Золушка за 40грн

— Они уехали? - Пак стоял за углом небольшой высотки, от скуки пиная камушек ботинком. Услышав на том конце провода утвердительное: «Угу», парень зашагал в сторону подъезда своего друга.  Одному Богу известно, по какой причине Сонхва скрывал отношения с Хонджуном. Возможно, потому что тот идеально подходит по характеристикам типичного «тюбика». Об их секрете знал только Минги, который по стечению обстоятельств, чаще всех зависал в гостях у Кима. Еще чуть-чуть и он станет полноценным членом их семьи.  Он не раз заставал парочку вместе, когда они лениво валялись в обнимку у Хона в комнате, или же, во дворе, пока остальные пацаны качали руки, те стояли рядом, незаметно зацепившись мизинцами. Компания Сонхва бы ни за что не поняла Пака в его выборе. Они считали, что такая икона стиля как Сонхва- не по зубам оболтусу Киму, который элементарно забывал расчесаться. Он сам не понял, как рыжий шкет, ростом метр с кепкой, стал для него чуть ли не самым важным человеком в его жизни. Ему хватило нескольких месяцев совместного времяпровождения, чтобы окончательно втрескаться в рыжую башку, после всех его нестандартных ухаживаний.  Хонджун, однажды, решил настолько сильно впечатлить Сонхва, что даже бесстрашно сделал сальто со скамейки, чтобы тот обратил на него внимание. Внимание Пак все же обратил, но только из-за того, что Ким себе чуть ли не заработал перелом копчика, потом еще долго ходя с шишкой на заднице.  Ким много раз дарил ему помятые цветочки, что сорвал ранее с клумбы их соседки, не забыв перевязать все шнурком от кед.  Пак, как раз, на такие простые подарки и клюнул. Он никогда не требовал от Хонджуна чего-то сверхъестественного, полностью довольствуясь его интересным проявлением заботы. Ему безумно нравится подход парня к подаркам. В первую очередь ,он очень ценит его оригинальность в таких вопросах. А Киму же, буквально сносит крышу от его красивого длинноногого брюнета. Он готов всю жизнь носить Сонхва на руках, чтобы его новые туфли не пачкались об пыльный асфальт. Видите ли, Пак достоин ходить только по бриллиантовым дорожкам. Он слишком идеален и Ким готов пойти для него на все.  — Не замерз? - Рыжий топтался на месте от завывающего в их двор холодного ветра. Подошедший к нему Пак, отрицательно повертел головой, поправляя волосы. — Моя мама пиццу приготовила, сейчас как набьем себе пузяки. - Ким хохотнул, трясущимися от холода руками, размагничивая ключами дверь.  — Я на диете. - Твердо сказал Пак, заходя в подъезд.  — Ой, да ладно тебе. От одного кусочка, твоя красота никуда не денется. - Ким закатил глаза на его слова, шлепая Сонхва по бедру.— Мне нравится, когда есть за что схватить. Ты и так сильно похудел.- Ким ехидно улыбнулся и пристав на носочки, быстро чмокнул парня в нос.  — А мне нравится носить обтягивающие вещи, а для этого нужно держать себя в форме. - Пак улыбнулся на чужой поцелуй, щелкнув Кима по кепке. — Съем я твою пиццу, голодный как зверь.  Они торопливо переступали ступеньки, поднимаясь на пятый этаж. Ким ловко открыл дверь ключами, сразу же тая от пленительного запаха домашней еды. Парни быстро разулись, повесив куртки на крючки. Рыжий кинул в ноги Пака плюшевые тапочки, предупредив, что полы ближайшее время будут холодными. Они прошли на кухню, по пути в ванную, поздоровавшись с мамой Кима, которая весело пританцовывала в такт музыке, пока готовила ужин.  Женщина лучезарно улыбнулась гостю, поцеловав брюнета в обе щеки. Мама Хонджуна души не чаяла в Сонхва, обожала его, как собственного сына, часто сплетничая с ним обо всем на свете. Пак был очень благодарен ей за все, что она для него делала. Он без страха мог поделиться с ней своими переживаниями, зная, что его выслушают и дадут действительно ценные советы. Да даже, когда парень ссорился с Хонджуном, он всегда мог ей позвонить и нажаловаться. Мама Кима никогда не позволяла ему обижать Сонхва, а если это происходило, то тот огребал по шапке так, что пулей летел извиняться перед своим парнем с огромным букетом цветов.  — Зайчики, ужин еще не готов, можете пока своими делами заняться. Я позову вас, - Мама Хонджуна ласково потрепала каждого по голове и отправила в комнату Кима.  Спальня Хонджуна была не самой просторной: «творческий беспорядок» на столе, гора одежды на стуле, разбросанный всякий хлам по комнате. Мама даже свой нос не совала в логово подростка. Сонхва же, пытался как-  то сделать из своего парня чистюлю, но ничем хорошим это не закончилось.  — Так, думаю мы успеем, - Ким полез в ящик, доставая все нужное для процедуры. — Ты уже выбрал какой маникюр будешь делать? Еще со школьных времен Ким старшая от скуки научила своего сына делать ноготочки. Хонджуну эта идея показалась очень интересной, так как в то время он только познавал азы различных суб-культур, в большинстве которых красили ногти в не яркие цвета. Он, конечно, мог помазать просто лаком и забить. Однако, мама как профессионал своего дела, решила показать ему, как будет выглядеть максимально красивый маникюр. Опыт был для него явно в пользу - сейчас он делает маникюр своему парню на постоянке и его компашка всегда интересуется, где же это он такого мастера откопал. Что Хонджун, что Сонхва держали этот в секрете. Как и свои отношения. — Хонджун, мне кажется, Чонхо нас спалил, - Пак убрал руку с лампы, давая парню докрасить палец. — Ну и ладно. — Нет, не ладно, а что если все узнают о нас? - Нервно прикусив губу, Сонхва представил, как его друзья отворачиваются от него, узнав, что он встречается с Хонджуном. Однажды, Уен случайно спалил переписку друга. Пак нагло соврал, что у него есть некий объект, что дарит ему цветы и просто именует его «масиком». Хонджуну же кристаллически пофиг. Он не особо то и пытается скрыть эти отношения, вечно пялясь на своего парня в открытую. Когда Пак нервно убрал свою руку, Хонджун легонько шлёпнул его по ладони, чтобы тот спокойно дал парню продолжить рисовать. — И че с того? - Пробормотал он, чуть хмуря брови. Ким уже закончил украшать ноготь Сонхва маленькой звездочкой и прикрыв бутылочку с лаком, выпрямился, садясь перед своим парнем на край постели.  — И че с того? То есть, тебе вообще плевать на то, что подумают? Тебе плевать на меня? - Пак в недовольстве посмотрел на парня. — Эй, я такого не говорил! - По тону можно было понять, что Хонджуну не особо нравился этот разговор. Рыжий нахмурился и приблизился к Сонхва. Пак резко выдохнул воздух через нос, чувствуя, как все слова остановились в его горле. Он прикусил губу, после чего резко отвернул голову в сторону, избегая взгляд Кима. — Дети, ужин готов, - послышался голос за дверью. Сонхва подорвался с места и быстро вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Он не желал видеть своего тугодума хотя бы пару минут.  — Сонхва, милый, что уже стряслось? - Мама сразу уловила грустную моську парня. — Опять мой сын наговорил тебе глупостей? - Парень поднял на нее взгляд, в его голове было много сомнений.  — Да все в порядке, у нас как обычно… - Пак грустно уставился в пустую чашку перед собой.  — «Как обычно» - это то, что ты сейчас сидишь с печальными глазами? Хва, что этот негодник тебе сказал? Я ему по шее надаю! - Женщина строго посмотрела на подростка, наливая тому в белую чашку с кроликом мятного чая.  — Ну…я скрываю наши отношения, потому что мне очень важно мнение со стороны. Понимаете, моя компания не поймет. А он сказал, что ему все равно! Ему все равно на меня! - Пак закрыл лицо ладонями, чуть пролив горячий чай на стол.  — Вот негодник! Как можно было такое сказать? Я ему сейчас такую воспитательную беседу проведу, мало не покажется! - Женщина успокаивающе погладила парня по голове. — Ким Хонджун! А ну, иди сюда! - Женщина громко крикнула на всю квартиру, нахмурившись еще больше, когда ее сын вышел из комнаты и оперся на косяк кухонной двери.  — Чего? - Ким словно не понимал происходящего, спросил в спокойном тоне.  — В смысле, чего? Ты зачем своего парня до слез доводишь? - Мама уставилась на сына, не переставая гладить брюнета по волосам.  — Че? Кого я до слез довел? - Ким уставился на фигуру своего парня, который вжался в тело его матери. Пак убрал за уши свою челку, открывая вид на заплаканные глаза. — Ты че, плачешь? Зай, ну… - Хонджун подошел ближе, но Сонхва лишь обидчиво от него отвернулся. — Мам, да мы по фигне повздорили, я не думал, что он будет плакать. - Ким взволнованно жестикулировал.  — Ты, я смотрю, вообще не думаешь. Ты зачем ему сказал, что тебе на него все равно? Кто такое вообще говорит своей второй половинке? Ты головой думай, прежде чем говорить! Мою кровиночку тут обижаешь, быстро извинись! - Голова парня заболела от бесконечного потока вопросов. Что тут вообще происходит?  — Ма! Я ему такого не говорил! Он сам себе накрутил там че-то. Блин, я просто сказал, что мне все равно на чужое мнение. Мне никто не запретит его любить! - Ким сложил руки в боки, твердо стоя на своем. Пак усмехнулся на слова о том, что он себе что-то там придумывает. Прекрасно, он еще и виноват. — И вообще, не вижу ничего плохого в том, чтобы показывать наши отношения открыто. Да плевать на чужое мнение. Пусть все знают, какой у меня крутой и красивый парень. - Рыжий уселся рядом со своим парнем на скрипучий стул, положив руку ему на колено. Он уверенно посмотрел на свою маму, в его глазах не было и намека на ложь. — Хва, милый, тут дело не в том, что мне на тебя плевать. Как ты вообще до этого додумался? Да я бы в жизни тебе такого не сказал! - Чужое колено сжали сильнее. Пак вытер мокрые дорожки с щек, внимательно слушая Хонджуна. — Пойми, просто, моим пацанам все равно, кто с кем там мутит. У нас в компании никогда не было осуждения за чужой выбор, я уж, не знаю, что там у тебя со своими. Но друзья на то и друзья, чтобы принять все как есть. - Парень ласково погладил того уже по ладони, переплетая их пальцы. Рыжий с надеждой посмотрел в его блестящие глаза, ожидая реакции. Мама Кима убаюкивающе подглаживала брюнета по плечам, смотря, то на него, то на своего сына. Пак шмыгнул носом, снова зачесав волосы за ухо. Его пальцы дрожали и Ким крепче сжал его ладонь, будто бы убеждая, что он всегда будет рядом.  — Я тебя очень сильно люблю. Прости меня за это недопонимание. Я просто хочу, чтобы ты забил наконец на чужое мнение и был счастлив. - Рыжий наклонился ближе, мягко поцеловав парня в щеку. Губы Сонхва дрогнули в улыбке, он посмотрел на Кима в ответ, долго пытаясь переварить его слова.  — И ты меня прости. Я слишком сильно озабочен. - Голос парня дрогнул. Он ближе наклонился к рыжему, захватывая того в теплые объятия. Пак хрипло хихикнул, когда его пощекотали за бока. — Мир? - Шепнул он тому в ухо.  — Мир. - Хонджун поцеловал парня в висок.  Мама Кима прикрыла рот ладошкой, с умилением смотря на двух парней. Она по-доброму улыбнулась, тихо подходя к плите, где достаточное время покоился готовый ужин. Пока влюбленные обменивались объятиями, она шустро разложила еду по тарелкам. Идиллию парней прервал звонкий стук тарелок, что бережно поставили на стол. Они тепло улыбнулись женщине, все еще тесно прижавший друг к другу.  — Кушайте, дети мои. - Женщина хихикнула, пододвигая им тарелки с едой. — И никогда больше не ссорьтесь!  После добрых получаса за семейной беседой и домашних котлет, все, наконец, разошлись по комнатам. Мама Кима задержала сына в коридоре, протягивая тому две тысячи рублей и шепнув на ухо: «Порадуй его цветами, а то как сапог дырявый, ты же джентельмен». После чего отпустила свое горе-чадо, усевшись смотреть битву экстрасенсов в гостиной. Рыжий довольно зашел в комнату, где на кровати его уже ждал Сонхва.  — Иди ко мне. - Брюнет подозвал его движением ладони. Киму хватило пять секунд, чтобы навалиться всем телом в Пака, обвивая того руками и ногами, как панда веточку бамбука. Рыжий невесомо целовал его в шею, укусив в своей манере за подбородок, после чего Пак уже сам резко схватил парня за воротник футболки и притянул ближе к себе, находя его губы своими и сразу же вовлекая его в долгий поцелуй. Сонхва довольно тихо муркнул, чувствуя, как все его тело охватило нежное тепло в объятиях своего возлюбленного. Он чуть сильнее притянул парня к себе, перемещая свои руки с его воротника на его спину и позволяя своим ладоням блуждать по ней, всем телом ощущая, как Хонджун уже начал спускаться дальше по его шее, прикусывая тонкую кожу губами. Пак тихо охнул, запрокидывая голову назад. Хонджун хрипло рассмеялся. Сонхва так красиво выгибался под чужими губами, позволяя спускаться дальше по шее и прикусывать белоснежную кожу. Рыжий буквально ощущал, как каждый день после колледжа, его трясёт от желания поскорее увидеть своего возлюбленного. Его хотелось трогать, ощущать, покрывать поцелуями по всему телу, не останавливаясь ни на секунду.  — Кхм-кхм, - Прозвучало из неоткуда. — Я, конечно, все понимаю. Любовь все дела, но мне тут нужна помощь.- Хонджун лениво оторвался от своего парня и бросил взгляд к двери, где стоял Минги.  — Может ты уже тут пропишешься? Ходишь ко мне, как к себе домой, - Ким почувствовал, как его толкнули в бок. Пак быстро оттолкнул от себя парня, прижимаясь к нему спиной и ощущая как его щёки стали гореть. — Так и че тебе надо?  — Ну-у… у меня один ноготь сломался… совсем, - Минги поднимает кисть, демонстрируя палец без частицы пластинки.  — Пиз…Это ты как его? - Рыжий нахмурился принимая ситуацию на полном серьезе. — На гитаре играл вот и…  — Я тебя понял, дай мне десять минут и я все сделаю, - Хонджун намекнул другу покинуть комнату, чтоб самому завершить незаконченное дело. — Но… — Давай-давай, я после с тобой разберусь, - Ким выталкивает Минги из комнаты. — С мамой пока поболтай. Она тебя чаем угостит.  Хонджун закрывает дверь на замок и возвращает внимание на своего парня. Брюнет тихонько засмеялся с неловкой ситуации, ощущая как матрас прогнулся под чужим весом. Рука Кима легла ему на талию, притягивая ближе. — Пусть потерпит. Все-таки, прервал нас. - Ехидно проговорил рыжий. Сонхва лишь хмыкнул от настойчивых прикосновений по его спине. Пак ощущал короткие и нежные поцелуи в шею, заставляя его растекаться в теплых руках, наслаждаясь каждым легким касанием к своей коже.  — Я тебя очень люблю… - Ким уткнулся носом в фарфоровую кожу, сплетая их ноги в перекати поле. — Ты у меня самый красивый и самый лучший.- Пак жалобно свел брови, зачесывая рыжие ломкие пряди за ухо Хонджуна. Его глаза заблестели от внезапной нежности, что будто лава обволакивала юное сердце.  — Я тебя тоже… - Брюнет взял его лицо в свои ладони, чмокнув припухшие от поцелуев губы. — Мой любимый рыжий лохматыш. - Ким хихикнул от прозвища, слабо укусив Пака за щеку. По комнате раздался тихий смех двух парней, что прибывали в умиротворении от трепетной близости. Их идиллию иногда прервал грубый бас Минги, который увлеченно охал от сюжетов битвы экстрасенсов, активно задавая вопросы, уже уставшей от чужого бубнежа матери друга.