Святые из Мейфера

Глава 40

«Сопутствующий ущерб»

— Что, черт возьми?.. Возмущение Блейза окатило Драко с головой, как только он залез обратно в минивэн. Рука горела огнем, и ему меньше всего хотелось что-то кому-то объяснять. Особенно Забини, который никак не поучаствовал в схватке. — Нас выследили, но все в порядке, — бросил он сухо. — Поттер сказал под страхом смерти не покидать тачку, было ни хрена не видно. Вы убили их? Что с твоей рукой? Блез протянул к нему пальцы, и Драко тут же отшатнулся, не позволяя ему дотронуться до плеча. Забини удивленно вскинул брови, но в ответ Драко лишь нервно покачал головой: — Была драка. — Я слышал. Можно подробнее? Драко бросил беглый взгляд в окно. Поттер все еще сидел на корточках возле лежащей без чувств Тонкс. Быстро, пока он не вернулся, Драко повернулся к Блейзу и затараторил: — Ни слова при Поттере. Все улажено, работаем дальше. Я расскажу тебе подробности, когда все закончится. Забини скептически уставился на него, и Драко прикусил язык. Когда все закончится. Блейз слишком хорошо знает все детали плана. И в особенности несколько вариантов его финальной части. Наверно, не стоило ему все рассказывать, но, если быть до конца откровенным, Драко чертовски устал лгать. Он так долго маневрировал, то создавая видимость искусственной реальности, то выдавая удобную полуправду, но теперь, перед лицом смерти, хотел быть честным. Хотя бы с Панси и Блейзом. С самыми близкими для него людьми. В горле встал ком. Драко опустил глаза, не в силах выдержать взгляд Блейза. Чувство вины полоснуло ножом где-то в районе ключиц. — Пожалуйста, — тихо сказал он. — Хорошо, будь по-твоему, — так же тихо и одновременно раздраженно ответил Забини. — Но с твоей рукой что-то надо делать. — В плане нет окна, чтобы доехать до медпункта, — с облегчением усмехнулся Драко. Прилив благодарности к Блейзу, который без слов понял, прокатился по спине. Даже дышать стало легче. Губы сами собой растянулись в усталую улыбку, когда он осознал, что сейчас не нужно изобретать новую ложь, которая будет достаточно убедительной. В конце концов, он понятия не имел, как объяснить Блейзу, почему он лично допустил, чтобы Тонкс осталась жива. Самое неловкое, что он не может это объяснить самому себе. Гарри вернулся и хмуро закрыл за собой дверь. Не говоря ни слова, он включил радио. Минивэн тут же заполнили голоса ведущих, наперебой обсуждающих последние события. Не уловив ничего важного, Драко вновь поставил ноутбук на колени и попытался надеть наушники. Одной рукой орудовать получалось куда менее ловко, он то и дело инстинктивно пытался задействовать правую руку, и с каждой такой попыткой боль вынуждала зло шипеть. Он бы с удовольствием утопил монашку-инструктора в Темзе. — Как твоя рука? — обернулся Гарри. — Не работает, — хмуро сообщил Драко. — У нас в любом случае нет времени разбираться с этим. Для нашего плана хватит и одной. А как ты? — Дай взгляну, — Поттер перелез через сиденье, не словом, а делом показывая, что это был не вопрос. Он устроился между Блейзом и Драко и, не замечая, как Забини недовольно нахмурился, вынужденный подвинуться, уставился на его правое плечо. — Руку чувствуешь? Немеет? — быстро спросил Гарри, даже не пытаясь прикоснуться к больной руке. — Н-немного пальцы, но больше покалывает, — Драко подозрительно уставился на него. — Был слышен хруст или треск, когда она заломила тебе руку? Двигать сейчас ею можешь? — Хруста не было, но и двигать не могу. Поттер, ты не врач, прекрати, ты меня пугаешь! Гарри раздраженно закатил глаза: — У меня были курсы первой помощи. Нам нужно срочно решить эту проблему, потому что у нас полно работы. А теперь позволь мне взглянуть. Его зеленые глаза сверкнули решимостью. На удивление, это успокоило Драко. Верно. Все ради дела. Сжав зубы, он кивнул. Поттер аккуратно коснулся плеча, и боль заставила Драко вздрогнуть. — Аккуратнее, — прошипел он. — То есть, копу можно, а лучшему другу нельзя! — возмутился из-за плеча Гарри Блейз. — Коп хотя бы прошел курсы первой помощи, — фыркнул Драко. — В прошлый раз ты порез заливал виски, утверждая, что это обеззараживает. — Это правда обеззараживает! — Я тебя умоляю… Твою мать, Поттер! В пылу спора Драко не заметил, как Гарри дотянулся до его плеча и аккуратно ощупал его. От каждого прикосновения прокатывалась такая боль, будто Поттер бил его ножом. — Тише, тише. Ты ругался с Забини, вот и продолжай ругаться, — буркнул Гарри. — Я не могу ругаться, пока ты заживо с меня кожу сдираешь! — Драко был настолько возмущен, что даже не думал говорить тихо. — Господи боже, — выдохнул Гарри, отстраняясь. — Думаю, перелома нет. Максимум, растяжение связок или вывих. Приятного мало, но срочно в больницу ехать не надо. — Никто бы не поехал в больницу, ты в своем уме? У нас тайминг. — Прекратите, ради бога, мне становится неловко, — вмешался Блейз. — Нужно было поехать с Панси. Драко цокнул языком. Забини явно нервничал и оттого начинал болтать о совершенно неуместных вещах. И если раньше он находил эту привычку забавной, то теперь, когда нервы были натянуты как струны, а любая ошибка могла стоить им жизней, он ощущал только раздражение. Он бы обязательно сказал что-то чертовски обидное, но в этот момент из наушников донеслось потрескивание, которое быстро сменилось голосом Астории Гринграсс: — Доставщик, это Садовник. Сад чист, повторяю, сад чист. И посылка доставлена. Он молниеносно надел наушники, совсем позабыв о плече. Однако острая боль моментально вернула его к реальности. Нажимая кнопку для ответа, Драко закусил губу, чтобы не закричать. Плечо пульсировало болью, отвлекая слишком сильно, чтобы соображать быстро. — Вас понял, — коротко ответил он и отключил связь. Драко оглянулся на Поттера и Забини и, не теряя время, пояснил: — Гринграссы отключили камеры на ключевых перекрестках, это облегчит задачу и нам, и Клыку. Гарри коротко кивнул, а затем в его глазах мелькнул нехороший огонек: — Отлично, а теперь я вправлю тебе сустав. — Это как? — чуть приподнял бровь Драко. Вместо ответа Поттер вдруг дернул его за руку. Драко взвыл от боли. Послышался громкий щелчок, от которого мурашки побежали по спине. Забили с выражением ужаса в глазах смотрел на это, не в силах произнести ни слова. Боль была такой острой, что, казалось, само получение травмы было куда приятнее. На глазах выступили слезы, и Драко, зажмурившись, наклонился вперед, инстинктивно сгибаясь пополам. Однако очень быстро он уткнулся лбом в плечо Поттера. — Все, все, все, — прошептал Гарри. — Уже все. Сейчас все пройдет. — Я убью тебя, — прошипел в ответ Драко, теперь мечтая утопить в Темзе еще и Поттера. — Обязательно, — ухмыльнулся Гарри. — Но чуть позже. Следующие несколько часов все трое провели за собственными ноутбуками, наблюдая, как ИРА погружают страну в панику. Сжав зубы, Драко молил всех богов, чтобы ирландцы не слишком увлеклись и не начали нападать на гражданских. К его огромному облегчению, Билл Уизли сдержал обещание. На экране то и дело мелькали кадры развевающихся флагов, пылающих и взрывающихся автомобилей. Иногда он переключался между вкладками, чтобы отметить: никаких весомых новостей ни у одного СМИ нет. Все громкие заявления уже прозвучали: армия сделает все ради защиты страны, людям нужно сохранять спокойствие и оставаться дома. А успехов, которыми можно было бы порадовать население, все еще не было. Идеальный расклад. Драко шумно выдохнул. Радоваться пока рано, но вот пойти собирать долги — самое время. Он вытащил новый, чистый телефон и по памяти набрал номер в графу «кому». А затем написал короткое: «Сделка выполнена. Твой черед». Ответ поступил почти сразу. «Мы начинаем». Драко позволил себе удовлетворенную улыбку. Одна из сложных частей плана позади. Гермиона Грейнджер была одним из ключевых звеньев замысла, однако она согласилась помочь только при условии, что никто из гражданских не пострадает. Драко был с ней полностью солидарен: в его ушах все еще гремели проклятья миссис Долохов. И все же отталкивать ИРА излишним гуманизмом было верной дорогой к тому, чтобы остаться с людьми Бруствера один на один. А потому Драко потребовалось все красноречие, чтобы убедить Билла Уизли в необходимости беречь гражданских так, чтобы он не решил, будто Малфои вдруг расклеились. До последнего Драко не был уверен, что Клык не спишет на «сопутствующий ущерб» несколько прохожих, но все же он сдержался. Похоже, ИРА и правда ставили на Малфоев. — Они начали действовать, — с нажимом произнес Драко, глядя в глаза Гарри. Тот на мгновение растерялся, а затем, сообразив, коротко улыбнулся: — Я же говорил, они не подведут. А затем быстро перелез на водительское сиденье. Он обернулся к Блейзу и Драко и произнес: — Отсюда до Вестминстера ехать минут двадцать. Предлагаю не медлить. Спохватившись, Драко быстро застучал пальцами по клавиатуре. Потребовалось несколько мгновений, чтобы первый вызов пошел. — Италия, это Доставщик. Мы начинаем. Твои люди на месте? — Мои люди будут очень рады тебя видеть, Доставщик. Они так трясутся, будто не верят мне, что все под контролем, — промурлыкала в рацию Панси. — Будьте с ними помягче, они еще никогда такого не делали. — Вся моя мягкость припасена для нашего особого друга, — плотоядно ухмыльнулся Драко. — Но посмотрим, что можно сделать. Первая леди должна ждать нас на месте. Панси не удержалась и прыснула от смеха. — Знаешь, то, как ты придумываешь кодовые имена, впечатляет сильнее, чем все дело. — Надеюсь, я все же смогу тебя впечатлить. Конец связи. Стянув с себя наушники, Драко повернулся к Блейзу и заметил, как тот напряженно смотрит в окно. Однако времени успокаивать его больше не было. В конце сентября темнело рано, а им нужно было успеть добраться до Вестминстерского дворца раньше, чем зайдет солнце. — Забини, помнишь план? Помнишь, что должен делать? — Да. Провожу тачку, оставляю вас, угоняю ее на вторую стоянку. — И ноутбуки, Блейз. Не забудь про ноутбуки, — спешно напомнил Драко. Еще несколько дней назад, когда он рассказывал план, он остановился на этом моменте подробно. Ноутбуки следовало уничтожить как только Блейз оставит Драко и Гарри в Вестминстере. Эти машины не должны попасть не в те руки, через них можно выйти на всех участников операции. А Драко, как бы он ни пытался от этого публично откреститься, планировал защитить каждого, насколько это вообще возможно. — Точно, — кивнул Забини. — Сожгу все три к чертям собачьим прямо на парковке. — Не забудь. Поттер лишь усмехнулся, выразительно глядя на них обоих. Драко вспыхнул, ощутив себя пойманным на месте преступления. — Нужно переодеться, — буркнул он. — Униформа в рюкзаках. Доставайте. Переодеваться в фирменные комбинезоны курьеров было чертовски неудобно. К тому же эти чертовы комбинезоны были темно-малинового цвета. Когда его утверждали, исходили из прагматичных расчетов: такой оттенок не нужно слишком часто стирать, а капли крови на нем не так заметны. Драко почти ненавидел, что такое продуманное предприятие перехватили безмозглые Крэбб и Гойл. Впрочем, это ненадолго. Когда за руль перебрался Забини, Драко резко вздохнул и вцепился в ручку двери. Все. Все выполнили свои задачи, настал их черед. Поттер сидел рядом и ухитрялся даже в этом дурацком комбинезоне выглядеть превосходно. Темно-малиновый поразительным образом сочетался с его угольно-черными волосами и бледной кожей. К тому же он лишь подчеркивал его спортивное телосложение, делая Поттера чуть ли не моделью. Драко поджал губы, уверенный, что сам выглядит в высшей степени нелепо. И тут же отругал себя за такие легкомысленные размышления. Сосредоточься. Сосредоточься. — Поехали, — негромко скомандовал Блейз. — Не забывайте, что пушки нужно выложить прямо сейчас. Он выразительно посмотрел через зеркало заднего вида на Гарри. Тот в ответ лишь отсалютовал ему. — Все в порядке, Забини. Я делал это тысячу раз. — Ты стремный тип, Поттер, — и все же в голосе Блейза было больше восхищения, чем страха. Драко демонстративно отвернулся, уставившись в окно. Меньше всего он хотел, чтобы эти двое заметили его улыбку.

***

–… и группа правозащитников требует немедленного выступления премьер-министра или министра обороны. В социальных сетях фиксируют многочисленные нарушения прав человека, такое заявление опубликовала в Твиттере правозащитная организация «Сердце Марии». Активисты заблокировали проезд в Вестминстерский дворец. Такое выступление в разгар кризиса оценивается специалистами… Блейз полностью заглушил радио, когда подогнал минивэн к воротам Вестминстерского дворца. Однако добраться до них было совершенно невозможно. Толпа активистов во главе с Гермионой Грейнджер и еще одним пареньком, чье имя Драко так и не смог запомнить, заблокировала подъезд к традиционному месту заседаний английского парламента. Громкие, в аляпистых шапках и с собственноручно нарисованными плакатами, они заполонили весь проезд, окружив ворота, и даже частично вышли на ближайшую полосу дороги. — Да сколько можно! — возмутился Блейз, неплохо отыгрывая сварливого водителя. — Найдите себе работу! Он опустил стекло и выразительно уставился на толпу. Стоящий поблизости паренек в ярко-синей куртке резко развернулся. На его плакате оказалась надпись «Правосудие не работает в подвалах». Он шагнул к машине и громко крикнул: — Мы вышли против этнических преследований и секретных тюрем! Государство объявило охоту на ведьм! А вам бы только свое барахло доставлять. — Бла-бла-бла, — устало ответил Забини. — Очень интересно. А теперь проваливайте, чтобы я сделал свою работу. Меня ждут, и, если опоздаем, шеф мне башку открутит. — Ты ни хрена не понял! — взвился парнишка. — Это протест, и мы никуда не уйдем! Им придется тащить нас силой! К машине поспешил высокий и очень тощий полицейский, который, судя по внешнему виду, был не в состоянии никого и никуда тащить силой. С виноватым видом он обратился к Блейзу: — Тут не проехать, но есть еще одни, запасные ворота. Я по рации скажу, чтоб вас впустили без лишних проверок. Сегодняшний день — настоящий кошмар. — Спасибо, — кивнул Блейз. — Мне просто нужно доставить эти чертовы коробки и вернуться домой. Черт те что творится! — И не говори, — устало произнес полицейский. — Если введут чрезвычайное положение, я еще не скоро домой вернусь. Так что пользуйся, пока можешь. — Последую твоему совету, приятель. Драко и Гарри, скрывающиеся за задним сиденьем, переглянулись. Еще одна важная ступень плана позади. Пока все идет гладко. Даже слишком гладко. Похоже, Поттер думал о том же. Его лицо было напряжено, а губы поджаты. — Монашка-инструктор, — одними губами произнес Драко, надеясь, что Гарри поймет. Тонкс стала неожиданным и чрезвычайно неприятным элементом этой операции. Она имела все шансы сорвать план к чертям, если бы была умнее. Или быстрее. И вызвала бы подкрепление. На удивление, Гарри понял и молча кивнул. Его лицо чуть смягчилось, но взгляд все еще был тревожным. — Приехали, — тихо произнес Блейз, когда машина остановилась. — Все чисто. Драко медленно выдохнул и опустил плечи. Пора. Все эти дни подготовки, все планирование, балансирование между интересами ключевых участников операции, настоящий хаос, в который они погрузили страну. Все было ради этой минуты. И Драко, черт возьми, на этот раз не проиграет. — Готов? — спросил он у Поттера. Не было нужды говорить слишком много. В этом вопросе слилось все. Ты готов устроить диверсию в здании Вестминстерского дворца? Готов до смерти напугать Парламент и всю чертову власть в Англии? Готов обставить МИ6 и МИ5 на их собственном поле? Готов убить Кингсли Бруствера? — Давно, — хрипло откликнулся Гарри. В его глазах горел адский огонь азарта. И это возбуждало настолько, что Драко прикусил губу. Экс-агент Поттер был безумно горяч, когда ради него предал МИ6. Но сейчас, когда Гарри готов вместе с ним обрушить небеса на головы Бруствера и его соратников, он казался по-настоящему плохим парнем. На миг ему даже стало жаль, что этот хулигански ухмыляющийся наглец так стремительно идет к своей скорой гибели. Впрочем, Драко мрачно улыбнулся, он идет к ней прямо за ним. И в этом было что-то бесконечно чарующее. Резко открыв дверцу машины, Драко вышел на улицу. Он едва не запнулся о чертов комбинезон. Предполагалось носить его на обычную футболку и джинсы, но сегодня у него были другие планы. Поттер же выпрыгнул из машины со свойственной ему грацией. Казалось, он целую вечность только и делал, что выписывал пируэты в чудовищно неудобных комбинезонах. Драко подхватил три картонные коробки, водрузил их одну на другую и первым зашагал к крыльцу. Это была неприметная дверь для обслуживающего персонала Вестминстера. Обычно сторонние курьеры пользовались отдельным входом, но теперь, когда правозащитники перекрыли все ворота, проход к служебному входу был открыт. Драко толкнул плечом дверь, и она тут же поддалась. — Вовремя, — прокомментировал появление двух курьеров с коробками знакомый голос. — Но нужно торопиться, закройте за собой дверь, пока с улицы не заметили. Вскинув голову, Драко увидел Рона Уизли в аккуратном и очень дорогом костюме. Он был сосредоточен, как и Гарри, но все же выглядел куда испуганней. Теперь, когда их было трое, в узком коридоре стало тесновато, однако он оказался единственным местом, где можно было спокойно поговорить. Дальше начинались залы и коридоры Вестминстера, где риск встретить знакомые лица из парламента был значительно выше. — И я рад тебя видеть, дружище, — ухмыльнулся Поттер, складывая уже ненужные коробки на пол. — Поверить не могу, что мы это делаем, — выдохнул Рон. — Всю ночь ворочался. — Надеюсь, ты выспался, потому что от тебя зависят жизни людей, — сухо произнес Драко, укладывая собственные коробки поверх тех, что сбросил Поттер. Рон лишь шумно выдохнул и нервно потер переносицу. — Он всегда такой очаровательный? — спросил он у Гарри. — Сегодня пару раз кое-что пошло не так, — слабо улыбнулся в ответ Поттер. — Да и денек вышел… напряженный. — Мы все или умрем, или сядем, — с обреченностью произнес Рон. Гарри быстро посмотрел на Драко и тут же отвернулся. Демонстративно не заметив этого, Драко посмотрел на часы. Почти четыре. — Как обстановка? — быстро спросил он у Рона, пока тот не продолжил свои оптимистичные восклицания. — Порядок, — прочистив горло, ответил Уизли. — Я уже здесь работал, поэтому мой пропуск продлили добрые друзья, о которых лучше не распространяться. Заседание начнется ровно в четыре. У Бруствера доклад перед обеими палатами, но сначала палата Лордов. После всех докладов он поедет в Уайтхолл. — Министерство обороны, — кивнул Гарри. — Он действительно планирует ввести режим чрезвычайной ситуации. — И через десять минут презентует свой план Палате Лордов, — добавил Драко. — Пока все идет, как мы предсказывали. Тревога сработает между заседаниями, будь готов вывести всех депутатов, спикеров и премьер-министра. — Премьер-министр уже в Уайтхолле, — покачал головой Рон. — Тем лучше, — кивнул Драко. — Мы будем ждать в правом крыле. Там все готово? Рон молча кивнул. Пара Грейнджер-Уизли отвечала за Вестминстер. И, как и обещал Поттер, они сработали блестяще. — Да, и, кстати, те картины странные, что вы просили, их тоже принесли. Тяжелые были, черти. На кой они вам? Этого не было в плане. Драко замолчал, выразительно посмотрев на Поттера. В конце концов, в лично его плане этих «картин» действительно не было. В отдалении зазвучали встревоженные голоса. Казалось, не меньше десятка человек быстро проходили мимо коридора для сотрудников, что-то живо обсуждая. От волнения они совсем позабыли о том, что их могут услышать. — Это было в моей версии плана, но сейчас это неважно, — спохватился Гарри. — Рон, тебе пора. Уизли взглянул на часы и резко шагнул к Поттеру, едва не запнувшись о горы коробок. — Удачи. Не вздумай тут умереть, — сдавленно сказал он и обнял Гарри. Тот лишь молча похлопал его по спине и коротко, но сильно сжал в объятиях. Когда друзья отстранились друг от друга, Рон оглянулся на Драко: — То же касается и тебя. Вернитесь домой. И ответить на это было совершенно нечего. Однако Уизли смотрел на него, будто ждал ответа, и Драко малодушно кивнул. В конце концов, скоро ему будет абсолютно наплевать на эту ложь. Скоро ему будет на все наплевать. Голоса в коридоре стихли. Значит, собрание Палаты Лордов началось. Пора. Драко кивнул Гарри и первый двинулся вперед. Он был на экскурсии в Вестминстере много раз, помнил план здания наизусть, и все равно боялся ошибиться. Пока мозг сомневался, тело действовало. Уверенно шагая по пустым коридорам, Драко поначалу удивился, что они не встретили на пути никого из обслуги. Ни в роскошном коридоре, ни в комнате отдыха, ни даже в библиотеке не было ни души. Это было подозрительно. Бруствер не мог узнать об их плане. Просто не мог. Проболтаться было некому — каждый из участников чертовски рисковал, даже встретившись с ним после взрыва машины. Драко прекрасно осознавал, что больше не является любимчиком светского Лондона. И все же в стенах древнего замка Вестминстера, что последние несколько веков являлся домом для Парламента Англии, он чувствовал себя как дома. Сколько лет он мечтал войти в эти двери как дорогой гость, пожимать руки жаждущим его пожертвований членам парламента и наслаждаться их лебезением. Теперь же он заходит в дурацком комбинезоне через служебный вход. Горько усмехнувшись, Драко подумал, что все чертовски закономерно. Он был преступником всю свою жизнь. Так что под ее финал вполне ожидаемо красться по коридорам, боясь оказаться обнаруженным прислугой. Два незваных гостя шли уверенной походкой людей, у которых есть важное дело и которые до чертиков раздражены самой необходимостью работать. Этот трюк был идеей Поттера, который утверждал, что к разъяренным рабочим, куда-то уверенно идущим, никогда ни у кого не бывает вопросов. Однако в коридоре не было никого, кто мог бы эти вопросы задать. Драко притормозил, позволяя Гарри себя догнать. Когда они поравнялись, он выдохнул: — Подозрительно. — Это они. Эти двое всех начали выводить, — так же тихо ответил Поттер. Грейнджер и Уизли. Они. Гуманисты и правозащитники. Что ж, план это не рушило, и все же им стоило предупредить Драко. Он стиснул зубы, воображая, что было бы, если б эта самодеятельность на самом деле затронула какие-то важные аспекты операции. Он бы утопил эту семейку добрых самаритян в Темзе. — Поговорим об этом позже, — сквозь зубы процедил он. И в ответ получил лишь грустную улыбку. Точно. «Позже» уже не будет. Не для них. Они добрались до северного крыла, не встретив ни единой живой души. Завернув в закуток, который не просматривался камерами, Драко тут же начал стягивать с себя комбинезон. От нетерпения он резко дернул молнию, которая от такого обращения тут же заела. Закатив глаза, он медленно потянул за язычок вверх и, когда лишняя ткань выскользнула из него, так же медленно повел язычок вниз. Этот чертов комбинезон будто намеренно выводил его из равновесия. Но Драко не позволит такой ерунде сбить себя с толку. Только не сейчас. Избавившись от него, Драко, наконец, ощутил себя собой. Он стоял в элегантных брюках, которые лишь немного помялись, в белой рубашке и черном пиджаке. Это был один из лучших и дорогих костюмов, в последний раз он надевал его на открытие галереи тетушки Беллы. Когда-то в прошлой жизни. Поттер, оглядев его, только хмыкнул. Он сам остался в тренировочных брюках и черной водолазке. На нем была кожаная портупея, на который помещалось два чехла для пистолетов. Драко засмотрелся, вдруг осознавая, что у него появился новый фетиш. Не то близость смерти, не то скорая встреча с врагом, но все чувства будто обострились. Драко шагнул к Поттеру, одарив его нахальным взглядом. Он толкнул его к стене, и Гарри позволил ему это. Зеленые глаза внимательно наблюдали, а на губах не было ни тени улыбки. Драко приблизился к нему, ощутив дыхание на щеках. — Поцелуй для обреченного? — спросил он. — Не думал, что тебе нужно разрешение. И Драко поцеловал его. Поцеловал жадно, стараясь отвоевать столько жизни и страсти, сколько сможет. Поцеловал отчаянно, почти ощущая привкус крови. Поцеловал так, будто это их последний поцелуй. В конце концов, так оно и было. Эгоистично. Безрассудно. Драко понимал, что отвлечься в такой момент — самоубийство, но не мог отказать самому себе в последнем желании. Даже обреченных на казнь кормили последним ужином. Огонь горел в груди, и Драко закрыл глаза, наслаждаясь тем, как сознание взрывается миллионом звезд. Воздуха не хватало, и от этого кружилась голова, но он не был готов отпустить Поттера. Не сейчас. Еще чуть-чуть. Еще немного. — Если мы не остановимся, я не смогу работать, — выдохнул в его губы Гарри. — Почему? — не удержался от самоуверенной ухмылки Драко. Он отстранился, прекрасно понимая, что Поттер прав. Но ему до смерти хотелось еще раз услышать… — Потому что я могу перехотеть умирать. Грудь обожгло не случившимся. Перехотеть умирать. Будто хоть один из них готов отступить. Будто действительно может существовать мир, в котором можно передумать. Драко горько усмехнулся, ощущая, как сквозь пальцы утекает последняя надежда. Ни один из них не выйдет живым из Вестминстера. Это было единственное, во что теперь он искренне верил. И все же его голос дрогнул, когда он произнес: — Тогда мне больше не стоит тебя целовать. — Верно. Не стоит.

***

Кингсли Бруствер появился примерно через час. Поттер узнал его по звуку шагов. Он вскинул голову и знаком приказал Драко прижаться к стене. Следом за Бруствером кто-то семенил. Тревожный мужской голос раз за разом повторял, что нет никакой необходимости в дополнительной охране. — Помилуй, господи, Вестминстер — одно из самых охраняемых мест во всей Англии! — А вся Англия сейчас пылает, — резко оборвал его Бруствер. — Мои люди будут тут, хотите вы того или нет, Фадж. Дверь большого кабинета министра финансов в северном крыле тихо открылась. Судя по звуку шагов, за Бруствером следовало не менее трех охранников. — Мистер Бруствер, подождите здесь, пока все не проверят. Уверен, это все временно, я вернусь за вами, — пролепетал Фадж. — Постарайтесь быстрее, у меня чертова гора работы, — фыркнул Бруствер и с громким хлопком закрыл за собой дверь. Гарри кивнул Драко и первым вышел из закутка, решительно направляясь к двери. Около нее, нервно переступая с ноги на ногу, стоял Корнелиус Фадж, спикер палаты Лордов и один из старых друзей Люциуса Малфоя и Арвина Паркинсона. — М-мне можно уходить, мистер Малфой? — тихо спросил он, заикаясь. Похоже, вся эта ситуация пугала его до чертиков. — Да, — кивнул Драко. — И рекомендую уйти подальше. Фадж резко развернулся на каблуках и с такой скоростью зашагал обратно по коридору, что, казалось, он вот-вот перейдет на бег трусцой. Не нужно было обладать талантом провидца, чтобы знать: спикер уйдет так далеко, как это будет возможно. Куда-нибудь к берегам Норвегии. Гарри и Драко остались наедине перед закрытой дверью. Там, за ней, их ждал человек, который не побоялся бросить вызов самым влиятельным семьям этого города. Тот, кто без труда швырнул под каток их жизни. Тот, о ком с ужасом шептались по коридорам, тот, кого называли стихийным бедствием. И они пришли его убить. Драко потянулся к ручке, не оставляя себе ни минуты на сомнения или страх. Сейчас. Все закончится сейчас. Он резко открыл дверь, пропуская Поттера вперед. Тот змеей проскользнул в кабинет, и Драко быстро прикрыл дверь, заглушая звуки борьбы. Меньше всего им было нужно, чтобы кто-то из парламентариев, заплутав во время эвакуации, увидел, что здесь происходит. Когда звуки смолкли, Драко снова открыл дверь и шагнул вперед. В просторном кабинете были традиционно огромные окна, вдоль которых расставили запакованные картины. Некоторые из них были крупнее, некоторые меньше. Вид этих картин больно царапнул надеждой, поэтому Драко отвел взгляд, подняв глаза на Кингсли Бруствера. От одного его вида по коже прокатилась волна мурашек. Драко видел Бруствера десятки раз по телевизору, куда чаще — на фотографиях. Казалось, это был все тот же мэр — в аккуратном дорогом костюме, крупного телосложения, с дорогими часами на запястье и россыпью морщин вокруг глаз. И одновременно это был не он. Вместо сияющих глаз и располагающей к себе улыбки — только цепкий, холодный взгляд человека, который видит тебя насквозь. Тонкие губы сжались в нить, когда их взгляды встретились. — Поттер, Малфой, — сдержанно произнес Бруствер, проведя кончиками пальцев по широкому столу, что стоял перед ним. — Я думал, на сегодня сюрпризы закончились. — Люблю удивлять, сэр, — сухо произнес Гарри, не двигаясь с места. — О, это уж точно, — фыркнул Бруствер. — Чем обязан, джентльмены? Драко шагнул к Кингсли, и на его губах расцвела вежливейшая из фальшивых улыбок. — Мистер Бруствер, рад наконец встретиться лично. У меня есть пара вопросов, и я буду счастлив, если вы найдете пару минут, чтобы ответить на них. Бруствер со скрипом отодвинул стул и с досадой уставился на Малфоя. — Полагаю, выбора у меня нет. Не для того ли здесь мистер Поттер? Он уселся за стол и сложил руки на груди. Гарри не поддался на провокацию, лишь усмехнувшись: — Для простого дуболома вы мне слишком много платили. — Полагаю, Малфои платят еще больше. Потрясающе. Все, как они и предполагали. Бруствер в бешенстве от того, что Поттер переметнулся на другую сторону. Драко внимательно вглядывался в глаза мэра в поисках подсказок, однако тот умел держать лицо. Впрочем, было бы странно, если бы тот, за кем стояла мощь спецслужб Англии и кто добрался до поста мэра Лондона, так быстро терял над собой контроль. — Мистер Бруствер, вашими усилиями моя платежеспособность сильно упала. Чем обязан такому пристальному вниманию? Драко не был идиотом и прекрасно знал ответ на этот вопрос. Однако слова Тонкс, брошенные посреди битвы на парковке, явно требовали объяснения. Бруствер что-то недоговаривал, и они намеревались выяснить, что именно. — Я просто делал свою работу, — улыбнулся Кингсли, откидываясь на спинку стула. — А мне казалось, ваша работа находится за пределами страны. Аккуратно отодвинув стул, он сел прямо напротив Бруствера. Широкий стол из красного дерева наверняка повидал на своем веку немало политических оппонентов, которые были бы не прочь прострелить башку своему визави. Однако едва ли они были так близки к исполнению своих заветных желаний, как Драко. Впрочем, судя по тому, как Бруствер закатил глаза, он явно об этом не догадывался. — Мистер Малфой, ваше образование оставляет желать лучшего. В нашей стране люди моей профессии работают по обе стороны границы. И все же, несмотря на самодовольную ухмылку, он незаметно потянулся к часам. Умный ублюдок. Впрочем, Поттер был умнее. — Предпочитаю Патек, впрочем, это дело вкуса. Ваш оставляет желать лучшего, — заметил Драко. — Нет нужды посылать сигнал тревоги, ваш зов никто не услышит. Мы заглушили периметр здания. Даже ваша мама вам не дозвонится. Если это и удивило Бруствера, то виду он не подал. — Моя матушка уже давно не может ни до кого дозвониться, мистер Малфой. Как, впрочем, и ваш отец. — Вы слишком часто поминаете моего отца. — Что же поделать, он оказался куда более интригующим противником, чем вы. При всем уважении, когда дети идут на настоящую стройку со своими пластмассовыми лопатками, это не вызывает умиления. Поттер, от вас я ожидал большего. — О, сэр, вы даже не представляете насколько это взаимно, — хрипло ответил Гарри. Он стоял, вытянувшись, словно натянутая струна. Лицо Поттера было непроницаемым, как в моменты перестрелок. Это настораживало. Захотелось напомнить ему, зачем они здесь. Подать какой-то знак. Однако приходилось действовать строго по плану. Бруствер — слишком опасный противник, чтобы демонстрировать слабость. Любой знак он может воспринять как раскол между союзниками и использовать его. А значит, нужно просто довериться Гарри. — Взаимное разочарование, джентльмены, не помогает продуктивной дискуссии. Задавайте свои вопросы, мистер Малфой. И поспешите, у меня встреча, — Бруствер бросил взгляд на часы, которые теперь могли только показывать время. Драко поймал себя на мимолетном удовольствии от мысли, что лишил могущественного Кингсли Бруствера его привычного атрибута безопасности. Немногие знали, что наручные часы нового мэра Лондона были еще и способом экстренной связи с дополнительными силами охраны. Им крупно повезло, что в число этих немногих входил спецагент Гарри Поттер, который обеспечивал безопасность Бруствера во время его визитов в Кабул. — Боюсь, встречу в Уайтхолле придется отложить, — с деланой грустью в голосе произнес Драко. — Не делай вид, будто то, что ты знаешь мое расписание, дает тебе преимущество, — фыркнул Кингсли. Гарри обошел стол и остановился. Если бы это был ужин, он бы занял место главы приема. Выдохнув, Поттер оперся руками на стол и чуть наклонился вперед. — Мистер Бруствер, мы не играем с вами в шахматы. Мы вообще с вами не играем, — сухо произнес он. — Вы ворвались в Вестминстер, подговорили Фаджа и хрен знает кого еще, — рыкнул Кингсли. — Поттер, вы кто угодно, но не игроки. — Само собой, сэр, мы — мародеры, — усмехнулся Гарри, кивая на упакованные картины. Драко не удержался от смешка. Юмор — то немногое, что осталось для обреченных на смерть. И если раньше Драко думал, что неуместно веселиться на пороге гибели, то теперь он считал это отличной идеей. — Вандалы, — подхватил он. — Почти пираты, — не удержался Гарри. Они переглянулись. В зеленых глазах плескался такой азарт и такое веселье, что это горячило кровь. Если смерть смотрит прямо в лицо, у нее должны быть его глаза. — Вы пришли отомстить за отца, Малфой? Это предсказуемо и скучно, — выдохнул Бруствер. Тянет время. То, о чем и предупреждал Гарри. Брустверу выгодно заговорить их, чтобы его люди заметили затянувшееся отсутствие шефа. Тогда у них куда больше шансов если не обнаружить их в бесконечных коридорах Вестминстера, то хотя бы окружить здание и поймать на выходе. Кингсли Бруствер действительно не верит, что им хватит решимости всерьез напасть на него. Ведь после покушения на жизнь мэра Лондона ни один из них не сможет оставаться в этом городе. И это была чистая правда. — Мистер Бруствер, я никогда не утверждал, что я непредсказуемый и веселый, — пожал плечами Драко. — Знаете, я ведь очень хотел устроить вам ужин. Настоящий, достойный ужин. Вроде того, который вы устроили для моих родителей. Раз уж они не могут ответить вам этой любезностью. — Это было бы пошло, — поморщился Кингсли. — Согласен, — кивнул в ответ Малфой. — Однако вы, мистер Бруствер, другое дело. Вы нас немало озадачили, когда решили убрать агента Поттера. У Бруствера дернулась щека. Лишь на миг, но он потерял самообладание. Затем он моментально поднял щиты, одарив Драко снисходительной улыбкой: — Мистер Малфой, я понимаю, горе совсем помутило ваш разум. Некоторые даже нашли бы в своем сердце сочувствие и понимание. Возможно, нашел бы и я. Однако вы совсем перепутали очередность событий. Это мистер Поттер принял решение предать свои идеалы и свою родину. Разумеется, после этого мы не могли не среагировать. Надеюсь, вы понимаете. Не потому ли вы убили мистера Локхарта? Драко отшатнулся, словно Бруствер его ударил. Локхарт. Взрыв в доках, в самом сердце города. В неразберихе он совсем забыл тот день. Однако теперь, когда Кингсли упомянул об этом… Все начинает вставать на свои места. Гилдерой Локхарт действительно перевел кучу денег Малфоев своему таинственному подельнику. И это действительно было предательство. Вот только дело передали полиции, МИ5 даже не прикасались к нему. Лонгботтом работал над ним с напарником, пока Астория не сожгла участок. Он уверял, что Бруствер лишь однажды покрасовался перед камерами после взрыва и затем погрузился в предвыборную гонку, ни разу не запросив детали расследования. А значит, Бруствер мог узнать о том, что Малфои сочли Локхарта предателем, только в том случае, если был в курсе, что деньги ушли куда-то не туда. А если он ни разу не запрашивал детали, значит… значит, точно знал, куда именно они ушли. Ублюдок сам организовал эту подставу! Вот сукин сын! Драко потребовалось все его самообладание, чтобы не швырнуть в мэра Лондона стулом. Весь этот переполох со взрывом в центре города — все ради того, чтобы нанести первый удар по Малфоям. Значит, именно они все это время были настоящей целью. Дело не в борьбе с организованной преступностью и прочей чуши, что он толкал по телевизору. У Кингсли Бруствера был зуб именно на них. Закусив губу, он медленно выдохнул, возвращая самообладание. Боль остановила снежный ком гнева, который уже начал свое движение. Не время. Не время для чертовых эмоций. Им нужно получить ответы. Гарри нужно получить ответы. Поттер, похоже, заметил эту бурю чувств, что Драко сдерживал в себе, и перехватил инициативу: — А мне помнится, что все было иначе. И Тонкс тоже. При упоминании монашки-инструктора Бруствер нахмурился: — Где она? — С ней все в порядке, — заверил его Гарри. — Можете мне поверить. В ответ Кингсли лишь весело хмыкнул. Сама мысль о доверии Поттеру вызывала у него веселье. Впрочем, совсем недавно Драко бы полностью разделил его точку зрения. — Поттер, это пока самое смешное, что вы говорили за все время нашего знакомства. — Еще смешнее было то, что она мне поведала о вашем небольшом споре, — улыбнулся Гарри. — Тогда, в Афганистане, когда вы решали, стоит ли оставить меня в живых. Представляете, как я был удивлен это услышать! Даже не представлял, что мой босс — такой талантливый шутник. А знаете, что самое веселое? Я уверен, что знаю, какой именно разговор вдохновил вас на эту шутку. Все дело в тех неучтенных грузовиках с медикаментами, верно? Улыбка мгновенно потухла, уступая презрительной усмешке. Зеленые глаза опасно сверкнули. Бруствер сложил руки в замок и одарил Поттера досадливой улыбкой: — Только не заставляй меня снова проговаривать очевидные вещи. Поттер, ты больше не сопляк, который только вышел из академии. Ты знаешь, что иногда не все идет так, как ты планировал. Иногда у тебя нет времени на чертовы бумаги. — Я тоже так думал. Более того, сэр, я был убежден, что это всего лишь моя паранойя. Ведь скорее мой разум меня обманет, чем мой наставник. Я восхищался вами и мечтал защищать страну с той же самоотверженностью, — в голосе Гарри звучала такая горечь, что сердце сжималось. Это должен был быть их разговор наедине. Наставника и ученика. Предавшего наставника и разочарованного ученика. Драко ощущал, что сейчас пришло время отступить. Не вмешиваться. Он слушал, затаив дыхание. Пальцы поглаживали пластиковую коробку, что покоилась в кармане. — И все же решил предать, — скептически подвел итог Кингсли. — И когда Тонкс сказала про этот спор, — проигнорировал этот комментарий Гарри, — я понял, что мне не показалось. Мистер Бруствер, здесь больше никого нет. Ни мне, ни Малфою никогда не поверят. В этих грузовиках… в них же был опиум, не так ли? Бруствер смерил его презрительным взглядом, не произнеся ни слова. Гарри молча смотрел на него, напрягшись всем телом. Он не сводил глаз со своего наставника. Тишина была ему ответом. Тишина — это и был ответ. — Значит, когда мой переводчик пропал… — Ты уже и сам догадался, мальчик. Кингсли Бруствер был на удивление тих. Он замер, как змея перед броском. Безоружный, спокойный, один против двоих — даже теперь Кингсли Бруствер внушал страх. Драко ощущал, как липкие пальцы смерти смыкаются на горле. Он поставлял опиум из Афганистана. Точнее, покрывал поставки. Он убил переводчика. И раз Поттер о нем вспомнил, значит, этот переводчик увидел что-то лишнее и, скорее всего, доложил об этом. Это — и осознание того, что все удары на самом деле были направлены именно на Малфоев — собиралось в невероятную картину. Драко изумленно смотрел на Бруствера, который не замечал никого, кроме своего ученика. Это все до боли напоминало то, что Драко очень хорошо знал. Знал с самого детства. Разборку с конкурентами. В груди похолодело. Это было настолько маловероятно. Все так хорошо выстраивалось в стройную теорию, что становилось жутко. Если это правда… Драко прекрасно понимал, что имели в виду те, кто называл Кингсли Бруствера стихийным бедствием. — Хороший ход — выключить конкурентов из цепочки поставок, мистер Бруствер, — севшим от волнения голосом произнес он. — Конкуренция — это для равных, мистер Малфой, –презрительно выплюнул Кингсли. — Вы — торгуете, мы — торгуем. Так в чем разница? Сердце забилось где-то в горле. Ему нужно было знать. Прямо сейчас ему было чертовски важно знать, почему. Почему Бруствер обрушил все силы спецслужб на дело его семьи? Почему атаковал Гринграссов? Почему убил его родителей? Все, что он знал до этого дня, стало ложью. Лишь частью картины, к которой он оказался слишком близко. Отец был прав. Он не видел картины целиком. Но прямо сейчас мог попробовать увидеть. — Мистер Малфой, — тяжело вздохнул Бруствер. — Вам предстоит еще многое узнать об этом мире. Поразительно, что именно я вынужден учить вас этому, но, раз ваш отец не удосужился… Знаете ли вы, на чем построено величие этой страны? — Колонии, доминирование на рынке ценных бумаг, это экзамен? — нарочито скучающе произнес Драко. Он пытался хоть немного скрыть свое нетерпение, но получалось плохо. Впрочем, сейчас меньше всего Драко беспокоило мнение Бруствера о нем. — Нет, мистер Малфой, это не экзамен, — усмехнулся Бруствер. — Так что прекратите отвечать, как по учебнику. — В учебниках написано, что, когда вы занимаетесь одним и тем же бизнесом, — вы коллеги. — Я поклялся защищать эту страну, которую ты с твоей семьей десятилетиями накачиваешь наркотиками. Мы не коллеги, Малфой, мы по разную сторону баррикад. — Эту страну, — медленно повторил Драко. До него начало доходить. — Значит, дело только в этом. Вы ведете трафик в Азию и искренне считаете, что это… что, более этично? — Что? — выдохнул Поттер. — Вы, блять, серьезно? Деньги на предвыборную кампанию сами себе не заработают? Бруствер поднялся на ноги так быстро, что стул пошатнулся и едва не упал: — Мир несправедлив, Поттер. Сопутствующий ущерб есть всегда, и твоя работа — сделать так, чтобы им не стал народ твоей страны. Впрочем, это уже неважно. А теперь, если я ответил на ваши вопросы, прошу меня простить, меня ждут в Уайтхолле. Он шагнул к двери, но Драко и Гарри одновременно бросились вперед, перегораживая ему путь. Только сейчас Драко увидел, что Кингсли был выше их обоих. И крепче их обоих. Он не мог с уверенностью сказать, кто бы победил в драке. — И тогда вы решили убрать своего, — прошептал Драко. — Тебе, Поттер, страшно повезло, что ты понравился Нимфадоре, — скривил губы Бруствер. — Ты получил шанс, начал все сначала в полицейском участке. Но после того, как наружка засекла твой контакт с Малфоем во Франции, ты лишился его. — Я должен был погибнуть в особняке Малфоев, — ошеломленно произнес Гарри. — Вот для чего вы отправили меня туда. Деннис должен был перехватить руководство операцией, когда… когда меня убили бы мои же парни! — Блестяще, — презрительно посмотрел на них Бруствер. — Можете обсудить недавние открытия. Полагаю, на это у вас осталось минуты три. Он выразительно посмотрел на часы. — Точнее, две. Видите ли, как только мои часы пропали с радара, сингал тревоги был отправлен в центр управления. Согласно протоколу, агенты МИ5 уже окружили здание Вестминстера. А некоторые из них уже прочесывают комнату за комнатой. Для этого нужно не больше сорока минут, если в деле не меньше пятидесяти человек. А именно столько я поднял по тревоге сегодня утром. Вы безоружны и уже не выйдете отсюда. Вы, два сопляка, понятия не имеете, с кем связались. Королевская служба разведки — это не монаршая семья, где лишь один правитель. Мы — гидра, которая работает в каждом ведомстве этой страны. Вы правда думали, что у вас есть шанс? Бруствер одарил их безразличным взглядом. Ему было больше не интересно. Он был настолько уверен в себе, что его даже не беспокоило, что именно он только что рассказал. Картина окончательно сложилась. Кингсли Бруствер столько лет был на вершине, что забыл, каково столкнуться с по-настоящему сильным противником. Противником, который может тебя ошеломить. Прямо как Люциус Малфой. И, как и Люциус, он совершил ту же самую ошибку — недооценил Драко. Шагнув ближе, он сократил расстояние между ним и Бруствером и выдохнул: — Вы умеете удивлять, мистер Бруствер. Я бы сказал, что впечатлен и опечален. Какая чудовищная потеря. — Что за чушь? — закатил глаза Кингсли. — Как только я нажму эту кнопку, все северное крыло, а с ним и восточный коридор взлетят на воздух. Подобный теракт в самом сердце Лондона окончательно похоронит репутацию спецслужб. Придется им как-то иначе строить свою работу. Впрочем, вам это не грозит. Старый порядок будет похоронен вместе с вами. Кингсли Бруствер побледнел. Впервые за весь разговор он действительно испугался. — Это блеф, — хрипло произнес он. — Разве? — усмехнулся Драко. — А я что, что-то у вас прошу, мистер Бруствер? Его серые глаза полыхнули безумием. Бруствер не верил. Не хотел верить. — А ты, Поттер? Ты согласен с этим? Его голос дрожал — то ли от страха, то ли от злости. — Ты правда готов стать смертником? Как этот чокнутый? Драко с упоением наблюдал за тем, как Бруствер мечется, пытаясь придумать для себя план спасения. Однако двери были крепко закрыты. — Мистер Бруствер, — усмехнулся Гарри. — Меня учили, что мир несправедлив. Иногда, когда защищаешь страну, бывают жертвы. Сопутствующий ущерб. — И кем вы себя считаете? — раздраженно, с нотками паники в голосе спросил Кингсли Бруствер, оглядывая их обоих. — Какими-то фанатиками? Думаете, в вашем грязном мире вы станете святыми, если убьете меня и разрушите самое сердце нашей страны? Драко шагнул еще ближе, сокращая между ними дистанцию до считанных сантиметров. Он поднял руку с пультом и поднес его к своему лицу. — О да, — усмехнулся он, глядя прямо в глаза Брустверу. — Именно так. Мы станем святыми из Мейфера. И нажал на кнопку.

***

Оглушительный взрыв раздался в самом центре Лондона. Здание Вестминстерского дворца рухнуло в высокие языки пламени. Камни из кладки разлетелись на много футов в стороны, ранив полицейских, что оцепили здание. Множество англичан в ужасе наблюдали за тем, как в горящую гору камней превращался многовековой символ английской власти. На следующий день, когда пожар потушили и начали разбирать завалы, спасатели нашли северном крыла три тела. Судмедэксперты опознали их по зубам, и в этот же день имена стали известны прессе еще до официального заявления. Во время взрыва погиб недавно избранный мэр Лондона Кингсли Бруствер и два гражданских лица — Гарри Поттер и Драко Малфой.