Art Heist, Baby!

Примечания автора: жизнь становится лучше! думала, что эта глава выйдет завтра, но мой рейс отменили, так что вот она. tw: обсуждение насилия с применением огнестрельного оружия (я думаю, это упоминалось один или два раза, но все же) Я также хочу сказать, что после ужасных массовых расстрелов и насилия в Буффало, Нью-Йорке и Калифорнии за последние несколько дней мне стало довольно сложно писать даже легкое обсуждение насилия в этой главе. Я живу в Америке, и насилие с применением огнестрельного оружия — это то, что, как я чувствую, каждый испытал лично или через посредника. Ужасно видеть ненужную потерю жизней из-за масштабного бездействия правительства. И хотя это вымышленная история, она все равно тяжелая. Я больше не буду говорить об этом здесь, но это напоминание о том, чтобы вы были добры к себе, читайте на свой страх и риск, и я всегда посылаю вам любовь. <33 Регулус не был готов к чувству облегчения, которое пришло, когда он последовал совету Джеймса. Это было изнурительно, но что-то немного поднялось из его груди. Он сидел рядом с Сириусом на полу, оба спинами прислонились к старому деревянному столу. Это было самое близкое, что они делали за долгое время. Они сидели так некоторое время, никто из них не говорил, но никто не хотел уходить. Было слишком опасно уходить вот так. Регулус был смущен тем, что он плакал так, как плакал. Он был еще больше смущен тем, что чувствовал, будто он может снова заплакать в любой момент. Он не чувствовал себя таким хрупким уже давно, может быть, никогда. Единственное, что удерживало его здесь, что не давало ему убежать и спрятаться, была мысль о том, что Джеймс верил в него. Что также было жалко и заставляло его немного смущаться. Мысль о том, что Джеймс думал, что он может быть храбрым. Он хотел доказать его правоту, он хотел сделать что-то правильно, показать Джеймсу, что он может. - Можем ли мы, эм, поговорить о Ремусе? - Сириус нарушил тишину хриплым голосом. - Ну, тебя никто не остановит, — огрызнулся Регулус, защищаясь. Черт . Это не тот способ, которым он должен был это сделать. Защищаясь, он только снова разозлит Сириуса, чего он и пытался избежать. - Да, мы можем поговорить о нем, — поправил себя Регулус более мягко. Конечно, Сириус хотел бы поговорить о Ремусе. Регулус просто боялся того, что он скажет, что скажут они оба. - Ты действительно обидел меня, Регулус. Я имею в виду, что Ремус был одним из лучших событий, которые со мной случались, и я был очень счастлив с ним, — начал Сириус. Казалось, он боролся со своими мыслями, каждое слово выходило неохотно. - Я имею в виду, что я думал о том, чтобы переехать сюда, чтобы быть с ним и... - Что? - теперь голос Регулуса был холодным и резким от шока. Конечно, это ничего не изменило, он чувствовал, как лед заполняет его вены. Вот именно поэтому он не хотел говорить о Ремусе. Он сделал несколько вдохов, пытаясь не заплакать снова, пытаясь не закричать. Сириус повернулся, чтобы посмотреть на него теперь с трепетом. Он пытался действовать осторожно, но, очевидно, потерпел неудачу. - Какого хрена ты мне это сказал, Сириус? Какого хрена ты вообще решил, что можешь мне такое сказать? - голос Регулуса граничил с дрожью. - Что сказать? Правду? — возразил Сириус. Регулус поспешно отпрянул от него, и он в мгновение ока оказался на ногах. Слова били его, как кирпичи, все они громоздились друг на друга с неумолимой потребностью крушить. Сириус уезжает в Америку, не сказав ни слова? Сириус переезжает и вырывает всю свою жизнь из-за совершенно незнакомого человека? Регулус покачал головой, пытаясь мыслить ясно. Уйти или остаться. Он мог бы сейчас убежать, оставить всё как есть. У них был момент, и момент ушёл. Он мог бы накричать на Сириуса, чтобы тот убирался к чёрту, чтобы Регулус мог побыть один и подумать хоть на мгновение, чтобы он мог побыть один и по страдать хотя бы мгновение. - Скажи ему, что ты чувствуешь, — раздавался эхом голос Джеймса в голове. — Скажи ему, что ты чувствуешь. И как себя чувствовал Регулус? Ушибленным. Нежеланным. Не стоящий того. - Регулус, — голос Сириуса вернул его к жизни. - Нет, иди на хуй. Иди на хуй. - Да пошёл ты! Почему ты так на меня смотришь? - теперь Сириус вскочил на ноги. - Почему ты смотришь на меня так, будто это ты пострадал? Это я тот, кому ты причинили боль! Я здесь не плохой парень! Некоторые из бумаг, прибитых к стене, затрепетали от порыва ветра, вызванного криком Сириуса. Это снова становилось невыносимым. Регулус чувствовал себя слишком хрупким, чтобы знать, что делать. - Нет, ты же знаешь! Ты тоже меня обидел! - вот тебе и спокойствие. - Ты его едва знал, черт возьми! - Ну и что? - Так почему же он достаточно хорош? — теперь кричал Регулус. Он надеялся, что остальная часть дома не могла их услышать. - Что в нем такого, Сириус? Я провел всю свою чертову жизнь, пытаясь быть достаточно хорошим. Достаточно хорошим для мамы и папы, достаточно хорошим для тебя, чтобы ты остался, а потом, когда ты ушел, я пытался быть достаточно хорошим для тебя, чтобы ты вернулся. Достаточно хорошим для тебя, чтобы помнить. Сириус отшатнулся, словно его ударили. - Н-но появляется Ремус, и ты готов бросить все ради него. Переехать в чертову Америку ради него? Отказаться от своих моральных принципов и своей высокой работы, чтобы уберечь его? Почему его может быть достаточно для тебя, а меня — нет? Сириус молча смотрел на него. Слегка растерянный и невероятно грустный. Джеймс. Регулус подумал. Джеймс, ты должен гордиться мной, потому что я никогда не был так напуган. Он мог слышать, как его сердцебиение ревет в ушах. - Регулус, тебя было достаточно. Тебя было достаточно, чтобы построить на тебе карьеру. Тебя было достаточно, чтобы следовать за тобой через разные страны и океаны. Тебя было достаточно, чтобы я все еще мог сесть в твою машину после того, как ты меня парализовал. Регулус слегка вздрогнул. - Все, что я когда-либо делал, было для тебя. Ремус был первым, что я сделал для себя. Регулус оглядел комнату, всё, кроме Сириуса. Может, им стоило оставить это, пока они оба были впереди. - Это ложь. Ты также ушёл ради себя. Ты не сделал этого ради меня, — презрительно усмехнулся Регулус. Он знал, что это ужалит Сириуса, и он тоже этого хотел. Он хотел, чтобы это ужалило так же сильно, как ужалило его, когда Сириус сказал ему, что он подумывает переехать в Америку ради гребаного незнакомца. Было легче злиться на Сириуса. Регулус злился на Сириуса так долго, что не знал, что делать без этого. Как пережить это. Гнев был одной из немногих вещей, которые он брал с собой с места на место. Он оставался с ним, он рос вместе с ним. Было легче злиться. - Я сделал это, надеясь, что ты пойдёшь за мной, — вздохнул Сириус, проводя руками по волосам. Он смотрел на Регулуса с честным, открытым выражением лица, и он выглядел так, будто собирался снова заплакать. - Я просто не понимаю, почему я не достаточно хорош, — голос Регулуса сорвался. Он дрожал. Эти слова исходили из той части его, которую он пытался игнорировать, которую он пытался спрятать и спрятать в маленьких коробочках, которые никогда не должны были увидеть дневной свет. Но теперь, когда он начал вытаскивать одну, очищать ее от пыли и осторожно открывать, он не мог перестать безрассудно открывать другие коробки и вытаскивать их содержимое, чтобы Сириус мог это увидеть. Сириус широким шагом пересек комнату, и Регулус отступил на шаг: - Что ты делаешь? - Я просто попробую кое-что. Господи, — сказал Сириус, обнимая Регулуса. - Сириус, - Регулус застыл в его объятиях. - Сириус, зачем ты это делаешь? - его голос звучал панически. - Я знаю, мы, — плакал Сириус, Регулус мог это сказать, хотя его лицо было зарыто в его плечо. - Я знаю, что мы далеки от объятий, но тебя было достаточно. Тебя достаточно, Регулус. Мне хочется сказать, что тебя достаточно. Мне жаль, что я когда-либо заставлял тебя чувствовать себя иначе. - и Регулус заплакал. Он начал дрожать в объятиях Сириуса, несмотря на все в нем, говорящее ему держать это в себе, сдерживать это и двигаться дальше, он плакал так, как не плакал уже давно. Он снова почувствовал себя маленьким ребенком, когда позволил Сириусу играть роль защитника, утешителя, опекуна. Было время, когда это не было больно, было время, когда Регулус не уклонился бы от его прикосновений. Он хотел бы чувствовать себя комфортно в объятиях Сириуса. Он хотел бы, чтобы это давало то же чувство облегчения и защиты, которое он испытывал в детстве, но этого не произошло. Вместо этого он чувствовал себя недостойным, он чувствовал себя задыхающимся, потому что как Сириус мог хотеть обнять его после всего, что он сделал? Как Сириус мог хотеть утешить его, несмотря ни на что? Он не заслуживал этого, но он все равно позволил Сириусу обнять себя, потому что он был слишком уставшим, чтобы отстраниться. - Я не мог больше там находиться, Реджи, — шептал Сириус. - Я не мог видеть, как ты страдаешь. Я не мог смотреть на это. Я не мог смотреть, как Орион снова и снова отправляет тебя на опасность. И ты делал это так охотно. Я боялся за тебя. Я все еще боюсь за тебя, — Сириус отстранился. Он звучал так честно. Он смотрел на Регулуса так искренне, и Регулус прикусил внутреннюю часть щеки, чтобы не заплакать снова. Регулус был таким молодым, когда Сириус ушел, но Сириус тоже был молодым. Он должен был это помнить. - Это последнее, — решительно сказал Регулус. Сириус сморгнул слёзы от удивления. - Что? - Это последнее ограбление, Сириус. Это то самое. - Я тебе не верю, — покачал головой Сириус. Регулус резко вытирал заплаканное лицо тыльной стороной ладони. - Ну, так оно и есть. - Ты только что сказал, что это все, чем ты являешься, — воскликнул Сириус, обведя рукой комнату. - Ты делал это всю свою жизнь! Что для тебя значит больше, чем это? По правде говоря, Регулус был почти всегда уверен, что это будет последнее ограбление. Он никогда не представлял себе ничего после него. Если ограбление будет успешным, он достигнет всего, чего захочет. Славы, власти, возможности жить после смерти, остаться в памяти, держать прошлое в своих руках, изменять историю. Это было все, чего он когда-либо хотел, но теперь, возможно, он хотел для себя большего, чем считал возможным. Возможно, он хотел прощения. Возможно, он хотел любви. Возможно, он хотел Бразилии. Если бы это было возможно. Возможно, это было возможно. - Это последнее, — твердо сказал Регулус. - Хочешь верь, хочешь нет, но это так, и мне бы очень хотелось сделать это с тобой. - Регулус- - Мы начали вместе, не хочешь и пойти вместе? Закончим вместе! - Регулус- - Это не было бы опасно, если бы мы сделали всё вместе... - Регулус- - А ты чертовски умён, Сириус! Разве ты не хочешь снова применить все свои навыки... - Регулус- - Это ограбление, о котором мы всегда говорили, когда были детьми! Все эти гребаные вещи, которые мы собирались сделать- - Регулус! — закричал Сириус, останавливая тираду Регулуса. Они оба уставились друг на друга, Сириус смотрел на него с любопытным вызовом. - Нас было бы не остановить, если бы мы работали вместе, — добавил Регулус более спокойно. Сириус что-то обдумывал в уме, Регулус видел, как это бурлило у него в глазах. Он оглядел комнату и годы, годы планов и идей. - А как же Фрэнк и Алиса? — спросил он через мгновение. - Они никогда не узнают, на самом деле – ничего, что они могли бы доказать. Не останется никаких доказательств. Ты это знаешь. - А как же моя работа? - В любом случае, это всегда была дерьмовая альтернатива настоящему. - И ты бы закончил? Я имею в виду, действительно закончил бы со всем этим? Со всем, Регулус, я имею в виду. Регулус кивнул. Впервые появилась искра надежды. Может быть, они действительно могли бы что-то сделать вместе. Как команда. - Есть ли у меня здесь выбор? - Что? - Если я скажу нет, ты притащишь сюда Ремуса? Пристрелишь его? Теперь он звучал более сердитым, и Регулус закрыл глаза, думая о том, как лучше всего разрядить обстановку. Это было справедливо, но это не означало, что это не было больно. - Нет, я не буду в него стрелять, — прошептал он. - Если ты не хочешь активно участвовать, я не буду в него стрелять. Но ты не можешь уйти. - Очевидно, — усмехнулся Сириус, но потом что-то смягчилось, когда он посмотрел на Регулуса. - Я устал, Регулус, — вздохнул он через минуту. Регулус не думал, что именно этот разговор вызвал усталость Сириуса. - Я тоже. Просто… подумай об этом, может быть, — тихо сказал Регулус. Он больше не хотел давить сегодня вечером. Он больше не хотел открывать коробок. Сириус издал уклончивый звук, направляясь к двери, но остановился, чтобы еще раз осмотреться. - Планы выглядят...хорошо, Регулус. Регулус изо всех сил старался подавить слабую улыбку, тронувшую его губы, и при этих словах теплое чувство наполнило его сердце. - Это даже не половина дела, — ответил Регулус, надеясь убедить Сириуса еще немного, соблазнить его. Сириус только покачал головой, прежде чем выйти, закрыв за собой дверь. Уйдя, Регулус позволил себе немного расслабиться. Он заметил, что солнце зашло, и на улице совсем темно. Он заметил, что невероятно истощен. Кто знал, что это отнимет у него так много сил? Что если сказать правду и открыть коробки, эмоции проникнут сквозь его кости и в мозг. Регулус покачал головой и моргнул несколько раз, чтобы развеять туман. Он чертовски ненавидел плакать. Он ненавидел, как это жгло его глаза и окрашивало его лицо, но он не мог отрицать, что чувствовал себя немного лучше, несмотря на все это. В тумане он спустился по первому пролету лестницы, размышляя про себя, насколько уже поздно. Он заставлял свои ноги делать каждый шаг, чувствуя себя так, словно он пробирается сквозь зыбучие пески. Как раз когда он собирался обойти еще один пролет и направиться в свою комнату, он остановился на втором этаже. Повинуясь импульсу, он позволил ногам донести себя до двери Джеймса. Если кто-то и знал что-то об эмоциональном истощении, так это, конечно, Джеймс Поттер. Не говоря уже о том, что он был единственным, с кем Регулус хотел поговорить. Он видел свет из-под двери и тихонько постучал, прежде чем успел подумать, что он на самом деле делает. Если бы кто-то увидел его здесь, ему было бы трудно объясниться. Когда ответа не последовало, Регулус осторожно повернул ручку двери и заглянул внутрь. - Джеймс? — тихо прошептал он. Его комната была пуста, но выглядело так, будто он только что ушел. Он тихо вошел и закрыл за собой дверь. Его кровать была не заправлена. Регулус закатил глаза. Важно было заправить кровать первым делом с утра, это задавало продуктивное начало дня. Но когда Регулус продолжил смотреть на нее, не заправленные простыни сделали ее такой удобной. Как будто можно было просто заползти туда, а Регулус был таким уставшим. Джеймс наверняка вернется в любую минуту. Вероятно, он просто спустился вниз, чтобы выпить стакан воды. Регулус просто стоял и ждал, когда он вернется. Он скоро вернется, и тогда они смогут поговорить. Регулус мог бы сказать ему, что послушался его совету, что он рассказал Сириусу о своих чувствах. Он пересек комнату и сел. Кровать была мягкой и пахла Джеймсом, и Боже, может быть, Регулус был жалким, но он был таким уставшим, что был готов добавить это к списку других жалких вещей, которые он сделал сегодня вечером и лег. Он проснулся в темной комнате, и кто-то тянул его за ноги. На секунду он замер, забыв, где он находится, прежде чем быстро вспомнить. - Джеймс? - Блин. Извини, — прошептал Джеймс в темноте. - Я не хотел тебя будить, но ты уснул в обуви. Это должно быть не очень удобно. - Блять, Джеймс. Мне так жаль. Я думал, ты сейчас вернешься, и я ждал тебя, и я уснул. Если бы кто-нибудь зашел сюда и увидел меня. Господи, я уйду. - Регулус сел. - Нет, тебе не нужно уходить. Я могу спать на полу или еще где-нибудь. - Нет, ты совершенно точно не можешь. Я пришел сюда, чтобы поговорить с тобой о Сириусе, но... - Да, — Джеймс тихонько рассмеялся. - Да, я знал, что ты сегодня с ним поговоришь. Я пошел в твою комнату и ждал, пока ты вернешься, но теперь я понимаю, почему ты так и не пришел. - Мне так жаль, — Регулус почувствовал, как его лицо слегка покраснело. Он был благодарен за темноту. - Я ухожу. Регулус встал, наткнувшись в темноте на Джеймса. На мгновение Джеймс положил ему на плечо руку, поддерживая, и Регулус сделал все возможное, чтобы не упасть в обморок от прикосновения. - Если хочешь поговорить, я здесь, — тихо прошептал Джеймс. - Но ты все еще злишься на меня, — сонно сказал Регулус. - Да, это так, — сказал Джеймс в темноту. - Но то, что я злюсь, не значит, что я не буду слушать. Это не значит, что ты не можешь со мной поговорить. - Хотя я… использовал Ремуса? — Регулус не мог сдержаться. Джеймс резко вздохнул. - Ты действительно не помогаешь себе здесь, Регулус... - Извини. Извини, — быстро вмешался Регулус. - Но да. Я все еще здесь, даже когда я расстроен, — тихо сказал Джеймс. Регулус слегка нахмурился, хотя Джеймс его и не видел. - Мне жаль, что мне так трудно это помнить. - это был едва слышный шепот. - Хотел бы я, чтобы мне не было так трудно это помнить. Джеймс издал тихий звук, прежде чем прошептать в ответ: - Все в порядке. Я просто буду говорить тебе это каждый день. Я не против. Каждый день. Мы. Голова Регулуса кружилась. Он слышал, как Джеймс залез в кровать. - Спокойной ночи, Джеймс, — Регулус наконец открыл дверь. - Спокойной ночи, Регулус. Увидимся завтра, — пробормотал Джеймс. —--- - Напомни мне, зачем мы снова это делаем. — проворчал Эван, выходя вслед за всеми. - Потому что у всех ужасное настроение, а погода хорошая, и Ремус, Доркас и я потратили немало времени на подготовку этого пикника, а вы ничего не сделали, так что выходите и хотя бы насладитесь им, — крикнула Мэри, выводя всех на улицу. - Большую часть всего сделали Мэри и Доркас, я просто разрезал фрукты, — легкомысленно поправил Ремус. - Но это выходные, у нас даже нет занятий, — возразил Эван. - Регулуса и Сириуса здесь нет. Джеймс нахмурился. Он хотел бы, чтобы Регулус пришел, и он не был полностью уверен, насколько ответственно было оставлять братьев одних в доме. Он беспокоился, что они сожгут все дотла. Регулус не рассказал много о своем разговоре с Сириусом, который произошел три дня назад, и Джеймс не хотел давить на него. Несмотря на то, что он казался готовым той ночью в его комнате, Регулус не хотел много говорить об этом на следующий день. Но Джеймс не был смущен. Он расскажет ему, когда будет готов. - О, давай, Розье, — пел Барти. - Как приятно быть среди цветов и солнечного света, — поддразнил он. День был хороший, солнце грело кожу Джеймса, но ветерок был прохладным и мягким. Мэри и Доркас нашли время, чтобы разложить повсюду одеяла и широкий спектр пикниковых принадлежностей. За газоном не очень хорошо ухаживали, поэтому полевые цветы прорастали из земли маленькими пучками рядом с сорняками. - Ненавижу этих жуков, — Эван отпрыгнул от лениво жужжащей мухи. - Извините, вина нет. Мы собирались попробовать и замахнуться, но не хотели, чтобы нас поймали на нарушении правил... учитывая все... - глаза Доркас метнулись к Ремусу, который уставился в землю. - Ну, вы знаете. - О, да, мы определенно знаем, не так ли, Эван, — ухмыльнулся Барти, подталкивая его. - Это все еще больная тема, — Ремус бросил на них сердитый взгляд. - Ну, в наших книгах всё хорошо, — пожал плечами Эван. - В конце концов, мы все уладили. Ремус не ответил. Вскоре все наполнили свои тарелки фруктами, крекерами и сыром и, разбившись на небольшие группы, стали разговаривать под солнцем. Марлин и Доркас болтали в тени дерева. Доркас рассказывала историю, и смех Марлин раздавался громким эхом. Они обе выглядели абсолютно преданными друг другу. Джеймс улыбнулся про себя, наблюдая за ними мгновение. Было приятно, когда они могли быть вместе, как сейчас. Было приятно, когда они были счастливы, даже если в клубе брошенных любовников стало меньше участников. Барти, Эван и Питер играли в какую-то игру, которую Джеймс не понимал ни капли. Она включала в себя много беготни во всех направлениях и криков, в то время как Мэри и Лили разговаривали и вели счет на боковой линии. Ремус лежал на солнце рядом с Джеймсом и читал. Казалось, он был поглощен какой-то историей, и Джеймс боролся с желанием спросить его, не из библиотеки ли Регулуса она. Некоторое время они сидели в довольной тишине, Ремус читал, а Джеймс лежал на спине, впитывая тепло солнца, прежде чем Ремус заговорил. - Кажется, вы с Сириусом начинаете лучше узнавать друг друга. Джеймс мог сказать, что это был слегка провокационный вопрос. Ремус не отрывал глаз от книги в своих руках. - Иногда мы просто разговариваем. Сначала у него были вопросы о чем-то. Например, все ли делают записи на занятиях и проводим ли мы когда-нибудь практические занятия; все в таком духе. - Хм, — Ремус громко перевернул страницу своей книги. - С ним легко общаться. К тому же мы состоим в одном общем клубе, — ухмыльнулся Джеймс. - Что это за клуб? Клуб испытывающих сложные эмоции по поводу Регулуса Блэка? - Чёрт, Ремус, кто тебя обидел? — Джеймс преувеличенно ахнул, поворачиваясь на бок, чтобы посмотреть на Ремуса. Его очки были слегка перекошены на лице, и он подпер голову рукой. - Ты о людях, которые сейчас здесь или которые когда-либо были? — усмехнулся Ремус. Джеймс покачал головой. - Понимаю, почему он тебе так нравится. Сириус. Он как раз в твоем вкусе. Ремус слегка напрягся. - Да, он идеален, — вздохнул он. - Даже если он брат Регулуса. - Он придет в себя, ты же знаешь. Не сдавайся, — ободряюще добавил Джеймс. - Я в процессе заполнения его головы прекрасными вещами о тебе, пока мы говорим. Каждый день на занятиях я говорю ему что-то вроде "Ремус выглядит сегодня так мило" или "Тебе не нравится свитер, который надел Ремус? Я купил его ему на день рождения". И я думаю, это работает, — самодовольно улыбнулся Джеймс. Вдалеке Питер орал на Барти за то, что тот нарушил правила игры. Барти ухмылялся и повторял "это просто жизнь, детка" снова и снова, к большому ужасу Питера. - Правда? — Ремус попытался сдержать улыбку, наконец отложив книгу и посмотрев на Джеймса. - Ну, — Джеймс колебался. - Это сработает. Не сдавайся. Я могу поговорить с Регулусом, чтобы узнать, что нравится Сириусу. Может, ты напишешь ему стихотворение или что-то в этом роде. Ремус громко рассмеялся. - Джеймс, о Боже. - Что? Это было просто предложение, — Джеймс покраснел, ударив друга руками. - Я сказал или что-то в этом роде! Это не обязательно должно быть стихотворение. Смех Ремуса стих, и он минуту задумчиво смотрел на Джеймса. - Значит, ты все еще разговариваешь с Регулусом? - Ну, я не говорю, я не собираюсь говорить с ним. Просто ему очень тяжело с Сириусом, и, гм, я... Нет, я знаю, что тебе тяжело с Сириусом, и это его вина, и я хочу, чтобы ты знал, что я все еще злюсь на него за то, что он сделал, и я... - Джеймс, Джеймс. Все в порядке. Это был просто вопрос, — Ремус поднял руки, положив конец размахиванию рук Джеймса. Джеймс замолчал, нахмурившись. - Если ты хочешь общаться с ним, я не против, — тихо сказал Ремус через минуту. - Если ты хочешь простить его, я тоже не против, хотя тебе изначально не требовалось мое разрешение. Джеймс внимательно посмотрел на Ремуса, но Ремус смотрел на Марлин и Доркас под деревом. - То есть, я не говорю, что то, что он сделал, было правильно, но я нарушил правила, и он позволил мне продолжить работу над ограблением. Он также сказал мне, что последнее, чего он хочет, — это чтобы я умер. Это ведь должно что-то значить, верно? - Он это сказал, — спросил Джеймс, широко раскрыв глаза. Ремус медленно кивнул. - И он тебе действительно нравится, Джеймс. Я вижу. - Да, — прошептал Джеймс, чувствуя себя немного смущенным. - Это делает меня ужасным другом, Ремус? После того, что он с тобой сделал? Как я могу все еще так к нему относиться? - Джеймс, — Ремус пристально посмотрел на него. - Ты лучший друг, который у меня когда-либо был. Может, это и не так уж много значит, потому что у меня было не так много друзей, но ты никогда не был для меня плохим другом. Я не думаю, что ты способен на это. Джеймс почувствовал, как его накрыла волна облегчения, и он мягко улыбнулся Ремусу. - Кроме того, — продолжил Ремус. - Я знаю, что между вами двумя происходит что-то еще. Или происходило. Джеймс напрягся, прежде чем сесть. - Ремус, чт… - Мы ужинали однажды вечером несколько недель назад, и Мэри что-то сказала тебе, и ты засмеялся, — прервал его Ремус. - Я возвращался с кухни и увидел выражение лица Регулуса. По тому, как он смотрел на тебя, Джеймс, прежде чем он вспомнил, где он находится, даже идиот мог бы сказать, что что-то происходит. Какие бы сложные чувства ты ни испытывала к Регулусу, я могу сказать, что он отвечает тебе взаимностью. Джеймс даже не пытался подавить порхающих в животе бабочек, услышав эту новость. Он хотел чувствовать себя так все время, легкомысленно и свободно. - О, эм, я... Ремус пренебрежительно махнул рукой. - Я просто говорю, Джеймс, если ты хочешь сделать шаг, я не собираюсь тебя останавливать. Но если он согласится, Барти и Эвану лучше приставить пистолет к его голове. И знаешь что еще? Я хочу его благословения. Да, я хочу его благословения для меня и Сириуса, если у нас когда-нибудь что-то получится. Я также хочу извинений. Но да, я тебя никак не останавливаю. Джеймс лишь отчасти был уверен, что Ремус шутит. - Но ты, он и всё, что произошло, — Джеймс покачал головой. - Когда я выйду замуж за Сириуса, он в любом случае станет моим шурином, так что стоит начать налаживать отношения уже сейчас, — небрежно пожал плечами Ремус. - Выйдешь замуж!?— взвизгнул Джеймс, когда все его мысли замерли. - Это была шутка! Это была шутка! Но ты понял, о чем я говорю, — Ремус покачал головой с ухмылкой. Марлин и Доркас смотрели на них, когда Джеймс упал на траву, безумно смеясь и держась за бока. - Что? Я высказываю мысли во вселенную. Думаю, сегодня солнечный свет делает меня оптимистом, — рассмеялся Ремус вместе с Джеймсом. - Но это была шутка. Это была шутка! - По крайней мере, я знаю, что ты не сдашься, — выдохнул Джеймс. - Ради Сириуса Блэка я буду стараться, пока не останется ни одного дня, — твердо сказал Ремус, снова берясь за книгу. - Боже, даже слово "брак" делает меня счастливым. Я чертовски люблю свадьбы, Ремус. Ты знал это? - Да, — ухмыльнулся Ремус. - Хотя ты всегда плачешь, когда люди произносят свои клятвы. Та свадьба, на которой мы были в прошлом году, мы ее испортили! Мы даже никого там не знали, а ты все равно плакал! - Ремус снова засмеялся. - Я ничего не могу с собой поделать, — Джеймс покачал головой с мягкой улыбкой. - Все просто так счастливы, и я ничего не могу с собой поделать, — Джеймс покатился по траве, закрыв лицо руками. Ремус тихо вздохнул, увидев состояние своего друга, прежде чем снова вернуться к книге. Через некоторое время Джеймс закрыл глаза, чувствуя солнечный свет на своем лице. Вдалеке он услышал смех Лили, когда Эван кричал Питеру, чтобы тот схватил Барти. Он чувствовал себя легче, чем когда-либо. Мэри была права, солнечный свет и хорошая погода были полезны для всех. Примечания автора: Извините за тяжелое вступление. На более легкой ноте, ваша девочка заканчивает колледж в пятницу (lmao wild), так что это будет довольно занятая неделя для меня. Это может означать, что следующее обновление займет у меня целую неделю, чтобы выложить (но может и нет! кто знает? точно не я) Примечания переводчика: Я специально перевела эту главу немного пораньше чтобы опубликовать её в свой день рождения (который я, к слову, чуть не проболела), потому что мне кажется что это круто, да А также поздравляю всех девушек с восьмым марта и желаю чтобы этот день преподнёс вам как можно больше приятных сюрпризов