Сокровище

Мне нечего предложить, кроме крови, труда, слез и пота.

Уинстон Черчилль

***

Если бы когда-то Элизу спросили, каково это быть принцессой водного царства малонаселенной волшебной планеты, она бы не нашла, что ответить. За все свои восемнадцать лет Элиза лишь начинала жить для себя, а не тонущей уже в долгах семьи, сосредоточившись лишь на злобном роке судьбы — пении, которое было не подвластно ей с самого рождения. Не было таланта. Не было удачи. Не было самого главного… голоса. Элиза была обреченной на одну неудачу глупой мечтательной певичкой, что круглые сутки проводила за многочисленными подработками, а по ночам выступала за пару баксов в час в низкопробных кабаре. Если бы Серену спросили, каково это быть единственной принцессой Аэллиона, дочерью великой валькирии и королевы в одном лице — Сигрильд, души не чаявшей в любимом чаде, она бы сказала, что это терпимо. Она попала в почти что эфемерно прекрасное тело Сирены из-за уходящей глубоко в древние корни прародительницы древнего рода наипрекраснейшей сирены Лираэн, когда ей было от силы семь лет. Бедная принцесса погибла в том трагическом покушении сразу вместе с отцом, отчего Сигрильд совсем потеряла покой из-за беспокойства и страха за прелестную дочь, заточив в золотом дворце подобно какой-то канарейке. А потому Серена знала о чем говорила. Охрана пристально следила за ней с самого раннего возраста, запрещая почти все опасные занятия, нанятые и тщательно проверенные учителя давали лишь тот минимум информации, который бы не позволил ей совсем потеряться в устоях данного мира, а Сигрильд, нежно упоминаемая ей «мама», старалась затопить ее таким количеством внимания и заботы, что она едва не задыхалась. Возможно, Серена была неправильной попаданкой. Она не растрачивала любезно подаренный судьбой второй шанс на покорение каких-либо вершин, вежливо проверяя сводку последних новости лишь для сухой галочки, не пыталась давить на суровую мать уговорами позволить поступить в алфею как другие феи и в целом была более чем довольна нынешним положением дел. У нее был чарующий голос сирены и огромный роскошный дворец полностью в ее распоряжении. Серена попросту не ведала, что же еще ей нужно было для полного счастья. Ну и что, что последний раз она покидала надежные стены дворца лишь пять лет тому назад на свою первую коронацию? Сигрильд построила специально для нее такой роскошный сад рядом с мистическим озером, что красота внешнего мира просто померкнет в своем сиянии. Что такого в том, что это вешает на нее ограничения вроде отсутствия какой-либо связи с другими людьми? Любой контакт с принцессой все равно строго контролируется, а так у нее всегда есть под рукой пара шутливых фрейлин или ставшихся за время службы по-отечески снисходительными охранников. А то, что жители Аэллиона уже распускают всякого рода слухи и шуточные, не носящие в себе какой-либо правды легенды о некоем запечатанном на множество замков лично королевой сокровище… На это даже внимания обращать не стоит. Битвы с ужаснейшими злодеями возьмет на себя другая шестерка фей. Но жизнь в довольно жестокой манере доказала ей обратное. — Я не понимаю… — с трудом поспевая за торопливым шагом спешащей вперед горничной, растерянно пробормотала ей в спину Серена. — Что ты… что ты такое говоришь? Аэллион — одна из самых мирных планет, зачем же… Зачем же ему вторгаться сюда? Она избегает озвучивания вслух его имени. Может быть, часть нее надеется, что в этом случае существование столь опасного темного мага станет хотя бы капельку иллюзорнее. — Хранительницы Лираэна сдерживают основные силы, но вряд ли долго продержатся! — обеспокоенно сказала оглядывающаяся через плечо сквозь каре коротких темных волос Милли. — Ваше Величество поручила мне приказ сопроводить вас до главной сокровищницы и я сделаю все, чтобы вы добрались туда, принцесса! Серена вздрагивает, сбиваясь, но из-за крепко обхвативших ее запястье пальцев, продолжает плестись вперед: — Она… она в порядке? До нее впервые настолько болезненно врезается осознание собственной бесполезности. Не в последнюю очередь из-за настояния самой Сильгрид и все же… Серена могла хотя бы попытаться отстоять право на магические тренировки, а не довольствоваться ни в чем неповинным пением. Однако, она действительно не ожидала такого исхода. Потому что его не было. Или было? Сколько планет разрушил на своем пути Валтор? — Подожди, разве на случай вражеского нападения… — поздно доходит до нее, когда взгляд голубых глаз цепляется об подозрительного рода метку на шее горничной, отчего растерянное. — …матушка не говорила спускаться в катакомбы, — она проблеяла уже в громко захлопнувшиеся перед носом массивные двери. Что-то не так. Серена замерла на месте, не в силах отвернуться от выграверованный на ровной поверхности золотых узоров. Обычно почти не осязаемый вес воздушного платья цвета морской волны стал как никогда тяжел, неприятно утягивая ее вниз подобно несуществующим оковам. Она медленно сглотнула скопившуюся во рту слюну, вслушиваясь в шелест страниц за спиной и глухое падение разбившегося на осколки стекла. — Неужели у чудесного сосуда Песни Безвременья совсем нет манер? — донесся до нее сквозивший нескрываемой насмешкой бархатный низкий голос. — Повернись. «Слишком красив», — было первым, что пронеслось в мыслях на мгновение встретившейся с серо-голубыми глазами принцессы Аэллиона. Такую красоту, как правило, называют греховной. Чересчур шелковистые, блестящие на редких прожилках света длинные светло-русые волосы. Слишком затягивающие в свою бездну облачные глаза. Слишком претенциозный цвет темно-бордового жакета, опущенного до самого пола. — Прошу простить мою грубость, — склонилась в легком реверансе Серена, отводя взгляд к до блеска начищенному мраморному полу. — Ваш внезапный приход искренне застал меня врасплох. Он опускает удерживаемый в руке свиток на другую гору разобранных артефактов из не такой уж и дивной сокровищницы Аэллиона и плавной поступью пересекает протянувшееся между ними расстояние. И с каждым проделанным им шагом ее ладони, скрытые за вуалью перчаток, охватывала все более сильная дрожь. Серена вздохнула, сжимая их в замок, чтобы перебороть ненавистный страх. О всесильная Лираэн, как же она боится. — Когда я услышал бродящие по этой планете слухи о «мифическом сокровище морей», то представлял нечто иное, — задумчиво делится Валтор вслух, обхватывая пальцами ее подбородок и резко вздергивая его вверх, заставляя посмотреть прямо в глаза. — Нельзя сказать, что я остался разочарован. Серена лишь смотрит на него, не в силах связать и двух слов. Чужие пальцы сжимают ее челюсти едва не до хруста, и она уже чувствует наливающиеся там синяки. Это больно и неприятно. — Даже если принцесса ведет себя словно лишенная воды рыба, она, как минимум, прекрасна, — небрежно поворачивая ее побледневшее личико то в одну сторону, то в другую, рассматривая каждый изящный изгиб со всех ракурсов. — Однако, подобного рода ложь, что испускает твой народ, заставляет меня задуматься о том, зачем же после всего оставлять тебя в живых. — Я могу быть полезной, — порывисто и резко изрекает Серена, не обращая внимания на пару упавших на глаза светло-серебристых прядей волос. За что в ту же секунду проклинает свой длинный язык. Какая от нее польза? — И на что же способно мифическое «сокровище» Аэллиона? — насмешливо прогудел над ее ухом голос Валтора. — Я… я умею петь, — хлипким шепотом выдавила из себя она, гулко сглатывая. На мгновение в сокровищнице золотого дворца воцаряется долгая протяжная тишина. — Всегда хотел иметь певчую канарейку. Она не знала для чего именно он сказал эту фразу. Грубоватый материал кожи темных перчаток царапнул нежную кожу ее шеи, когда его пальцы очертив линию ее челюсти, спустились вниз, слегка надавив на горло, заставив слегка захрипеть. Она зажмурилась, жалобно цепляясь пальцами в его руку и едва слышимо всхлипнула. — Пой, сосуд голоса Лираэна, — хрипло приказал Валтор, ослабляя захват. — Пой и, может быть, я сделаю тебя своей пташкой. Серена испуганно взглянула в тонущую червоточину его блеклых глаз и едва передвигая пересохшими от нервов устами, наконец… запела.

***

Что такое Аэллион?

Аэллион — небольшая, мирная планета во Вселенной Винкс (или что там еще, я забыла сюжет), известная своей гармонией, изолированностью от других планет и чарующей музыкой. Ее земли покрыты густыми лесами, кристальными водоёмами и цветущими лугами, а культура связана с песнопениями, древними легендами и искусством. У них практикуется больше рыболовство и высоко развит морской транспорт. Жители Аэллиона славятся мелодичными голосами, а правящая династия обладает особым божественным голосом. Из-за строгих традиций и уединенного ведения жизни планета редко привлекает внимание внешнего мира. Согласно древнему преданию, основательницей Аэллиона была Лираэн, божественная сирена, обладавшей голосом, способным менять судьбы. Вопреки всему, она влюбилась в смертного мужчину и, отказавшись от бессмертия, сделала его первым королём Аэллиона. После его смерти Лираэн, не вынеся разлуки, утопилась в священном озере, надеясь воссоединиться с возлюбленным в вечности. С тех пор королевская династия Лираэнов считается проклятой страдать от гибельной любви, а голоса их потомков — даром и проклятием, способным пленить сердца.