Святые из Мейфера

Глава 36

«Ошеломительная победа»

Драко молча смотрел, как Поттер спит. Он мог просидеть так хоть весь день, ожидая, что коп проснется, и одновременно страшась этого. Гарри просыпался уже дважды за последние пару недель, но каждый раз был слишком одурманен обезболивающими, чтобы осознавать реальность. Во второй раз это случилось два дня назад. Драко не было рядом, он был слишком занят встречами с адвокатами и матерью. Рядом был врач, который и сообщил эти замечательные новости. Оставаться в больнице Ноттов было опасно, поэтому, как только врачи разрешили, Драко забрал Поттера. Теперь временный госпиталь располагался в его квартире. К счастью, коп бодро шел на поправку, а потому ежедневные визиты медиков удалось сократить до трех раз в неделю. Их молчание было щедро оплачено — Драко умел заметать следы. В офисе отца шли обыски, ищейки Бруствера перевернули все кабинеты, и адвокаты Малфоев строго-настрого запретили Драко участвовать в этом деле. Запретили даже приближаться к офису, видимо, опасаясь, что его привлекут как подельника. Он до последнего пытался остаться в деле, но после того, как мать пригрозила скандалом, пришлось смириться. Впрочем, так просто Драко сдаваться не хотел. Он обзвонил еще раз юристов, двоих самых надежных бригадиров, поговорил даже с Панси и Блейзом, но все, чего он смог добиться, — выяснить, что отец был арестован по запросу спецслужб. Что ж, этого стоило ожидать. — Давай же, просыпайся, — пробормотал Драко, сидя в кресле напротив кровати. — Мне так нужны ответы. Эту кровать привезли из больницы и разместили в его гостиной. Огромная, она заняла почти всю комнату. К больничной кровати прилагались приборы и капельницы, которые окончательно отменили как раз перед вторым пробуждением. Тогда же визиты врачей стали исключительно контролирующими. Оставалось только ждать, и Драко ждал. Он послушно сидел с ноутбуком в кресле, иногда поднимая голову, чтобы удостовериться, что Гарри спит. Иногда выходил в спальню, чтобы поговорить по телефону, но тут же возвращался. Спина отчаянно напоминала о тех двух случаях, когда он засыпал в кресле. Драко оправдывал это усталостью и не признался бы даже самому себе, что боялся. Боялся, что, стоит ему отвернуться, уйти, уснуть в своей кровати, — приборы запищат, и монитор вместо скачков пульса покажет зеленую прямую линию. Покачав головой, он попытался избавиться от навязчивого морока. Поттер нахмурился во сне, и Драко стало любопытно: что может сниться такому странному человеку? Афганистан? Работа? Он вновь вернулся к полицейским протоколам. Юристы смогли достать предварительное заключение, и он намеревался изучить всю сотню страниц. — Черт… Что?.. Едва слышный шепот сработал как электрошокер. Драко дернулся вперед, едва не уронив с колен ноутбук. Он подошел ближе, чтобы быть первым, кого Поттер увидит, когда проснется. Гарри сонно тер кулаками глаза и, казалось, не понимал, что происходит вокруг. — Тише, тише, — зашикал Драко. — Все в порядке, ты в безопасности. Мутными глазами Поттер посмотрел на него, отчаянно хмурясь. — Гарри, — медленно произнес Драко. — Ты у меня дома. В безопасности. Не надо никуда бежать. Он наблюдал, как Поттер попытался отстраниться, а затем приподняться на локтях. Однако, как только он попытался подняться, боль резко исказила его лицо. — Твою мать, — зашипел он. — Я бы на твоем месте не спешил, — покачал головой Драко. — Когда пулю вытаскивали, вскрыли тебе живот. Потом зашили, конечно, но, знаешь, оно за пару дней не проходит. — Что… что случилось? Я помню панику на площади… Деннис, — Гарри с трудом ворочал языком, и приходилось прислушиваться и додумывать, что он имел в виду. — Он тебя подстрелил. Если тебя это утешит, Тео пустил ему пулю в лоб почти сразу. Правда, вряд ли он за тебя так уж сильно переживал, так что можешь не благодарить. Гарри устало прикрыл глаза. — Да… да, хорошо. Слушай, голова идет кругом. Ты говоришь, и все рассыпается, — пробормотал он. — Неудивительно, — присвистнул Драко, глядя на внушительных размеров гору лекарств на прикроватной тумбе. — Столько-то морфия. — Боже, ненавижу морфий, — поморщился Гарри. — После него голова ватная. Ничего не соображаю. — Без него было бы еще хуже. — Лучше уж потерпеть. Драко хотел было сказать, что такую боль никто не вытерпит, но вовремя вспомнил, кто такой Поттер. Наверняка у него были травмы и похуже, хотя трудно вообразить, что может быть хуже пули в кишках. Он сел на кровать Поттера и положил руку ему на лоб, вспоминая слова врачей о том, что температура не должна быть выше тридцати восьми градусов. Это бы означало, что в рану попала инфекция, и началось заражение. — Что ты делаешь? — поинтересовался Гарри. — Проверяю, не планируешь ли ты скончаться от инфекции. — Получается, я твой пациент? Губы Поттера были бледными, как и его лицо. Эти губы чуть изогнулись в кривую усмешку. Ему это показалось смешным. Хороший знак. — Ты — моя трагедия, — с иронией произнес Драко. — Посмотри, во что превратилась моя чудесная гостиная. — Гостиная? — Ты в моем доме. Оставаться в больнице было небезопасно, поэтому, как только это стало возможно, я перевез тебя сюда. Он старался говорить медленно, чтобы Гарри мог за ним поспевать. Судя по заторможенному взгляду и замедленной реакции, это сейчас давалось ему непросто. — Значит, это твой дом? А твои родители… — Только мой, Поттер. Я достаточно взрослый, чтобы жить одному. К тому же отца арестовали, так что атмосфера у них так себе. Нужно было убрать руку со лба Гарри, но отчего-то ему хотелось ощущать ладонью это тепло. Приглушенный теплый свет прикроватной лампы отбрасывал огромные тени на шторы. В узкой щелке между стеной и занавеской то и дело вспыхивало — за окном разыгралась настоящая буря. Звук грома всегда успокаивал Драко. — Арестовали?.. — Кингсли Бруствер победил в этом раунде. Впервые за последние две недели он произнес это вслух, и слова обожгли губы. Все должно было закончиться по-другому. Горечь подкатила к горлу, но усилием воли Драко ее подавил. Еще не хватало расклеиться перед человеком, который пережил огнестрельное ранение. — Вот ублюдок, — выдохнул Гарри. — Я… я займусь им. Он снова попытался сесть в кровати, и Драко решил не мешать этим самоубийственным попыткам. Поттер почти сел, но снова скривился от боли и грязно выругался. — Сколько я здесь? — наконец спросил он. — Две недели проспал. Пару раз просыпался, но ничего не соображал. — И ты… ты был здесь? Зеленые глаза выжидали. Они внимательно изучали лицо Драко, и ему стало от этого неловко. Он быстро убрал руку и нетерпеливо ответил: — А где мне еще быть? Адвокаты велели держаться подальше от офиса и родительского особняка. В их мечтах я должен сидеть дома безвылазно и ждать новостей. — И насколько сегодня мечты близки к реальности? Наверно, все дело в морфии. Наверняка. Потому что не может человек, которому пару недель назад вскрыли живот, так улыбаться. Поттер лежал и разглядывал его с расслабленной улыбкой. Он выглядел удивительно спокойным, лоб разгладился, хотя между бровями уже наметилась морщинка, а глаза, чуть прищуренные, наблюдали за ним. Дело точно в морфии. — Достаточно близки, — вздохнул Драко, опустив плечи. — В последний раз выходил из дома дня четыре назад. Из развлечений у меня только плохие новости и материалы отцовского дела. — Две недели, — пробормотал под нос Поттер. — Как же долго. Где мой телефон? Мне нужно сделать пару звонков. — Эй, тебя вообще не смущает, что тебя подстрелили? Мог бы спасибо сказать, что я вытащил тебя с той площади. Гарри несколько раз моргнул, а затем замолчал. Молчание затянулось, и это было почти возмутительно. Драко бы обязательно высказал претензию, что сказать спасибо не так уж и сложно. Но, глядя на то, как Поттер дышит, как его грудь вздымается и как свет прикроватной лампы растекается по ключицам, он ощущал только облегчение. Недели напряженного ожидания, когда нервы натянуты, как стальные тросы, пальцы сами собой впиваются в клавиатуру и приходится то и дело разжимать челюсти, прошли. Черт. Драко провел руками по волосам, чувствуя смертельную усталость. — Мне жаль, что тебе пришлось через это пройти, — тихо сказал Гарри. — Наверно, это было хреново. — Что, прости? — Я знаю, каково это — вытаскивать умирающего из-под обстрела. Это ебано. Это сложно забыть. Знает. Разумеется, знает. — Это невозможно забыть, — процедил Драко. — Ты, блять, прощался. Страх, что он сдерживал все это время, вдруг вырвался наружу. Весь калейдоскоп эмоций, от отчаяния до злости, перемешался в безумный коктейль и накрыл с головой. Драко отстранился и резко поднялся на ноги. Захотелось швырнуть что-нибудь, но, к счастью, под рукой ничего не оказалось. Гарри молча наблюдал за тем, как он ходит из стороны в сторону по гостиной. — Ты просто стоял там, а этот Деннис — в толпе. Я думал, он будет стрелять в меня, я был уверен, что он будет стрелять в меня. — Я сейчас плохо помню, — Поттер устало провел рукой по глазам и свел пальцы у переносицы. — В голове туман. Он действительно выглядел усталым. Похоже, этот разговор был и правда слишком интенсивным для человека в его состоянии. С огромным трудом подавив в себе злость, Драко встал посреди комнаты и произнес: — Потом обсудим. Я возьму твой телефон? — Что? — Мне нужен твой телефон, обещаю не смотреть стыдные селфи или что ты там лайкал в интернете. — Я ничего никогда не… — Ладно-ладно, — нетерпеливо перебил его Драко, глядя, как Поттер отчаянно воюет сам с собой, чтобы не заснуть посреди разговора. — Я возьму? — Хорошо, только зачем? — Гарри с трудом ворочал языком. — Хочу сделать пару звонков из твоей записной книжки. Впрочем, этого ответа Поттер не услышал. Он так и уснул, откинув голову вбок. Его волосы разметались по подушке, а нос уткнулся в нее. Это уже больше напоминало настоящий сон, чем кому. За последние пару недель Драко хорошо научился отличать одно от другого. Тяжело вздохнув, Драко подошел к тумбочке, вытащил из нее телефон и, быстро найдя нужный номер, вышел в коридор. Для этого разговора нужно было морально подготовиться и набраться сил, но меньше всего сейчас он чувствовал себя готовым. И все же это было необходимо сделать. Когда длинные гудки сменились чужим испуганным восклицанием, Драко пропустил эмоции мимо ушей. — Это Малфой, — произнес сухо он. — Он жив. Ранен, но жив. На том конце трубки испуганно всхлипнули. Не давая собеседнице удариться в панику или, еще хуже, в слезы и истерику, Драко поспешил добавить: — Я хочу, чтобы ты приехала сюда. Одна. Завтра. Да, записывай адрес. И вот еще, оденься неприметно. Хотя… Он прищурился, представляя, как собеседница выглядит. — Хотя подойдет что угодно из твоего гардероба.

<div align="center">* * *</div>

Стук каблуков за дверью звучал незнакомо. Драко вырос рядом с Дафной, Асторией и Панси, и на слух научился определять, кто идет, даже не глядя на владелицу обуви. Астория всегда шла неторопливо, мягко, как настоящая леди. Ее шаг был легким и воздушным. Дафна всегда торопилась и иногда сбивалась с ритма, отчего казалось, что она переходит на бег. Панси же вышагивала так, будто хотела, чтобы каждый знал о ее приближении. Она будто вколачивала гвозди каблуками. Этот же шаг был уверенным и быстрым. Шаг очень занятого человека. — Где он? — выдохнула гостья, как только Драко открыл дверь. — В гостиной. Без лишних слов она ураганом пронеслась мимо него и застыла в дверях. Драко поспешил следом и едва не врезался в ее спину, когда гостья резко остановилась. — Гермиона? — голос Поттера звучал сонным. — Ты-то что тут делаешь?! Грейнджер молча подошла к нему и аккуратно наклонилась, крепко обнимая. Этот жест был простым, но выглядел так интимно, что Драко захотелось отвернуться. Огромная копна вьющихся волос накрыла Поттера с головой. Его руки сомкнулись на ее спине, и он что-то тихо зашептал ей на ухо. Это было уж слишком. Наблюдать за трогательным воссоединением хотелось меньше всего. А потому Драко развернулся и прошагал в столовую. По пути он включил вытяжку и, стащив со стола сигареты, устало привалился спиной к стене. Окна открывать было запрещено, поэтому Драко просто медленно сполз по стене на пол. Просторная комната позволила ему вытянуть ноги с комфортом. Вдыхая горький дым, он устало скользил взглядом по длинному столу, за которым он бесчисленное множество ночей играл в покер с Панси и Блейзом, по уютному креслу у окна, в котором часто сидела Астория, и по стойке для пепельницы, глядя на которую, Тео вечно закатывал глаза и осуждал курение. Усталость тяжелыми цепями по рукам и ногам сковывала тело. Больше всего на свете хотелось, чтобы мир встал на паузу хотя бы на пару дней, дав ему от души выспаться. Он докуривал вторую сигарету, когда в комнату, немного смущаясь, зашла Гермиона. Она держала в руках бежевую ветровку и слабо улыбалась. — Я зашла сказать спасибо. Она остановилась напротив Драко и смотрела на него сверху вниз. Смутившись, она опустилась на корточки. Это было непростой задачей на каблуках, но Грейнджер с достоинством справилась. — Пожалуйста, — просто ответил Драко. — Я сделал это для того, чтобы вы не подняли шумиху, пытаясь его найти. Так что не воображай слишком много. — А тебе так хочется быть плохим парнем, да? — прищурилась Гермиона. — О, в этой истории я очень даже хороший парень, — усмехнулся Драко. Самое забавное, что он действительно так себя ощущал. Вытащив Поттера из-под пуль, поставив на кон свои отношения с Ноттами и положение в семье, он не позволил добить экс-копа и даже спрятал его в своей квартире. Да он долбаный герой! — Не могу разделить этого мнения, — покачала головой Грейнджер. — Вы устроили настоящую резню в центре города. И ради чего? — Ради выживания. Как тебе такая мотивация? — с вызовом посмотрел на нее Драко. Выслушивать нравоучения от этой девчонки было последним, что он хотел. — Кстати, могла бы и поблагодарить. Если бы не я, Поттер так и остался бы лежать у Сити Холла. — Если бы не ты, его бы вообще там не было, — отрезала она. В карих глазах полыхал гнев. Похоже, эта правозащитница была из тех, кто всерьез воюет за мировую справедливость. Жаль. Он всерьез думал, что она умнее. — Впрочем, — после непродолжительной паузы продолжила Гермиона, — было бы наивно полагать, что МИ6 его так просто отпустят. Они бы, разумеется, не убили его, но вот так, под носом у Бруствера заявиться в Лондон — это самоубийственная наглость. — Ты противоречишь сама себе. Если они бы его не убили, то почему возвращаться в Лондон — это самоубийство? Драко затушил сигарету и с любопытством уставился на Грейнджер. Этот спор начал развлекать его, а в последнее время с развлечениями у него было туговато. — Это… просто… Ладно, я просто не хочу верить, что они правда хотят его убить, — вздохнула Грейнджер. — Для правозащитницы ты поразительно наивна. Думаешь, в спецслужбах работают только самые доблестные кадры? Цвет нации? Да они все наглухо отбитые сектанты, Грейнджер! Я посмотрел на Поттера, Криви и Тонкс и могу смело сказать — нормальных среди них нет. К его удивлению, Гермиона не бросилась защищать их или спорить. Она хихикнула и уселась на пол напротив. — Там действительно трудно. Рон не смог оставаться там долго. Но дело не в том, что они сектанты. Они скорее… — она задумалась, пытаясь подобрать правильное слово. — Идеалисты, но в плохом смысле. Они поголовно считают, что для защиты страны все средства хороши. Драко кивнул, добавляя эту информацию к уже известным фактам. Спецслужбы были настолько таинственной для него организацией, что информацию приходилось собирать по крупицам. В конце концов, это поможет лучше понять Кингсли Бруствера. — Они тоже пытаются выжить, — пожал плечами Драко. — Я могу это понять. — Разумеется, можешь, — с горечью ответила Гермиона. — Но таких людей нельзя допускать до власти. Это… это плохо кончится. — Абсолютно согласен. И, если ты не заметила, именно моя семья не дает Брустверу карабкаться вверх по карьерной лестнице. — И чем же вы лучше? — прищурилась Гермиона. — Я и не говорил, что мы лучше. Вот только нам не нужен пост мэра или трон для королевской задницы. Только спокойное сосуществование, как это было раньше. — Как раньше уже не будет. Ничего уже не будет как раньше. Кингсли Бруствер арестовал Люциуса Малфоя. Это тектонический сдвиг. И это была истинная правда. Правозащитница Грейнджер не была дурой и знала, по каким негласным правилам живет эта страна. Это были те же самые правила, о которых ему рассказывал отец. Полиция может арестовывать курьеров, может накрыть притон и взять неосторожного дилера. Но они никогда не идут выше. Даже если прекрасно знают, кто стоит во главе бизнеса. А задача таких людей, как Люциус Малфой, — держать дела в порядке, так, чтобы даже формально нельзя было ни к чему прикопаться. Именно поэтому семья Малфоев владела контрольным пакетом акций логистической компании, и официально это был их единственный актив. Недвижимость и предметы искусства по бумагам принадлежали многочисленным благотворительным фондам. Никто не хочет начинать копать под таких, как Люциус Малфой. Ведь тогда можно обнаружить себя в тупике — или в мешке на дне Темзы. Это правда был тектонический сдвиг. И, видит бог, не Малфои начали эту войну. — Я заставлю Бруствера об этом пожалеть, — произнес Драко, глядя на стену позади Гермионы. Его взгляд был расфокусирован, будто он заглядывал куда-то вглубь самого себя. — Это личное, и это было личным. Сначала я вытащу отца из-под ареста, потом доберусь до Бруствера. — Не хочу тебя расстраивать, но ты опоздал. Выборы через три дня, а учитывая, как ваша резня напугала людей, его рейтинг взлетел до небес. Он победит, и уже никто его не остановит, — поджала губы Гермиона. С этим было сложно спорить. Все предварительные подсчеты, даже любительские, свидетельствовали о том, что акции Бруствера бьют все рекорды. Когда он вышел в центр площади перед Сити Холлом, с которой еще не успели смыть кровь, и в грязных ботинках распинался перед камерами, что, будь он мэром, он бы не допустил подобного, это правда был сильный ход. Пресса сошла с ума, бесконечно тиражируя эту речь и фотографии уверенного политика, со скорбным лицом стоящего посреди кровавых луж. Скрепя сердце, Драко пришлось признать, что это было действительно умно. Теперь вместо политика, который не в силах контролировать беспорядки, Кингсли Бруствер выглядел последней надеждой города. План не просто провалился, он сработал ровно во благо врага, утопив надежды Малфоев сбросить его рейтинг в Темзу. Драко закусил кончик большого пальца. — Нужно решать проблемы по мере поступления. Для начала я вытащу отца. — И как же ты это сделаешь? Уверена, Бруствер приложит все усилия, чтобы засадить своего главного врага за решетку. В кресле мэра у него прибавится для этого полномочий. Он вскинул взгляд на Гермиону и задумчиво оглядел ее с головы до ног. — Насколько, ты говоришь, благодарна мне за спасение жизни твоего близкого друга Гарри Поттера?

<div align="center">* * *</div>

Близкий друг Гермионы Грейнджер спал уже десять часов. Драко даже заглянул в гугл, чтобы быть уверенным, что столько спать нормально. Но интернет и лечащий врач заверили его, что чем дольше пациент спит, тем быстрее исцеляется. А потому Драко в очередной раз пересматривал предъявленное отцу обвинение. Идея воспользоваться Гермионой Грейнджер была поистине блестящей. Вот только нужно было правильно все спланировать. Видит бог, ничто так не губит хорошие идеи, как недостаток запасных планов. Отец был слишком самоуверен. Слишком часто действовал с позиции силы, чтобы на самом деле победить. Он уже забыл, как это — проигрывать. Однако Драко слишком хорошо это знает. Он горько усмехнулся. Впервые в жизни он смог оценить свою череду неудач и то, что ему пришлось вынести из нее. Как адаптироваться, как подниматься с колен и переворачивать ситуацию в свою сторону. Это то, чему учился последние мучительные месяцы. Телефон в кармане вдруг завибрировал, оповещая о новом сообщении. Драко удивлённо вытащил аппарат, не представляя, кто, будучи в своем уме, написал ему в третьем часу ночи. На экране высветилось короткое: «Я внизу. Надо поговорить. Спускайся. Оденься. А.» Он знал только одну А., которая знала этот номер и разговаривала с ним в таком тоне. Тревожно покосившись на Поттера, мирно спящего под тихое пищание техники, он поджал губы. Было тревожно оставлять его одного, но раз врачи говорят, что Гарри стабильно идет на поправку, значит, можно рискнуть. Накинув куртку с капюшоном, Драко спешно направился вниз. На улице бушевал ливень, и он остановился у роскошной входной двери дома, мрачно созерцая стену дождя. Если Астория рассчитывала на прогулку, это была очень недальновидная идея. На другой стороне улицы черный автомобиль моргнул фарами, привлекая его внимание. Серьезно? Драко с тоской представил, как сильно он вымокнет, пока добежит до него. Можно было, конечно, попросить Асторию подъехать ближе, но что-то подсказывало, что она и не подумает сдвинуться с места. Набрав воздуха в грудь, Драко вышел на улицу и бегом рванул к машине. Ледяной дождь немилосердно забарабанил по плечам и спине. Когда он домчал до машины, в ботинках отчаянно хлюпало. — Если я заболею, это будет твоя вина, — проворчал Драко, усаживаясь на заднее сиденье. На этот раз его ни капли не беспокоило, что он, насквозь мокрый, может запачкать дорогую обивку. Если бы Астория волновалась о своей тачке, подогнала бы ее ближе. — С огромным удовольствием возьму на себя вину за твой насморк, — холодно улыбнулась Астория и скомандовала. — Поехали. Машина плавно тронулась и покатила вниз по мостовой. Гринграсс нажала кнопку на двери, и между ними и водительским сиденьем медленно поднялось стекло. Не хочет, чтобы даже шофер их подслушал. Любопытно. Астория сидела натянутая, как струна. Точеный подбородок был вздернут, волосы собраны в аккуратный пучок, а руки нервно сжимали телефон. Она старалась держать эмоции в узде, но отчаянно не справлялась. — Куда мы едем? — поинтересовался Драко, с комфортом располагаясь на широком сиденье. — К тебе, — коротко ответила Астория и, поймав его удивленный взгляд, пояснила. — Просто очень долгим маршрутом. За окном мелькали огни города. Когда они подъехали к Сохо, Драко понял замысел Гринграсс. Если любое место, за исключением дома, небезопасно для разговора, то почему бы не побеседовать в машине? Он выжидал, пока Астория начнет разговор, но она медлила, задумчиво глядя в окно на проплывающие мимо дома и перекрестки. — Ты хотела поговорить, — мягко напомнил Драко. Гринграсс обернулась на него и, тяжело вздохнув, заговорила: — Новости у меня только плохие. — Будто у нас бывают другие, — усмехнулся он. — Разумеется, бывают! Просто после того провала у Сити Холла все стало… хуже. Мои не могут поверить, что Бруствер решил арестовать Люциуса Малфоя. Это просто… Так не бывает. Драко целиком поддерживал точку зрения Гринграссов. Однако он не сказал бы, что был уверен в ней до конца. За последний год произошло немало «так не бывает», и, будучи настоящим оптимистом, Драко считал, что их список еще пополнится. — У нас завелась крыса, — поморщилась Астория. — Еще одна. Это просто унизительно. Интересно. Гринграссы, похоже, в последние две недели не сидели на месте. Драко с интересом развернулся к ней, ожидая продолжения. — От первой избавился Тео на моих глазах, — попытался принести немного хороших новостей он. — А она прежде почти прикончила твоего копа, — кивнула Астория. — Панси сказала, что это принесло немало хлопот Ноттам. — Тео был мне должен, — пожал плечами Драко. — Долг исполнен, не вижу причин для беспокойства. Гринграсс наградила его долгим испытующим взглядом. И, судя по всему, решила не углубляться в эту тему. Астории не были интересны чужие интрижки, что делало ее безумно скучной, по версии Блейза Забини. Впрочем, Блейз Забини тоже мало интересовал Асторию. — Как скажешь, — равнодушно произнесла она. — Провал у Сити Холла и арест твоего отца привели Кингсли Бруствера прямо в кресло мэра. Вы здорово всех подставили. — Я в курсе, — процедил сквозь зубы Драко. — Пришла мне нотации читать? — Нет, — покачала головой Астория. — Я здесь, чтобы напомнить тебе о твоих обязанностях. Раз уж твоя семья слишком занята попытками отмазать твоего отца, кто-то должен вправить тебе мозги. — Что, прости? — Ты — Малфой, Драко, — отчеканила она. — У тебя есть долг. У тебя пока есть бизнес. И есть гребаный Кингсли Бруствер, который не исчезнет оттого, что ты прячешься по больницам и квартирам. Прячешься. Слово, как пощечина, резко ударило его по щеке. Драко нервно отклонился, прижимаясь спиной к спинке сиденья. Жар прокатился по телу от макушки до кончиков пальцев. Вот как, значит, все выглядит. Будто он трус, который зализывает раны, избегая реальности. Будто за заботой о Поттере решил укрыться от проблем, что падали на голову бетонными плитами. Вот, значит, как. В глубине сознания червячок сомнения дернулся, предательски сбивая всю уверенность. А вдруг она права? Вдруг он сам себя обманул? Вдруг все, что он делал, на самом деле и есть попытка сбежать от реальности? Пальцы вцепились в ручку дверцы. — Я знаю о своих долгах, Гринграсс. — Нет, ты забыл, — жестко отрезала она. Машина пронеслась по мосту, Биг Бен сверкнул огнями в окно. После реставрации ночная подсветка работала каждый день, демонстрируя налогоплательщикам, на что ушли их сотни тысяч фунтов. — Ты забыл, что являешься наследником империи. — И я занимался ее делами, пока отец недоступен. Гринграсс, ты же понимаешь, что все бы рухнуло, если бы я не держал руку на пульсе? И это была чистая правда. Мать всегда была надежной союзницей отца, она была в курсе всех его дел, однако даже она в одиночку не справилась бы. Каждый день Драко отсматривал отчеты, отдавал распоряжения и решал споры между поставщиками. Вот только, судя по всему, Астория имела в виду совсем другое. — Дело в крысе, да? — усмехнулся он. — Мне следовало заняться ей в первую очередь. — Мы нашли ее. Даже двух, к моему удивлению, — смягчилась Астория. — Это было непросто, их прикрывал кое-кто очень сообразительный. Держи, тебе следует увидеть это самому. Мы достали эти документы четыре часа назад. Она протянула ему свой мобильный, и Драко поспешил взять телефон. На экране замелькали документы с пометкой «Для внутреннего пользования». Он бегло просмотрел каждую строчку, быстро прокручивая вниз страницу за страницей. Перед глазами мелькали имена, счета, распоряжения. Гринграссы смогли выкрасть документ, который еще не подписан. Судя по всему, подписание готовилось в спешке и тайно. Потрясающе! Однако при чем тут крыса? Когда взгляд упал на знакомую фамилию, Драко воскликнул: — Сукины дети! Я так и знал! Ублюдки! Я знал! Знал! — Знал? — удивилась Астория. — Крэбб и Гойл — новые подрядчики для Парламента. Потрясающе! Еще наоткрывали фирм со своими фамилиями вместо названий. Блестяще! — Драко даже не слушал ее. В голове пролетали все презрительные взгляды отца, довольные рожи этих двух хряков и это снисходительное «они еще не подводили меня». Драко сжал кулаки так, что костяшки пальцев побелели. Он бы с огромным удовольствием сейчас взял арматуру и разбил эту чертову тачку. Или задушил бы обоих ублюдков голыми руками. Или… Мысль оборвалась. Драко вдруг осознал, что чертовски хотел бы злиться на отца, но просто не может себя заставить. Люциус Малфой всегда был тем, кто на два шага впереди, тем, кто дает снисходительные уроки. Он не мог быть… идиотом. И все же он им был. Высокомерный и никогда не подвергавший сомнению собственную силу Люциус не догадался, что пригрел змею на груди. И что идиоты окажутся достаточно глупы, чтобы начать жрать руку, которая их кормила несколько десятилетий. Поразительно, но отца, похоже, подвела неспособность вообразить такую глубину человеческой тупости. — Я убью их, — чуть успокоившись, произнес Драко. — Всажу всю обойму в башку каждому собственными руками. — Мило, — согласилась Астория. — Их люди начали стрельбу, что была так выгодна Брустверу. Я почти уверена, что это был прямой приказ. Слишком уж это ему на руку. А взамен… — Он связал себя с ними обязательствами, — закончил Драко. — Вот только Бруствер терпеть не может таких, как мы. С чего бы это ему обелять Крэбба и Гойла? — Это спецслужбы, — фыркнула она. — Секрет внутри секрета. Черт знает, для чего это ему нужно. — Или не нужно… Астория, этот документ смогли достать ваши люди? — Верно. Пришлось попотеть, но на самом деле вышло проще, чем мы ожидали. Драко задумался. Все, что он знал о Кингсли Бруствере, кричало о том, что он ни за что на свете не станет сотрудничать с этими двумя отбросами. Бруствер начал войну с куда более могущественными людьми, так к чему такое расшаркивание с обычными бандитами? Если только он не задумал их продать с потрохами, как только они будут не нужны. Судя по всему, Крэбб и Гойл были полезны только как люди Люциуса. А поскольку сам Люциус уже в руках Бруствера… Значит, эти двое больше ему не интересны. — У меня пока нет никаких доказательств, но я не думаю, что этот союз долго протянет, — наконец ответил он. Скорее всего, эти бумаги должны создать иллюзию защиты от уголовного дела, чтобы они не пошли как подельники отца. Бруствер тщательно делает вид, что включил их в число своих. Он усмехнулся. Какая наивность. И все же для чего Кингсли было нужно это делать? Трюк? Дымовая завеса для отвлечения внимания? Или он не так уж чистоплотен, как изо всех сил показывает? Машина повернула обратно в Мейфер, но Драко все еще молчал. Молчала и Астория, с интересом разглядывая его. — Спасибо, что подтвердила мои предположения, — кивнул Драко. Лицо Астории впервые за вечер смягчилось. Она слабо улыбнулась. — Мне жаль, что это все свалилось на тебя. Но из всех людей, что я знаю, именно ты сможешь с этим справиться. Он с благодарностью взглянул на подругу. Может, с Асторией Гринграсс и нельзя было обсудить последние сплетни, но с таким цепким подходом и хладнокровным взглядом на вещи ее комплименты были куда весомее, чем поддержка той же Панси. Астория никогда не станет хвалить людей, если действительно так не думает. А это была, черт возьми, похвала. — Я справлюсь, — кивнул он. Когда машина подъехала к дому, дождь почти прекратился. Драко открыл дверь и выбрался из машины, ощущая, что ноги так и не просохли за время поездки. Он хотел было направиться к дверям, но остановился и развернулся. Драко подошел к машине и постучал в пассажирское окно. Спустя пару мгновений стекло плавно поехало вниз, открывая ему недоуменное лицо Гринграсс. — Не уезжай из города. — С чего это? — брови Астории медленно поползли вверх. — А ты думала, я просто так потратил последние две недели? Он подмигнул ей и, резко развернувшись, зашагал к зданию. Астория Гринграсс любит недоговаривать, предоставляя собеседнику крохи информации. А значит, полюбит и сама быть в том же положении.