Я (не) хотел, чтоб ты меня ненавидел

      Стрелки на часах уже давно перешли за полночь, и тишину спящего города нарушали только уставшие шаги двух молодых мужчин, возвращавшихся с очередного задания. В руках Дина зазвенели ключи, и яркий свет фар их старенькой Chevrolet Impala будто разрезал тьму улицы на две части.       Увидев наставленный на себя кольт в руках Сэма, Дин опешил, но лишь на мгновение:       — Выстрелишь в собственного брата? — проговорил тот, еле сдерживая ухмылку и неприродный блеск зеленых глаз.       — Не нужно этой сентиментальности. Я знаю что ты — не он!       — Правда? — старший развел руки в стороны, будто открывая грудь. — Ну, тогда давай, стреляй! Чего ты медлишь?!       Сэм опустил палец на курок, и мертвая тишина окутала его разум. Почти сразу за ней последовала острая боль от удара по голове, которая могла означать только одно — промедление.

***

      Когда Сэм открыл глаза, он был один. Его тело крепко привязано к деревянной балке, что была элементом несущей конструкции того места, где он находился. Парень не был уверен, где именно он оказался — из-за темноты и сырости вокруг мог только предположить, что это подвал того дома, где они работали вместе с братом на последнем задании. Голова болела, а в висках ощущалась пульсация вен.       Приглушенный свет очертил силуэт Дина вдалеке комнаты, или скорее того демона, что сейчас завладел телом мужчины.       — Уже очнулся, Сэмми? — с легкой ухмылкой проговорил тот, подходя ближе.       — Я тебе не Сэмми, — оскалился он, когда при попытке пошевелиться остро почувствовал сдавливающую боль на шее, что была так же, как и тело, обвита веревкой.       — Мой тебе совет — даже не пытайся вырваться. Эти оковы подчиняются моим приказам. А я же не хочу делать своему любимому брату больно, — взгляд Дина еще никогда не был таким холодным и устрашающим как сейчас, в его глазах читалась насмешливая жестокость.       — Назови свое имя!       — В таком положении ты еще и осмеливаешься командовать?       — Имя!       — Дин Винчестер! Не узнаешь своего брата? — уже с открытой издевкой говорил тот, обводя взглядом тело парня.       — Что тебе нужно? Почему просто меня не убил?       — Смерть мне не интересна, это слишком просто. Я хочу получить от тебя нечто другое — самое ценное, что только может быть в вашем скучном мире.       — Что?       — Человеческие эмоции, — Дин подошел к брату и легко коснулся кончиками пальцев его щеки, мягко опускаясь вниз к шее, заставляя того отвернуть лицо как можно дальше в попытке избежать нежелательных касаний. — А знаешь, какое самое сильное и вкусное чувство? — прошептал он на ухо. — Ненависть!       Отстранившись, мужчина продолжил:       — Я выбрал именно тебя, потому что знаю, насколько сильно тебя переполняет ненависть: к своему отцу, к самому себе и особенно к брату.       — Ошибаешься!       — Тогда докажи мне это!       В тусклом свете Сэм увидел отблеск ножа Дина в руках демона, который в тот же момент был приставлен острием к горлу парня. Его дыхание остановилось, а сам он замер в ожидании. И только когда младший почувствовал, как с его шеи слетают сковывающие веревки, он снова смог сделать вдох.       — Почему? — удивленно прошептал тот.       — Я не хочу, чтоб ты упустил из виду даже малейшую деталь…       Демон продолжал свою игру, аккуратно проводя лезвием по груди, прорезая одежду, но оставляя веревки на животе и запястьях целыми. На смуглой коже оставались яркие царапины от еле касающегося ножа. Сэм непроизвольно сжимал губы, чувствуя острый клинок каждой частичкой своего тела.       Изрезанная футболка упала с плеч парня, обнажая тяжело вздымающуюся грудь и напряженный торс. По телу пробежала необъяснимая дрожь.       Дин мягко коснулся покрасневшей кожи брата, заставляя того закусить губу, провел горячим языком по нанесенным порезам, ощущая металлический привкус крови.       — Прекрати! — сдерживая стон боли, прорычал парень, изо всех сил стараясь разорвать веревки на руках, но безуспешно. Казалось, они сжимались от этого еще сильнее.       — Мы только начали, Сэмми… но я с удовольствием послушаю твои крики еще, — демон скользнул рукой под пояс джинсов.       После этих слов младший только крепче стиснул зубы, пообещав себе не издавать больше ни звука.       Дин быстрым движением расстегнул застежку на штанах парня, приспуская их с его бедер и оголяя пах.       Конечно, Сэм не впервые оказался обнажен перед братом, но сейчас его переполнял стыд как никогда ранее. Он больше не мог смотреть на происходящее в этой тусклой комнате, но и отвести взгляд было ему не под силу. Разум его не слушался. Он знал, что должен бороться, сопротивляться, что сейчас на кон поставлена не только его жизнь, но и жизнь того, кто безгранично дорог ему. Знал, но не мог.       Когда язык старшего коснулся члена Сэма, по его телу пробежала дрожь, а внизу живота будто бы завязали тугой узел       — Нравится, да? — смеялся демон. — Сколько раз ты мечтал почувствовать язычок Дина на своем члене?       — Тварь, — обрывисто рыкнул тот, не будучи готов признать даже для самого себя, что в этом демон все же прав.       Сэм начал засматриваться на тело брата еще в подростковом возрасте. Оно манило его своей силой и легкой грубостью, а собственный интерес вызывал необъяснимый страх и трепет, казался таким грязным и греховным от чего ставал только более манящим. Но за столько лет он не только научился скрывать глубоко в себе эти чувства, но и успешно подавлять их, забывая о них как о глупом подростковом влечении. И вот сейчас, спустя столько лет, существо в облике Дина смеется над уязвимостью Сэма, с некой грубостью лаская связанного парня и заставляя испытывать самые разные ощущения одновременно. Злость от осознания собственной беспомощности, возбуждение от прикосновений, страх из-за незнания чего же ждать дальше, желание забыть, что все это реально, отвращение к самому себе за проявленную слабость, непонимание что хуже — оказаться в ловушке демона или собственного брата. А что делать, если собственный брат и есть демон?       Все эти мысли разрывали его голову, а тело давно уже не слушалось своего хозяина, с каждой минутой будто все больше подчинялось и принадлежало Дину.       Мужчина не пытался сделать приятно младшему, скорее просто издевательски дергал за ниточки его чувств и ощущений, будто кукловод играл со своей марионеткой в жестокие игры. Сэм неосознанно вскидывал бедра, от чего веревка, сдерживающая их, впивалась в кожу, оставляя фиолетовые полосы и раны на выступающих тазовых косточках. Но ему оставалось только сдавленно хрипеть, хоть и хотелось по-настоящему кричать.       Так не могло продолжаться дальше. Мимолетные приятные ощущения в паху, вызванные искаженным возбуждением, сменились на болезненное жжение, а оковы на теле ощущались как сотни ножей, что одновременно режут кожу.       Сэму стоило немалых усилий собрать остатки самообладания:       — Дин, — дрожащим голосом сказал парень, — не останавливайся, прошу…       Демон на мгновение замер, подняв взгляд на лицо своей жертвы. Такая просьба стала для него необъяснимой неожиданностью. Роль мучителя приносила ему куда больше удовольствия.       В это время Сэм, воспользовавшись моментом, когда тот потеряет бдительность и ослабит контроль, смог разорвать окутавшие его тело веревки. Он со всей силы ударил брата ногой в грудь, и он с грохотом отлетел в противоположную стену, теряя сознание.       Парень быстро натянул на бедра опущенные джинсы и схватил нож, который не так давно служил инструментом казни для него самого. Теперь же он должен был послужить его спасением. От долгого обездвиживания тело ноюще болело, каждое движение давалась с трудом, и Сэм двигался медленнее, чем обычно. Он знал, что ещё не победил и главный этап битвы ему только предстоит, но чувствовал в себе приятный прилив сил.       Сделав шаг навстречу брату, что, казалось, еще не оправился от удара о стену, он почувствовал, что его тело будто окаменело. Перед ним стоял Дин без единой царапины. Сейчас тот был подобен монстру, что готов разорвать парня на маленькие кусочки. В привычных зеленоватых глазах теперь читался алый отблеск, а все его естество буквально кричало о беспощадности. Он был не просто зол, а по истине разъярен.       От одного движения руки демона, Сэм отлетел снова к столбу, от которого сбежал несколькими минутами ранее. В этот раз он оказался лицом к уже ненавистному элементу комнаты, ударяясь головой о твердую древесину. Перед глазами на мгновение стемнело, а в ушах зазвенели сотни колоколов. Парень даже не заметил, как с его тела были содраны джинсы и обувь. Теперь он стоял босыми ногами на холодном каменном полу, и это хоть немного помогало ему прийти в чувства.       Когда разум младшего прояснился, он отчетливо снова увидел веревки на своих скрещенных запястьях, а сам парень всем весом наваливался на балку, будто обнимая ее, чтоб хоть как-то удержать равновесие и не упасть.       — А я ведь был с тобой нежным. Ты этого не оценил, — Дин грозно рычал, пытаясь не сорваться на крик. — Что ж, теперь почувствуй всю силу любви твоего брата, Сэмми, — эти слова звучали как обвинительный приговор, что был уже вынесен.       Демон был запретно близко к парню, от чего тот непроизвольно сжимался, пытаясь отогнать самые ужасные мысли. Мужчина провел грубой рукой по спине вдоль позвоночника, опустился на напряженные мышцы ягодиц, до боли сжимая их в ладони. Он не стал медлить, стремясь поскорее получить желаемое, принялся расстегивать молнию на своих джинсах, приспуская их с бедер.       Большой член Дина стоял колом и уже вовсю истекал смазкой, требуя к себе особого внимания.       Сэм старался не оборачиваться, не смотреть, но у него это плохо получалось. Казалось что его мучитель повсюду, будто заполнил собой все пространство вокруг. Он пробовал закрыть глаза, но так становилось только хуже. Знать, что ты обездвижен монстром в обличье собственного брата в богом забытом месте, где тебя никто не найдёт, а то и вовсе искать не будет, было невыносимо. Но даже в такой ситуации оставалась последняя ниточка надежды на то, что разум Дина пытается бороться с той тварью, что сейчас захватила его тело.       Демон с силой надавил на спину парня, заставляя того немного прогнуться и развести ноги, небрежным движением раздвинул его задницу и обвел кончиком пальца сжимающееся колечко мышц. Там было горячо и до скрипа сухо, что явно не понравилось мужчине. Второй рукой он потянул младшего за волосы, заставляя повернуть голову.       — Открой рот, — с недовольством проговорил Дин, будто этот приказ был проявлением снисходительности к брату.       Сэм повиновался, стараясь облизать приставленные пальцы как можно лучше, ведь понимал, какими могут быть последствия его упрямства.       — Послушный мальчик, — насмешливо прошептал мужчина на ухо младшему.       Уже через мгновение влажные подушечки пальцев толкались внутрь, с силой надавливая на вход, растягивая сопротивляющиеся мышцы. Сэм почувствовал резкую боль, но сдержал крик. Он не простил бы себе двойное унижение, порожденное собственной слабостью.       Почти сразу один за другим внутри парня уже беспорядочно двигались два пальца, а сам он боялся даже пошевелиться, чтоб не причинять себе еще большего дискомфорта. Он понимал, что на этом все не закончиться, поэтому принял для себя решение попробовать предпринять последнюю попытку к спасению:       — Дин, я знаю, ты слышишь меня, — Сэм все еще надеялся достучаться до разума брата. — Ты ведь не хочешь этого! Ты никогда бы не поступил так со мной. Ты любишь меня так же самоотверженно, как и я тебя!       — Ты до сих пор так ничего и не понял, — с ноткой разочарования проговорил демон.       — О чем ты? — успел сказать парень, перед тем как почувствовал, что пальцы внутри его тела сменились на влажную головку члена Дина, которая легко надавливала на пульсирующее колечко мышц.       — Все это — желания твоего брата, Сэмми! Он на самом деле этого хотел. А я лишь помог ему воплотить его грязную потребность в сладкую реальность, потому что сам он был на это не способен.       Эхо этих слов било в набат в голове парня, заставляя сердце бешено колотится, и, вызывая неприятные ощущения в висках, не позволяло сконцентрироваться ни на чем другом. Разрывающая острая боль заставила Сэма вернуться в реальность, когда Дин одним небрежным рывком вошел в его тугую задницу на всю длину. Парень непроизвольно закричал, сильнее наваливаясь на столб, ломая и срывая до крови ногти, впившись ими в дерево.       Мужчина не дал ему времени привыкнуть и хоть немного расслабиться, сразу же начал двигаться. Сэм уже не пытался сдерживать стоны боли, что больше были похожи на рев израненного животного, не сопротивлялся и ни на что не надеялся. Казалось, его сознание отключилось, будучи не в состоянии воспринимать реальность. Он мог только ждать окончания этой пытки.       Дин с бешеным упорством вколачивался в тело парня, крепко держа того за тазовые косточки, заставляя выгибаться и подставлять зад так, как сам того хотел. Он видел, что по щекам младшего ручьем текли слезы, и это приводило его в дикий восторг.       Мужчина двигался быстро, обрывисто, никак не мог уловить нужный темп. Его член был напряжен до предела, от чего толчки становились все более беспорядочными, рваными и грубыми. Еще несколько движений и Сэм почувствовал, как тот с хриплым стоном кончил, наполняя его.       Когда демон разжал руки, удерживающие тело парня на ногах, тот упал на колени, ударяясь о холодный пол, будучи не в силах даже пошевелиться. Из его задницы вытекала сперма Дина, смешанная с собственной кровью.       И когда в голове Сэма промелькнула надежда на то, что все закончилось, мужчина снова подошел к нему, схватил за волосы и потянул, поднимая голову парня и заставляя того смотреть, как он вытирает испачканный член о его щеку, размазывая вязкую сперму по лицу.       — Чувствуешь эту сладкую ненависть к собственному брату, который так с тобой обошелся, Сэмми? — прошептал демон.       Не получив ответа, в котором он и не нуждался, мужчина перерезал все оставшиеся веревки на теле парня.       — Ещё увидимся, — с самодовольной улыбкой сказал тот.       Когда демон покинул тело Дина, оно с грохотом упало на каменный пол.       Сэму потребовалось некоторое время, чтоб встать. Ноги подкашивались, дрожали, было чувство, что в его тело воткнули не один десяток острых клинков. А собственный вид сейчас вызывал отвращение и стыд. Хотелось побыстрее избавиться от всех следов случившегося и никогда больше не вспоминать об этом. Но слова демона не выходили у него из головы. Дин действительно хотел этого? Мысли младшего были сосредоточены вокруг поединка между разумом и сердцем. Верить или нет, жалеть или злиться, любить или ненавидеть?       Он использовал свою футболку, а вернее то, что от нее осталось, чтоб вытереться. Натянув брюки, парень подошел к телу своего брата. Тот был таким безжизненным и беззащитным, лежа сейчас на полу, что нельзя было бы даже подумать, что в нем столько силы и… скрытых желаний.       Сэм боялся, что в памяти Дина останется эта ночь, ведь меньше всего ему хотелось, чтоб брат винил себя в случившемся. Поэтому он поспешно принялся приводить в порядок и его.       — Дин, вставай, — младший хлопнул пару раз по щекам мужчины, пытаясь привести его в чувства.       Спустя несколько таких попыток, старший открыл глаза и испуганно посмотрел на брата:       — Прости меня, я не хотел, чтоб ты меня ненавидел…