Я буду с тобой всегда

Мировой тур с новым альбомом был в самом разгаре. Города, гостиницы, концертные площадки, всё слилось в одну бешено вращающуюся карусель. Спали урывками. В самолетах, залах ожидания, да пару часов в отеле, если совсем уж везло. Минхо был взбешен. Мало того что спал он часа четыре за последние два дня, так еще и Криса видел только на концертах, где не то что поцеловать своего парня, обнять лишний раз нельзя было. Конечно за пять лет отношений пора уже было привыкнуть к тому, что на личную жизнь удавалось выкраивать совсем немного времени. Но в реалиях стресса от тура и вынужденного скиншипа с другими мемберами, очень хотелось утонуть в родных объятиях. -Чан-хен! — выкроив минутку перед концертом, Минхо решительно двинулся к Кристоферу. -Хо~я? — Бан мягко улыбнулся, принимая Ли в объятия. — Соскучился, маленький? -Угу, — ворчливо выдохнул Минхо куда- то в шею лидера. — Скоро всё закончится. Осталось немного и мы с тобой уедем на Чеджу. Только мы вдвоем. Минхо удовлетворенно мурлыкнул и прижался еще ближе. Этот отпуск они планировали давно. Только они, Чеджу и море. Идеально. — Бан Чан-щи, пройдите к гримеру. — раздался голос менеджера. — Мне нужно идти, малыш, — Чан с трудом покинул родные объятия и направился в сторону, нервно помахивающего кисточкой, гримера. Минхо проводил его грустным взглядом.

***

Концерт закончился, уставшие, но счастливые мемберы садились в микроавтобус, который должен был отвезти их в отель. Между концертами получилось приличное окно, поэтому у них были целые сутки на отдых. Предвкушая счастливые часы в обнимку с Крисом, Ли последним забрался в авто. Место рядом с Чаном было занято. Хенджин радостно щебетал о чем то улыбающемуся Бану, заняв ЕГО место! Поджав губы, Хо произнес: — Эй, принцесса Версаче, ничего не попутал? — Минхо-хен! — радостно улыбнулся Хван, поворачиваясь к парню. — А я как раз рассказывал Чан-хену о том, какой же ажиотаж вызвал ваш с Кимом дуэт! ТуМины это просто бомба! Стэй в восторге! От громкого Хенджина болела голова и появлялось желание, познакомить его болтливый рот с десятком салфеток. Минхо изобразил на лице сложную эмоцию, что-то между кривой улыбкой и злым оскалом. — Да, Джинни, ваш дуэт с Чаном тоже бомба, мы вообще все постарались на славу, а теперь можно, я займу СВОЁ место рядом с МОИМ бойфрендом? Испуганно ойкнув, Хван подскочил с места и сделав полшага своими бесконечными ногами, упал между Феликсом и Джисоном, которые тут же утянули его в разговор. В салоне стало еще громче. Минхо досадливо поморщился и сев на отвоеванное место, устало опустил голову на плечо соседа. — Чаги~я, ты напугал Хенджина. — с мягким укором проговорил Чан, нежно массируя висок любимого. — Пфф… Он бы еще боялся, совсем страх растерял, гопник от Версаче, блин. — раздражение медленно покидало сознание, а на место ему приходила усталость. Говорить о Хенджине не хотелось. Хотелось только скорее оказаться в их с Чаном номере и уснуть в теплых объятиях. Но у Чана врубился режим лидера. — Хо, так нельзя, даже если ребята смирились с твоим тяжелым характером, это не значит, что их не обижают твои слова и действия. Минхо аж подскочил. — Да что такого я ему сказал? Просто попросил освободить место! — шепотом возмутился он, нервно оглядываясь. Не хотелось, чтобы все слышали, как Бан его отчитывает. — Милый, Хенджин просто делился со мной своими эмоциями после концерта, ты же знаешь, что ему нужно всё это выплеснуть, или нашего Джинни просто разорвет на куски. — холодный тон лидера. Как же Ли его ненавидел. Обычно Кристофер не позволял себе разговаривать ТАК с Минхо вне залов для практики и студий звукозаписи. — А мне после концерта просто нужен рядом мой бойфренд и тишина! — шепот Минхо начал напоминать змеиное шипение. — Ты ведешь себя как ребенок, я не могу отказать кому то из ребят, если я им нужен, — закатил глаза Чан и попытался приобнять парня. Резко вывевернувшись Минхо прищурил глаза. — Ты прав, ты не можешь отказать. У тебя есть обязанности перед группой, Стэй, стаффом и еще сотней людей. Не смею отвлекать. Нервно подскочив, он подошел к Чонину, что занял одиночное место и что-то прошептал на ухо. Растерянно оглянувшись, макнэ поднялся и уступил ему свое место, Минхо натянул капюшон толстовки и откинувшись на сидении закрыл глаза. Виновато улыбнувшись Чонин сел рядом с Баном. Чан улыбнулся в ответ и отвернулся к окну. Что произошло? С чего это Минхо так взвился? Может стоит сейчас подойти и выяснить причину? Нет, не стоит сейчас дергать нервного Лино. Он и голову может откусить. Лучше поговорить с ним в спокойной обстановке. В номере. Но планам Чана помешали. Его выцепил менеджер, тараторя о фееричном шоу, он увлек Чана в свой номер, чтобы обсудить концерт. Через полчаса, с трудом вырвавшись, Бан подходил к своему номеру, уже предвкушая несколько часов отдыха вдвоем с Минхо. — Чан! — дверь рядом с их номером отворилась и в проеме показался Джисон. — Мы с ребятами решили, пусть и запоздало, но отметить начало тура, не скоро еще выпадет такая возможность! Присоединяйся! — Минхо с вами? — Вредный Минхо-хен нас бортанул. Сказал, что уже достаточно на нас насмотрелся. Чан потер лоб. Идти никуда не хотелось. Организм требовал отдыха, тишины и теплого, нежного Ли под боком. — Давайте без меня. Устал жутко. Главное, ведите себя прилично. Иначе, ловить ваш пьяный отряд самоубийц я отправлю Хевона. — услышав имя начальника охраны, Джисон поежился. Сон Хевон был мужчиной строгим. Он мог одним взглядом успокоить не в меру разбушевавшихся мемберов. Еще свежа была в памяти Хана их с Феликсом несанкционированная прогулка по Сеулу. После трехчасового поиска, их, слегка нетрезвых, Сон отыскал на берегу реки Хан. Молча подхватив мировых звезд под руки, отбуксировал к машине и в убийственном молчании доставил по квартирам. На следующий день, вместо заслуженного отдыха, Хан и Феликс стояли в кабинете Сон Хевона и стыдливо краснели, пока начальник охраны отчитывал их за неподобающее поведение «подвергающее опасности их бестолковые задницы» Увидев по округлившимся глазам Джисона, что тот угрозой проникся, Чан махнул рукой и открыл дверь в свой номер. — Чаги, ты спишь? — Прошептал мужчина, подходя к кровати, где лежал завернувшийся в одеяло по самый нос Минхо. — Нет. Жду, когда же наш любимый лидер, выделит мне в своем плотном графике пару минут. — недовольно буркнул одеяльный рулет. — Малыш, у нас с тобой целые сутки. Я не отойду от тебя ни на шаг, обещаю. Одеяльный рулет завозился, недовольно пробурчав что-то о полном неумении лидера выполнять обещания данные любимому. — Честно! Даже, если случится конец света, я останусь с тобой. Из одеяла вынырнула хмурая моська Ли. Сердце Чана замерло в миллионный раз. Минхо без макияжа, с его длиннющими ресницами, чуть припухшими губами (видимо тинт, был крайне стойкий и Ли как обычно слишком сильно тер губы чтобы его смыть), вот такой, слегка растрепанный, был невообразимо прекрасен. Обычно гордо вздернутый, острый носик, сейчас очаровательно розовел на самом кончике, натертый о пододеяльник, потому что гостиничное белье слишком жесткое для нежной кожи Минхо. — Честно? — вырвал Чана из мыслей язвительный голос Ли. — Даже если те пабо, из соседнего номера что-то снова учудят? — Если они что-то натворят, то максимум, что я сделаю, это позвоню Хевон-хену. Пусть он свою белку неадекватную сам ловит, а заодно и его не менее отшибленных товарищей. Минхо усмехнулся, заметно расслабившись. Все в компании уже два года обсуждают влюбленность грозного Сон Хевона в гиперактивного Хан Джисона. И чувства вроде взаимны и запрета на отношения больше нет, но есть маленький нюанс. Оба безнадежно слепы и ответных чувств не видят в упор. Ставки на их отношения уже перешли в стадию «да хоть бы к пенсии поцеловались». — Тогда я не желаю больше ждать. Быстро в душ, Бан Кристофер Чан, у тебя пятнадцать минут. — Ли озорно улыбнулся и окончательно выпутался из своего одеяльного кокона. Бан подавился слюной, при виде любимого тела, в одних боксерах и коротко кивнув головой, ломанулся в сторону ванной, ровняя по пути углы. Минхо проводил его взглядом и с облегчением выдохнул. Чан с ним, только с ним. И пусть в обещание провести сутки вдвоем, верилось слабо, Ли тоже не дурак, узнав, что святая троица ХванХанЛи собираются набраться, Ли написал Чанбину. Принцесса Версаче обезврежена. Чанбин ему даже лишнюю стопку соджу выпить не даст, не то что ввязаться в неведомую хуйню с ХванХанами. Лишние мысли из головы выбил Крис, вышедший из ванной в одном полотенце, которое при помощи магии, не иначе, держалось так низко на бедрах. От открывшейся картины, член Ли заинтересованно дернулся. Гребанное произведение искусства, личная погибель Ли Минхо. Вот кто такой Бан Кристофер Чан. Его невинное лицо с милыми ямочками и пухлыми губами, нежные волны влажных волос, что позднее превратятся в ангельские кудри (Чан не любил их и упорно выпрямлял, Ли, шипя дикой кошкой отвоевывал себе право на владение кудрями и мог часами перебирать мелкие завитки мурлыча от счастья), пресс с четкими кубиками, косые мышцы живота, почти не скрытые тонким, гостиничным полотенцем, многообещающая выпуклость в районе паха, Античные боги бы умерли от зависти. Кристофер был чертовым идеалом. Чан лег на кровать, кутая Минхо в объятья, но вдруг резкий поворот, секундное кружение номера и вот, Ли Минхо уже четко обозначил их планы на ночь. Пальцы нежно пробежались по грудным мышцам, чуть задев соски и спустились на живот, бегло пересчитав кубики и скользнули кончиками под кромку полотенца. Чан рвано выдохнул и прикусил губу. Минхо откинул с бёдер Криса мешавшее полотенце и кончиками пальцев провел по внутренней стороне бедра, задев поджавшуюся мошонку. Уже крепко стоящий член Чана дернулся, Ли ухмыльнулся и подарив Чану короткий поцелуй, начал повторять маршрут губами, чуть дольше задерживаясь на вставших сосках, прикусывая и дразня языком, получая в награду тихие стоны. Языком проведя влажную дорожку до пупка, Минхо слегка прикусил нежную кожу внизу живота и охватив член рукой мягко лизнул головку. Надрывный стон сверху, был заглушен закушенным ребром ладони. Когда Минхо взял в рот головку и задел языком щель уретры, Крису сорвало последний предохранитель. Одним рывком Хо был уложен на живот, а бедра, повинуясь сильным рукам партнера, взметнулись вверх. Щелкнул колпачок смазки и вместе с обжигающим шлепком по ягодице, Чан ввел внутрь палец. Минхо всхлипнул и полностью улегся грудью на кровать, прогнувшись в пояснице, тем самым открыв любовнику еще более прекрасный вид. Продолжая растягивать партнера, Кристофер второй рукой провел по идеальному прогибу поясницы. Невероятный мальчик. Страстный. Только его. Тихие стоны кружили голову и оседали жаром в паху. Чан надеялся, что не кончит раньше, чем войдет в эту восхитительную задницу. От одного только вида. — Чааан, прошу, я готов, — перемежая слова стонами, проговорил Минхо. Этот дьявол его убьет. Его нежный голос — это оружие массового уничтожения. Открыв презерватив зубами , Чан наспех растянул его по стволу и нагнулся к мило алеющему ушку любимого: — Готов, чаги~я? — Дааа… Пожалуйста! — Минхо облизал пересохшие губы. Звонок телефона Бана заставил обоих дернуться. — Пошли к черту! — рыкнул Чан и прикусил нежную шею Минхо. Парень застонал и потерся ягодицами о член Чана. — Детка… Я же не железный! — рвано выдохнул Чан. В дверь номера постучали. — Нас нет, — прошептал Минхо приподнимаясь на локтях и целенаправленно упираясь в пах Бана. В дверь номера постучали настойчивее. Видимо ногой. — Чан! Я знаю, что ты тут! Дело срочное! — голос Хевона был встревожен. — Да блять! — взвыл Минхо и перевернувшись на спину перекатился на другую половину кровати, по пути снова трансформируясь в одеялочный рулет. Чан виновато посмотрел на Ли и накинув на бедра валявшееся рядом полотенце поплелся открывать. — Хевон, что случилось? — приоткрыв дверь так, чтобы в щель не было видно кровати, произнес Крис. — Эта троица опять свалила. Точнее двое. Хенджина уже выцепил Чанбин и ведет в отель. Джисон и Феликс успели смыться. Я один не справлюсь, а привлекать охрану к такому щепетильному вопросу, мне не хочется. Чан устало провел рукой по лицу. — Дай мне пять минут. Закрыв дверь он снова посмотрел на любимого. Тот уже натягивал спортивные штаны. — Что стоишь, лидер? Пошли искать детей непутевых. — Минхо усмехнулся. Чан выдохнул. Буря миновала.