За чертой правил/Beyond Rules

Последующие дни я чувствовал себя странно. После ночи и утра, проведенного вместе, снова просыпаться в пустой квартире было невыносимо. Готовить завтрак, кстати, тоже. Как-то даже поймал себя на мысли, что напрягаю слух, чтобы услышать шаги, но старался вовремя вернуться в настоящее. Мне Его не хватало. Нет, конечно, мы переписывались. Вечерами Колин звонил, спрашивал, как прошел мой день, и у нас даже получался диалог. Но это был вечер, до которого нужно было дожить. Хотелось бы услышать Его голос в течение дня. Да хотя бы сообщение от Него! Но тишина. И сам я не спешил писать первым, ведь знал, что Господин занят. Он неоднократно это говорил, но успокаивал, что скоро все наладится. Мы даже ужинали пару раз вместе в том самом ресторане, и я готов согласиться, что он и правда хорош. Но та официантка до сих пор строила глазки моему Господину. Эй, девочка, этот прекрасный мужчина — мой. А один раз на работе, чуть ли не под закрытие, когда все уже валились с ног, на пороге появился Он. Все в таком же идеально выглаженном костюме. Эйва как всегда заметила первая и прибежала меня оповестить. Обслуживал его столик, конечно же, я. Было неловко, даже сильнее чем в прошлый раз, а бархатное «Привет, Ив» выбило из меня весь воздух. Колин наслаждался моим смущением, облокотившись на край ладони, чтобы пальцы закрывали ухмылку. Я почему-то был уверен, что именно ухмылку. Наверное, Он решил отзеркалить мои же действия и не спускал с меня глаз, а я совсем не знал, куда деться под этим пристальным взглядом. Сбегать из зала тоже оказалось плохим вариантом, ведь там была Эйва, которая накинулась сразу же: — Вот теперь точно не отвертишься! Колись! Подруга чуть ли не прижимала к стене, изучая меня пытливым взглядом. Даже мурашки побежали по спине, и я впервые задумался, а все ли я знаю об этом человеке? Мне кажется, ее можно на допросы отправлять — вытянет любую информацию. — Только не бей, — постарался отшутиться, вытянув руки вперед — защищаясь. Не хотелось, чтобы она расцарапала мне лицо своими «короткими» ноготками. — Побью, — прозвучало слишком грозно, и если бы не знал свою подругу, то подумал бы, что она не шутит. Она же шутит, да? Я пораженно вздохнул. — Да, мы вместе. Брови Эйвы поползли вверх. Она пару раз моргнула, а затем нахмурилась: — И ты молчал! — Да я хотел тебе рассказать, когда выходные у нас будут. — Завтра. Если не расскажешь завтра — сильно обижусь. В принципе я так и планировал, поэтому проблем не было. К Колину вернулся как раз вовремя. Людей почти не было, Головы тоже, а значит можно присесть. — Рад Вас видеть, сэр. Господин улыбнулся. — Свободен завтра? — я сразу же закивал. — Тогда в шесть жду у себя. Заодно и посмотрим, насколько соскучился. — Хорошо, сэр! Божечки, наконец-то мы сможем нормально встретиться и потемачить. Мне так этого не хватает. Словно мой внутренний зверь проснулся спустя несколько месяцев спячки и сейчас вырывается наружу. Господин кинул взгляд в сторону, где за нами наблюдала Эйва, но стоило Колину на нее посмотреть, как подруга тут же ретировалась. — Это она только сейчас узнала, что мы… что я Вам служу. — Я думал, это давно известно. — Она ждала, пока сам расскажу. Мы перекинулись еще парой фразочек, а потом я опомнился: — Сэр! Вы обещали, что в следующий раз я за вас заплачу. — Вот в следующий и заплатишь. Какой там у меня счет? — Господин потянулся за кошельком во внутренний карман пиджака. — А вот не скажу! — Детский сад, — Он закатил глаза. — Если тебе от этого станет легче, то считай, ты уже отплатил теми вкусными панкейками. — Это другое, сэр! — Ивлиан, не нарывайся, — Господин покачал головой. — Я и не нарываюсь, сэр! Я просто хочу за Вас заплатить. Позвольте это сделать, — уж извините, тут уже дело принципа. Не смогу жить спокойно, если буду чувствовать себя в долгу. Я бы даже на колени опустился, но одна пара уже и так с интересом за нами наблюдала. Господин смерил меня пристальным взглядом, а затем усмехнулся, словно что-то придумал. Взглядом будто транслировал мысли, и я понял одно — я обязательно об этом пожалею. — Хорошо, — растянул губы в ухмылке, убирая кошелек обратно. — Серьезно, сэр? Медленно кивнул. Ох, не нравится мне это все. — Ты через сколько заканчиваешь? — Э-э-э, — удивился вопросу и невозмутимому выражению лица, словно секунду назад не было этих ухмылок. Взглянул на часы. Закрытие через десять минут. — Минут тридцать, сэр. — Жду в машине. Удивился еще больше, но вопрос задать не успел. Может оно и к лучшему, а то к приговору, который Он успел вынести, добавится еще пунктик под названием «неуместные вопросы». На удивление я успел уложиться в двадцать минут. Убрал столы, зал, а кассу скинул на Мию. Пусть развлекается. — Спасибо что подвезли! Так бы час с лишним добирался. В машине мы почти не разговаривали — оба устали после рабочего дня, но Колин сказал, что какая-то там важная встреча прошла успешно и теперь Он будет свободнее. Значит ли это, что мы будем видеться чаще или теперь все портит мое расписание? — До завтра, — по-теплому улыбнулся Колин.

***

Утром Эйва уже стояла под моей дверью. Я встал только полчаса назад и еще не совсем загрузился, поэтому встретил подругу немного потрепанным. Она же в свою очередь прошла, как к себе домой, и уселась на кухне. Она бывала у меня дома часто, хоть наша дружба длилась и не очень долго. Познакомились мы случайно — я тогда только начал выкарабкиваться из ямы, в которой был, и устроился на работу. Искать что-то по специальности не было смысла — я не знал насколько хватит моих сил. И если всех остальных я отталкивал своей замкнутостью, то Эйву это совсем не пугало. Она помогала мне, рассказывала про коллег, про начальство и просто какие-то смешные истории с работы. И я тоже начал немного открываться, то есть улыбаться, но мы вдвоем понимали, что это уже хороший шаг. Она же и помогла заново настроить контакт с остальными, которые тоже дали мне второй шанс. Как я уже и говорил, коллектив у нас хороший и дружный, и сейчас я жалею, что раньше этого не понял. — Прости меня, — накинулся с объятиями на подругу, которая стояла у окна. — Что случилось? — напряженно спросила Эйва, но все же повернулась, чтобы полноценно меня обнять. — Ничего, просто вспоминаю, как мы познакомились. — На работе или в клубе? — коварно улыбнулась она, вспоминая тот случай. Так как в то время мы сближались очень медленно, ясное дело, раскрывать все прелести своей сексуальной жизни не спешили. Тогда меня Клайд очередной раз затащил в клуб, и, когда я умостился у барной стойки, ко мне подсела девушка. Одета она была не скромно, скорее раскрепощенно. Верхнюю часть лица скрывала маска, а улыбка была очень загадочной. Алкоголь уже действовал, поэтому на всякие мелочи, как ямочки на щеках и цвет пышных волос, я не обращал внимания. Меня компания не интересовала, поэтому, может, слишком грубо кинул «чего тебе?». Девушка же не растерялась и предложила познакомиться, все так же странно улыбаясь, словно вот-вот выдаст себя с поличным. — Хочу с тобой познакомиться, Ивлиан. Я — Эйва, — и тут ее прорвало на смех, пока я по кусочкам пытался собрать всю картину. Она отодвинула маску в сторону, давая во всех подробностях рассмотреть знакомое лицо. И вот вроде пазл складывался, но самой большой детали все равно не хватало. Как Эйву, которая выглядела нежно и хрупко, занесло в БДСМ? Только после того как мы разговорились, все стало на свои места. Оказалось, что мое впечатление было очень обманчивым. Да и как прежде смотреть на Эйву я не мог. Наверное, именно в тот момент мы и сблизились, ведь появилась новая тема для разговора, а когда люди обсуждают такое, оставаться каменным просто невозможно. — Я как вспомню твое лицо, — со смешинкой продолжила Эйва, вырывая из воспоминаний, — как крутились твои шестеренки… не могу. Она звонко засмеялась. — Вообще-то подло так делать. — Ни капли, — подруга залила кипяток по чашкам. Себе заварила мятный чай, а мне — растворимый кофе. Очень спасает, кстати. — Че-то ты совсем сонный. Небось, ночь веселая была? Эйва поиграла бровями ухмыльнувшись. — С бессонницей скучно не бывает, уж поверь. — Эх, а я уже надеялась, — многословно вздохнула. — Ну, рассказывай. И как бы я ни противился, сейчас рассказал все по порядку — и про визитку, и про наши встречи, сессии, договор. — Вот я, кстати, не понимаю эту шумиху вокруг договоров, — пожала плечом подруга. — Если человек не доверяет своему партнеру, то нужно ли это? Прости, я не про вас, а в целом. — Может, у него был в прошлом плохой опыт и теперь просто хочет перестраховаться. Лично мне все равно — подписаны какие-то там бумаги или нет, главное, что я с ним. — Это факт, но… Ладно, продолжай. Рассказал про квартиру и дом, про тот утренний звонок и как переменилось лицо Колина после. Про клуб тоже рассказал и как меня накрыло. — Вы тогда так быстро ушли, а оно вон в чем дело. Я кивнул. — Меня потом и после душа тоже накрыло. Знаешь, будто без отношений я был готов к ним, но стоило в них вступить, как меня начинает триггерить на… — я запнулся, не желая произносить имя вслух. — Ты поняла. На самом же деле Эйва знала все в общих чертах, но никогда не лезла с расспросами. Она могла поиграть в «следователя», как и делала, пытаясь узнать про наши отношения с Колином, но черту не переходила. — Мне кажется, это нормально. Ну, по крайней мере, ты только вступил в отношения. Здоровые отношения. И тебе могут некоторые вещи показаться странными, ведь ты привык к другому. Но тебе нужно перестроиться. — Я не знаю как. Страх ошибиться очень сильный. — Просто если кроет, переживи эти чувства рядом с Колином. Ты поймешь, что он поступает по-другому. Я тяжело вздохнул. На словах все кажется легко, но, когда старый опыт давит на плечи, устоять на ногах слишком трудно. Надеюсь, Эйва права и Колин поддержит. — Слуша-ай, извини за вопрос, но… — подруга потерла свой кожаный ошейник, якобы намекая. — Надеюсь, скоро. Колин говорил, что еще не заслужил, и оно-то понятно, но я буду стараться. — Обещай, что я первая его увижу. — Договорились. — Как думаешь, Колин сторонник практики торжественного надевания ошейника? Ну, публично. Я скривился, ведь никогда этого не понимал. Для меня ошейник был чем-то очень интимным. Это связь двух людей — Доминанта и его сабмиссива, а то, что люди выносят это напоказ, я не понимал. Эйва, которой ошейник надевали публично, говорит, что это типа венчания или даже свадьбы у ванильных. Только я все же чувствовал разницу, но спорить не хотелось — для Эйвы это очень важный процесс и обижать ее не хотелось. — Мне кажется, он больше за домашнюю атмосферу. — Каждому свое. — Расскажешь про Стива? Обычно этот вопрос запускал цепочку рассказов, которые лились один за другим. Эйва всегда с таким восторгом рассказывала про их сессии и обычные «ванильные» дела, что я удивлялся: сначала — откуда у них столько времени, чтобы быть друг с другом, ведь Стив много работает, а сейчас — как они совмещают Тему и ваниль? Эйва говорила, что все легко — когда чувствуют, что вот это оно, тогда и переключаются, но для меня это казалось странным. Разделять сложно, но у них было так легко, что я и поверил, что у нас с Колином тоже выйдет. А потом вспомнил про Его характер, а еще — что у нас даже разговора не было про разделение. — Ну и вот, он меня гладит, и тут уже просто переключаемся на «ваниль». Не знаю, как объяснить, Ив! Просто реально чувствуем. Конечно, иногда и в повседневной жизни могу «хозяином» назвать, и на экшене «тыкнуть», но Стив у меня не заморачивается на этот счет. Для него обращения совсем не важны. — Наверное, это классно. — Узнаешь на своем опыте, — кивнула подруга, подтверждая свои слова, и на этом наш тематический разговор подошел к концу. А так болтали мы долго, обсудили все вокруг, приготовили поесть и решили глянуть фильм, который она давно хотела посмотреть. Я, естественно, отрывался на телефон, за что и получал от подруги. Ближе к вечеру пришлось расстаться, ведь мне нужно было собираться на встречу с Господином.

***

Ехал как всегда с предвкушением, а в груди росло теплое волнение. Я немного нервно дергал ногой, и несколько человек на меня косо посмотрели. Хоть мы с Ним и встречались пару раз, но наедине не оставались, держали дистанцию, поэтому со стороны не были похожи даже на хороших знакомых. Я подпустил Его близко, но вот Колин оставался все так же далек. Мысли скакали, и я думал, чем мы займемся сегодня? Когда, наконец, останемся наедине со своими демонами и спустим их с цепей? Метро мчало быстро, но я все равно нервно поглядывал на часы. Опаздывать не любил сам, а из-за этого оставлял себе несколько минут про запас. Впрочем, ровно в шесть я стоял у квартиры. Пока шел, прохладный воздух меня отрезвил и, вдохнув полной грудью, я перестал нервничать. Нажал на звонок и почти сразу же услышал открывающийся замок, словно владелец квартиры ждал меня у двери. — Здравствуйте, сэр! — Привет, проходи. Колин старался держаться отстраненно, но голодные глаза его выдавали. Мне же хотелось наброситься с объятиями и горячим поцелуем, но вместо этого я торопливо снимал куртку. Когда повернулся, Колин закрывал дверь на замок, и этот характерный щелчок послужил спусковым крючком. Я моментально рухнул на колени подле Его ног и обхватил их руками, утыкаясь головой. Колин даже немного дернулся. — Что за вольности, мальчик мой? — грубая хватка за волосы подняла мою голову, но глаза оставались теплыми. — Соскучился, сэр. Простите. Колин, цокая, покачал головой, а затем сделал шаг назад, вынуждая Его отпустить. — Вставай, — Колин мотнул головой вглубь коридора. — Пойдем, посмотрим, что можно с тобой сделать. Фраза прозвучала так легко и непринужденно, что даже выбила меня из колеи. Мы прошли в просторную комнату. Я не мог сказать, была ли она отведена специально под Тему, как это было в Его доме, но крюки с потолка явно не вписывались в уютную атмосферу комнаты. — А вот теперь, мальчик мой, на колени, — к концу предложения я услышал тот самый тон Доминанта, по которому очень скучал, поэтому без замедлений красиво опустился на колени. — Так намного лучше. Зашуршали дверцы и ящики шкафа, но взгляд поднимать я не спешил — этот урок я усвоил сразу же. Сегодня в моих планах было все сделать идеально. — Ты недавно в переписке сказал, что у тебя давно не было бондажа с подвесом, — привлек мое внимание Господин. — А я, так совпало, тоже давно не практиковался, поэтому предлагаю совместить приятное с полезным. Но! От тебя требуется незамедлительно мне сказать, если где-то будет перетягивать. Мастер поднял мой подбородок, чтобы убедиться, что я Его слушал. — Да, сэр. Конечно! — Хорошо, раздевайся. Одежду я снимал быстро, а от этого неаккуратно, но понял это лишь когда опустился обратно на колени. — Аккуратно сложи, — Господин кивнул в сторону некрасивой стопки вещей, и мне пришлось проглотить вздох разочарования и все переделать. — Спасибо. Руки в сторону. Веревка приятно оплетала, а местами от сильного трения даже обжигала кожу. В какой-то момент мне показалось, что это делается специально, и я был прав, когда после очередного «ай» поднял взгляд на Господина. Он ухмылялся, поняв, что Его раскусили. — Немного дисциплины, — пояснил Он, когда я так ничего и не понял. Мне оставалось лишь невинно потупить взгляд. Вскоре меня уже вертели во все стороны, словно игрушку, и с каждым новым узлом двигаться становилось все сложнее. Господин вплетал в меня свои веревки, будто паук, который поймал новую жертву, которая будет беспомощно висеть в его паутине столько, сколько пожелает сам Хозяин. Когда я лежал, уткнувшись лицом в мягкий ковер, а мои ноги были согнуты в коленях и разведены в стороны, зафиксированы, как и все тело, я ощутил ползущие по спине мурашки, которые несли возбуждающее чувство беспомощности. Я совсем не мог вертеться, а оттого и не знал, что же там придумал Господин. Сильно удивился, когда тело оторвалось от пола. Я даже сразу не понял, что произошло. Между мной и ковром оставалось всего сантиметров тридцать, и только сейчас, будучи подвешенным, я ощутил полную красоту веревок. — Нигде не тянет? Я прислушался к своим ощущениям. Веревки сильно и даже больно впивались в кожу, но не перетягивали. — Нет, сэр. Тогда Мастер поднял меня еще выше и зафиксировал. Отошел, чтобы насладиться своим творением, а затем сел на пол, чтобы видеть мое лицо. — Ну, как дела? — с улыбкой хмыкнул Он, не без удовольствия наблюдая, как я стараюсь глубоко дышать. — Отлично, сэр, — прикрыл глаза. Почему-то всегда с закрытыми глазами адаптироваться было легче. Наверное, я надеялся обмануть мозг, чтобы он начал игнорировать неприятные чувства от веревок. Оказывается, я сильно отвык от подвесов. Раньше я мог долго провисеть в любой позе. Бывший даже говорил, что я моментально отключаюсь и блокирую внешние факторы. Сижу, ну или вешу, словно в коконе. А сейчас уже не могу так быстро, но я пообещал себе, что перестану оглядываться на прошлое и начну работать над собой заново. Теперь хоть было ради кого работать. — И чего молчишь? Ты же скучал, — со смешинкой в голосе выделил последнее слово. — Скучал, сэр. Просто неудобно разговаривать, когда веревки впиваются в грудь. — Да ты что, мой хороший? — Господин рассмеялся. — Я тоже скучал. Он придвинулся ближе, заглядывая своими глубокими глазами-океанами в мои мелководные болота. — Какой же ты у меня красивый, — рукой поправил мои волосы, спадающие на глаза. — Они же тебе мешают. Сходи подровняй. — Спасибо, сэр. Слушаюсь. Господин еще раз обвел меня взглядом, а затем Его глаза блеснули опасным огоньком. Он поднялся, похлопал меня по щеке, что я понял как «не подведи», и скрылся из поля зрения, а мне оставалось гадать. — Ай! — Через мгновение мое бедро рассекла жгучая боль, и мне захотелось повернуться, чтобы посмотреть, что это было. Ответ пришел незамедлительно — кожа загорелась теперь на спине, и я понял — веревки. Мастер периодически дергал за них с любой стороны, из-за чего их движения вызывали такую жгучую боль. Я же старался принимать боль молча и даже в некоторые моменты стонал от удовольствия. Почему-то от Его руки хотелось принимать любую боль. Только вот она усиливалась, а я по-прежнему старался с достоинством ее принять. Господин даже ускорился, но кроме громкого сопения от меня ничего не получил. — Ну ладно, молодец, — Мастер потрепал по моим волосам. — Горжусь. И на душе сразу стало тепло, ведь теперь я был уверен, что все делаю правильно, а желание довести дело до конца только усиливалось. А затем ящики снова заездили, а через мгновение моего прохода коснулось что-то липкое и холодное. Даже дернулся от неожиданности и впервые обрадовался веревкам, которые это движение свели практически к нулю. В меня вошел первый палец, и я застонал от осознания, что это пальцы Господина. Член налился как по команде. Мастер не спешил продвигаться как-либо дальше, а наоборот. Я уже заметил, что Мастер никогда не упускает шанс меня подразнить. Кажется, словно Ему это доставляет большее удовольствие, чем непосредственно сам процесс. И все же я надеюсь, от моих стонов у Него стоит. Чувство наполненности не своими пальцами или какой-то игрушкой ощущалось странным. Я уже и забыл, каково это. Хотелось поддаться навстречу или почувствовать ладони на своих бедрах. Хоть что-нибудь, лишь бы не беспомощно висеть. Когда вошел второй палец, я наградил Господина протяжным стоном, а Он в ответ пару раз надавил на простату. Пальцы творили чудеса — ласкали и сгибались, доводя чуть ли не до пика, но они все равно не сравнятся с Его членом. Словно прочитав мои мысли, Господин прижался к моим ягодицам своим стояком, который чувствовался даже через ткань домашних штанов. — Пожалуйста… — выдохнул я, не в силах больше терпеть, и очень удивился, когда Он пропал. Пару мгновений ничего не происходило, а потом Господин слишком резко опустил меня пониже — для чего я понял лишь позже, когда Его руки оказались на моих бедрах. Вошел Он медленно и плавно, словно хотел почувствовать каждый миллиметр. Я тут же застонал, до сих пор не веря в происходящее. Неужели я дождался? Первый резкий толчок служил тому подтверждением. Господин сам не сдержался, пропустив стон. Он не спешил, нет, дразнился даже тут. Трахал медленно, чувственно, а иногда очень резко. И сносило крышу от того, что я заранее не знал, когда будет следующий резкий толчок. Он игрался, зная, что я расслаблен и приму любое действие с его стороны. Я был пластилином, настоящей игрушкой, и это чувство утвердилось во мне именно сейчас. Хотелось поддаться навстречу и поймать общий темп, но этой своей властью Господин подтверждал мое положение. Меня катало на веревках в эйфории, словно на качелях, когда Господин грубо насаживал на свой член. Я чувствовал Его голод, а от этого заводился еще сильнее. От постоянных движений трение усиливалось, возвращая по всему телу недавний огонь. Я уже представлял, какие следы будут наутро, но сейчас меня это не волновало, ведь Господин уже не мог себя сдерживать. Вдоволь насладившись игривым темпом, толчки у Него стали размашистее и резче. Он по-прежнему менял темп, но на этот раз в нем не было ни капли медлительности. Я хотел бы смотреть на Него во время секса, но, к большому сожалению, у меня такой возможности пока не было. Странно, но и это меня тоже не волновало. Вообще все проблемы остались за дверью, стоило мне переступить этот порог, а умелые руки позволили раствориться в удовольствии. Я понимал, что больше держать себя в руках не могу — на меня лавиной обрушился крышесносный оргазм. — Сэр! Я скоро, пожалуйста, можно? — После меня, — резкий глубокий толчок служит точкой. Взгляд плывет, а перед глазами витают чуть ли не вспышки удовольствия, когда Господин стонет на последних толчках и затихает, изливаясь в меня. Тут же чувствую руку на своем члене, которая помогает довести до оргазма и меня. В комнате становится тихо, слышится лишь наше тяжелое дыхание. Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем Мастер опускает меня обратно на пол. Когда развязывает веревки, они снова скользят по старым ранам, что и приводит меня в чувство. Он смотрит на меня своими океанами, но я совсем не могу прочитать эмоции на Его лице. Хочется сказать слишком много, но я боюсь нарушить эту чарующую тишину. Господин небрежно отбрасывает ненужные веревки в сторону и облокачивается спиной на диван. Раскрывает руки, чтобы позвать в свои объятия, и я обессиленно подползаю на зов. Меня тут же заключают в плен мягким пледом, а я кладу голову Ему на плечо и по новой привычке целую Его руку. Так и молчим. Ведь слова совсем не важны, когда все за нас говорят действия.