И снова... Одинок.

      В лаборатории стоял шум приборов, которые иногда тихо вибрировали. Парень измерял её шагами, сосредоточенно думая о чём-то. После чего, видимо, так ни к чему и не придя, он плюхнулся в кресло, вздыхая. Его руки зарылись в волосы, натягивая их до боли. — Джон!       Харрис тихо цокнул, пока в нём медленно поднималось раздражение. Снова начинается.       Взвинченная Окетра подошла к его столу, а Джодах следовал за ней, хмуря брови. Джон мысленно выдохнул, что не было ещё и Райи, хотя та, казалось, приносила меньше всех головной боли. Но отметим, что она её всё-таки приносила, так что её парень тоже видеть не хотел. — Ты выяснил, где Лололошка? — Спросила девушка, на что Харрис закатил глаза. — В нашем случае нужно думать ни где он, а когда он. — Да чёрт, какая разница?! Просто скажи, выяснил ты или нет?       Джон сжал зубы, сжимая руки под столом в кулаки. — Нет. Результатов по-прежнему нет.       Он заметил, как Джодах раздражённо махнул крыльями и нахмурился ещё больше. — У тебя совершенно нет предположений, где мог оказаться Лололошка? — Уточнил Ави, на что Харрис едва не ударил себя по лбу. Сидел бы он тут, думал бы ночи на пролёт о том, куда попал Ло, не высыпаясь толком, если бы хотя бы предположительно знал, где он? Ну что за тупые вопросы...       Джон вообще начал ловить себя на мысли, что после того, как они с Лололошкой провели так много времени вместе, после того, как двойник стал понимать как его, так и его планы, то сейчас, находясь среди этих двух существ, он чувствовал, что Ло невероятно умнее по сравнению с ними. Он его хотя бы понимал. — Нет. Твою мать, нет, я не знаю где он! — Повысив голос, ответил Харрис, на что Окетра сжала челюсть, в её глаза всполыхнул огонь злости. — Это всё ты! Если бы ты не забрал Лололошку, ничего бы этого сейчас не было!       Терпение Джона быстро начало иссякать. Да как она смеет..! — Он сам согласился, — Сквозь зубы процедил он, и тут же услышал ответ от Джодаха: — Он просто тогда не осознавал, на что шёл. Если бы он знал, то... — Всё равно бы пошёл! — Оборвал его Харрис, вскочив со своего кресла. — Вы не имеете права решать за него, ясно? — Мы - его друзья! — Воскликнула Окетра, и Джон наградил её холодным взглядом. — А я его двойник, и я получше вас понимаю его. — То, что ты его двойник, и вы провели какое-то время вместе, не даёт тебе права так решать! — Не отступилась девушка. — Не удивлюсь, что Лололошка, где бы он не находился сейчас, ненавидит тебя!.. — Пошла вон!       Окетра вздрогнула, как и Джодах. Они явно не ожидали от Джона такой бурной реакции, привыкшие, что он всегда от всего отшучивается. — И ты тоже, — Добавил Харрис, метнув взгляд на Ави. — Джон... — Начал он, но был прерван: — Это моя лаборатория. И я хочу здесь быть один. Сейчас.       Джодах промолчал, и через несколько секунд взял за локоть Окетру, которая уже отошла от шока, собираясь снова начать перепалку, однако Ави уволок её так резко, что она успела только что-то пискнуть.       Когда дверь закрылась, Харрис схватил бокал с водой и, осушив его, швырнул в стену. Тот разбился, на полу остались лишь осколки.       Держась за край стола, Джон опустился на пол, обнимая свои колени и утыкаясь в них лбом.       Как же он порой ненавидел тех, кто находится рядом с ним. Никто из этих троих не способен понять его.       В его жизни было лишь два таких человека. Но одна умерла, а второй... Неизвестно где и в каком времени. Только лишившись Ло, Харрис понял, как на самом деле привязался к нему и насколько привык к постоянному нахождению рядом. — Симпампусик... Как же я скучаю...       Слетевшее с губ прозвище, которым он решил называть только своего двойника, впервые отдалось горечью. Джон невероятно скучает. По их перепалкам, по этому личику, что вечно держит сосредоточенную гримасу, но иногда улыбается самой красивой улыбкой, и по прикосновениям немного мозолистых рук.       Он не верил словам Окетры про ненависть Ло к нему. Не хотел верить.       Харрис коснулся своей щеки, которая почему-то была влажной. И с удивлением обнаружил, что плачет. В его жизни это случалось лишь пару раз от силы.       Парень призвал свой меч. Он смотрел на него опустошённым взглядом, проводя по рукояти. Когда-то он отдавал его Ло. Это единственная, можно сказать, их вещь.       Капли воды упали на лезвие, в которых было крохотное отражение его самого. Разбитого и одинокого. — Где же ты... Мой Лололошка...