Входная дверь

— Хозяин, Тинки принесла свежий выпуск «Ежедневного Пророка»! Домовушка появилась с хлопком, дрожащими ручками протянув газету. Драко всё ещё кипел от ярости, но машинально взял её, пробежался глазами по заголовку. И замер. «Обручённые во славу Тёмного Лорда: Драко Малфой и Гермиона Грейнджер свяжут себя узами брака» Что, блядь?!Его руки сжались на бумаге. Слова прыгали перед глазами, пока он не заставил себя сфокусироваться. «Тёмный Лорд объявил о скором бракосочетании своего верного генерала и покорённой им маглорожденной ведьмы, чтобы закрепить триумф новой эры чистокровных союзов и полного подчинения грязнокровок. Свадьба состоится через четыре дня, торжество пройдёт в замке Лестрейндж…» Четыре дня. Драко почувствовал, как внутри него что-то взорвалось. Свадьба?так скоро? С самого первого дня всей этой какофонии жести и неправильности, Драко успокаивал себя тем что это всего лишь новость об обручении,никакой свадьбы,всего лишь фальш ,новость для трусливых бродяг Британии. Лорд распоряжался его жизнью,как чем-то обыденным.Он наплевал на многовековые традиции его семьи,на свои личные убеждения,он был лишь одержим своей тупой идеей символа. И теперь — его женят.На ней. Он резко смял газету в кулаке, швырнув её в камин. — Тинки! Эльфийка вздрогнула, зажав уши. — Да, хозяин? — Кто дал приказ напечатать эту херню? Тинки ещё сильнее втянула голову в плечи. — Т-Тёмный Лорд… Его сжало изнутри. Тёмный Лорд.Разумеется. Кто ещё мог разыграть такую шутку?Кто ещё мог решать, кому он будет принадлежать? Драко яростно схватил мантию, натянул её на плечи. Он должен был разобраться с этим.Немедленно.Он отправляется к Лорду.И пусть Мерлин будет милостив ко всем, кто встанет у него на пути. Драко аппарировал прямо в главный зал замка Лестрейндж. Высокие, сводчатые потолки давили своей тяжестью, тёмные мраморные колонны тянулись вверх, преграждая путь свету. На троне, лениво раскинувшись, сидел Волдеморт. Длинные бледные пальцы скользили по гладкой коже Нагайны, которая извивалась вокруг его кресла, как тёмное предзнаменование. Но Драко не дрогнул.Он не мог позволить себе слабости. — Мой Лорд, свадьба через четыре дня? Голос его был ровным, холодным, почти отстранённым. — Зачем? В зале воцарилась тишина. Драко не остановился. — Мы уже были замечены вместе. Грейнджер даст несколько интервью, призовёт маглорожденных сдаться. Этого достаточно. Свадьба не нужна. Секунда.Две. И… Боль. Она ударила в него, как проклятая молния, взорвалась внутри нервных окончаний огненными волнами. КРУЦИО. Он знал эту боль.Он вызывал её сам.Но быть на другой стороне…Это было иначе. Тысячи раскалённых игл пронзили его тело, скрутили нервы в спирали, заставили позвоночник выгнуться в неестественном изломе. Лёгкие сжались.Кости вибрировали.Но он не закричал.Драко не дал ему этого удовольствия. Его губы сжались в тонкую линию, ногти вонзились в ладони.Он знал, что боль не оставит следов.Но его тело помнило.Каждую секунду.Каждый миг этого пытливого ужаса. Когда Волдеморт разорвал связь, Драко рухнул на колени. Дыхание сбивалось.Голова гудела.Но он не дал себе права на слабость.Поднял взгляд.Волдеморт не смотрел на него. Он небрежно провёл пальцами по Нагайне, словно момент назад не пытал его. — Ты думаешь, что понимаешь мои замыслы, Малфой? Голос был холоден, как склеп. — Ты думаешь, что всё это только для того, чтобы призвать жалких маглорожденных преклонить головы? Он фыркнул. — Ты ограничен. Драко не шевельнулся.Его дыхание ещё не восстановилось.Но он слушал. — Это не только о них. Волдеморт откинулся на троне, сузив глаза. — Это обо всех. — Каждый. — Кого я встречу на своём пути. — Каждый, кто когда-либо считал себя выше, кто когда-либо осмелился думать, что может жить без страха, без повиновения… — Каждый склонит колено. Он провёл языком по острым зубам, усмехаясь. — Гермиона Грейнджер — это только начало. — Первая капля дождя перед бурей. — Первый камень, сорвавшийся со скалы, перед тем как обрушится лавина. — Первая сломанная кость перед массовым погребением. Его губы искривились. — Показательная казнь слишком проста. — Я хочу, чтобы они смотрели. — Я хочу, чтобы они видели, как рушатся их символы, как разрушается их вера. — Я хочу, чтобы в их сердцах не осталось ничего, кроме страха. Драко знал, что не имеет права говорить.Он сглотнул медленно, заставляя тело подчиниться. Свадьба была не просто спектаклем.Она была перерождением кошмара в реальность. Огнём, который Волдеморт раздувал, не давая надежде даже попытки тлеть. И Драко…Драко теперь был частью этого огня. Но Волдеморт не закончил. Он не спешил, смакуя каждое слово, как змей, сдавливающий добычу, чтобы ощутить, как трескаются кости. — Ты недооцениваешь силу магии крови, мой Мальчик. Его голос был мерно-ядовитым, словно капля яда, стекая по тонкому серебряному клинку. — Когда чистокровный маг связывает себя узами брака с грязнокровкой, магия крови начинает перераспределять баланс. Он медленно выпрямился, руки скользнули по подлокотникам трона. — Тёмные узы не просто скрепляют тела. — Они связывают разум. — Чем дольше Грейнджер будет под этим влиянием, тем слабее станут её ментальные барьеры. — Тем проще нам будет вскрыть её сознание. Драко напрягся, но не издал ни звука. — А когда дверь падёт… Он улыбнулся. Лёгкая, хищная, мерзко-ленивая улыбка, которая значила смерть. — Мы узнаем, что она скрывает. Он медленно сцепил пальцы. — И тогда Пророк напишет новую статью. — О трагической гибели Гермионы Грейнджер. Драко не дышал. — От рук маглорожденных. Его слова застыли в воздухе, как ртуть, которая медленно растекается по венам, отравляя всё, к чему прикасается. — И тогда начнётся настоящая война. Глаза Лорда блестели лихорадочным блеском. — Те, кто верил в неё, кто любил её, вцепятся в глотки тем, кто должен был бы быть на их стороне. — Грязнокровки начнут убивать грязнокровок. — Пламя ненависти не нужно раздувать, если достаточно просто поджечь фитиль. Он наклонился чуть вперёд, голос стал почти шелестящим: — Если один человек говорит, что река красная, а тысячи говорят, что она синяя, — его проигнорируют. — Но если тысячи уверены, что река красная, а один отчаянно кричит, что она синяя — они разорвут его на части, чтобы заткнуть. Драко замер.Он видел это.В своём сознании.В своих проклятых мыслях. Это работало. Чистая, хладнокровная манипуляция.Лорд не просто ломал тела.Он ломал разумы. А Грейнджер теперь была ключом.И он, Драко Малфой, теперь был замком.