самое уязвимое и одновременно сильная часть этого существа, а ему их чуть ли не сломали, судя по их пожившему виду. Женщина прикусила губу; она понимала, что за сохранность «товара» виновата их контора, и клиент мог расторгнуть договор.       – Извините, господин Хан, но я лично не видела, чтобы его били… Вообще, всем было сразу сказано, что нельзя портить ему лицо и уши, – Джисон тяжело вздохнул. Если и виноваты – все равно не признаются.       – А, то есть пинать его можно? – иронично уточнил ученый, сотрудница виновато опустила голову.       – Его не пинали.       – Ну, Вы знаете, что я проверю? Иначе я не пойму, чего он такой зашуганный, – Джисон вздохнул и смолк, видя, как идут несколько мужчин в комнату, чтобы перевезти его «товар». Женщина посмотрела на него в ответ и скромно поджала губы.                         🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️       Машина остановилась, и эльф понял, что они достигли пункта назначения, что конечно его мало радовало, так как он боялся будущего с новым хозяином. Это даже в мыслях звучало жутко. На его лице был мешок, чтобы он не видел дороги, а руки были крепко связаны какой-то тугой веревкой. Раздался звук открывания двери, а затем двое мужчин потащили его к дому хозяина.       Было страшно, сердце колотилось, как бешеное, а тело мелко дрожало, и это почувствовали даже сопровождающие его мужчины.       – Эй, ты чего так дрожишь? – с небольшой усмешкой спросил один у существа, но он привычно не ответил.       – Забыл, что он немой? – хохотнул другой, продолжая вести «товар» к дому через достаточно большой участок клиента. – Он за сутки ни одного слова не проронил, так что вряд ли сейчас вдруг заговорит, – пояснил мужчина, и они наконец-то зашли в дом, где, даже не разуваясь, потащили эльфа на второй этаж.       Джисон же медленно шагал где-то за ними, наблюдая и изучая, как он и привык делать на работе. Он знал об эльфах многое, если не все. Скорее всего, больше него знали лишь сами эльфы о себе. И потому заиметь дома объект исследования всей своей трудовой деятельности было неописуемо возбуждающе. В том самом смысле, что ученый держал себя в руках, чтобы не начать изучать эльфа с самого порога.       Так «товар» доставили в одну из темных гостевых спален дома и предварительно пристегнули существо к изголовью кровати. Длинная цепочка шла от изголовья до худой лодыжки эльфа, опоясывая бледную кожу. Мужчины покинули дом и Джисон подошел к тому, чтобы наконец позволить ему хоть что-то увидеть.       – Добро пожаловать домой, – мягко проговорил Хан и резко снял с него мешок, и глаза эльфа тут же начали с любопытством рассматривать окружение. Джисон мог поклясться, что взгляд слабого немного смягчился, когда он понял, что будет жить тут. Не в сырой клетке, в которой он привык жить в цирке, а в чистой и приятной комнате в светлых тонах, где все было хорошо, кроме того, что он теперь являлся чьей-то вещью.       Вещь молча рассматривала помещение, забившись от страха в угол на кровати. Эльф не знал, чего ждать от этого на первый взгляд приятного и молодого мужчины. Точнее… Он знал, чего ждать. Вариантов было множество, все ограничивалось лишь фантазией его хозяина. Должно быть, он купил его, чтобы развлекаться, избивая его или развлекаться, трахая его или… В общем-то, ничего хорошего.       – Минхо, подай голос хоть, – ласково попросил Джисон, неожиданно для эльфа назвав его по имени – тот слегка дернул кончиками ушей, услышав свое имя из чужих уст. Конечно же, мужчине доложили, как его зовут, – мне сказали, что у тебя прекрасный голос, который очаровывает всех людей своей тональностью…       Хан сидел на кресле в двух метрах от эльфа и все пытался разговорить его, но тщетно.       – Ты хочешь есть или пить? – продолжал допытываться новый хозяин. Тот молчал, лишь хлопал глазами. – Брось, ты даже этого не хочешь мне сообщить? – немного начинал злиться ученый, потому что не думал, что с этим эльфом настолько плохо обращались, что тот будет бояться говорить. Иначе, почему он молчит?       – Если не скажешь, что голоден – кормить не буду, – решил надавить мужчина, но существу было будто все равно. – Чего ты боишься-то? Я же ничего пока не сделал…       – Вот именно, что пока, – наконец ответил Минхо, и Джисон заулыбался. Голос его и правда был приятным, очаровательным, мягким и ласкающим слух… И его мало беспокоило то, что именно сказал Минхо, главное, что уже наконец-то сказал.       – Меня зовут Хан Джисон, и я прошу называть меня по имени, ладно? – но существо опять молчало, на что Хан хмыкнул и просто встал, направляясь к выходу из комнаты. – Ладно, впрочем, зови меня, как хочешь. Захочешь кушать – позови, я принесу еду, – сообщил хозяин и удалился из спальни, закрыв дверь снаружи на защелку. Хотя Минхо и был всё равно на цепи.       Джисон ушел работать в свой кабинет, предварительно оставив дверь в него открытой, чтобы если что, услышать голос эльфа, но тот молчал. Шли минуты, даже часы, а Хан так и не слышал никаких признаков жизни от той спальни. Признаться честно, он даже переживал, что с Минхо что-то случилось, но он старался стоять на своем. Позовет, если понадоблюсь... Позовет же?       Уже в конце дня, когда прошло часов пять после их «знакомства», Джисон решил наведаться к эльфу и, открыв дверь, увидел, что тот, собравшись в клубочек, спит. Ну, или делает вид. Он тихонько подошел к кровати и сел на ее край недалеко от существа и начал наблюдать за ним. Глаза изучающе стали скользить по позе и телу Минхо – он был изящным и высоким, но еще будто бы… маленьким? В том самом смысле, что этот эльф совсем юный, как подросток. Хан нахмурился, потому что про возраст ему ничего не сказали. А вдруг этот эльф – ребенок? Тогда это очень многое меняло…       А еще любопытные глаза увидели какое-то образование под кожей в районе шеи. Такое чувство, будто бы там что-то было. Что-то плоское, но длинное, ученого это заинтересовало и удивило одновременно. Но подумать об этом он не успел, потому что Минхо проснулся и напугался близкого нахождения хозяина к себе.       Эльф вздрогнул и забился в угол, словно напугавшееся дикое животное. И это было так странно для Джисона, ведь эльфы умнее людей, они были более прогрессивными, сильными и способными. Природа создала их почти идеальными, но люди, боявшиеся их возможного господства, просто взяли и сломили природную силу этих существ, заставив их походить на диких животных, что даже не говорили.       – Я ничего не делаю, Минхо, просто смотрю, – но тот вряд ли ему поверил. Он сел в угол и положил руки на разбитые колени, прижатые к груди. – Сколько тебе лет, не скажешь?       Молчание.       Тогда и Джисон замолчал, продолжая сидеть неподалеку. Он протянул ему свою руку ладонью вверх, словно животному давая «принюхаться», и ждал какой-либо реакции. Минхо взглянул на руку, сглотнул и закрыл уши ладошками. Хану того даже жалко стало, будто бы это он мучал его уши и бил это хрупкое существо.       Ученый хмыкнул и встал, выходя из спальни. Минхо ждал его возвращения через пару минут, но тот так больше и не пришел в тот день. И он слишком утомился за сегодняшний день, отчего, когда окончательно понял, что мужчина не придет, уснул в кровати.                         🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️       На следующий день Минхо проснулся от того, что на прикроватную тумбочку рядом с ним что-то поставили. Он открыл глаза и метнул слегка сонный взгляд на Джисона, который на деле раскладывал еду на подносе. Мужчина сосредоточенно занимался этим, не заметив, что тот уже не спит. Минхо прикусил губу, чувствуя сильный прилив голода, а вместе с ним и страх этого хозяина, что был для него темной лошадкой.       – Доброе утро, – мягко отозвался Хан и эльф слегка дернул ушами, видя и приветливость того, и вкусный завтрак рядом, а еще… Карманный нож в руке, что был неумело спрятан.       Глаза Минхо расширились, и он снова взволнованно сжался в углу кровати. Хан растерялся, не понял такой реакции, но понял, что действовать надо прямо сейчас. Хозяин сел на кровать и подполз к эльфу вплотную.       – Только не дергайся, я аккуратно, а больно долго не будет, – мягко щебетал мужчина, но тот совсем испугался, впервые за это время заговорив:       – Не надо, пожалуйста! Я же ничего не сделал! – Джисон сжал зубы и все же достал припрятанный нож, открыв его. Существо перед ним все затряслось.       – Я хочу тебе помочь, успокойся, пожалуйста, – просил ученый, но тщетно. Пришлось все же взять силой. И Джисон знал, что сейчас он превосходит Минхо по силе.       Он схватил эльфа за ногу и потянул на себя, но тот закономерно брыкался – пнул его другой ногой. Это было немного больно, но достаточно слабо даже для юного эльфа. Тогда Джисон отложил нож и крепко схватил его за обе ноги, подминая под свое тело. Он сел на Минхо сверху так, чтобы он не смог отбиться ногами и схватил его за руки, строго приговаривая:       – Прекрати, иначе хуже будет. Ты это понимаешь? – Минхо толкнулся в него бедрами и Хан чуть не полетел к его лицу телом. Он уперся о кровать и все же сумел схватить в одну руку его тонкие запястья.       – Пожалуйста, не надо! Я все сделаю! – не знал, что и сделать, чтобы тот прекратил. А Джисон и не думал.       Он взял нож в руку и надавил телом на голову эльфа так, чтобы он открыл свою шею с чем-то под кожей. Он начал резать плоть не слишком глубоко по прямой, очень стараясь ничего важного не задеть и увидел то, на что и подумал вчера…       Минхо, застонав от боли, пихнул хозяина в грудь и сумел оттолкнуть от себя. А затем, пока тот намеривался опять сесть сверху, эльф зарядил мужчине в нос кулаком, отчего Джисон, не ожидая такого, свалился с постели, выронив слегка окровавленный нож из руки в другой угол комнаты.       – Ах, блять… – застонал Хан, шипя от боли. Слабый-слабый, а ударил знатно, надо было руки тебе связать, так и знал, – Минхо посмотрел на хозяина лицом полного ужаса. Ему хотели перерезать горло!       – Зачем Вы меня купили, если хотите в первый же день убить?! – Джисон вздохнул.       – Я не собирался тебя убивать…       – Тогда зачем Вам нож… У моего горла?! – Минхо коснулся своего пореза, из которого шла кровь и нахмурился.       – Рад, что ты наконец-то разговариваешь, – хмыкнул мужчина, встав на ноги и подняв нож с пола. Он размазал кровь с носа по лицу и снова вздохнул. – Сам догадайся, почему я так поступил.       Минхо хотел уж было снова что-то крикнуть, но почувствовал какой-то предмет в районе пореза. Он заныл от боли, но сам вытащил имплант, разглядывая его в ладони с кровью. И тут то он понял, что мужчина знал что-то, что не знал даже он.       – Это подкожный имплант. Причем у тебя он достаточно давно, более нескольких лет, я думаю, – объяснял Джисон, подойдя к шкафу и достав оттуда салфетки. Он взял несколько и приложил к носу, хотя он не был сломан, но ушиб присутствовал.       – Что... – Минхо растерялся, рассматривая вещицу в руке. Ему теперь уже стало неудобно из-за своего поведения. Хозяин... Хотел помочь?       – Я думал, что такие варварские штуки уже давно остались в Средневековье, но оказалось их все еще можно достать... – эльф смолк, чувствуя, что порез уже не ноет. Он внимательно слушал ученого, потому что тот, кажется, в этом разбирался.       – Эти импланты можно купить лишь на черном рынке и то, повторюсь, я думал, их уже не делают, – мужчина замычал в раздумьях и понял, что кровь перестала течь из носа.       – Так для чего это? – Минхо внезапно осмелел и протянул человеку руку с этой вещью, чтобы отдать.       – Для того, чтобы притупить твои способности. И я вижу, что твоя шея уже не кровоточит, – эльф коснулся шеи вновь и почувствовал, что рана и правда начала стягиваться и тогда он все понял.       – Люди придумали вживлять их в вас, чтобы вы не были такими сильными. Чтобы мы вас превосходили в силе, здоровье и уме, а не наоборот. Тебя, вероятно, чем-то накачали и вживили в кожу, чтобы ты... Перестал расти, – хмыкнул ученый и вздохнул вновь. Теперь-то он понял, что перед ним вероятно взрослый эльф, но он не рос, потому что его ограничивал имплант. Поэтому он столь тощий, слабый, зашуганный и забитый – он не превосходит человека из-за этой, казалось бы, безобидной вещицы.       Джисон протер лицо и нож от крови, и следом сложил его, спрятав обратно в карман. Он забрал имплант у эльфа и стал рассматривать его, не замечая того, как существо смотрело на него. Все еще со страхом, но уже другим. Может быть страхом потерянного времени или страхом за свое тело из-за вмешательства этой вещи. А еще с некоторой благодарностью за то, что мужчина... Увидел это и захотел исправить.       – Я Вас ударил, потому что защищался, – теперь уже пытался оправдаться Минхо. – Если бы Вы сразу сказали, я бы...       – Не поверил мне, – перебил его Джисон и взглянул в глаза того. – Ты бы не поверил, – и тот смолк, понимая, что мужчина вероятно прав.       Минхо не знал, когда с ним приключилась такая беда, но сейчас начал понимать, что это всё объясняло. Примерно четыре года назад эльф впервые почувствовал себя настолько паршиво после одной ситуации, как чувствовал себя все эти годы. В тот злополучный день у Минхо был серьезный конфликт с бывшим хозяином, после чего эльф начал чахнуть на глазах. И теперь стало ясно, что нерадивый хозяин решил проучить существо, ограничив его силы. Правда следующий хозяин об этом не знал, как и нынешний, потому удивлялся, почему он такой хилый для эльфа.       Хан протянул существу салфетки и вернулся к подносу с едой. Он поставил его на кровать перед тем и сел рядом, немного радуясь, что эльф, во-первых, заговорил, а, во-вторых, точно начнет чувствовать себя лучше, так как импланта в нем больше нет. Он также осознавал, что через недельку эльф станет сильнее и крупнее, частично восстановив силы, но Джисон почему-то не особо этого боялся. Ученый наоборот этого с нетерпением ждал, даже если это и означало то, что Минхо начнет сопротивляться своему положению еще сильнее. Мужчина не планировал того мучить.       Эльф же снова играл в молчанку, но есть стал вполне охотно. Он давно не ел, и хоть эльфам еда была не так нужна, как людям, он тоже не мог неделями не есть. Еда – источник жизни для всех живых существ. А еще солнце, которое Минхо не видел уже год, если не больше. Поэтому он ел с большим аппетитом, приятно удивляясь своим меню. Этот хозяин будто бы имел представление, чем его надо кормить.       – Буду знать, что ты бойкий, но голодный, – внезапно хохотнул мужчина, и Минхо поднял на него свои уже блестящие от сочных фруктов глаза. Теперь они выглядели живыми.       – Верно. Поэтому Вам всё же стоит сковать мои руки, – посоветовал эльф и тот довольно ухмыльнулся из-за его предложения.       – Не буду. Но, если ты, конечно, обещаешь не нападать на меня в ответ, договорились? – стрельнул в ответ и Минхо оглядел мужчину немного более внимательно.       Мог ли Джисон обидеть его? Мог, конечно же, но хотел ли? Эльф не имел понятия, ему показалось, что он достаточно суровый и холодный человек, но одновременно с этим он был расслабленным. От него не хотелось прятаться, хотя и бежать в его объятья – тоже. Минхо посчитал, что, если мужчина не покажет себя, как очень жестокого хозяина, то… Он примет его и свыкнется с новым человеком.       Минхо не дурак и знал людей хорошо, потому что всегда жил среди них, а не среди эльфов. И потому он понимал, что Джисон купил его для чего-то. И к этому «что-то» он привык, а если к нему и относиться будут хорошо, так он вообще будет это делать почти с удовольствием. Даже по требованию.       – Договорились. Вообще, я послушный, правда… – ученый на это ничего не ответил, лишь тихонько хмыкнул и встал с места, погладив того по голове.       «Конечно, работая в цирке, его уже успели надрессировать», – вздохнул мужчина от своих мыслей.                         🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️       Прожив в новом доме пару дней, Минхо уже немного освоился в своей уютной комнате и хорошо изучил ее, так как Джисон достаточно быстро освободил его от оков. Но, несмотря на это, Минхо всё еще был «связан» и не мог свободно передвигаться по дому. Хан не запрещал этого, но сам эльф боялся выходить из своего убежища, предпочитая не попадаться мужчине на глаза.       Но тут, услышав, что мужчина заперся в кабинете неподалеку, Минхо вылез из своей норы и решил пошарахаться по дому хозяина, пока тот внимательно за ним не следит. К тому же, можно было отыскать места, в которых можно было спрятаться или даже придумать план побега на основе знаний планировки дома и местности, но… Эльф не думал об этом. Потому что понимал, что он вещь, которую захочется найти при пропаже. А еще из-за этого же факта, – он лишь вещь – Минхо не был способен выжить в человеческом мире без человека. Плюс к этому же, он почти ничего не знал о «Сказочном лесе», где жили почти все эльфы, поэтому шанса сбежать к ним у него также не было.       Куда ни глянь, выход лишь один – жить свою долгую жизнь, как чья-то игрушка, меняя хозяев, но совсем не меняя своей сути.       Минхо забрел, по-видимому, в домашнюю библиотеку мужчины, что была на первом этаже. Он оглядел полки и всего за секунду понял по цветным корешкам книг, чем интересовался его новый хозяин – наука и эльфы. Он достал первую попавшуюся книгу с высокой полки и тихо прочитал вслух:       – «Анатомия германо-скандинавского эльфа». Хм… – существо открыло книгу на случайной странице и столкнулось с изображениями обнаженного эльфа-мужчины на развороте пыльных страниц. – У людей по сравнению с нами больно маленькие…       За спиной раздался сухой кашель, и Минхо напугано вздрогнул, захлопнув книгу и обернувшись на хозяина. Его слух пока что не был таким чувствительным, как положено, поэтому Минхо даже не услышал тихих шагов человека.       – Напугал? – слегка хохотнул Джисон и встал перед ним, оглядывая книгу, которую тот взял. – В этом шкафу все про эльфов, – мужчина указал на многочисленные полки до самого потолка, забитые толстыми книгами. – А вот тут художественная литература, если ты любишь читать, конечно.       – Давно не читал.       – Любишь?       – Раньше нравилось, а сейчас я не уверен… – мужчина понимающе кивнул ему и сел в кресло у окна, предлагая эльфу сделать то же самое. Тот спорить не стал и сел напротив него, а Джисон положил на колени папку, с которой он пришел.       – Вообще, я искал тебя. Мне нужно узнать про тебя некоторые вещи… – ученый поднял взгляд на Минхо и слегка улыбнулся, стараясь выглядеть дружелюбно. Минхо кивнул, так как его жизнь не была предметом тайн.       – Сколько тебе лет? Ты знаешь год своего рождения хотя бы? – эльф немного задумался, но потом назвал цифру, видя, что хозяин заполняет какие-то бумаги в этой еще совсем новой папке.       – Я родился в 1970 году, – Джисон замычал, быстро прикидывая, сколько тому. Хотя потом тихо хмыкнул, вспомнив, что его отец родился в том же году.       – Пятьдесят пять лет – недурно, я думал ты младше, судя по внешности, – Минхо слегка поджал пухлые губы. – Значит, ты уже молодой эльф… – ученый записал полученные данные в бланк, немного дуя губы в раздумьях. – Это также значит, что ты не совсем до конца развился из-за того импланта под кожей, раз выглядишь более юно.       – Возможно… Я не особо разбираюсь, – Джисон на это лишь хмыкнул.       Минхо стал оглядывать человека внимательно, пытаясь понять, а сколько же лет ему самому? На вид ему было не больше двадцати пяти лет – он определенно молодой мужчина. Но эльфу показалось, что он всё-таки старше, так как заиметь такой дом мог либо потомственно богатый человек, либо человек, много работающий и имеющий определенный опыт за плечами. Второе звучало убедительнее для него. К тому же хозяин увлекался наукой и, судя по серьезности заполнения полученных данных в папку, он был исследователем. А исследователем чего – догадаться было нетрудно. Эльфов.       Что ж, мотивация покупки эльфа теперь была хоть немного ясна Минхо, хотя не сказать, что больно утешала. Может тот на нем эксперименты ставить будет, м?       – Не разбираешься? Как много вообще ты знаешь про свой вид? – Джисон встал с места и закатал на рубашке рукава, внимательно смотря на эльфа.       – Не очень много… Я вырос с людьми, – мужчина закивал, обдумывая услышанное. – Поэтому знаю всё об эльфах от самих людей…       – А большинство людей больше Википедии ничего не читали, – понял он уровень знаний Минхо.       Обычные люди мало знали об эльфах, да и в принципе почти ими не интересовались, а вот исследователи, вроде Джисона знали очень многие детали их жизни, вплоть до возможных магических заклинаний этих существ и место расположения «Сказочного леса» – мира эльфов.       – Да…       – Ладно… – Джисон жестом попросил эльфа встать с места, и тот послушался. И вправду послушный, – хмыкнул мужчина, думая про себя и смотря на немного озадаченный взгляд того. – А теперь разденься.       – Полностью? – спокойно, почти невозмутимо спросил Минхо, хотя можно было заметить, что он не в восторге от этой просьбы. Хан лишь расслабленно кивнул.       На удивление ученого, Минхо больше ничего не спрашивал и совсем не спорил. Просто начал спокойно раздеваться. Эльф снял через голову кофту, что была на нем еще с самого цирка, и принялся расстегивать ширинку на потертых брюках.       Джисон внимательно наблюдал за его действиями, с огромным любопытством открывая для себя всё новые и новые части тела этого стройного и изящного существа. Фарфоровая кожа слегка блестела под дневным светом, которым озарилась комната после обеда, а красивая фигура радовала глаз. Разве что ноги эльфа были в синяках и мужчина сразу вспомнил их первую встречу и то, как Минхо боялся людей.       – За что тебя били? – Джисон даже не сомневался, что именно били. Минхо аккуратно положил штаны к кофте на кресло и принялся стягивать с себя трусы, пока не услышал чужого вопроса.       – За плохое поведение…       – Да ну? Ты же послушный вроде, – эльф хмыкнул и положил белье к остальной одежде, наконец, встав перед хозяином.       – У бывшего хозяина было свое понимание послушности. Мне кажется, ему просто нравилось меня бить, – с нотками обиды сказал эльф, и Джисон вздохнул.       – Не исключено.       Минхо опустил голову немного расстроено, потому что ожидал какой-то поддержки от Джисона, но тот ничего такого не сказал. «Ну, конечно, они же все одинаковые», – прикусил губу эльф.       Ученый, наконец, обратил все свое внимание на тело существа. До этого так близко он видел тело эльфа лишь в лаборатории, а сейчас мог оценить его воочию прямо сейчас… И даже потрогать! Везде…       Джисон начал изучающе трогать голые плечи эльфа, будто не до конца веря своей удаче, будто бы перед ним сейчас стоял качественный муляж, а не настоящий, живой и дышащий эльф. Черт возьми, это сносило голову!       Ученый огладил ему плечи, стоя достаточно близко к Минхо и стал спускаться руками ниже к груди. Тело этого существа было худое, но при всем этом не лишенное мышц, что даже так, без нагрузок проглядывались сквозь тонкую, нежную кожу. Хан слегка помял Минхо руки, вскидывая брови оттого, что его кожа была очень эластичной. Ну, конечно, эльфы по природе своей были очень гибкими и выносливыми, соответственно и кожа их должна была быть тянущейся. Джисон вернулся к бланкам и стал заполнять некоторые строчки полученной информацией.       Минхо же был крайне озадачен происходящим. Он рассчитывал на другое, вернее, он не хотел того, о чем подумал, но ситуация намекала ему на подобный исход. В конце концов, он стоял полностью голым, был таким доступным для него, ведь Минхо научен жизнью поступать хитро, но более покладисто, а хозяин просто… Трогал? Да, но немного не так, как должен был. «Может это ролевая такая?» – хмыкнул эльф от собственных мыслей.       – У тебя везде такая кожа? – эльф сжал губы в линию и, пожав плечами, ответил:       – Вроде, везде, – Хан задумчиво покивал ему, мыча.       – Интересно, – он продолжил своеобразную ласку-прелюдию; коснулся сосков, что от человеческих никак не отличались и погладил плоский живот, кружа пальцами вокруг выемки пупка.       Минхо задумчиво следил за внимательным и серьезным лицом хозяина, поймав себя на мысли, что Джисон очень даже ничего. Он был, очевидно, молод и ухожен, черные волосы очень шли его смуглой, медовой коже, а карие глаза, хоть и смотрели на него всегда с неким отстранением и безразличием, всё равно имели плавные линии, за счёт чего смотрелись мило и приветливо. На лице у него была легкая щетина и достаточно часто очки на переносице. Он не только увлекался наукой, но и сам выглядел, как «наука».       – Такие длинные пальцы, только сейчас заметил, – пробормотал мужчина, будто сам себе под нос.       Ладони и пальцы у эльфа, правда, были внушительными, особенно для Джисона. У него самого руки обычные, а рост вообще можно было назвать низким. Между ними было около 20 сантиметров разницы, Хан был ему по острый нос, а тот мог рассмотреть качество укладки ученого на макушке весьма досконально.       – Бывают эльфы выше меня, я считаюсь не прям высоким, – тихо пояснил Минхо, и Хан на это лишь кивнул, опускаясь руками к его бедренным косточкам. Действительно, бывают эльфы еще больше.       Джисон медленно и ощутимо прошелся ладонями по бедрам, смотря эльфу прямо на пах, что Минхо даже смутился, отвернувшись к окну. Его смущало такое пристальное разглядывание в подобных местах, но спорить он боялся, да и толку то?       – Смущаешься? – хмыкнул Джисон, коснувшись лишь на мгновение хозяйства Минхо. Эльф тут же взглянул на мужчину и готов был поклясться, что хозяин тоже смутился не меньше него, у Хана щеки мило порозовели. Он слегка прошелся ладонью вдоль основания и головки, и ушел заполнять папку. Так невозмутимо, что Минхо еще больше смутился.       – У людей не такие крупные, да? – тон вышел немного с издевкой, отчего Джисон прыснул со смешком.       – Надо же.… Как ты аккуратно выражаешься… – мужчина снова слегка рассмеялся. – У некоторых людей нет даже половины твоей длины.       – У Вас? – Хан оскорбленно обернулся и с вызовом бросил на него взгляд. – Я пошутил.       – Уже не боишься меня, да? – хмыкнул мужчина и снова подошел к голому эльфу.       – У меня все в порядке, не жалуюсь, – эльф неопределенно кивнул.       – Может, уже делом займемся?       – А я, по-твоему, чем занят? – брови Джисона удивленно подлетели вверх.       – Изучаете меня. Неужели это всё?       Джисон ухмыльнулся, заправив эльфу волосы за уши. Которые, кстати, стали лучше выглядеть.       – Ты ждешь чего-то еще? И поэтому так охотно разделся… – стал предполагать человек, эльф фыркнул.       – Вовсе нет! Я просто.… Ну, Вы сказали раздеться – я разделся… – Минхо обескураженно отвернул голову от ученого и почесал затылок, вздыхая немного тяжело. – Поэтому я подумал, что вы хотите секса, – ученый снова удивленно вскинул брови и помотал головой в стороны.       – А ты хочешь?       Эльф ответил отрицательно лишь одним жестом своей головы.       – Ну, тогда к чему это всё? Я не собирался с тобой спать, мне это неинтересно, – Минхо оглянул его с недоверием, на что Джисон мягко рассмеялся.       – Вы странный…       – Если тебя ранее научили ложиться под людей – это не моя «странность», – рассудительно заключил Хан, оглянув следом существо более серьезно и даже сочувствующе, но ничего более об этом не говорил и никак не комментировал.       Минхо из-за этого затянувшегося молчания между ними почувствовал себя каким-то неправильным и порочным. Боясь приставаний нового хозяина, он решил действовать на опережение, поступить «умнее», тем самым сразу расположив к себе Джисона, но оказался единственным, кому этот секс вообще был «нужен». Эльф почувствовал себя идиотом. Или это Джисон был идиотом? Минхо за столько лет наученный жизнью, уже и сам посчитал хозяина таковым. Идиотом, который отказывается от предложения заняться сексом с эксклюзивным животным.       Но Ханом действительно двигал сугубо исследовательский интерес. Он ощупал его почти везде, как и осмотрел, записывая все в новую папочку, созданную исключительно для нового обитателя дома. Насколько этичным было почти с порога раздевать Минхо и на протяжении получаса лапать его – Джисон не особо задумывался, он привык. Его работа всегда состояла в том, чтобы изучить объект, к тому же он не врач, чтобы думать об этике.       По этой самой причине Хан не святой. Он все еще был ученым, который хотел изучать. Всё и везде. И конечно посмотреть на процесс возбуждения этого существа ему было также интересно, потому что он знал, что с людьми у них не так-то много общего в этом вопросе. Но сам секс с эльфом в своей сути ему был не нужен. У Джисона вообще стоит лишь на свою работу. Он был верен ей и, готов был и дальше нести этот крест. «Вид: Elvus Sylvanus; Точное происхождение: неизвестно; Имя: Ли Минхо (даровано людьми); Возраст: 55 лет (границы юности-возмужалости) Рост: 190 см (средний для вида); Вес: 85 кг (недовес); Дополнительная информация: Радужка глаза проходит через изменение оттенка/цвета в зависимости от погодных условий и фазы текущего дня (возможна смена, исходящая и от времени года); Длина фронтальной ушной раковины – 10,5 см…»       – Можешь одеваться, – Джисон записал последние данные в папку и захлопнул ее, в последний раз оглядывая эльфа, перед тем как уйти. Минхо также оглянул мужчину и, провожая его взглядом, снова удивился тому, что он не соврал. Он облегченно выдохнул.                         🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️       Первая неделя в новом доме ощущалась, словно глоток свежего воздуха. Минхо никогда прежде не чувствовал себя так комфортно, будучи все еще безвольным «животным в клетке». До Джисона он не знал, что заточение может выглядеть так: постоянная, действительно подходящая для эльфов пища, собственная комната, из которой тебя почти не просят выходить, выход на природу, когда захочется, отсутствие цепей, наручников и ошейников на фарфоровой коже – всё это ощущалось слишком хорошо. Что казалось даже невозможным, будто бы Джисон припрятал смертельную пулю в ружье, но эльф не мог понять, когда это ружье «выстрелит».       Джисон лишь работал. Работал, работал и работал, почти не общаясь с Минхо просто так, и снова эльф чувствовал себя странным. Он обещал себе не привязываться к очередному хозяину, но Хан был самым приятным на его памяти. Потому его «безразличие» даже обижало. Хотелось пообщаться с ним больше, чем: «Есть аппетит? В весе набрал? Тогда ешь хорошо, ты весишь меньше нормы», хотелось узнать, чем он дышит помимо работы, но складывалось впечатление, что ничем.       Минхо действительно испытывал огромный диссонанс от нового хозяина.       – Чем занимаешься? – эльф проходил мимо кухни в большом доме ученого и внезапно заметил хозяина там, стоящего у вскипающего чайника. Джисон поднял на него глаза и хмыкнул.       – Делаю себе кофе, – Минхо зашел на кухню и встал неподалеку от человека, кивая. – Ты спрашиваешь этот вопрос уже трижды лишь за сегодняшний день… Тебе что, нечем заняться?       Минхо посмотрел себе в ноги, а потом задумчиво перевел взгляд на большое окно и дверь, ведущую на задний двор.       – Ну, вообще-то да. Я же не работаю… – ему и самому было с этого факта странно.       Он работал до этого лет двадцать и привык к тому, что на нем хозяева имели обычай зарабатывать деньги. Первый хозяин, Чон Инсон – зрелый мужчина лет шестидесяти, имеющий предпринимательскую жилку, сделал из своего особняка полноценный бизнес. Он купил шестерых эльфов, младшим из которых был сам Минхо, и устроил из своего жилища публичный дом, куда приходили его богатые знакомые и развлекались с «животными». Второй же хозяин был владельцем цирка; Ю Донгиль выкупил у старика эльфа, когда тот перестал приносить желаемую прибыль, и тогда Минхо учился быть артистом, правда «подработка» в виде ублажения кого-нибудь из персонала почему-то никуда не исчезла.       – Работу найти? – слегка хохотнул Джисон, не особо понимая эмоций эльфа, а тот не мог поверить, что в нем не ищут вещь для заработка денег или снятия стресса. – Книжки почитай что ли…       – А я Вам что, не нужен? – Хан изогнул бровь в удивлении и оглянул того внимательно.       – Нужен.       – Хорошо, тогда что я должен сделать? – Минхо внимательно уставился на мужчину, и тот о чем-то задумался.       – Есть у меня одна идея…       Ученый отвел эльфа в свой рабочий кабинет, который одновременно походил и на обычный кабинет какого-нибудь писателя или бизнесмена, и на небольшую исследовательскую лабораторию с разными пробирками на полках, папками и даже некоторыми медицинскими инструментами на титановой подложке. Из-за увиденного Минхо стало немного некомфортно и нервно, но он старался не подавать виду, ведь сам напросился помочь мужчине в каком-то деле. Джисон указал тому на свободное кресло и сел за свой стол, начав быстро заполнять какие-то рабочие документы.       – Так… Что я должен сделать? – Минхо поднял глаза на вновь сосредоточенного мужчину и смиренно, даже как-то послушно сжал вместе свои губы. Ученый на это хмыкнул и ухмыльнулся.       – Сними свою кофту и просто спокойно посиди пока что, – эльф кивнул, оперативно стянув через голову мягкую кофту, которую дал ему хозяин раньше, потому что он попросил что-то менее обтягивающее, нежели его одежда до этого.       Минхо сложил кофту и отложил ее на спинку кресла, снова бросив взгляд на человека. Джисон же закончив с документами, встал и открыл какую-то коробку, из которой достал шину и пробирку с красным колпачком на одном конце. И тут эльф сразу понял, в чем дело.       – Мне стоило снять брюки? – спросил он.              – Положи руку на подлокотник и дай мне установить шину, – спокойно, так расслабленно попросил ученый, будто просил о чем-то обыденном и очевидном.       – Вы что, врач?       Минхо нахмурился, ведь, во-первых, эльф знал, что тот ученый, а никакой не врач, а во-вторых, хозяин хотел взять у него кровь из вены и это без малого пугало.       – Я ученый, но брать кровь умею, если ты об этом, – Джисон поднял глаза на того с легкой улыбкой, но та быстро слетела с его лица, когда он увидел столь мрачный взгляд эльфа. – В чем дело?       – Думаешь на мне эксперименты ставить? – Хан удивился столь резкому изменению Минхо. – Я не подопытная крыса.       Ученый хмыкнул и отстранился.       – Я просто возьму кровь, чтобы понять уровень твоего здоровья, всё как у людей, Минхо, в этом нет ничего особенного… или живодерского, – но взгляд эльфа не смягчился, потому что Джисон почему-то всё еще давил на лице какую-то странную эмоцию сродни усмешке.       – Я не буду, – Минхо встал и грубо оттолкнул человека от себя, в него же кидая эту шину, что должна была пережать руку. Хан слегка пошатнулся, но теперь и сам начинал злиться на то, что эльф ведет себя так. – Я Вам не животное.       – Так, значит, запел, да? – раздраженно фыркнул ученый, ведь он хотел взять кровь у него для того, чтобы проверить подходит ли его группа к группе «Аметиста». Минхо был последней надеждой на спасение этого древнего эльфа, иначе он просто умрет. А Минхо своей дурацкой мнительностью рушил ему все планы.       – Я же просто хочу взять кровь, что в этом такого? – Джисон снова предпринял попытку подойти к эльфу ближе, но Минхо сорвался с цепи.       Существо схватило Джисона за плечи и стало жестко трясти, чтобы, по-видимому, напугать бедного человека. Хан испуганно взглянул на него, чувствуя немереную силу в руках эльфа – никакой имплант больше не сдерживал силу, что даровала ему природа, и это могущество грозило человеку поражением.       Минхо толкнул Хана на пол и тут же сел на него сверху, придавливая своим уже немного окрепшим телом. Джисон сжался, немного кряхтя, но старался держаться рассудка, потому что понимал, что открытое сражение с этим существом дойдет до кровопролития. И именно его кровь запятнает дощатый пол кабинета.       – Минхо… – сдавленно протянул Джисон, все еще напугано смотря на тяжело дышащего эльфа на нем. Ученый понимал, что происходит в общих чертах, но не мог понять, о чем именно думает сейчас существо, смотря на него взглядом полного ненависти.       – Я не животное, понятно? Я не животное, сука! – зло стиснул зубы он и склонился над человеком.       Минхо обхватил тонкую шею Джисона своими большими ладонями и сжал пальцы на коже, сдавливая и перекрывая кислород человеку. И теперь уже Хан откровенно перепугался. Эльф был сильнее человека. А эльф в гневе так вообще мог не рассчитать своей силы и придушить. Джисон не хотел умирать так, да и в принципе еще не собирался, но Минхо правда сдавливал ему шею.       – М-Мин… – хрипел человек, дергаясь и кашляя под крупным телом существа. «Черт, он что правда убьет меня?!» – боялся Джисон. Да он же даже ничего ему не сделал, почему…?       Но эльф молчал. Он шумно дышал, сдавливая шею человека и видя, как лицо Джисона сначала краснело, а потом и вовсе начало синеть. Когда же ученый уже перестал дергаться – эльф наконец-то пришел в себя после истерии и понял, что он сделал.       Он напугано слез с хозяина и обеспокоенно склонился над его лицом, замерев и слегка задрожав. Благо человек все-таки закашлялся и глубоко вдохнул воздуха, начиная постепенно возвращать лицу здоровый цвет кожи.       Минхо снова сел на пол, подползая к человеку и проверяя его состояние. Шея хозяина была немного сине-красной и имела на коже следы от сильных пальцев существа, что таки не довели дело до конца. Эльф разбито склонил голову перед Джисоном, касаясь пола лбом и сложив руки в мольбе, стал просить прощения:       – Простите меня, хозяин… Я не хотел, оно само как-то получилось… – жалобно оправдывался Минхо, не поднимая на ученого глаз. Ему было стыдно за себя, если не сказать большего. Он просто не понимал, что на него нашло. Почему он так взбесился…       – Не хотел…? Само получилось…? Ты издеваешься? – прохрипел Джисон, наконец сев на пол и всё еще массируя нежную кожу на шее.       Хан не знал, что он думает на этот счет. С одной стороны, ученый был достаточно самокритичен, чтобы признать, что давил на эльфа, потому и получил то, что заслужил, пусть и в каком-то десятикратном масштабе. С другой стороны, Минхо вел себя, как…       – Животное.       – Что? – эльф напугано поднял на него глаза, сглатывая ком в горле.       – Ты и вправду животное. Может, именно поэтому в тебя вживили имплант и держали на цепи, как дикого зверя, – эти слова хозяина были словно звонкой пощечиной по лицу Минхо. Он тут же опустил взгляд в пол и сильно прикусил губу, стараясь не заплакать.       Больше ничего Джисон не говорил, как и Минхо. Хан встал с пола и отряхнулся, все еще периодически кашляя. Он проверил состояние своей шеи в зеркале, радуясь, что эльф не заставил его шею до хруста сломаться и сел обратно за стол, отпивая приготовленный ранее кофе. Минхо же потерянно сидел на полу, чувствуя себя как никогда ужасно. Его терзало множество разных мыслей, но слова Джисона так и раздавались эхом в его черепной коробке.       «Животное. Ты и вправду животное, которое должно сидеть в клетке. Так может, люди верно поступали, сажая тебя на цепь? Ты лишь дорогой, эксклюзивный питомец, которым можно похвастаться и поделиться, если захочется».       – Уходи из моего кабинета, – строго, но без излишней грубости, потребовал мужчина, бросив быстрый взгляд на существо. Минхо неуклюже встал и в ту же минуту покинул комнату, выбегая во двор дома.       Не выдержав давления, эльф заплакал. Эти существа плакали ровно так же, как и люди. Из крупных красивых глаз потекли соленые капли, а длинные пальцы пытались остановить поток и смахивали их, пока те не дошли до подбородка. Минхо сел куда-то в кусты на заднем дворике и тихо заплакал, чувствуя себя монстром.       Почему он такой? С самого рождения он был… Другим. И поэтому и отношение к нему было иное. Он был больше человеческих детей, за что его дразнили дети во дворе. Он был слишком умным для подростка, поэтому не мог найти себе друзей среди людей в школе. В любовных делах ему также никогда не везло, потому что для людей он был слишком большим, что нравилось лишь извращенцам или другим эльфам, коих всегда было мало.       Его жизнь в человеческом мире была предопределена. Родив его на этой земле, его обрекли на вечные поиски. Поиски единомышленников, справедливости, свободы… Люди видели в нем лишь дорогую игрушку, да и не только в нем, а во всех эльфах в целом. И жил он также. Как игрушка.       Когда же Минхо успокоился, он встал с газона и побрел к дому, находясь все еще полуголым. Заходя в дом, эльф снова почувствовал себя плохо. Потому что этот дом принадлежал его хозяину. Он и так был бесправен на данной территории, а сейчас у него, вероятно, нет даже голоса.       Послушно идя к своей комнате, Минхо столкнулся у порога в спальню с Джисоном и напугано на него взглянул. Хан же слегка хмыкнул и пропустил его в помещение первым, заходя за ним следом.       – Хозяин, извините меня еще раз, я не хотел. Но я определенно виноват, я понимаю это и предлагаю вам наказать меня, – как на духу протараторил Минхо, садясь на кровать вместе с тем.       Джисон немного помолчал, сжав губы в тонкую линию. Казалось, будто он думал над предложенным наказанием, но ученый сказал нечто другое:       – Извини меня, – эльф удивленно вздрогнул и внимательно уставился на мужчину. Джисон слегка улыбнулся на это и продолжил. – Я знаю, что ты просто защищался, и я даже не подумал поначалу, что ты посчитаешь мои действия настолько опасными…       – Мой первый хозяин часто колол нам что-то прямо в вену, после чего я не мог спать несколько суток, не хотел есть и пить, что было весьма удобно для его бизнеса… – Хан внимательно слушал, не перебивая исповедь эльфа. Он понимал, что тот не от хорошей жизни «показывал зубы», его научили этому. Натаскали. Заставили научиться.       – Ты развлекал людишек? – Минхо кивнул, на что Джисон вздохнул. Он и так понял, как он это делал.       – Я мог работать несколько суток так, почти на убой, потому что не мог спать. Когда Вы захотели затянуть повязку на моей руке, я не смог отвязаться от мысли, что Вы тоже хотите меня чем-то накачать, – тихим, дрожащим голосом признался он. Он еще никогда не был так откровенен с человеком. Так еще и не с просто человеком, а со своим хозяином.       – Но я не такой…       – Я знаю, – согласился эльф. – Я уже это понял, и я сожалею за свое дикое поведение.       Минхо поднял на ученого свои грустные глаза.       – Я тоже знаю, – Джисон слегка хмыкнул и нежно приобнял существо за голые плечи. – Я не собираюсь тебя наказывать. Просто прошу: не убивай меня, ладно? – человек хохотнул, на что Минхо смущенно улыбнулся.       – Но я же могу, я опасен. Я сильнее Вас, и Вы это знаете, – Минхо посмотрел в глаза Джисона и увидел лишь добрый взгляд мужчины.       – Я тебе доверяю. Доверяй и ты мне тоже. Пожалуйста… – сердце эльфа пропустило удар от слов хозяина. Они звучали так искренне, что он, на свой страх и риск, поверил ему. Доверился человеку в последний раз.                         🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️       Следующие дни Джисон держался поодаль от Минхо. И не потому что держал обиду или боялся, хотя второе имело место быть, так как эльф, очевидно, окреп и теперь действительно походил на превосходное существо с огромным могуществом, данным всем эльфам еще сотни лет назад. Хан, можно сказать, влюбился в здоровый вид своего эльфа и не мог перестать рассматривать его, теперь сильнее понимая помешательство людей на этих диковинных существах.       Люди испокон веков верили, что эльфы обладают силами, и это было так на самом деле. Только они никогда не были похожи на то, как описывали это фанатики или писатели в детских книжках. Магия эльфов была схожа с болезнью: сначала ты этого не замечаешь и не ощущаешь, но через время жизнь вокруг тебя и ты сам сильно меняешься. Даже обычные крестьяне еще в XV веке называли это зачарованием. Если какой-то эльф зачаровал человека, а именно люди были так сильно подвержены их чарам, он мог не есть, не пить сутками, любуясь красотой и изяществом этого существа, пока не умер бы от голода.       Это, конечно, всё средневековые сказки, но люди действительно годами страдали от могущества эльфов: из-за них устраивали войны, матери бросали детей, а отцы топились в реках. Так принято считать в человеческой истории, но Джисон всегда был не согласен с этим, ведь всё это происходило из-за самих людей, что не могли справиться со своим собственным телом и похотью, не могли справиться со своей жизнью.       Но сейчас Хан прозрел. Ведь Минхо, как и любой другой не болеющий эльф обладал чарами, которые его очаровали, и ему становилось плохо от того, как хотелось прикоснуться к существу. К существу, что теперь уже доверяло ему и вело себя достаточно расслабленно, зная, что Джисон хороший мужчина. Хороший человек.       Минхо расцвел: его чёрные волосы стали здоро́во лосниться на солнце, с каждым днем будто становившись все длиннее и длиннее, его глаза приобрели очаровательный блеск, тело стало крупнее, но совсем не потеряло своей изящной красоты, кожа сияла на свету, словно была покрыта легкой блестящей крошкой, а лицо приобрело милый румянец. Джисон был готов убивать за его красоту. И себя, если он заставит эльфа потерять свою идеальную улыбку в будущем.       Оставив Минхо, как и всегда, дома одного, Джисон отправился на работу, по пути подхватив коллегу, Со Чанбина, с собой. Хан был достаточно задумчив, чтобы Чанбин заметил это – обычно его коллега болтает без умолку, а тут последние дни всё что-то вынашивает в голове.       – Кстати, как тебе живется со своим собственным эльфом? Ты что-то мало рассказываешь, хотя ты всегда мечтал общаться с ними так близко, – Джисон закивал, соглашаясь и продолжая следить глазами за дорогой до их лаборатории.       – Сложно… – Чанбин выглядел удивленным таким словам. – Эльфы очень опасные существа.       – Что такого произошло между вами? – Хан прикусил губу и сказал нечто иное. Он не смог сдержаться. Ему нужно было высказаться насчет этого, и понять сошел ли он с ума или нет.       – Много чего.… Но, кажется, я в него влюбился, – он бросил мимолетный взгляд на Со. – Стой! Дай объясниться…. Мне кажется, это его чары, я клянусь! Никогда прежде мое сердце так не трепетало.       Чанбин нахмурился, размышляя насчет услышанного.       – Чары? Это опасно… – коллега прикусил губу, понимая, что это могло стоить Джисону рассудка, настолько это было опасно. Люди часто сходили с ума, если не могли исполнить своих фантазий. – Ты уверен, что это оно?       Хан закивал, останавливаясь на светофоре. Он начал искать фотографию эльфа в галерее смартфона.       – Посмотри на него. Какой хорошенький! У него были такие скулы впалые, а сейчас он набрал в весе и стал таким здоровым, румяным… – Джисон зажмурился, услышав свой влюбленный лепет, и вздохнул.       – Пиздец, – вздохнул Чанбин и взглянул на фото. На нем был действительно красивый, румяный Минхо, и Со находит его очень хорошеньким, но более ничего. – Ты знаешь, что с этим делать…?       – Существует противоядие от чар – эльфийские слезы. Если он заплачет, я смогу получить его слезы, и все чувства рассеются.       – Это звучит не так уж сложно, – заметил Чанбин, на что Джисон кивнул и тяжело вздохнул. – А сам он не может ограничить свои силы, так ведь?       Хан отрицательно повертел головой из стороны в сторону. Эльф не мог это контролировать и в принципе влюбленность в него людей его мало беспокоила, тогда как люди сходили с ума.       Когда ученые достигли исследовательского центра, они разошлись, и Джисон первым делом последовал к «Аметисту», чтобы проверить его состояние и убедиться, что тот жив. Его состояние никак не улучшалось за те прошедшие двенадцать дней, а смерть с косой стояла где-то за углом и ждала подходящего часа, Хан был уверен в этом. Но в чем он не был уверен, так это в том, что Минхо позволит взять свою кровь на анализ, потому что прошлые хозяева замучили бедного эльфа всякой дрянью, и Джисон уже боялся подходить к тому с подобной просьбой.       В помещении, где находился древний эльф, было как всегда тихо, лишь еле различимо пикали разные аппараты, кое-как поддерживая существо на плаву. Джисон закрыл за собой дверь и подошел вплотную к его койке, где лежало костлявое тело. Ученый тяжело вздохнул и присел рядом с ним на стул стоящий поблизости, рассматривая его лицо. На удивление эльф не спал и открыл свои острые раскосые глаза, когда понял, что на него неотрывно смотрят вот уже несколько минут.       – Это Вы… – тихо прошептал мягкий голос, скользя по фигуре человека, а тот в свою очередь взглянул эльфу в насыщенно фиолетовые глаза, напоминающие собой драгоценные камни.       – Это я, – подтвердил он, слегка улыбнувшись тому, что он заговорил. Обычно он не разговаривал, его голос от силы раза два слышали. – Как ты себя чувствуешь? – «Аметист» слегка улыбнулся и протянул человеку руку.       – Ужасно. Когда я уже, наконец, умру? – ученый нежно взял его за руку, пытаясь утешить потерявшего надежду эльфа. Честно говоря, он тоже потерял ее.       – Нельзя умирать – надо бороться.… Понимаешь? – эльф закрыл глаза, чувствуя себя неважно. – Мы не позволим тебе умереть, но твой настрой на многое влияет, поверь мне, – Джисон ласково и очень аккуратно погладил существо по руке.       Он вздохнул, понимая, что возможно они просто мучают эльфа, что давно хочет умереть, но ни у кого не было такой цели – все рвали на себе волосы, чтобы попытаться поставить на ноги эльфа, что прожил шесть веков.       – Не хочу. Пожалуйста, вколите мне что-нибудь, чтобы я умер, – Хан положил руку ему на плечо, заставляя открыть яркие глаза.       – Нет, я не хочу быть убийцей. Да и к тому же… Я могу познакомить тебя с другим эльфом, хочешь? – глаза эльфа стали выглядеть чуть радостнее, когда он услышал про другого своего сородича. – Вижу, что хочешь, тогда живи. Я завтра же приведу его, договорились?       – Сколько ему лет?       – Пятьдесят пять.       – Совсем молодой еще, – хмыкнул с легкой улыбкой «Аметист» и Хан понял. Ему надо, во что бы то ни стало привести Минхо в исследовательский центр и спасти древнего эльфа.                         🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️       Джисон вернулся домой около десяти часов ночи. Он был уставшим и встревоженным, понимая, что «Аметисту» осталось недолго. Хан был потерян, ведь не знал, как помочь эльфу, кроме как попробовать уговорить Минхо. И это было еще одно задание со звездочкой.       – Привет, ты тут… – Минхо поднял взгляд на хозяина, легко сверкая своими, в данный момент небесно-голубыми, глазами и мягко улыбаясь ему.       Видимо заскучал дома в одиночестве. А Хан тоже скучал, он уже привык к этому парню у себя дома, и возвращаться домой с работы было уже не так тошно.       – Я тут. В своей комнате, а где мне еще быть? – слегка хмыкнул эльф, садясь на кровать. До этого он расслабленно читал какую-то книжку из домашней библиотеки хозяина.       – Где угодно. Хоть на кровати в моей спальне, – вырвалось у Джисона, и он прикусил губу, думая на то, что не стоило такое говорить. Но Минхо, кажется, уже не особо боялся этого человека.       – А, то есть, вы надеетесь на такой исход рано или поздно, да? – хохотнул он и отложил книгу на прикроватную тумбочку. Джисон пристыженно опустил голову вниз и сел к нему на край кровати. Он вообще-то не серьезно.       – Я…       – Хорошо, можете ожидать завтра меня там, – эльф на редкость спокойно поддержал идею и оглянул Хана достаточно мягко, с интересом.       Тогда человек решил действовать, пока Минхо достаточно сильно расположен к нему. Он всё еще был немного смущен тем, что тот согласился встретить его завтра в его спальне, хотя он этого и не просил, но против совсем не был. А еще ему нужно было кое-что…       – Минхо… – эльф тихонько кивнул, показывая тем самым, что слушает предельно внимательно своего хозяина. – Я прошу тебя.… Давай поедем завтра в исследовательский центр, где я работаю. Я не буду тебя мучать, ни в коем случае, я просто хочу, чтобы ты увидел еще одного эльфа…. Он умирает, но услышав про тебя, даже немного оживился, – объяснялся ученый, пытаясь убедить Минхо в том, что он не хочет для него зла. Никогда не хотел.       Но Минхо за полвека своей жизни многое повидал и его мнительность и паранойю можно было понять. Теперь уже Джисон очень старался подбирать слова, старался объяснить всё максимально прозрачно, чтобы эльфа не пугала неизвестность. Он хотел ему добра.       – У вас в центре есть эльф? Но что он там делает? Почему он умирает? – напрягся он, ведь, а вдруг его ждала та же участь?       – Да, есть. В лаборатории все называют его «Аметист» из-за похожего на этот камень цвета глаз. Но его настоящее имя – Айэн, – Минхо молча слушал мужчину, пытаясь уличить того во вранье, но пока что хозяин звучал достаточно естественно, ровно также выглядело его лицо – спокойно и уверенно.       – Он попал к нам полгода назад. Айэн пришел к нам сам, потому что он был ранен – на него напали браконьеры и чуть не убили, а мы были ближе, чем «Сказочный лес», поэтому он решил спрятаться у нас, мы его приютили. Только никто не ожидал, что эльф начнет чахнуть на глазах… – эльф выглядел опечаленным историей этого Айэна.       Ему всегда было жалко себе подобных, проживающих в человеческом мире. Это – мир людей, созданный для людей, и эльфам в нем было не место. Поэтому эльфы и имели права равные по силе правам каких-нибудь питомцев. Их могли продать, убить от скуки, насиловать, собирать в коллекцию их уши, срезать роскошные волосы, кожу, зубы – всё, до чего только могла дойти человеческая жестокость.       И браконьеры, что охотились на эльфов, отнюдь не были редки. Их было очень много. Кто-то убивал зайцев и уток на охоте в качестве забавы, а кто-то – рослых, изящных существ с длинными ушами. Но поскольку эльф статистически сильнее человека, охота была даже интереснее. Люди собирались толпами и устраивали бедным существам «голодные игры», а потом продавали их останки за огромные деньги. Потому что это эксклюзив.       Именно поэтому эльфов было мало. Еще три века назад эльфов было около 100 миллионов по всей Земле, в то время как людей 500 миллионов, но сейчас, в наше время их осталось всего может быть 200 тысяч. В Южной Корее же проживало всего около 50-ти особей.       – Я поеду, – Джисон, даже не совсем веря, уставился на Минхо, услышав такое легкое согласие. Легкое оно потому, что сегодня ему не врезали и не пытались задушить.       – Спасибо… Я тебя не подведу, обещаю, – Хан нежно погладил эльфа по голове, слегка коснувшись его чувствительных ушей, отчего тот смутился, но мило ему в ответ улыбнулся.                         🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️       Настал очередной долгий день, полный мучений и лишений. Так считал эльф, «привязанный» к больничной койке в исследовательском центре. «Аметист» снова открыл глаза, чувствуя сильную слабость и непомерное желание закончить свои мучения. Он никогда бы не подумал, что переживет столько войн, эпидемии, голод, но будет страдать последние полгода своей жизни от того, что в него попали пять раз из ружья. И эльфы, конечно, отлично регенерировали, но особый состав пуль значительно усложнял ему задачу. Пули почти тут же начали растворяться в теле раненого эльфа, напоминая чем-то действие яда. Всего за месяц все пули «пропали», но раны не могли затянуться, а органы существа начали отказывать. Яд проник даже в кровь, потому Айэн должен был умереть. Человек бы не прожил и недели после попадания такой пули, но эльф еще пытался бороться, пока не понял, что это бесполезно.       – Вот, проходи, – внезапно прозвучал знакомый голос, и эльф поднял глаза на вошедших: ученый Хан и… Эльф! Глаза Айэна слегка заблестели, когда он увидел настоящего эльфа. Господин Хан не соврал.       – Доброе утро, Айэн. Я привел того, кого обещал, – Джисон указал на Минхо и тот подошел к койке ближе, оглядывая сородича с неподдельным интересом и радостью.       Увидеть эльфу другого эльфа в человеческом мире было огромной редкостью, так как они либо прятались среди людей, боясь раскрывать свою природную сущность остальным, либо их просто не было в окружении, так как их достаточно мало в принципе.       – Я – Минхо, – Айэн кивнул, мягко улыбнувшись, и протянул тому свою руку. Минхо ее принял, расплываясь в улыбке. И «Аметист» внезапно заговорил на эльфийском, из-за чего Джисон стал восхищенно на них таращиться.       Хан учил эльфийский в университете и даже знал его на базовом уровне, но этот язык почти не использовался среди людей, потому Джисон впервые слышал, как на нем говорили носители. Это было поистине завораживающее зрелище, до чего же это был красивый и древний язык, у ученого даже сердце замерло.       К удивлению Джисона – Минхо знал эльфийский, он спокойно стал также тихо, как и Айэн, отвечать, понимая каждое его слово. Видимо, Минхо все-таки умудрился, родившись среди людей, как-то выучить родной язык.       Имея свои неглубокие познания, ученый понял, что «Аметист» очень заботливо спрашивал у Минхо в порядке ли он и почему он пришел с человеком. Джисона это тронуло – даже умирая, эльфы все равно думали о безопасности и комфорте друг друга, чего нельзя было сказать о людях. Минхо же ответил, что Хан его хозяин, но живет он хорошо и с ним всё в порядке – ученый слегка улыбнулся на это. Вряд ли те знали, что человек их частично понимает.       – Секретничаете? – улыбнулся ученый, садясь рядом с ними. Появление Минхо действительно хоть и чуть-чуть, но вдохнуло жизнь в умирающего эльфа.       – Немножко, – хохотнул его эльф и взглянул внимательно на хозяина, будто бы пытаясь что-то увидеть особенное в его лице. Джисон взглянул на Минхо в ответ и тот немного с опаской спросил:       – Неужели Айэна нельзя спасти…? – «Аметист», конечно же, слышал их, но ему и самому захотелось услышать на этот раз что-то вдохновляющее на жизнь. Хан немного помолчал и уверенно ответил.       – Можно. Ему нужно переливание крови. Но у нас ее нет в центре, а искать донора в Корее – слишком сложно и долго, – Минхо заметно поник, взглянув на свои ярко голубые вены под фарфоровой кожей.       – Моя кровь не годится? – с надеждой спросил эльф.       – Я не знаю. Нужно узнать твою группу, чтобы я мог сказать, – он резко встал с места и со всей отвагой протянул человеку руку, чтобы тот взял немного крови на анализ. Джисон и подумать не мог, что существо так легко согласиться на это, зная зачем.       Тогда ученый не стал медлить и принес всё необходимое для анализа: он передавил поток крови эльфа и аккуратно проткнул кожу иглой, набирая насыщенно красную, почти чёрную кровь в пробирку. Эльфийская кровь визуально мало отличалась от человеческой. Единственное, что их различало – она была очень темного цвета, почти черная, словно тушь для пера.       Хан ушел с полученной кровью прочь из помещения, оставляя эльфов наедине. Тогда Минхо снова подсел к Айэну ближе и взглянул ему в красивые и очень редкие, даже среди самих эльфов, фиолетовые глаза. Он обратился к нему на эльфийском, нежно гладя по костлявой руке:       – Когда ты родился?       – В 1411 году, – тогда Минхо восторженно распахнул глаза, не веря своим ушам. Перед ним такой древний эльф, и он умирал.… Это разбивало сердце на мелкие осколки. Особенно потому, что умирает он от руки человека.       Минхо бы хотел сказать, что он ненавидит людей, хотел бы желать им смерти, потому что они принесли ему столько боли, но.… Не мог. Он не человек. Он не был способен на ненависть, это не было в природе эльфов. Эльфы всегда были миролюбивы, пока люди не начали их массово истреблять, не начали посягать на «Сказочный лес», вырубая волшебные вековые дубы.       Ему, безусловно, было нелегко с людьми, но он всю свою жизнь жил среди них, как один из них. Но, с другой стороны, ему и выбора никогда не давали – его родители родили его на этой земле и покинули его, когда ему и десяти не было.       Минхо точно знает, что отца убили люди, а вот мать.… Все эти годы он надеялся, что она жива, просто сбежала в «Сказочный лес», дабы уберечь себя. Минхо не винил ее в том, что она оставила маленького ребенка в мире людей, потому что понимал, что она просто боролась за свою жизнь. А дети эльфов были куда более жизнеспособными, чем человеческие.       Эльфы почти бессмертны по своей сути – в природе не существовало кого-то сильнее их, но люди захотели в очередной раз изменить ход событий и противостоять естественному ходу явлений. Потому не все доживали до 200-летия, а больше 300 лет и подавно.       – Вау…. Ты же, наверное, столько успел повидать, – «Аметист» кивнул, подтверждая мысли того. – Но зачем ты пришел в мир людей? Разве в «Сказочном лесу» не хорошо живется? – древний эльф слегка помолчал и тихо, хрипло ответил:       – В «Сказочном лесу» кризис. Для эльфов настало тяжелое время, потому что у власти никого нет, все в замешательстве. Миру нужен сильный лидер, но…. Династия Хван вымерла, у нее совсем не осталось потомков. Некому занять трон, – Минхо внимательно его слушал, так как совсем ничего не знал о жизни на родине. – Я пришел в мир людей, чтобы отыскать других эльфов, но мне удалось найти лишь двух. Они оба весьма молоды: одному 58, а другому 61 – не подходят для трона, но я все равно помог им вернуться домой, – Минхо с особой благодарностью мягко сжал ему ладонь, понимая какое большое дело, сделал Айэн. Даже почти ценной своей жизни.       – А почему ты не станешь этим самым лидером?       – Я? – судя по всему, древний эльф об этом никогда не задумывался. – Я никакой не лидер.… Да и вообще – я умираю, – Минхо хотел поспорить, так как, по его мнению, он уже состоялся, так как столь самоотверженно искал целую главу своему государству и спасал существ, ценой собственной жизни.       – У меня хорошие новости! – вскрикнул Джисон, врываясь к ним в комнату. Те даже слегка вздрогнули от неожиданности. – У Минхо та же группа крови, что и у Айэна! Боже, хоть бы всё получилось… – Минхо радостно подскочил и подошел к ученому, расплываясь в счастливой улыбке.       Они могут спасти его. Более того, возможно они спасут не только древнего эльфа, а еще и целую эльфийскую цивилизацию. Минхо еще никогда не чувствовал себя таким важным и причастным к общему делу.                         🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️       В пустом и длинном коридоре исследовательского центра был слышен лишь звонкий стук каблуков от туфель Джисона и его слегка сбитое дыхание – он нервничал, всё ближе и ближе подходя к одной комнате.       Прошло примерно трое суток после того дня, когда все узнали, что группы крови эльфов совпадают. Ученые всего центра оживились, узнав, что появился весьма достойный аргумент в пользу жизни «Аметиста» и активно взялись за это дело.       У Минхо дважды взяли кровь. И для эльфа это было тем еще испытанием, но он выдержал всё это, трогательно держа Джисона за теплую руку. До этих пор Хан и подумать не мог, что такое сильное существо, как эльф, может бояться сдачи крови и вообще тяжело переносить подобные процедуры. Эльфы тоже имели слабости и фобии, как люди, и этот факт даже восхитил Джисона.       Джисон всегда был рядом со своим эльфом, потому что знал, что тот и так безумно напуган, находясь в окружении ученых, под их зорким наблюдением несколько дней. И даже ученый Со отметил, что Хан похож на влюбленного, что совсем не свойственно для хладнокровного исследователя, каким он был всё это время до встречи с эльфом.       «Чары сводят тебя с ума, да?» – шутливо тогда спросил Чанбин и Джисон задумался. Он не понимал, была ли это в действительности лишь магия эльфа или в этом было что-то большее? Может быть, он искренен в своих чувствах? Он уже много лет жил один, а тут, внезапно, появился очаровательный эльф, о котором надо было постоянно заботиться…       – Доброе утро, как твое самочувствие? Чувствуешь какие-то позитивные изменения? – мягко спросил Хан, входя в палату к «Аметисту». Тот в свою очередь легко улыбнулся ему и сел на постели, ожидая мужчину.       Ученый сел рядом с его койкой и взглянул эльфу в насыщенно фиолетовые глаза с длинными белыми ресницами. Джисон и сам уже понял, каков ответ на его вопрос – он выздоравливает. Древний эльф начал цвести, как весенний цветок. Его кожа слегка заблестела, и впервые за месяцы проявился истинный цвет волос – он был чисто белым. Волосы на теле, голове, брови и ресницы.… Все они, оказывается, были белыми. Из-за увядания шевелюра эльфа была грязно-серой, но здоровый цвет подходил ему куда больше. Белый был его цветом.       – Доброе… Я.… Очень хорошо себя чувствую, – он улыбнулся и взглянул в глаза человеку. – Я не верил, что еще когда-нибудь мне будет снова хорошо, но вот он я – не чувствующий боли… – Джисон слегка похлопал эльфа по плечу, радуясь вместе с ним за его выздоровление.       Прошло два дня с тех пор, как ему перелили кровь Минхо. Организм Айэна принял ее охотно и почти за сутки смог отчиститься, а за вторые начал крепнуть. Центру, несомненно, повезло, что у Джисона оказался эльф с подходящей кровью и что «Аметист» все-таки невероятно сильный и выносливый эльф. Ему, вероятно, потребуется не больше недели, чтобы встать на ноги и эта способность эльфов – быть настолько выносливыми – восхищала безумно.       – Я очень рад, правда, – сказал Джисон, и эльф ярко улыбнулся, мысленно уже строя планы на будущее.       – Надеюсь, что уже на следующей неделе я смогу вернуться домой, – он бросил взгляд на человека, слегка переживая, что его не отпустят из центра.       – Я тоже надеюсь, – поддержал настрой Хан, не смотря на то, что Айэн им был нужен.       Древний эльф был им нужен, но кто они такие, чтобы удерживать его в центре и не позволять увидеться с близкими? Никто. Просто кучка людишек. Кучка людишек, что делает добро бескорыстно. К тому же никто не запрещал им общаться и периодически видеться для исследовательских целей в будущем.       Вечером Джисон, как и положено, вернулся домой к своему эльфу. Разувшись и бросив рабочую сумку в прихожей дома, Хан сразу же направился на второй этаж, чтобы позвать Минхо поужинать вместе, и заодно обсудить состояние Айэна. Но в спальне эльфа никого не было, отчего на сердце хозяина в тот же момент стало неспокойно, потому что тот обычно всегда был у себя. Минхо особо не шастал по дому, когда знал, что человек должен в скором времени вернуться домой. У него была такая привычка – уважать чужие границы. А может просто он был слишком запуганным своими прошлыми хозяевами и потому был настолько аккуратным – Джисон не знал, да и не пытался переубеждать существо. Тот и сам поймет, что ему за это ничего не будет через какое-то время.       Тогда ученый прикусил губу в раздумьях и решил переодеться, прежде чем идти искать эльфа по территории остального участка. Он открыл дверь в свою спальню и внезапно увидел Минхо на своей постели. Сердце почему-то чувственно сжалось от вида спящего изящного существа на его заправленной постели. Эльф заснул, читая книгу и ожидая хозяина в его спальне, как он заикался поступить пару дней назад. Человек и не думал, что тот правда придет к нему, будет мило ожидать его после работы, согревая своим телом его холодную и одинокую кровать.       Джисон аккуратно сел на край кровати, слушая мирное сопение того в тишине большого дома. Мужчина мягко улыбнулся и погладил эльфа по широкой спине, замечая, как длинные чувствительные уши отреагировали на легкую ласку – слегка трепетно дернулись, прижимаясь к голове сильнее.       – Уже пришел…? – тихо спросил Минхо, почти следом открывая ярко-зеленые глаза и вглядываясь в чужие карие. Джисон улыбнулся и кивнул, на что эльф снова закрыл глаза и стал ластиться к руке мужчины, как какой-то кот.       – Я тебя разбудил? – он гладил того по волосам и слегка массировал уши, не зная, что они у Минхо являются эрогенной зоной.       – Нет… Я услышал, как ты пришел и сам проснулся, – тихо мурчал эльф, чувствуя невиданную ранее близость с человеком. Вернее, близости у него с людьми было немерено, но такой приятной и чувственной, при этом безопасной и аккуратной – ни разу.       – Я навещал Айэна сегодня… Он идет на поправку, – Минхо улыбнулся, радуясь за своего сородича. Ему не было жалко своей крови, так как уже через сутки он чувствовал себя прекрасно, благодаря столь гибкому организму своего вида.       – Замечательно. Это просто замечательная новость, – эльф открыл глаза и пододвинулся, подумав, что человек захочет прилечь после работы. – Ложись со мной.       Джисон на это лишь тихо хмыкнул и лег на бок лицом к существу, мягко улыбаясь в ответ. Хан не мог поверить, что Минхо может быть и таким тоже. Хотя почему нет? Если бы к нему всегда относились гуманно, он был бы с самого начала самым ласковым котом на свете. Но жизнь заставила его показать зубы в оскале.       Ученый придвинулся к нему ближе и обнял эльфа, прикрывая глаза и думая над тем, каков на самом деле Минхо. Он чистый и справедливый боец, которому нужно лишь немного понимания и ласки.       – Ты когда-нибудь любил? – внезапно поступил вопрос от эльфа и человек удивленно на него уставился, держа его тело в руках.       – Было, конечно, но уже прошло, – Минхо внимательно его слушал. – Мою помешанность на эльфах мало кто понимал вообще, – тот прыснул с легким смешком.       – Это были неправильные люди…       – Верно. Люди, – Минхо мягко улыбнулся на его своеобразный намек и потянулся к приоткрытым губам так спокойно, будто бы это ничего не значило для них обоих.       Джисон опешил, когда понял, что происходит. Он обескураженно замер, ощущая теплые и пухлые губы эльфа на своих, и шумно выдохнул носом, прикрывая глаза и также аккуратно, несмело отвечая на поцелуй. Его поразило то, что Минхо сам захотел поцеловать его первым.       Почувствовав ответ мужчины, Минхо нежно улыбнулся в поцелуй и углубил его, пробуя человека на вкус. Он много раз целовал людей: когда по требованию, когда по просьбам, но никогда не делал этого от своего личного рвения. Джисон был особенным в этом плане, от него веяло безопасностью. Не всегда так было, конечно, но когда эльф понял, кем является Хан и каково его отношение к нему, он расслабился.       Джисон никогда не желал ему зла, даже в самом начале. Да, он был холоден и строг, но не более. Он с самого начала дал Минхо свободу, вынул имплант, чтобы он не болел, и в принципе всегда относился к нему, как к равному. Джисон понимал все особенности Минхо и принимал их, что подкупило эльфа.       Через несколько минут их чувственных поцелуев Джисон отстранился, чтобы отдышаться. Он увидел смущенное, но довольное, румяное лицо эльфа и улыбнулся. Правда, следом глаза человека обеспокоенно прошлись по лицу Минхо, замечая, что в острых уголках глаз стояли слезы.       – Что такое…? Минхо, прости, я сделал что-то не так? – эльф сел на кровати, а человек повторил за ним, обеспокоенно заглядывая в лицо и приобнимая сильные плечи.       – Всё в порядке… Я просто немного... растрогался, – хохотнул он, шмыгая носом и смахивая слезинки со щек. Это были слезы искреннего счастья.       Джисон расслабленно выдохнул. Он положил голову эльфу на плечо и крепко обнял, слыша, что тот еще чуть-чуть плачет. Но затем Хан кое-что вспомнил. Он поднял взгляд на эльфа, видя, как столь идеальное существо красиво плакало. Это было завораживающе.       Длинные реснички эльфа намокли от слез, а глаза продолжали ронять капли на щеки и ладони. Слезинки напоминали собой утреннюю росу, а глаза – молодую весеннюю травку. Чёрные волосы эльфа липли к лицу, потому эльф убрал их за уши, шмыгая носом.       Надо собрать его слезы.       Хан нежно смахнул одну его слезу, пробуя ее на вкус. На языке внезапно стало сладко, мужчина чмокнул губами, удивленно посмотрев на мило улыбающегося эльфа.       – Они сладкие, потому что я плачу не от горя, – Джисон с огромным трепетом прижался к тому лбом, потираясь своей головой об его длинное ухо. – Если бы я плакал от боли, то они были бы горькими на языке.       – Ты такой трогательный… Милый и очаровательный, что мне кажется, я еще сильнее влюбился в тебя, – от такого заявления сердце эльфа ёкнуло в груди, и он снова потянулся к человеку за нежным поцелуем в губы.       Минхо знал об эльфийских чарах, знал, что и он тоже ими обладает и вполне мог зачаровать нового хозяина своей силой. И он давал себе отчет, что чувства Джисона к нему могли быть лишь магией его сущности, которую он совсем не мог контролировать, но, даже если бы мог, не захотел, чтобы Хан похолодел к нему. Ему нравился вкус его губ, его мягкая внешность, острый ум и гуманность, которой так не хватало многим людям.       – Тебе нужны мои горькие слезы, чтобы снять чары, – Хан удивленно заморгал, когда отстранившись, Минхо внезапно сказал о том, о чем он думал последние несколько минут.       – Откуда ты…?       – Я просто знаю. Не спрашивай, откуда, – Минхо прижался к человеку сильнее, теперь уже гладя ученого по густым волосам на макушке. – Я могу заплакать горькими слезами, мне просто нужно сказать что-то болезненное, понял? – Джисон отрицательно повертел головой.       – Плачь только сладкими, – и снова поцеловал эльфа, хватая его за щеки и углубляя чувственный поцелуй.       Эльф промычал в губы, отвечая тем же. Но он был удивлен. Зная о том, как снять чары, Джисон отказался причинять ему небольшую моральную боль. Он предпочел остаться влюбленным в существо и дальше.       – Но тогда ты.… Не снимешь чары, – снова голосом разума прозвучали слова Минхо.       – Ну и пусть, – мило хохотнул Джисон, смотря во внимательные глаза своего эльфа. – Просто останься со мной…                         🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️       За окном шел летний ливень, который так и без остановки барабанил по крыше и листьям деревьев, убаюкивая ранним утром еще сильнее. Выходной и дождливый день ощущался отличным поводом для того, чтобы провести всё время в теплой кровати, что теперь уже не была одинока.       Теплое тело человека, что размеренно дышало, лежа на спине и видя красочные сны, грело кровать. Эльф повернулся на бок, к нему лицом и улыбнулся, вспоминая вчера. Весь вечер они друг от друга не отлипали. Долгие поцелуи сменялись интимными разговорами о личных переживаниях, а те в свою очередь перетекали в совместный, схожий на свидание, ужин до самой ночи. И эта самая ночь была теплой и совсем уже не одинокой – они уснули в постели Хана, нежно обнимаясь. Но Минхо хотел большего.       Минхо аккуратно сел на кровати, не желая будить Джисона раньше времени, и наклонился к его торсу, легко оставляя нежные поцелуи мягкими губами. Он целовал его слегка открытую от пижамы кожу губами, идя книзу, пока не столкнулся с его утренним возбуждением носом.       Минхо всегда немного сочувствовал людям в этом плане, потому что у эльфов не бывало утренних стояков, просто потому, что ты молодой и здоровый. И, по всей видимости, обычно спящий один Джисон совсем забыл, что его поутру будет лицезреть любопытный эльф. А еще немножко коварный и хитрый эльф.       Существо дошло поцелуями до резинки его пижамных шорт и аккуратно приспустило одежду с пояса. Ловкие, длинные пальцы провернули тот же манёвр с трусами мужчины и выудили возбужденный член наружу. Человек слегка помычал от какого-то своего сновидения, но продолжил сладко спать, разбросав на подушке пряди своих темных спутанных волос.       Минхо на это смущенно заулыбался и почти сразу опустился к паху лицом, поддевая языком головку и помогая себе ладонью, но так, чтобы прикосновение не было столь очевидным по началу. Ему хотелось. Почему-то очень хотелось сделать хозяину приятно, стать с ним еще ближе, одним целым и он не знал, как отреагирует человек, когда проснется от его рта, но надеялся, что не будет злиться.       Удачно взяв головку в рот, эльф стал легко ее посасывать, держа между небом и мокрым языком. Когда же головка сильнее набухла и намокла от слюны и предсемени мужчины, он взял орган посильнее, начав скользить по длине губами и пальцами. Джисон замычал и заморщился в лице, очевидно чувствуя ласку, но ничего не понимая.       Но не прошло и нескольких минут, как он обескураженно распахнул глаза, видя, что происходит и чем был занят Минхо. Он жутко растерялся, краснея в лице и даже на кончиках ушей.       – М-Минхо? – его глаза столкнулись с блестяще-серыми глазами эльфа, и последний выпустил на мгновение член изо рта.       – Доброе утро, – он натянул на лицо хитренькую улыбочку. – Нравится? Мне продолжить? – Джисон сглотнул, видя, как красиво припухли и блестели от слюны чужие губы.       – Боже… – протянул человек вместо ответа, пытаясь принять ситуацию и, наконец, дать какой-либо ответ. – П-продолжай.… Если хочешь, – Хан потянулся к личику эльфа и заботливо убрал его длинные чёрные волосы за ухо, мягко погладив того напоследок.       – Хочу, – стал успокаивать его Минхо, ведь это была чистая правда. Джисон никогда его ни к чему не принуждал, и в данный момент его член побывал во рту эльфа только потому, что тот этого захотел сам.       – Не ожидал и не просил… – тот закивал, понимая эмоции человека, но Хан больше ничего не говорил, а лишь сделался более сосредоточенным на процессе, несмотря на то, что все еще был весьма сонным.       Минхо расценил это как разрешение, поэтому снова вернулся к чужому возбуждению. Он опять взял головку члена в рот, слегка грея ее в теплом рту, а затем, обхватив пальцами основание, стал неглубоко проталкивать орган в рот. Он мог даже не поднимать глаз на мужчину, чтобы понять, что тому нравится. Это было очевидно, потому что за годы работы в публичном доме Минхо уже добился хорошего мастерства, если это, конечно, был тот навык, которым стоило бы гордиться.       Но эльф им не стыдился, это людям должно было быть стыдно за то, что они заставляли малолетнего эльфа оказывать людям секс услуги и видеть члены чаще, чем утреннее солнце. Но с другой стороны, сейчас, когда Минхо хотелось сделать Джисону приятно, он чувствовал себя уверенно и знал, что человек будет доволен. Хотя бы из-за этого на душе не было так уж мерзко из-за собственного прошлого.       – Я сам захотел, – он вновь оторвался на мгновение и бросил взгляд на Хана с милыми румяными щечками – он всё еще был обескуражен всем происходящим. – Увидел и.… Решил помочь, сделать приятно.       Человек слегка смущенно улыбнулся на мягкий голос эльфа и знакомо потянулся рукой к его волосам, чтобы нежно погладить существо по голове.       – Мне казалось, тебе вся эта тема поперек горла стоит, – тихо высказался Джисон и Минхо неопределенно кивнул на это.       – Секс – это приятно.… Когда он обоюдный, – ученый не мог не согласиться, из-за чего эльф мило улыбнулся ему и вернулся к своему делу.       Эльф в очередной раз опустился к члену мужчины ртом, опоясывая основание пухлыми губами и скользя языком по основанию, его длине. Руки Минхо положил ему на бедра, слегка приятно сжимая их между пальцев. Член мужчины не был большим для существа. Во-первых, для него в принципе любой орган у человека был не очень большим, так как у эльфов с этим несколько иначе обстоят дела, а, во-вторых, у Джисона и для человека был обычный, средний размер. Но сей факт даже радовал эльфа, так как с этим управляться и приятнее и проще. Минхо никогда не представлял секс с эльфом, ведь они такие… Крупные.       Хан тихо вздыхал на ласку, то наблюдая за умелым существом у себя между ног, то наоборот, закрывая глаза и концентрируясь сугубо на ощущениях. Было очень приятно впервые за весьма продолжительное время почувствовать чью-то ласку. Так это еще и была ласка от эльфа столь бесподобного внешнего вида, что еще и проявил инициативу. Джисона, кажется, вообще ни разу не будили минетом.       – Черт, ты так хорош… – тихо протянул человек, гладя эльфа по голове и отчётливо ощущая, как его набухшая головка периодически скользила в его узкое горло. – Ох, да…       Минхо поднял на мужчину глаза, улыбаясь одним лишь взглядом. Джисон почти тут же нашел его взгляд и подхватил, начав пялиться в ответ. Эльф опустился до конца, толкнув орган в глотку и коснувшись носом лобка, замер в таком положении. Хан хрипло застонал и обхватил голову существа обеими руками, на удивление второго для того, чтобы отстранить от себя.       – В чем дело? Не нравится? – забеспокоился Минхо, начав ласково гладить мужчине бедра.       – Нравится…. Очень. Но я… – Хан осекся, думая над тем, как сказать о своем желании продолжить иным образом их утро. Но эльф сразу понял в чем дело, видя метания и твердый стояк ученого перед собой.       – Хотите секса? – человек облегченно вздохнул и привстал, кивнув.       – А ты хочешь? Какую позицию…?       – Хочу, – тут же ответил эльф, приподнимаясь, чтобы стянуть с себя пижамные штаны, что, кстати, были хозяина, и трусы.       Джисон даже растерялся, увидев член эльфа вновь, но в стоячем положении. Он даже нервно сглотнул вязкую слюну, замерев, словно перед врагом. Минхо хохотнул, поняв все без слов.       – Снизу, – ответил наконец Минхо, расслабляясь.       Эльф и сам понимал, что он крупный, мягко говоря, и такое принять Джисону без тщательной подготовки будет тяжело, а может даже и болезненно, поэтому позиция сама собой определилась, стоило только ему заметить растерянный взгляд человека. Может именно поэтому Минхо почти никогда не был с людьми в активной позиции, потому что такое – не для всех, и не для новичков. К тому же, к принимающей позиции эльф уже так привык, что менять что-то даже и не хотелось. Всем было бы так комфортнее.       Джисон заметно расслабился.       – Страшно, да? – хохотнул парень, до конца раздеваясь и кидая одежду на пол. Хан смущенно засмеялся в ответ.       – Впечатляет, ничего сказать не могу. В стоячем положении особенно, – Минхо понимающе закивал, помогая немного заторможенному ученому раздеться. – Но сейчас я не уверен, что смог бы принять такой…       – Ничего, все в порядке, – Хана наконец-то также раздели и глаза эльфа достаточно жадно стали рассматривать человека, наслаждаясь хорошим, крепким телом мужчины.       Джисон редко носил облегающие вещи, но эльф и без того знал, что там было на что взглянуть. Широкие сильные плечи, крепкие руки, мягкая грудь и твердый пресс. Ученый как-то признался, что спорт – это его личный способ борьбы со стрессом. Видимо, в жизни человека было очень много стресса.       Несмотря на мощь торса, бедра мужчины не были так развиты – просто подтянуты и красивы, может даже изящны, что создавало интересный контраст плеч и бедер. Было приятно рассматривать эту разницу, разбирая ее на детали.       – Со мной это даже проще, – Хан оседлал эльфа, смотря ему в блестящие глаза с длинными черными ресницами.       – И почему же? – человек стал нежно целовать ему шею, прямо в едва виднеющийся шрам, где раньше прятался сдерживающий силы имплант под кожей. Минхо с наслаждением прикрыл глаза, так как ответную, действительно приятную ласку получал от людей он редко.       – Неужели ученый вроде тебя не знает? – хохотнул он, оглаживая сильную грудь мужчины ладонями. И все же, человек все равно был меньше эльфа из-за внушительной разницы в росте.       – Не-а, – Джисон аккуратно заскользил кончиком языка по его ушной раковине, что так часто привлекала к себе все внимание ученого. Такое длинное, изящное и острое на конце ушко.       – Эльфы очень гибкие, – тот промычал на ухо, соглашаясь. – А еще их кожа очень эластичная, что значительно облегчает растяжку.       – Ты этому как-то способствуешь или это просто факт?       – Просто факт. Есть смазка?       Хан отстранился от уже покрасневшего длинного уха, которое так интересно было изучать языком. Он встал с эльфа и попытался вспомнить, куда последний раз клал смазку. Он ей толком-то и не пользовался обычно. Пока человек шастал по спальне в поисках, а затем и вовсе ушел в ванную, Минхо встал на четвереньки и опустился на локти, прогибая спину.       Эльф и сам удивлялся ранее невиданному ему ощущению предвкушения и томительно ожидания человека. Обычно он не истерил, конечно, но со скрипом принимал факт очередного соития с человеком. Но оказывается, как легко одна и та же ситуация с разными людьми меняется.       Джисон, обнаружив парня в такой позе, мягко улыбнулся, так как он в отличие от эльфа наоборот очень отвык от близости с кем-то, и для него это тоже стало новым откровением. Сегодняшнее утро вообще ощущалось, как одно большое откровение, что открыло им обоим новые стороны их отношений.       – Не передумал? – Хан сел позади существа и огладил ему ягодицы, чувствуя бархат под пальцами.       Кожа была такой мягкой, светлой, в меру упругой, что хотелось трогать ее бесконечно. Джисон ещё больше осудил тех, кто имел глупость такую кожу покрыть синяками и ушибами в прошлом. Ублюдки.       – Нет, наоборот. Давай скорее, – попросил он, немного виляя бедрами.       – Сейчас-сейчас…       Мужчина быстро открыл смазку и выдавил немного себе на пальцы, растирая между ними. А затем он аккуратно прикоснулся ими к анусу эльфа, смазывая его, перед тем, как начать проникать в него первым пальцем. Но первый палец вошел слишком легко, а от Минхо даже не последовало никакой реакции, что, несмотря на предупреждения, так удивило ученого.       – Ты что, уже заснул? – смущенно хохотнул Джисон, нежно двигая пальцем внутри. Было даже не то, чтобы очень туго внутри.       – Нет, просто наши мышцы достаточно легко растягиваются, как я уже и говорил.       – Тебе ведь не больно?       – Нет-нет, все хорошо. Лучше всунь еще палец и затем еще один, чтобы я лучше почувствовал тебя.       – Понял… – он еще внимательней стал следить за эльфом рядом и его ощущениями.       Джисон аккуратно просунул еще один смазанный палец, услышав лишь тихий вздох от Минхо. Приняв это за одобрение, он стал мягко скользить ими внутри, растягивая нежные стенки, но не прошло и нескольких минут, как история повторилась – существо молчало, словно ничего уже не чувствовало, а мышцы расслабились еще сильнее, отчего узость не была уже такой отчетливой.       Эта способность эльфов действительно восхитила ученого. Они очень быстро подстраивались под ситуацию, и их кожа легко растягивалась. Мужчина про себя предположил, что эльфам это нужно для соития с другими мужчинами-эльфами, так как их хозяйство весьма крупное обычно, да и гомосексуальные союзы встречаются среди эльфов не так уж и редко. В общем, Хан посчитал, что это какая-то эволюционная фишка эльфов. А для чего она была задумана природой изначально, уже сказать было сложно.       И даже после третьего пальца картина не стала особо меняться – Минхо легко и спокойно их принял и подстроился. Что ж, зная прошлое своего эльфа, ему даже стало грустно, что такой занятной способностью пользовались так, как пользовались. Эта особенность буквально позволяла никак не готовить эльфа к клиентам, потому что член, вероятно, вошел бы и так.       – Ты, небось, уже заскучал, да? – снова хохотнул Джисон, оглаживая бедро и аккуратно вытаскивая свои пальцы из зада эльфа. Внутри, кстати, он мало чем отличался от человеческого, как успел понять ученый.       – Нет, вовсе нет. Я просто задумался… Меня обычно особо не готовили к сексу, так что для меня эта ласка в новинку, – что и требовалось доказать, – подумал про себя Хан и вздохнул. – Но мне понравилось. Это так нежно, что ли? Ты так стараешься для меня, мне приятно, – Минхо мягко улыбнулся человеку, оборачиваясь на него.       – Ну конечно… Разве я могу поступить иначе? – эльф кивнул.       – Войди уже в меня, я точно готов. Хочу.       Джисон спорить не стал. Достал упаковку презерватива и аккуратно открыл ее, спокойно сидя на кровати около эльфа, что тоже был спокоен, как удав. Вряд ли бы Хан поверил, что это существо будет так спокойно сидеть перед ним, после всего пережитого раннее. После их знакомства и притирок. Ведь Минхо какое-то время с ним даже не говорил.       Натянув защиту и смазав себя, Джисон пристроился к заднице эльфа и слегка прилег ему на поясницу, давя своим телом, чтобы максимально близко к нему прижаться своим членом и бедрами. Минхо выдохнул и ученый даже заметил, как он прижал уши к голове, этим напоминая кота, которому нравится ласка хозяина. Головка члена легко проскользнула в растянутый проход и тут же толкнулась дальше, пока не уперлась.       – Ах… Да, вот так, – тихо простонал Минхо, и Хан наконец-то заулыбался, потому что это был первый полноценный стон за продолжительное время их взаимных прикосновений. А стоны у эльфа были сладкими и высокими, такими чарующими, что человек, кажется, влюбился в него еще сильнее.       – Двигайся уже, я привык, – почти следом попросил эльф, на что незамедлительно ответили первым глубоким толчком. – М-м-м….       – Моей длины достаточно? – переживал Хан, так как на его пальцы парень совсем не реагировал, а достоинство у него не было сильно больше рук.       – Думаю, ты и сам знаешь, что толщина важнее, – он оторвался на тихий стон, почувствовав, как Джисон приобнял одной рукой его за талию, а другой держал за бедро, направляя зад к своему члену. – У тебя и того и другого достаточно, – успокоил эльф.       Тут у любого человека возникнут комплексы, посмотри он на эрегированный член эльфа.       – В тебе так странно, но очень хорошо… – хрипло сообщил мужчина ему на острое ушко, периодически покусывая то кончик, то мочку этого самого уха.       – «Рельеф» другой, да? – сразу понял, о чем он, так как подобное слышал не впервые. Хан утвердительно промычал, водя губами по его шее и толкаясь бедрами навстречу его ягодицам.       – Да… В тебе как-то не так туго, как оно обычно бывает.       – Ну и хорошо, да….       Джисон внезапно отстранился от эльфа и вынул свой член, чем заслужил удивленный взгляд парня.       – Перевернись на спину, – Минхо послушно лег, подложив под поясницу подушку и раздвигая бедра в стороны, чтобы человек снова мог расположиться между ними. – Хочу видеть твое лицо.       – Романтично, – улыбнулся тот, убирая некоторые пряди влажных от пота волос со лба мужчины. Последний пожал плечами и закрепил романтичный лад нежным поцелуем в пухлые губы.       Джисон снова прильнул к нему, толкаясь внутрь и подхватывая достаточно крупные, мягкие бедра эльфа под коленями, притягивая их ближе к своим. Минхо замычал тому в губы, немного и самому двигаясь, чтобы толчки выходили более глубокими, а трение более приятным. Губы беспрерывно сминали друг друга, разнося по тусклой от пасмурной погоды спальне влажные чмоки и сбитое дыхание.       Затем, не давая человеку даже вздохнуть полной грудью, Минхо выпутался из его хватки и обвил талию мужчины своими ногами, крепко, почти намертво притягивая к себе и не переставая ответно двигаться на его член. Он подобное провернул и с торсом Хана, обнимая его, пока губы продолжали мучить чужие.       – Минхо… Дай вздохнуть, – сдавленно, шумно попросил Джисон отстраняясь и даже в доминирующей позиции чувствуя себя слабее, чем эльф, что даже не стараясь, удерживал его в одном положении – вплотную рядом с собой. Интересно, какого это быть под эльфом? Вероятно, это значило бы столкнуться с еще более сильным давлением ног на своих бедрах. Эльфы были очень чувствительными. И страстными.       – Задавил тебя? – также сбито и хрипло хохотнул Минхо, сам задыхаясь после таких поцелуев.       – Ох, да… – Джисон упал парню куда-то между изящной ключицей и острым плечом, облизывая языком тонкую кожу. – Ты меня уже затрахал, хотя должно быть наоборот.       – Я выносливый, – прошептал он, прикрыв глаза от сладкого ощущения губ мужчины на ухе опять. Кажется, у кого-то был на них фетиш.       – Я знаю, вы все такие, – вздохнул Хан, сильнее прихватив эльфа за плечи, чтобы еще проще можно было вдалбливаться в него, при том условии, что темп они уже давно весьма быстрый держали. – Ах, черт, я уже устал…       – М-м-м… Думаешь, я нет? Я тоже… – Джисон чмокнул его в приоткрытые губы и хохотнул.       – Врешь, – Минхо хитро, но довольно улыбнулся.       – Ну, разве что совсем немного…       – Хитрый… – буркнул мужчина и все-таки вырвался из крепкой хватки эльфа, взяв его так, как хотел он. Поскольку те были гибкими, Хан без труда закинул одну ногу себе на плечо, а другую отвел еще сильнее в сторону, продолжая трахать. – Ох…       – Ах, так еще лучше!       – Как скоро от таких фрикций ты кончишь? – Минхо довольно заулыбался, поняв, почему мужчина задал такой вопрос. Сам скоро закончит. Еще бы, даже у него ноги устали, а с поясницей Джисона и вовсе, наверное, можно было бы попрощаться.       – Потерпи пару минут…. Я почти… – ласкающе слух заскулил эльф.       – Черт, какой же ты выносливый, – фыркнул, устав, но движения не прекратил, наоборот усилил, стараясь каждый раз попадать ровно в простату эльфа, что, кстати, очень походила на ту, что была у людей. – Как в тебе хорошо….       – Джисон… Ты такой красивый, – мягко протянул Минхо, оглаживая пухлую щеку мужчины. – И мне с тобой так хорошо…       Ученый взглянул в глаза возлюбленного и потонул в них, сам и не заметив, как окончательно выдохся и кончил, изливаясь в презерватив внутри существа.       – Минхо… – Джисон нежно обнял эльфа за шею и прильнул к его уху губами, целуя и шепча всякие ласковые нелепости. – Мне тоже…       К удивлению человека, Минхо кончил почти сразу после него, пачкая им животы подобной человеку белой вязкой жидкостью. Вероятно, они все-таки не так сильно отличались в этом аспекте, как казалось ученому.       – Ах…       – Как ты…? – не понял человек.       – У нас есть одна странная способность, что оказывается очень удобной – контролировать свой оргазм, – Джисон хмыкнул с небольшим смешком, слыша об этом действительно впервые: этот факт даже восхитил.       – И вправду удобно, – он чмокнул эльфа в губы и аккуратно выскользнул из него, чтобы снять презерватив и лечь с ним рядом на постель. Минхо довольно вздохнул и лег на бок, наблюдая за человеком. – Еще поспим? Погода сегодня не на работу настраивает, вот честно.       Эльф прилег на грудь ученого и прикрыл глаза, слыша биение чужого влюбленного сердца. Он также слышал, как стучит дождь по крыше, убаюкивая этим шумом его все сильнее. Сжав руку Хана в своей, Минхо мягко, с любовью улыбнулся, прижимаясь к уже заснувшему человеку сильнее и понимая, что им хорошо вместе. Самому Минхо спустя столько лет было хорошо после близости с человеком, и его сердце трепетало от приятных ощущений, подаренных новым хозяином.       Кажется, все наконец-то стало налаживаться.                         🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️       Прошла неделя, и «Аметист» снова встал на ноги, почти полностью восстановившись от своего серьезного недуга. Древний эльф ожидаемо расцвел и наполнился энергией и рвением к жизни, как и прежде. Среди эльфов почти не было тех, кто не хотел жить, потому что они, несмотря на свое долголетие, ценили каждый год, прожитый на этой земле.       Конечно же, когда Айэну стало лучше, его потянуло на родину, на которой он не был уже несколько лет, пока искал сородичей среди людей. И ученые в исследовательском центре не пытались противостоять существу. Во-первых, понимали, что это было бы крайне жестоко с их стороны, не позволять эльфу вернуться домой после полгода тягостной жизни, когда «Аметист» был привязан к больничной койке. Во-вторых, если эльф этого не хотел, а он, по крайней мере, еще не горел желанием, они не смогут заставить его работать сообща во благо человечества.       Опять же из-за людей и для людей. Эти люди были везде, и они были настырными, как паразиты, не давая спокойной жизни эльфам. То, что Айэн не возненавидел людей после того, что ему пришлось пережить, уже звучало как высшая степень благодарности.       Но, помимо того, что Айэн хотел покинуть людей, он также настаивал, чтобы и младшенький Минхо вернулся домой, а вернее даже, посетил дом, ведь он никогда там не был. И Минхо метался: он хотел увидеть маму, потому что надежда, что она жива, все еще сидела в его сердце, он также хотел узнать больше о самом себе, как об уникальном виде и о своем родном мире, но... В мире людей с недавних пор ему неплохо. Как минимум был один человек, что горячо его любил... По крайней мере, так казалось эльфу. А эльфы отнюдь недалеки от чувств – они прекрасно их чувствовали и были очень эмпатичными от природы, хоть и не все, разумеется.       Джисон, в свою очередь, тоже метался. В его душе сидел и эгоизм, и эмпатия. Он хотел, чтобы Минхо остался с ним, но поступая так, он совсем не будет отличаться от прошлых хозяев Минхо. Будет таким же жестоким и равнодушным Человеком. Он не хотел такого. Не хотел быть еще одним конченным и жалким человеком. Не хотел, чтобы его эльф скорбел по возможности, которую забрал у него хозяин. И само это слово «хозяин» резало уши. Джисон его ненавидел. Он не рабовладелец, он исследователь и немного волонтер. Не больше.       Потому Хан и отпустил своего возлюбленного, даруя ему полную свободу действий и выбора. Он собрал ему немного вещей и заправил волосы за уши, целуя на прощание в губы, понимая, что следующей встречи может и не быть. Впервые в жизни Джисону было тошно отпускать кого-то, кто молил о свободе. Глупые чары заставили его пустить слезу и крепко обнять эльфа на прощание, понимая, что без него он умрет.       Минхо не знал этого, но Хан знал. Знал, что если через несколько лет эльф не вернется, то человек просто умрет от того, что так и не смог увидеть своего возлюбленного. Чары эльфов были жестокими: это была самая настоящая любовная болезнь. Возможно, Хан свихнулся, позволяя этому случиться. Он действительно сошел с ума и даже ни о чем не жалел. Зато Минхо было хорошо.       Дорога до «Сказочного леса» была недолгой. Айэн рассказал, что порталов в эльфийский мир было море. Они были почти в каждой стране мира, потому что в свое время эльфам нужна была удобная транспортировка по миру, чтобы торговать с людьми, и вообще вести оборонительную, внешнюю политику. Иногда, конечно, люди тоже забредали в эти миры. Но случалось это редко и очень часто заблудшие просто умирали, так и не вернувшись домой, так как время в «Сказочном лесу» шло иначе. Уйдя на месяц в мир эльфов, люди могли вернуться уже седыми и дряхлыми. И это время влияло так лишь на людей, для эльфов же оно протекало стандартно.       Прыгнув в один из порталов, что был в густом лесу где-то за Сеулом, эльфы, наконец, оказались дома. Минхо восторженно открыл рот, рассматривая яркое окружение и понимая, что по сравнению с ним, человеческий мир состоял из оттенков серого. Айэн, не медля, взял товарища за руку и потащил его в сторону королевства и клана Агвид, попутно обучая неопытного юношу искусствам скоростного перемещения и скалолазания, так как автомобилей у эльфов не было, и были они, в общем-то, ни к чему.       Передвигаясь вдоль цветущих полей и по верхушкам раскидистых деревьев, эльфы таки достигли пункта назначения, отчего Айэн невольно заулыбался, видя наивный взгляд Минхо. Тот, почти не моргая, рассматривал округу, видя и эльфов, коих он так редко за жизнь на земле встречал, и их жизнь – огромные, ветвистые дубы, облагороженные для проживания; самые настоящие домики на дереве, о которых так часто мечтали человеческие детки. Эти эльфы жили на деревьях, как вольные птицы, да и территория «Сказочного леса» по большому счету состояла из непроглядных густых лесов, что, вероятно, являлось достаточно мрачным фактом для людей, но не для эльфов, которые все равно господствовали на этой земле.       – Скорее, Минхо, давай за мной, – махнул рукой ему Айэн и, схватившись за какую-то не примечательную лиану, резко поднялся вверх на несколько метров, словно на лифте.       Минхо растерянно и неуверенно повторил за ним, но почему-то он, очевидно, перелетел нужный «этаж». Древний эльф мягко рассмеялся своим сладким голосом и резко, достаточно профессионально поднялся к нему, перескакивая с ветки на ветку.       Да, Минхо был будто комнатным цветком, который совсем не был приспособлен выживать в дикой природе, – понимал Айэн, помогая эльфу спуститься обратно вниз, пока тот возбужденно трясся. Айэн не осуждал того, уже прекрасно зная всю историю молодого эльфа – он не мог вырасти другим, живя лишь в человеческом мире. Но в Минхо всё-таки была невероятная сила, о которой он, вероятно, ничего не знал и цель эльфа, как старшего, показать ему, на что он способен.       – Айэн! Сколько лет, сколько зим, милый! – внезапно прозвучал высокий и прекрасный голос какой-то девушки.       К эльфам подбежала статная особа. Эта девушка была высокой, примерно 180 сантиметров, волосы ее были светлыми, словно рожь в поле, они сияли на солнце, а ее белые одеяния струились на стройной фигуре от ветра. Все запястья и пальцы рук девушки были в золотых украшениях, что так красиво сверкали при дневном свете. И глаза ее были – Минхо сразу заметил – насыщенно фиолетовыми.       Девушка прыгнула древнему эльфу в объятия, а тот ее ловко и легко подхватил за талию, начиная кружить вокруг себя. Раздался их радостных хохот, что Минхо даже расплылся в улыбке от какой-то семейной идиллии этих двоих.       – Знакомься, это – Минхо, я забрал его из мира людей, – девушка улыбнулась и протянула Минхо руку, когда ее снова аккуратно опустили на землю.       – Далия. Я младшая сестра этого мужчины, – она кивнула в сторону Айэна. – Он давно не появлялся тут, я уже подумала, что он захотел остаться среди людей.       – Ага, конечно, я чуть не умер, – хмыкнул эльф, следуя за сестрой и подзывая жестом Минхо идти за ними. Они медленно подходили к какому-то помещению. Судя по всему, оно принадлежало их семье.       – Неужели? – Далия удивленно уставилась на него, не веря в то, что ее невероятно выносливый братец мог быть на волоске от смерти.       – Меня спас Минхо…. И его человек, – эльфийка нахмурилась, услышав про человека.       Эльфы относились к людям с некоторым пренебрежением. И во всем была вина, конечно же, самих людей, так как эти существа никогда не нападали на людей первыми, а те бесконечно норовили влезть в их устои и подмять всё под себя – такого исхода, естественно, никто не желал, потому эльфам приходилось защищаться. И если людей в мире становилось все больше, то эльфы медленно вымирали. Потому многие, пусть и не открыто, но считали людей виновниками всего того, что приходилось переживать сейчас эльфам – падения королевства.       Если люди и не убивали эльфов, то они все равно лишали существ возможности продолжать свой род. Мало того, что однополые союзы в принципе всегда существовали в любом обществе, в том числе и в «Сказочном лесу», так еще эльфы повадились строить семьи с людьми после одного случая. А человек, как и эльф, не мог забеременеть от иного вида. Они просто не могли иметь потомства от природы, поэтому такие союзы были не в почете.       – Что ж, хотя бы один хороший поступок он, вероятно, сделал в своей жизни, – хмыкнула Далия, не особо желая восхвалять человека, хотя она конечно и была ему благодарна, но хороших людей.… Почти не существовало.       – Джисон выкупил Минхо из цирка и даровал ему свободу, – Айэн вновь попытался убедить сестру, что не все люди плохие.       Да, одни его чуть не убили, но, а другие ведь спасли. И мир в принципе не делился на чёрное и белое. За прожитые годы древний эльф уже не раз убеждался в этом.       – Это правда, – подтвердил Минхо, хотя до Хана тоже считал всех людей не чистыми на душу тварями. – Я здесь только потому, что он захотел, чтобы я вернулся на родину, – эльф не захотел говорить о том, что он любит Джисона, потому что боялся столкнуться с осуждением.       – Ладно-ладно, возможно всё-таки не все люди плохие, – согласилась с ними эльфийка и пригласила их за круглый деревянный стол по центру комнаты, в которую они зашли.       – Ох, храни Аса Фригг, как я скучал по нашей кухне, – проворковал Айэн, присаживаясь за стол и похлопав младшего по плечу. – Хочешь один фирменный отвар из трав «Сказочного леса»? Далия умеет идеально их заваривать, чтобы они достигли нужной кондиции…       Минхо расплылся в мягкой улыбке, слушая древнего эльфа, что совсем недавно почти умирал у него на глазах, а теперь со всем воодушевлением рассказывал ему про таланты своей сестренки. Из приоткрытых окон доносилось пение сказочных птиц и стрекотания каких-то насекомых, а на их кухне раздавался легкий смех вперемешку с разгорячёнными разговорами на эльфийском.       Минхо, наконец, дома.                         🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️       Жизнь в «Сказочном лесу» шла до боли размеренно. Всей это человеческой суматохи совершенно не существовало, время текло тут по ощущениям в разы медленней, чем в мире людей, и Минхо не мог поначалу к этому привыкнуть. Даже работающие эльфы не выглядели здесь замученно, а многие и вовсе пользовались магией, чтобы как можно быстрее выполнить задачи и как можно больше расслабленно отдыхать где-нибудь в цветочном поле или гамаке, сделанном собственноручно из лиан и листьев с ветками.       Дни были почти всегда ясными, а ночи – непроглядными. Разве что светлячки постоянно кружили перед лицом. И Минхо не мог не очаровываться ими, поэтому очень часто по ночам он не спал, а уходил из дома и, бегая по пустым полям, ловил светлячков руками, чувствуя себя самым настоящим мальчишкой, коим вообще-то и являлся по эльфийским меркам.       Если не считать годы, то его возраст можно было свести к человеческим 18-19 годам. Потому все зрелые эльфы считали его звонким юношей, о котором стоило заботиться, как о младшем. Даже моложавая Далия, что выглядела не больше 22-х лет, на самом деле являлась 300-летним эльфом.       – Ты чего не спишь? – мягко и тихо спросила Далия, подходя к мягкой, зеленой и прохладной траве, на которой лежал Минхо.       Хоть эльфы и не нуждались во сне так, как люди, им все еще нужно было периодически спать в покоях.       – Думаю…       Она хохотнула. Эльф уже давно понял, что симпатизирует этой особе, но никак не мог ответить ей взаимностью, потому что сердце безостановочно ныло из-за Джисона.       Влюбившись в человека, Минхо уже знал, что облажался. Потому что эльфы – однолюбы. И если они влюбились однажды, то это было навсегда. Именно поэтому эльфы и вымирали, а также среди них не существовало измен. Даже когда их партнер трагично погибал, они были вынуждены до конца своих дней слыть одиночками и страдать от потери. Кто-то даже мог умереть от горя утраты, хоть таких было и немного.       – О чем…? Или о ком? – быстро поняла эльфийка и легла рядом с ним на траву, уставившись в звездное небо, пока вокруг них летали светлячки.       – О матери… Я не знаю, жива ли она, но хотел бы узнать, – мечтательно вздохнул Минхо и взглянул на очаровательную девушку под боком. Далия задумалась.       – Знаешь, я могу попросить отца, и он сможет восстановить твою родословную, чтобы ты узнал, жива ли она и где находится, если да, – эльф не смог сдержать улыбки, на что Далия погладила парня по голове, его темным лоснящимся волосам. Он слегка смутился, отвернувшись от нее.       – Спасибо…       – Нет проблем. Наш с Айэном отец достаточно могущественный эльф, а вот мать, кстати, умерла, – Минхо одарил ее соболезнующим взглядом. – Ее убили люди.       – И всё же не все люди — убийцы, – осторожно встрял эльф, на что та тяжело вздохнула.       – Да знаю я… Просто их все-таки мало. Но есть и хорошие, как твой этот Джисон, – согласилась девушка. Она легла на живот, опершись головой на выставленные руки, потому что Минхо расположился так же. – Он какой-то богатый предприниматель?       – Джисон – ученый из исследовательского центра Сеула, – та закивала, на что эльф немного мечтательно продолжил, радуясь, что с кем-то может поделиться историей этого человека. – Он с детства интересовался эльфами, а, окончив школу, стал уже более основательно изучать нашу культуру, он даже знает эльфийский, как оказалось…       – Ух ты, это редкость, – она немного приоткрыла рот, внимательно слушая нового друга.       – Да. Потом какое-то время он работал в университете преподавателем, а однажды его пригласили в качестве исследователя в его центр и с тех пор, вот уже пять лет, он работает ученым.       – Ты много про него знаешь, – удивилась Далия со смешком.       «Конечно, я жил с ним несколько месяцев, а еще мы несколько раз дрались и даже занимались любовью», – хохотнул про себя Минхо и взглянул на эльфийку вновь.       – Джисону 32 года. Он младший ребенок в семье, рос немного асоциальным и весьма странным ребенком, но с возрастом все изменилось, кроме любви к эльфам. Он гей, но один раз чуть не женился по пьяни на случайной девушке из клуба, а так… он достаточно одинокий человек. А еще он хочет двоих детей, когда найдет «того самого» ближе к 40 годам.       Далия заливисто рассмеялась.       – Он изучал тебя или ты его? – она снова ярко захохотала, хлопая парня по плечу.       – Он мне сам всё это рассказывал, а что-то и так было очевидно… – смутился Минхо, понимая, что он ведет себя как самый настоящий влюбленный. Но ведь Джисон, правда, рассказал ему всё это сам! Ну да, Минхо спрашивал, но рассказывал же тот сам!       – Что ж, видимо он действительно то самое исключение из правил, – эльфийка признала, наконец, что люди бывают и хорошими. Иначе, почему Минхо так позитивно о нем отзывается, будучи его почти рабом в прошлом?       – Тогда я помолюсь Наннеза него, – парень снова лег на травку и довольно прикрыл глаза, надеясь на то, что после молитвы Далии в жизни Джисона будет изобилие и счастье.                         🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️       Через несколько дней Минхо наконец-то смог познакомиться с Ингиредом – отцом Айэна и Далии, и он оказался весьма приятным и доброжелательным мужчиной, что принял его почти как собственного сына. У Минхо никогда не было отца, только мать – приемная человеческая женщина, что воспитывала его лет до 20-ти, а потом продала Чон Инсону из-за финансовых трудностей. А теперь вправду казалось, что у него появился настоящий родитель и старшие.       Ингиред привел молодого эльфа к верхушке одного холма, на котором еще несколько сотен лет назад эльфы создали древо жителей всего королевства и клана Агвид в частности. Это напоминало собой какую-нибудь человеческую базу данных, где можно было из входных данных найти своего дальнего родственника, нужна была лишь кровь.       – Дай-ка мне свою ладонь, – попросил низкий, но добрый голос мужчины и Минхо послушно протянул ему руку, которую в тот же миг надрезали небольшим ножом и хлынувшей кровью окропили тотем. – Сильно больно?       – Терпимо, – ответил младший; мужчина удовлетворенно покивал и когда руны на тотеме стали светиться красным, Ингиред закрыл ладонь юноши и позволил Минхо расслабиться.       – Придется немного подождать, но тотем должен дать нам ответ на вопрос, – парень молча кивнул и тут же оглянул прекрасные виды с этого холма, пока его длинные чёрные волосы развивались от ветра.       – Цвет твоих волос говорит мне о том, что твои родители не из нашего клана, – и правда, и Ингиред и его дети были светловолосыми, разве что…       – А почему у Айэна белые волосы?       – Он родился в день лунного затмения – самый настоящий сын Луны, что, конечно, наделило его дополнительной силой и исключительностью, – с любовью и гордостью пояснил мужчина, и Минхо понял, что такой особенный эльф нужен их миру.       – Тогда он точно должен стать новым королем.       – Я тоже на это надеюсь. Скоро пройдет всемирное голосование, после которого изберут новую главу королевства – так решил местный сенат, – Минхо покивал. – Айэн боится такой ответственности, хотя я уверен, что мой сын справится.       – Я тоже так думаю… – поддержал мужчину парень. – А Вы почему не хотите…?       – Нет, на престоле должен быть кто-то молодой, – вспомнив возраст Минхо, он хохотнул и уточнил. – Но не слишком. Чтоб знал хоть немного про жизнь во всех мирах, – юноша утвердительно закивал мужчине, соглашаясь, что он на эту роль явно не пойдет.       Через несколько минут, когда рука Минхо окончательно перестала ныть и даже начала потихоньку стягивать кожу в месте пореза, Ингиред, наконец, вернулся к нему с новостями, присаживаясь на тот же большой камень на холме, на котором сидел юноша.       – К сожалению, у меня нет хороших новостей, – сразу сообщил мужчина, приобняв эльфа в утешающем жесте.       И Минхо просто принялся дальше внимательно слушать его, даже не чувствуя особой горечи от понимания, что матери уже нет. Он, конечно, хотел бы осчастливить себя новостью о жизни своей матушки, но не зная и не видя ее полвека, он уже совсем не понимал, как жить с ней, будь она в порядке. А без нее – он уже привык. Можно было сказать, что в его жизни ничего не поменялось. Он, как и был, так и остался сиротой.       – Твоя мать умерла в 1981 году, – сей факт немного удивил юного эльфа, потому он обернулся на говорящего. Мама умерла через 11 лет после его рождения, в отличие от отца. – Она умерла уже в «Сказочном лесу» от серьезного ранения. Могу предположить, что получила она его от людей. Видимо, она не смогла получить помощь вовремя, и скончалась где-то в лесу.       – Незавидна ее судьба, – тихо прокомментировал Минхо, и Ингиред сильнее приобнял его.       – Согласен. Но тебя, так или иначе, они сберегли, и теперь ты дома, – эльф согласился и вздохнул, уточняя:       – Больше ничего не известно?       – Как я предположил – ты из клана Эйнар. Твой отец умер в год твоего рождения и братьев или сестёр у тебя нет. Это всё, – он взглянул Минхо в глаза и заботливо спросил. – Ты как?       – Да никак, все в порядке, я так и думал. Мысли просто подтвердились, – мужчина немного успокоился, видя, что парню правда нормально. – Надеюсь, я могу остаться в вашем клане жить и дальше? А то в том клане у меня никого нет, вероятно.       – Никаких проблем, Минхо. Пойдем-ка домой, уже темнеет, – он встал и дал юноше руку, чтобы он поднялся.                         🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️       Настали бесконечно тянущиеся и скучные дни голосования. Все эльфы королевства должны были проголосовать за наиболее подходящего кандидата на должность короля, а затем собрать и подсчитать полученные голоса.       Семья Айэна, конечно же, проголосовала за него, в том числе и Минхо, что с недавних пор тоже был частью их достаточно большой семьи. Помимо отца и двоих детей в доме проживало еще пять эльфов: тетя и дядя Айэна, их дочь со своим мужем и их малолетний сын. Так что дома всегда можно было найти с кем поболтать и попрактиковать свой эльфийский. Джисону бы понравилось…       И Минхо постоянно думал об этом человеке. Когда он видел на своем пути интересных существ, он понимал, что Хан был бы в восторге просто наблюдать или слегка касаться их замудренной мордочки пальцами. Когда он слышал вечерние песни, которые иногда заводили местные эльфы, когда видел удивительно длинные уши у своего знакомого на рынке – всегда он думал о том, как был бы счастлив ученый.       Эльф жил в «Сказочном лесу» уже второй месяц, но не мог перестать вспоминать его. Его приятный голос, небольшие ладони, миловидный вид и тепло кожи. Желание вернуться к человеку постоянно посещало его, и эльф уже готовился осуществить желаемое.       – Минхо, о чем так глубоко задумался? – вдруг появилась Далия из ниоткуда, вприпрыжку подходя к нему.       Эльфийка уже минут десять наблюдала за Минхо со двора, ожидая результатов голосования вместе с остальными членами семьи и тем временем незаметно наблюдая. Тот что-то увлеченно читал в их домашней библиотеке, пока вдруг не замер, пялясь в одну точку и точно о чем-то глубоко задумавшись.       – А? О чем задумался…? Ну, знаешь… начал он, и девушка заглянула парню в ясно-голубые глаза, – Я скучаю по своему человеку, – неуверенно признался эльф, не особо понимая, какая реакция будет у собеседницы, так как она не то чтобы уважала людей.       – По ученому…? Как его… – она на мгновение задумалась, но весьма оперативно выудила имя человека из памяти. – Скучаешь по Джисону? – эльфийка снова мягко заглянула в глаза другу, понимая и без слов, что угадала.       А еще она уже успела осознать, что Минхо небезразличен к Джисону, не только как к хорошему человеку, но и как к мужчине, к своему…. Любовнику? Далия не хотела принимать сей факт первое время, но, в конце концов, ей пришлось смириться с тем, что этот эльф интересуется мужчиной, так еще и человеком.       – Скучаю. Как он там без меня? Наверное, ему снова так одиноко… Часто по вечерам он читал мне книги про эльфов вслух, и потом мы обсуждали прочитанное вместе, так как я про эльфов мало чего знал в действительности, – Далия понимающе закивала, мягко, но с некоторой грустью улыбаясь парню.       – Вы прям как Ликс и Джин с легенды – влюбленные разделенные мирами, что закончили войну благодаря своей любви, – хохотнула девушка, поглаживая друга по плечу и рассматривая книжные полки в библиотеке.       – Что за Ликс и Джин? – Минхо первый раз слышал эти имена и эту легенду, несмотря на то, что Джисон очень много успел ему рассказать об истории эльфов, пока они жили вместе.       – Не знаешь такую легенду? Эта легенда, кстати, основа на реально живущих в прошлом человеке и эльфе. Легендой это стало в веке XVII, а история берет свое начало в XVI веке. Айэн, к слову, лично знал эту парочку. Принц «Сказочного леса», Хван Хёнджин, влюбился в человеческого мальчишку-крестьянина – Ли Феликса, начав тем самым новый виток в эльфийской истории. Они вместе положили конец войне между эльфами и людьми, и стали первой парой человека и эльфа записанной в нашей истории, после которой подобные союзы стали все больше и больше появляться.       Минхо внимательно слушал девушку, понимая, что сходство между ними действительно присутствует. Он смущенно улыбнулся, понимая, что возможно благодаря Джисону Далия положила конец «войне» с людьми в своем сознании, имея четкое подтверждение, что люди бывают и хорошими.       – Красивая история, – расплылся в улыбке эльф, та хохотнула и кивнула в ответ.       – Красивая.… Но из-за них династия Хван вымерла. Хёнджина изгнали из мира эльфов из-за союза с человеком, хотя он должен был быть следующим королем «Сказочного леса». А остальных же в семье Хван ждало много несчастий. Да и эльфы стали массово строить пары с людьми и поэтому рождаемость упала… – эльфийка взглянула на немного поникшего Минхо и уже пожалела, что рассказала о них.       – Так Хёнджин умер?       – Да. Пара прожила вместе более сорока лет в человеческом мире, и когда Феликс умер от старости, Хван прожил около десяти лет и отправился за ним, не выдержав горя потери любимого. Это очень грустная, но красивая история любви, – Минхо закивал, и Далия утешающе его обняла, внезапно сказав то, что он от нее никак не ожидал.       – Тебе стоит вернуться в мир людей, если ты так по нему страдаешь, ибо нет никакого смысла в жизни на родине, если ты не вырос тут и привык к людям, – эльфийка как с языка сняла. – Но навещай нас иногда, пожалуйста.       Она мягко улыбнулась, взяв его за руки.       – Серьезно? Я могу? – глаза Минхо засияли, как никогда прежде.       – Ты свободен в своих действиях, вообще-то. Только будь аккуратен и не попади в лапы плохих людей, – Минхо неожиданно крепко обнял девушку, ярко улыбаясь. Он боялся, что семья обидится на него за такое решение, но если Далия «отпустила» его, то он должен быть спокоен. Они поймут.       – Спасибо! Обязательно! – девушка отстранилась и встала, хохотнув, и с напускной обидой сказала:       – Вообще-то, я пришла сказать, что Айэн выиграл голосование…       – Так и знал! – обрадовался Минхо, и Далия запрыгала на месте от радости, и эльф повторил за ней. Они мило взялись за руки, кружа на месте и хохоча.       В тот же день Айэн вступил на престол как новый король «Сказочного леса».                         🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️🧝🏻‍♀️       – Погоди, Чанбин, тут кого-то ко мне принесло… – Джисон поспешил вниз к входной двери, как только услышал звонок в дверь. Он просто общался с Со от скуки, пока его кто-то внезапно не навестил. Он вообще-то никого не ждал.       – Привет… – как только дверь отворилась, Минхо поправил волосы и улыбнулся ему, наконец, видя полюбившееся лицо. Он скучал. Правда.       – Я перезвоню, – быстро проговорил Джисон и бросил трубку, кидаясь эльфу в объятия. – Я скучал… Я так скучал, милый… Я уж думал, ты никогда не вернешься.       Человек крепко сжал того в своих теплых руках, вдыхая приятный запах существа.       – И я, – Минхо мягко улыбнулся и немного отстранился, вглядываясь в глаза ученого. – Ты что-то зарос.       Эльф беззаботно хохотал, оглаживая лицо мужчины и видя, что он немного отрастил щетину, а на его лбу появилась первая заметная морщина. Он испугался.       – Сколько времени прошло с нашей последней встречи? – обеспокоенно спросил эльф, заходя в уже давно знакомый дом, что особо не поменялся с тех пор.       – Около года.… Кажется, не хватило пары дней, чтобы вышел ровно год, – Минхо прикусил губу, вспомнив, что время в «Сказочном лесу» шло иначе, чем в мире людей.       Джисон утешающе приобнял его за талию и поцеловал в губы, наконец, снова чувствуя их сладкий вкус, на что эльф незамедлительно позитивно ответил.       – Я просто много работал последнее время, поэтому мой вид немного замученный… – Минхо хмыкнул и нежно погладил человека по немного отросшим волосам. – У нас с недавних пор в штабе работает ученый-эльф, представляешь?! – засиял Хан, делясь замечательной новостью, что в корне меняла его работу в еще более продуктивное русло.       – Серьёзно? Вау… – глаза эльфа тоже восторженно засияли, ведь это значило, что он может дружить с этим эльфом, если ему будет не хватать сородичей рядом.       – А ты надолго ко мне? – вдруг серьезно спросил человек, внимательно вглядываясь в лицо эльфа.       – Надеюсь, что навсегда, – Джисон расплылся в счастливой улыбке, быстро огладив парню чувствительное острое ухо.       – Замечательно! Теперь я точно самый счастливый, – Минхо хохотнул, понимая, что человек и без того ждал год, вообще не зная, вернется ли когда-нибудь к нему любимый эльф. – А теперь извини меня, я на секунду отвлекусь, чтобы перезвонить другу.       Джисон быстро набрал Со:       – Чанбин, угадай, что случилось….