Любовь — величайшая сила.

***

Когда Гарри проснулся, стояло уже раннее утро, однако кромешная тьма окутывала всю улицу. Обнаружил он себя в своей любимой комнате, где ему всегда рады — Больничном Крыле. Открыть глаза удалось не с первой попытки, но он все же умудрился принять положение сидя. Включив свет, он увидел рядом с собой Дафну, она сопела, похоже заснула около него. Парень покачал головой и попытался с помощью палочки отлеветировать девушку на кровать, но в районе сердце раздался глухой щелчок, похоже его ядро ещё не восстановилось. Встать с кровати он не мог, поэтому просто положил под её голову подушку, а опирался он сейчас на стену. Голова гудела, но было терпимо, боль была чем-то похоже на последствия зелья без сновидений, которое он мог выпить несколько раз за месяц, если кошмары не желали уходить из его головы. Руки были покрыты какой-то желтоватой слизью — под ней виднелись кошмарные ожоги, он конечно не был человеком с медицинским образованием, но смог распознать у себя третие и четвертые степени ожогов. И как он выжил? Мадам Помфри бы ответила что с помощью удачи. Выстоять против столь опасного и огромного существа было очень трудно, юноша до сих пор чувствовал усталость в мышцах, а рука, куда попал хвост дракона, все ещё адски болела. Кроме того, начала почему-то покалывать спина, похоже что детские травмы давали о себе знать в момент его слабости. Но в его голову пришла одна мысль, которая не давала ему нормально спать — кому все-таки понадобилось участие подростка в Турнире? Дамблдор, если и знал, ничего не говорил об этом, а сам Гарри оставаться в неведении — не горел желанием. Директор, в принципе, всегда был мутным типом. Парня всегда беспокоил один вопрос — зачем надо было оставлять его у Дурслей? В ответ, который ему сказал директор, а он звучал примерно так: "Всё ради твоего блага, сам по суди, если бы ты вырос среди магов, зная, что являешься знаменитостью, то ты вырос бы высокомерным и напыщенным, как Драко Малфой. А ещё вокруг дома твоей тёти — единственной живой родственницы со стороны Лили — есть кровавая защита. Она непробиваема..." Все это, по скромному мнению четверокурсника, было чушью собачей. Какая к черту защита матери? Та полегла, царство ей небесное, уже как десяток лет. Не может её магия защищать парня, Гарри бы поверил, если бы говорилось о двух-трех годах, в такие сроки магия ещё могла держаться, да и то только у чистокровных волшебников с сильным магическим ядром. Гарри сделал себе заметку разобраться во всем этом вопросе, а сейчас главным было другое: Кому понадобилось его участие в Турнире? Единственными его подозреваемыми были Пожирателей Смерти, в Хогвартсе их как раз двое — Северус Снейп и Игорь Каркаров. Если первого всегда защищал директор, то второй, если Гарри правильно помнил из сводки газет, которую он нашел в библиотеке, являлся бывшим Пожирателем Смерти, которого оправдали, потому что тот сдал многих оставшихся на воле последователей Волан-де-Морта. Каркаров после этого быстренько собрал свои манатки и скрылся в лесах тайги, где каким-то образом стал директором темномагической школы. Два единственный подозреваемых — два многоуважаемых человека, за которых будут ручаться. Это не те люди, которые пожертвовали бы своей репутацией, лишь бы сделать из Поттера посмешище, даже Снейп начал добреть в сторону Поттера. Но тогда кто? Остальные профессора всегда стояли на стороне добра, а студенты были ещё слишком малы и слабы для столь сильного Конфундуса, который использовали на Кубке Огня. Что если те не хотели сделать его посмешищем, а хотели чтобы он стал Победителем Турнира? Тогда в роли подозреваемых выступали уж слишком странные люди — Грюм, МакГонагалл и Людо Бэгмен. Последний в Палате попытался дать парню какую-то подсказку, но Гарри лишь отмахнулся от него. Этот дуралей — а Гарри бы иначе его не назвал — не мог организовать такое, начнём с того, что тот, в момент, когда Кубок поставили в Большой Зал и когда он выплюнул имена, Людовик вообще находился в Бразилии. Он там был по официальным делам, поэтому он отпадает мгновенно. Остаётся два человека, которые желали бы, чтобы он победил — Грюм, который все время пытался подловить парня в коридорах и хотел ему что-то сказать о Турнире, и МакГонагалл, которая дала ему подсказку, когда он уходил в Хогсмид. Их стоит опасаться, но больше стоит остерегаться именно Грюма, ведь Минерву МакГонагалл Гарри знал очень долго, да и она не посмела бы пойти против директора. Тот пусть и играет в свои какие-то понятные одному ему игры, но не посмел бы навредить Избранному, а если директор этого не хочет, то и Минерва следовательно тоже. А вот Грюм вызывал подозрения своим поведением: Непростительные во время урока, тренировка Империуса на учениках, а ещё сверху он пытался ему помочь. Все это конечно не гарантирует, что Грюм Пожиратель Смерти, но даёт ему все поводу остерегаться профессора. Гарри огляделся вокруг, похоже что Виктора уже выпустили, тот легче всего отделался от встречи с драконом. А вот другие Чемпионы сейчас находились в комнате. На часах было около пяти утра. Седрик, как ни странно, спал. Его тело было покрыто многочисленными ожогами, поэтому он тут останется на очень большое время. Флёр Делакур же не спала, она читала книгу, похоже что она была очень ранней пташкей. На её ноге был ожог и порез, похоже именно из-за него у неё сняли баллы. — Bonjour, — поприветствовала она его шёпотом, оторвалась от книги и посмотрела на парня, девушка лежала на близко стоящей к нему койке. — Ты выступил très хорошо. Я прошу прощения за то, что недооценивала тебя. — полувейле похоже было немного неловко за свой поступок, Гарри помнил как она оскорбляла его маленьким мальчиком. — Ничего, все хорошо... — его голос был слабым, жутко хотелось пить. — Если тебе плохо, то я могу позвать madame, которая тут в качестве работника. — Гарри никак не ожидал, что француженка начнёт проявлять в его сторону заботу. — Нет, все нормально. — юноша лёг на кровать, спина слишком сильно болела, чтобы операться на неё. Он посмотрел на Дафну и убрал с её лица прядь волос, она нахмурилась. — Elle очень сильно волновалась о тебе, 'Арри. — сказала девушка. Она закусила губу, а после с помощью магии наколдовала парню плед, свой он отдал Дафне. Флёр улыбнулась ему, — Вы пара? — Нет! — отрицание было сделано слишком громко, поэтому Гринграсс пошевелилась и встала со своего места. — Прости, Дафна, я не хотел... — парень засмущался и отвел взгляд в сторону, ему было очень стыдно. Он уже случайно будил её, когда у него были кошмары, а сейчас она проснулась из-за его глупости. — Oh, ces Anglais... — Флер фыркнула и вновь открыла свою книгу, что-то на французском. Но мельком она смотрела и на подростков, уж очень ей было интересно узнать суть из взаимоотношений. — Ничего, — Девушка не по-аристократически потянулась, — Надо же ухаживать за больным, да? — Иди поспи, у тебя глаза красные, — сказал Гарри, а глаза Дафны-то действительно было краснущими, а под ними были тёмные круги, похоже она не могла нормально спать. Да и выглядела она ужасно, волосы явно были не ухожены, лицо опухшее, а на щеках были слабо видны дорожки слез. — Нет. — Девушка взяла стакан полной воды и потянула его Поттеру, но тот упрямо не открывал свой рот. — Ну, открой, я же вижу что ты хочешь пить. — Даф, давай ты поспишь, у тебя вид нездоровый, — Гарри был очень обеспокоен, он даже не обращал внимания на свою боль во всем теле, ему нужно было, чтобы девушка поспала. — Плевать, я сейчас позову мадам Помфри, она наложет на тебя обезболивающее заклинание, а то ты сильно кривишь своей личико от боли, — Дафна усмехнулась и встала, однако Гарри, не смотря на боль, схватил её за руку. Она застопорилась. — Сядь, пожалуйста. — просьба была выполнена. Гарри осмотрел девушку ещё раз. Она бы одета в белую кофту с чёрным кругообразным узором на спине, внизу были простые джинсы. А ведь и не скажешь, что перед тобой сидит чистокровный маг в n-ом поколении. Волосы были распущены, но они были грязными, что парень заметил невооружённым взглядом, лицо стало бледнее, а щеки опухли. Он покачал головой. — Сколько ты не спала? И сколько я тут уже лежу? — спросил Гарри. — Ой, сколько ты нормально не спала? — поправился гриффиндорец. — Ты лежишь здесь с ожогами уже третий день. Порой ты приходил в сознание, но быстро вырубался, — она горестно ухмыльнулась, — Мадам Помфри сказала, что это нормально, учитывая твоё магическое истощение. Три дня?! Он думал что сейчас утро следующего дня, а прошло целых три? Это же полнейшая задница, ему надо готовиться. Его лицо в ужасе исказилось, но, посмотрев на лицо своей подруги, он быстро передумал вставать и идти тренироваться — хотя он и понимал что не сможет этого сделать. — Сколько ты не спишь? — парень задал ещё один интересующий его вопрос. — Воды не хочешь? — Дафна взяла стакан с водой и опять протянула его парню. Тот лишь нахмурился. — Все три дня, сейчас я вырубилась от истощения. — Нет, тебя усыпила та madame, чтобы ты наконец поспала, — Флёр все это время наблюдала за парочкой друзей. На её лице играла озорная улыбка, а подростки оцепенились друг от друга и засмущались. Взрослая девушка рассмеялась и, сказав что-то по французски, открыла закрыла книгу. — Не смущайтесь, просто ты, fille,очень беспокоила madame, поэтому она тебя и усыпила. — Дафна, иди поспи, пожалуйста. — Гарри с жалостью посмотрел на свою подругу, скоро она тоже свалиться от какой-то болезни, слишком нездоров был её вид. — Ты уже слышал мой ответ. — она немного прикрикнула, никто из этих двоих не заметил хихиканий старшей девушки. — Я очень беспокоилась о тебе, Гарри, все мы каждый день приходили к тебе, только мне позволили остаться на ночь. Сириус, твой крестный, — голос при упоминании бывшего преступника стал более жёстким, — даже хотел подать жалобу, но директор отговорил его. К слову, я понимаю что порчу сюрприз, но теперь ты приёмный сын Сириуса Блэка. Гарри затупил. Что она сказала? Сын Сириуса? Он больше не будет посещать Дурслей каждые каникулы? Он наконец будет счастлив вместе со своей семьёй? Он будет ходить не в обносках своего двоюродного брата, а в своей одежде? У него появиться своя обширная комната? Его прекратят использовать как домового эльфа? Он почти издал громкий крик на всю школу, но благоразумие остановило его. Он наконец-то заживёт спокойной и счастливой жизнью. Все будет хорошо. Однако его лицо немного изменилось в тоне. Директор всегда, абсолютно всегда говорил ему, что парню следует проводить все время, когда он не около Великого Светлого, то есть в школе, у Дурслей. Видите ли, там существует мифическая кровная защита. А хотелось ли парню верить директору? Нет. Как уже говорилось, то время до первого курса он провел буквально в невольном рабстве у Дурслей. Виноват кто? Альбус Дамблдор, который считал, что парню будет там лучше. Первый курс — Философский камень. После своего избрания Четвёртым Чемпионом, Гарри много размышлял насчёт своего прошлого и начинал находить какие-то несостыковки. Не может Философский камень — один из сильнейших магических артефактов — храниться за полосой препятствий, которые были по силе одному рыжему парню, который вообще не учился и практически ничего не знал, одной магглорожденной заучке, которая возомнила о себе невесть кого, и Мальчику-который-выжил, знаний которого еле хватило на выпуск с первого курса без Троллей. Директор или был слишком тупым, что разместил у себя под боком Философский камень, до которого добрались малолетки, или это был какой-то особый план. Думаю можно догадаться к чему склонялся Гарри. Ещё и этот Квирелл... Победитель Темнейшего Лорда XX века и не способный распознать в одном из своих подчинённых что-то тёмное? Серьезно? Тоже слабо верилось. Второй курс — Тайная Комната, буллинг, вечные нападения на детей, страх, витающий по замку, первое предательство. Это тоже казалось чем-то нереальным. Все казалось чем-то фальшивым... Не обнаружить тёмный артефакт, который находился в руках у первокурссницы, когда твоё директорская, то есть высшее положение в школе, должность, способная давать тебе возможность следить за учениками. Нет, это тоже тупо. Как Гарри помнил, то от этого дневника фонило тёмной магией настолько, что рядом с ним блевать хотелось. И директор этого тоже не заметил? Высшая степень маразма. Третий курс — побег Сириуса из Азкабана. Для начала разбиремся вот в чем: как Сириус Блэк там вообще оказался? То есть за Северуса Снейпа директор заступился, а тот буквально был Пожирателем Смерти — парень все это вычитал в газетах — а вот за Сириуса, своего же собственного сторонника — нет? Идиотизм. Ещё и суда не было, ни-че-го. Директор, на правах Верховного Чародея Визенгомота, мог попросить хотя бы допрос с Веритасерумом. Но нет! Ничего не было! Парень пришёл к тому мнению, что или у директора начинается статический маразм, ну, или у того своя игра, в которую парень играет с самого рождения, без права выхода...

***

1 декабря.

Кое-кто сейчас бежал по коридорам вместе со своим чернокожим другом — они оба опаздывали на урок трансфигурации, на котором Гарри попросили присутствовать. Его выписали несколько дней назад, ожоги прошли достаточно быстро, в Больничном Крыле сейчас находился лишь очнувшийся Седрик. За этот небольшой промежуток времени произошло многое: гриффиндорцы попытались извиниться перед ним и вернуть дружеские отношения, Гарри продвинулся в изучении Древних Рун настолько, что уже мог разобрать сложные боевые чары, Сириус Блэк официально стал невиновным — это опубликовали в газете — а Гарри принял статус Поттер-Блэк. Также крестный обещал пригласить парня на рождественские каникулы себе домой. Ещё он пригласил туда и его друзей, которые обещали хорошенько подумать. Все это конечно было очень замечательно, но два парня проспали — буквально заснули в своей "берлоге", которой называли заброшенный класс — пару трансфигурации. А это самое страшное, что могло случится с учениками Хогвартса. Минерва МакГонагалл ненавидела многие вещи, но больше всего она презирала опоздания. — Стучись, — сказал Блейз, они оба тяжело дышали, а говорили им девушки, идите, мол, заранее. — Это тебе захотелось ночью погулять по замку, ты стучись, — недовольно буркнул Поттер-Блэк. — Это ты наложил на меня сонные чары, а после и сам заснул, идиот! — итальянец ударил шрамоголового по голове. — Ты также делал, когда я был в Больничном Крыле. — шипел от боли черноволосый. — Как же ты задрал, а,— Забини ещё раз ударил своего друга по плечу и, сглотнув, постучался. Дверь открылась сама по себе. — Здравствуйте, можно зайти?... Голос парня оборвался, ведь вместо привычных парт в кабинете ничего не было, а также он был увеличен заклинанием незримого расширения. Девушки стояли в одной части кабинете, перешептываясь друг с другом, а парни по другую, все красные от смущения и злости. Двое новоприбывших абсолютно не понимали что происходит в этом кабинете. — А вот и вы, минус десять баллов со Слизерина и Гриффигдора за опоздание. Можете проходить, — сказала профессор. Блейз и Гарри закинули свои сумки на спину и подошли к остальным парням из факультета змеек — Гарри уже давно стал считаться слизеринцем в львиной шкуре, но против этого не имел почти никто.

***

Несколько дней назад.

Больничное Крыло.

— Вы не можете заявляться вот так ко мне и требовать, чтобы Дафна с Трейси вышли! Пошли вон отсюда! — орал на всю комнату Гарри. Несколько минут назад он проснулся от толчком в спину со стороны Дафны. Ну ещё криков, но это не важно. В комнате были Рон Уизли и Гермиона Грейнджер, первый из которых орал и оскорблял всех, кому не лень. Даже Флёр вмешалась и принялась орать на двух гостей. — Ты не понимаешь, они одурачали тебя! Не можешь ты, истинный лев, сумевший вытащить меч Гриффиндора, быть в одном стане со змеями! — в ответ прокричал Рон. От такого переполоха проснулся даже Седрик, его состояние чуть улучшилось за последнее время и он мог шевелиться и шёл на поправку. Мадам Помфри ставит всех на ноги, всегда! — Если ты намекаешь, что я должен вернуться к вам, гиенам, то я пожалуй лучше сдохну, чем буду вертеться рядом с вами! — Поттера переполняла ненависть к этим двоим, как они посреди заявиться сюда и орать на них всех? — Пошли оба нахрен отсюда, никогда больше не хочу вас, тварей, видеть. Вон! — Гарри Джеймс Поттер! Прекрати немедленно! — Гермиона заняла ту позицию, в которой всегда побеждала любой спор с Гарри. Однако парень изменился, он больше не тот человек, который простил бы своим друзьям все и он больше не мягкотелый и не благородный. Он больше не слепой. Гарри видит, что его старые друзья —полнейшее дерьмо общества и что они слишком много о себе возомнили, заявляясь сюда. — Не пойти ли тебе куда-нибудь подальше, Грейнджер? Например нахрен? — названная ошалела от такого , ещё бы, у парня, который бы раньше и слова не посмел бы против неё сказать, а уж тем более оскорблять и посылать её, начали резаться зубки. — Катитесь оба отсюда, мне не нужна ни ваша дружба, ни ваша поддержка. Я нашёл настоящих друзей, которые не предадут меня, в отличие от некоторых. А вы, гиены, скажите мне ещё спасибо за то, что я ничего вам не делаю. Уходите! — Да посмотри ты на этих ведьм, очнись! — кричала Гермиона. — Они же змеи, они продадут тебя Тёмному Лорду! Вернись к нам, прошу тебя. — началась актёрская игра, девушка заплакала, однако его подобным не смутить. – Ох, ну уж нет, этим людям я готов доверить собственную душу, — сказал Гарри. Он встал, было конечно больно, но его придержала Дафна, которая помогла ему дойти до этих двоих. Взгляд девушки испускал презрение, эти двое ей никогда не нравились. — Эти люди помогали мне, они доставили мне больше заботы и любви, чем вы за все эти три года. Я бы хотел плюнуть на вас, но вы даже этого не стоите. — Да как ты смеешь так разговаривать с Гермионой, чертов псих! — Рон встал между Поттером и своей подругой, загараждая её. — Змеи всегда были и будут предателями, а мы лишь раз отступились от тебя и ты уже готов променять нас на это? — сказал он и посмотрел на девушку, которая все ещё выглядела не очень здорово. — Лишь раз? ЛИШЬ РАЗ? Да ты, чертов завистник и идиот, ты предавал меня всегда, когда была такая возможность. Мне уже поперёк горла вся твоя зависть, все твои слова и упрёки. Мне на вас насрать, катитесь отсюда оба, пока я вас прямо здесь и сейчас не проклял! — Мы расскажем все Дамблдору! И ты обо всем пожалеешь! — Да идите вы уже нахуй!

***

"Расскажут все этому дряблому старику? Да ради Мерлина..." — парень, усмехаясь, вспоминал свою встречу со своими бывшими друзьями. — 25 декабря в нашей школе пройдёт Святочный Бал. — девушки буквально взорвались от радости, Гарри же мгновенно опустел внутри. Хорошее настроение мигом пропало. — Гарри, ты, как Чемпион, откроешь этот Бал своим танцем. Я надеюсь ты не опозоришь нашу школу перед гостями.