Забытые Эксперименты.

— Посмотрите прямо, — спокойно голос мужчины в маске завлек внимание героя. Лучи резко прорезали полумрак комнаты, заставляя зрачки сузиться мгновенно, будто инстинктивно защищаясь. Взгляд героя тут же попытался отвернуться, но врач удержал его, мягко, но настойчиво, положив руку на подбородок. Свет слепил, оставляя после себя танцующие круги перед глазами. Было неприятно, словно взгляд впивался в огонь. — В следующий раз предупреждайте, — пробормотал парень, всё ещё моргая, чтобы избавиться от ощущения слепоты. Врач чуть усмехнулся, записывая что-то в своем блокноте. Отложив небольшой блокнот и ручку в верхний карман медицинского халата, рука в одноразовой перчатке с неприятным скрипом вновь зафиксировала подбородок пациента. Вторая рука, держащая фонарик, включила его с резким щелчком, озарив лицо ярким светом. — Сидите спокойно, — коротко бросил врач, его голос был безразличным, как у человека, выполняющего рутинную работу. Яркий свет снова ударил по зрачку, заставляя того болезненно сузиться. Герой ощутил, как неприятное жжение растекается по глазам, словно иголки пронзали сетчатку. — Что там? — выдавил он сквозь зубы, чувствуя себя скорее объектом исследования, чем человеком. — Реакция в пределах нормы, — пробурчал он, делая пометки в планшете, который до этого лежал на кровате. Затем, не поднимая глаз, врач холодно добавил: Когда он только попал сюда, персонал показался странным, но герой быстро привык, вынужденный адаптироваться к новой среде. Все "врачи", чьи действия он наблюдал издалека, обращались с другими "пациентами" так, будто те были не людьми, а экспериментальными животными, лишёнными личности и достоинства. Уже тогда это вызвало в нём смутное подозрение, но он решил наблюдать, а не делать поспешных выводов. — Ваш номер определяет вашу категорию, — произнёс врач с безразличием. — За всё ваше пребывание здесь вы не проявили ни малейшей агрессии или враждебности. Поэтому пока вы принадлежите к классу А. Блеск холодных стекол очков казался пронизывающим, словно сам взгляд врача мог передавать информацию, превращая её в неоспоримую истину. — А теперь позвольте продолжить осмотр, — добавил он с той же фальшивой вежливостью, которая читалась не только в голосе, но и во взгляде. Это выражение Ло замечал и раньше, но всегда старался его игнорировать. Он не хотел делать поспешных выводов, даже если теперь всё казалось очевидным. Долгий осмотр, который не доставлял удовольствия ни врачу, ни пациенту, продолжался. Проверка рефлексов, оценка координации движений, измерение пульса, давления и температуры тела — всё строго по пунктам, отмеченным в планшете. Одни и те же действия, повторяемые с монотонной точностью. Движения врача становились всё более резкими, выдавая его желание поскорее закончить это утомительное дело. Наконец, осмотр подошёл к концу. Врач, не сказав ни слова, молча вышел из помещения, оставив "объекта" в холодной комнате под монотонный шум ламп. Ло, скрипнув железной кроватью, поднялся и медленно обошёл комнату, в который раз изучая её серые стены и пустоту. Теперь у него было хоть и смутное, но всё же представление о том, что нужно делать дальше. Пусть оно ещё казалось зыбким, но это было лучше, чем ничего. Тусклый свет лампы, мерцающей на потолке, подёргивался в такт её тихому гулу. Холодная, стерильная обстановка комнаты угнетала, словно сама атмосфера была пропитана бесчувственностью и равнодушием. Запах дешёвых дезинфицирующих средств въедался в кожу, делая дыхание тяжелее. Ло присел обратно на кровать, но не мог сидеть спокойно. Его ладони скользнули по грубой, чуть ржавой металлической раме кровати, будто пытаясь найти точку опоры. На полу, в одном из углов, он заметил небольшую царапину на плитке — странную деталь, которую раньше не замечал. Было ли это просто следом от перемещения мебели или… оставлено кем-то до него? Его мысли были прерваны звуком — не громким, скорее едва уловимым, как лёгкое потрескивание. Он замер, вслушиваясь. Шум исходил откуда-то из-за стены, напоминающий шаги или, возможно, движение механизма. - "Это место живёт своей жизнью," — подумал он, чувствуя, как холодок пробежал по спине. Парень вновь обвёл взглядом комнату. Слабый свет обрисовывал чёткие линии её минималистичных, почти тюремных очертаний. Теперь, когда он знал, что его статус — всего лишь "Объект A-993", он понимал, что времени на размышления у него немного. Нужно было двигаться, но куда и как? Парнишка подошёл к двери, осторожно коснулся её холодной металлической поверхности. Она была заперта, как всегда. Но на этот раз он заметил небольшую панель рядом, похожую на сканер. Может быть, раньше он не обращал внимания, но теперь каждая деталь казалась ему важной. На поверхности стекла были заметны маленькие царапинки, прикоснувшись к ним и проведя пальцами ощущая неровности, он слегка задержал дыхание. Ло прижал ладонь ко лбу, пытаясь собрать мысли. Неясный план вырисовывался в его голове — слабая надежда, но хотя бы что-то. - "Если я здесь всего лишь объект, то меня не посчитают за угрозу. По крайней мере, пока. Как сказал этот мужчина, у меня безопасный класс." Он отвернулся от двери и начал собирать всю информацию, что мог вспомнить о своих "врачах", о том, что происходило с другими пациентами. Всё это теперь имело значение. Бродя по комнате, терзаемый мыслями, Лололошка напряжённо вслушивался в любые звуки. Каждое едва уловимое потрескивание лампы или отдалённый шум за стенами заставляли его настораживаться. Однако его взгляд вновь и вновь возвращался к камере, установленной в углу комнаты. Она была расположена так, чтобы охватывать весь её периметр, а высота, на которой она находилась, лишала даже малейшей надежды до неё дотянуться. Постоянная ходьба взад-вперёд уже начала утомлять, но это было единственное, что хоть как-то помогало справляться с нарастающей тревогой. Когда боль в ногах стала невыносимой, Ло рухнул на кровать. Матрас, начинённый старыми железными пружинами, неприятно скрипел и впивался в спину, будто напоминая, что комфорт здесь — роскошь. За всё время пребывания в этом месте Лололошка так и не удалось нормально выспаться. Он сжал руки в кулаки, пытаясь не зацикливаться на этом, но одна мысль не давала ему покоя. Ни в его комнате, ни в коридорах, ни в кабинетах, куда его водили на осмотры, не было ни единого окна. Каждое помещение здесь отдавало холодом, лишённым даже намёка на солнечный свет или свежий воздух. - "Будто это место находится под землёй," — мелькнуло у него в голове. И эта догадка тревожила его всё сильнее. Ло огляделся, стараясь найти хоть что-то, что могло бы помочь прояснить, где он находится. Тусклый свет ламп, бесчувственная стерильность стен, почти полное отсутствие личных вещей... Всё вокруг говорило о том, что он — не человек, а объект. А эти камеры... они следят. Каждый его шаг, каждое движение фиксируются и анализируются. - "Что, если это место вовсе не предназначено для выхода? Что, если выхода отсюда вообще нет?" Его сердце заколотилось быстрее, но он заставил себя успокоиться. Паника только сыграет ему на руку — не его, а их. Он закрыл глаза, сделав глубокий вдох. - "Если я не могу выйти через дверь... нужно найти другой способ. Но сначала надо понять, кто следит за мной. И зачем." Теперь камера в углу больше не пугала его. Она стала точкой, откуда он начнёт искать ответы. Внезапная мысль осенила Ло. Он резко встал с кровати, затем опустился на колени и заглянул под неё, чувствуя, как холодный пол неприятно давит на кожу. На первый взгляд там не было ничего необычного — только пыльные металлические перекладины и тень от кровати. Однако, внимательно осматривая каждый угол, его взгляд вдруг уловил слабый отблеск. Он мог бы его не заметить, если бы не наклонился так низко в надежде найти хоть что-то. Между металлической рамой и матрасом был виден уголок чего-то пластикового, напоминающего карту. Ло потянулся, чтобы вытащить её, но она не поддавалась. Тогда он вылез из-под кровати и попытался приподнять матрас. Тяжёлый материал, плотно прилегающий к раме, явно не был рассчитан на то, чтобы его можно было легко сдвинуть. Пальцы с трудом протиснулись между матрасом и металлом, но вдруг резкая боль пронзила один из пальцев. Он резко отдёрнул руку, болезненно поморщившись. На пальце появилась крошечная ранка, а из-под кутикулы проступили капли крови. Ло нервно выругался сквозь зубы, на секунду сунув палец в рот, чтобы унять боль. С глухим скрипом матрас наконец слегка поддался, и то, что было зажато между ним и рамой, выпало на пол с тихим стуком. Ло тут же нагнулся и поднял находку. Это действительно оказалась пластиковая карточка. Забыв о боли в пальце, он быстро опустил матрас обратно, стараясь заглушить шум. Сев на кровать, Ло осторожно протёр карточку о рукав, убирая пыль и мелкие частицы грязи. Она была гладкой, с блестящей поверхностью, словно недавно отполированной, но изрядно потрёпанной временем. На одной из сторон красовалось фото... ну как красовалось. Изображение то ли человека, то ли представителя другой расы было замазано так сильно, что невозможно было разглядеть ни лица, ни даже деталей одежды. Под предполагаемым фото находилась строка, где явно должно было быть имя, но она тоже была размазана, будто кто-то в спешке попытался стереть надпись пальцем или маркером. Чернила потекли, оставив за собой неразборчивые линии, которые казались едва ли не преднамеренной попыткой скрыть личность владельца. Единственное, что сохранилось в относительной целостности, было две надписи: подпись владельца и указание класса доступа. "Класс доступа: 5 зона и ниже," — гласила гравировка в нижнем углу карты. Этот уровень явно принадлежал кому-то, кто мог свободно передвигаться внутри лаборатории. Но больше всего Ло привлекла подпись. Её линии были изящными, почти каллиграфическими, но слегка дрожащими, словно автор подписывался в спешке. И всё же что-то в ней показалось до странного знакомым. "Я где-то уже видел это..." — промелькнуло у него в голове. Воспоминание было неуловимым, словно тень, мелькнувшая в углу зрения. Подпись пробуждала в нём смутное чувство дежавю, но Ло никак не мог вспомнить, где именно он мог её видеть. Его пальцы машинально провели по краям карты. Головоломка становилась всё запутаннее. Кто был владельцем карты? Почему она оказалась под его матрасом? И что мог означать этот класс доступа? Ло сжал карточку крепче, чувствуя, как в его сердце пробуждается смесь надежды и осторожности. Может быть, эта находка — не случайность, а ключ. Ключ к разгадке того, что происходит в этом месте... и, возможно, к свободе. Внезапный глухой стук заставил Ло вздрогнуть, его сердце на мгновение заколотилось быстрее. Он машинально прижал карточку к груди, но, поняв, что никто не входит, быстро спрятал её под подушку. В двери появилось небольшое окно — прямоугольное отверстие, через которое обычно приносили еду. Видимо, сейчас было время ужина... или обеда? Он не знал, сколько времени прошло, а часы, как и всякая информация о времени суток, здесь были недоступны. Ло медленно поднялся с кровати и, как можно увереннее стараясь выглядеть, подошёл к двери. Через проём в него потянулась мужская рука в одноразовой перчатке, держащая поднос с едой. Ло взял поднос, но, поколебавшись, не отошёл сразу. Он замер, раздумывая, что сказать. Мысли путались, но вдруг с его губ сорвался вопрос, который он даже не успел толком обдумать: — Извините, я постоянно слышу странные звуки за стеной, будто работает какой-то механизм. Ну… как постоянно... — он замялся, слова путались в голове. — В общем, что это за звуки? Рука, протягивавшая поднос, на секунду замерла, как будто человек на другом конце действительно прислушался. Ответ последовал спустя несколько секунд. — Твой сосед, — прозвучал холодный, монотонный голос. Ло нахмурился, не сразу понимая, о чём речь. — Сосед? — переспросил он с неподдельным удивлением. — А ты чего думал? Здесь камеры в ряд расположены. Рука потянулась к дверце, готовая закрыть её. На секунду Ло почувствовал, как в груди зарождается желание задать ещё один вопрос, но мужчина прервал его мысли: С этими словами дверца захлопнулась с глухим хлопком, а затем послышался щелчок замка. Всё вернулось к тишине. Ло медленно отступил от двери, держа поднос. Его мысли вертелись вокруг услышанного. Сосед? Значит, за одной из стен действительно кто-то находился. Но кто? И что означали эти странные звуки, которые он слышал? Неужели их издаёт его "сосед" ? Он поставил поднос на кровать и сел рядом, нервно теребя край рукава. Его взгляд вновь упал на подушку, под которой он спрятал карту. Но тут же отвёл взгляд, стараясь отогнать навязчивые мысли. — Слишком много для одного дня, — пробормотал он себе под нос, чувствуя усталость, которая всё сильнее наваливалась. Его взгляд привлёк поднос с едой, стоящий на кровати. Всё выглядело довольно обыденно: картофельное пюре, что-то напоминающее тушёнку, маленькая булочка, видимо, заменяющая хлеб, и бумажный стакан с неизвестным содержимым. Ло взял стакан в руки, осторожно понюхал его содержимое, но уловил лишь странный сладковатый запах. Он немного нахмурился, пытаясь понять, что это за напиток, но ответа не нашёл. Наконец, сделав небольшой глоток, он понял, что вкус такой же непонятный, как и запах. Однако пить можно — по крайней мере, не противно. Поставив стакан обратно, Ло задумался. Даже еда здесь ощущалась какой-то безликой, лишённой чего-то настоящего. Она не радовала, но и не вызывала отвращения — просто выполняла свою функцию, как и всё вокруг. "Функциональность без лишних деталей" — эти слова идеально подходили к месту, где он находился. Он медленно съел пюре, почти не ощущая вкуса, затем принялся за тушёнку. Булочка была немного суховатой, но это тоже не вызвало удивления. Это место словно само по себе хотело лишить всех эмоций, от еды до звуков. Ло откинулся назад, чувствуя, как в его голове перемешиваются усталость, голод и поток мыслей. Карта, сосед, звуки за стеной... Всё это казалось частью пазла, который он пока не мог собрать. Доев остатки еды, Ло лениво поднялся и понёс полупустой поднос к небольшой металлической опоре возле всё той же маленькой дверцы. Он поставил его с глухим стуком и на мгновение задержал взгляд на этой двери, словно пытаясь уловить что-то за её пределами. Но там, как всегда, была лишь пустота и тишина. Вернувшись к кровати, он рухнул на неё с тяжёлым вздохом. Железные пружины снова впились в тело, доставляя неприятный дискомфорт, но Ло уже привык к этому. Взгляд его упёрся в серую стену, и, чувствуя нарастающую усталость, он попытался хоть немного расслабиться. Глаза постепенно начали слипаться, веки налились тяжестью. Казалось, волна накопленной усталости вот-вот поглотит его полностью. Ло подумал, что прошло всего пара минут, как сон начал подкрадываться незаметно, затягивая в тёплую, хотя и беспокойную пустоту. Внезапно свет в комнате погас. Резкий щелчок пронзил тишину, и помещение погрузилось в густую, почти осязаемую тьму. Темнота была настолько плотной, что даже привыкшие к мраку глаза не могли уловить ни единого очертания. Ло не сразу осознал, что произошло. Он на мгновение задержал дыхание, прислушиваясь к окружающему пространству, но не услышал ничего, кроме равномерного биения своего сердца. — Видимо уже время сна. — пробормотал он, пытаясь успокоить себя. Он закрыл глаза, выдохнул и, погружаясь в сон, почувствовал, как напряжение медленно уходит, оставляя его наедине с полным мраком. Он проснулся от ритмичного стука — где-то за стеной работал механизм. Звуки, такие привычные в этом месте, всё равно пробудили в нём тревогу. Ло потёр виски, пытаясь избавиться от тупой боли в голове. Ощущение вялости мешало сосредоточиться. Он бросил взгляд на карточку, спрятанную под подушкой. Единственное, что она принесла вчера, — новые вопросы. Комната оставалась всё такой же безликой. Холодный свет ламп резал глаза, а белые стены отражали каждый шорох, усиливая тишину, которая давила на разум. Он не знал, сколько времени прошло. Здесь день и ночь сливались в однообразие. Резкий пикующий звук заставил его вздрогнуть. Дверь с металлическим скрежетом приоткрылась, и в проёме появился врач. Тот самый, который осматривал его раньше. Его взгляд, скрытый за очками, будто сверлил Ло насквозь. — Вставай. Пора, — бросил он холодно. — Куда? — Ло нахмурился, но врач, казалось, его даже не услышал. Тяжёлое предчувствие заставило Ло напрячься. Он нехотя поднялся и последовал за врачом. Коридор за дверью был пустым и странно тихим. Эхо их шагов разносилось по стенам, усиливая ощущение изоляции. — Что вы собираетесь делать? — спросил он, но голос звучал неуверенно. — Скоро узнаешь, — врач бросил это с такой холодной отстранённостью, что Ло понял — спрашивать бесполезно. Коридоры тянулись бесконечно, одинаковые двери мелькали мимо, и Ло быстро потерял счёт поворотам. Всё это место напоминало лабиринт, созданный для того, чтобы сбивать с толку. Наконец они остановились перед массивной металлической дверью. Врач провёл пропуском по сканеру, и дверь с гулким звуком открылась. Перед Ло открылось помещение, наполненное странной аппаратурой. В центре возвышалась конструкция, похожая на металлический каркас, окружённый множеством проводов. Несколько учёных в белых халатах стояли у пульта, переговариваясь тихими, отрывистыми фразами. Юноша сделал шаг, как вдруг к нему подошла девушка-лаборант и резко увела в сторону, усаживая парня на стул. — Руку сюда, — коротко сказала она, указывая на подушку. Ло медленно поднял руку, чувствуя, как сердце стучит всё быстрее. — задери рукова, как я анализы возьму ?— раздражённо бросила она, держа в руках шприц и ватный тампон пропитаный спиртом. Игла неприятно впилась в кожу, пробираясь к вене. Ло поморщился и отвёл взгляд, стараясь отвлечься от ощущения. Его глаза блуждали по помещению. Вдоль аппаратуры стояли несколько мужчин в белых халатах, сосредоточенно настраивая оборудование. Они о чём-то тихо переговаривались, но шёпот был слишком невнятным, чтобы разобрать хоть слово. Наконец девушка вытащила иглу, ловко прижав к месту прокола ватный тампон. — Держи крепче, чтобы кровь остановилась, — сухо приказала она, не удостоив Ло даже взгляда, прежде чем отойти к другим инструментам. Затем начался короткий, но детальный осмотр: проверка зрачков, измерение пульса, давление. Всё это происходило в полной тишине, лишь изредка прерываемой раздражёнными замечаниями девушки. Врач, стоявший в стороне, подошёл к Ло и, кивнув, указал на конструкцию. — Теперь туда. Металлический каркас выглядел зловеще. Вокруг него переплетались провода, будто ветки деревьев, а в центре находился круг, явно предназначенный для того, чтобы Лололошка стал внутрь. — Что это? — прошептал он, но ответа не последовало. Когда Ло шагнул в центр, дуги конструкции начали замыкаться вокруг него. Металл был холодным, и его прикосновение вызвало мурашки по всему телу. — Всё готово, начинаем, — раздался голос одного из учёных. Аппаратура ожила. Экраны засветились, по проводам пробежали всполохи света, жужжание заполнило помещение. Ло почувствовал, как воздух стал тяжелее, словно наполненный статическим электричеством. Сначала это было просто лёгкое покалывание, но вскоре оно усилилось. Металлические дуги начали двигаться, сужая пространство вокруг него. — Синхронизация началась, — прозвучал голос за пультом. Ло попытался что-то сказать, но внезапно его тело пронзила резкая боль. Это было похоже на электрический разряд, который ударял изнутри. Перед глазами замелькали образы. В голову ударило резкое тепло. Он видел себя — в других местах, в другой одежде, с другими людьми. Ло не мог понять, что это. Это было он, но другой. Эти лица смотрели прямо на него, и он чувствовал их присутствие так же, как своё. Боль усиливалась, будто кто-то сжимал его изнутри. Голоса начали шептать прямо в ушах. Сначала это были отрывки фраз, потом целые предложения, которые он не понимал. — Мы теряем контроль! — выкрикнул один из учёных. Конструкция задрожала, а воздух наполнился странным низким звуком, от которого закладывало уши. Ло зажмурился, чувствуя, как боль становится невыносимой. На мгновение всё стихло. Он оказался в полной тишине и темноте. Но эта темнота была другой. Она давила на него, словно имела вес. В этот момент Ло почувствовал, что внутри него что-то изменилось. Что-то разорвалось, словно кто-то раскручивает невидимую спираль, выпуская наружу нечто чужое. Последнее, что он услышал, был крик одного из учёных: — Немедленно остановите! Голос звучал встревоженно, но это была последняя вещь, которую Ло услышал. Всё вокруг погрузилось в темноту.