Стерильные чувства.

Двадцать первое. Ночь. Понедельник.

***

Дождь бил по окнам так громко, что в голове можно было услышать каждую упавшую каплю. Потолки казались такими низкими, а стены сжимались. Страх, тревога и апатия — всё, что чувствовала Таня после похорон отца. Она осталась одна. Совсем никого, кто бы мог обнять её сейчас. Все друзья и родные, с которыми она общалась, находились слишком далеко, чтобы помочь ей принять эту боль. Тётя, двоюродный брат, её душа. А она в холодной, до жути грустной и серой Вологде. Ей только исполнилось семнадцать лет, следующий год последний в школе. Теперь она даже не знает, хочет ли заканчивать её. В голове миллион вопросов. Но самый главный звучал слишком оглушительно, отдавался в висках мощным ударом. Как жить дальше? Её мысли прервал звук уведомления. Сообщение от тёти: «Девочка моя, мы не можем оставить тебя одну. Я купила билеты. Собери всё, что необходимо, позже пришлю тебе все данные. Он переживает за тебя, прости его, что совсем не пишет.» Она даже и не думала обижаться. Она знает, что брат и по совместительству лучший друг всегда переживает за неё, даже по пустякам. Собрав все мысли, Таня решает, что нужно что-то ответить. «Спасибо, я приеду.» Единственные слова, которые получилось написать дрожащими пальцами.

***

Было немного грустно забирать документы из школы, собирать вещи, прощаться с доброй бабушкой соседкой, которая иногда приносила им с папой свежеиспечённые пирожки, садиться в поезд, зная, что больше не вернёшься. Всё это было так же грустно, когда она в пять лет уезжала из Коктебеля. Приезжала только на день рождение брата и на каникулы. Такой уговор они заключили с братом, когда родители окончательно решили переехать. Он знает её слишком хорошо. Он ждёт её, чтобы быть рядом и не дать её огоньку в глазах погаснуть. — Почти приехали, – прошептала Кося, смотря в окно иллюминатора. — Я почти дома. Поезд плавно остановился в её любимом посёлке. В посёлке, где родилась она и её душа. – Коктебель прекрасен в любое время года, — вполголоса произнесла девушка, двигаясь к месту встречи с пассажирами. Там ждал её брат. Не заметила, как уже вышла и на неё накинулся парень. Непривычно высокий и с новой причёской, которую она заметила сразу, как отстранилась. Зелёные глаза слезились, а губы едва заметно подрагивали. Она не хотела больше плакать или слёз просто не осталось. Но эмоции выиграли. Заплакать оказалось легче, чем просто дышать. Они не виделись больше пяти лет. Она не приезжала летом на каникулы. Не приезжала на дни рождения и другие праздники. Не сдержала обещание, которое непрерывно исполняла 7 лет. — Ты так вырос, братишка! – вытирая слёзы рукавом толстовки, сказала девушка. — Ещё бы! Ты нарушила наш братский договор. – Шмыгая носом, сказал парень. — Предательница! — Сколько раз я должна извиниться перед тобой? – хлопая глазами и слегка нахмурив брови, спросила Таня. — Приготовишь мне клубничный чизкейк и я подумаю. — Хватит строить из себя недотрогу, – фыркнула девушка. — Идиот, я знаю, что ты меня простил уже давно! — Узнаю свою Сестрёнку! Осадок всё равно остался, – как-то грустно сказал последнюю фразу. — Не кисни, – ударяя брата по плечу, сказала девушка. — Только твоей кислой мины мне не хватало для полного счастья. Парень показушно закатил глаза. — Егор, пошли уже домой. Я очень устала после поездки. — Ты помнишь как меня зовут? Я поражён! – парень наигранно удивился и приложил руку ко рту. — Я никогда не забывала, дурак.

***

— Ну, вот, почти пришли, – с улыбкой на лице сказал Мел. — Вы купили новую квартиру? – оглядывая новое место жительства, спросила девушка. — Ага, – открывая входную дверь, сказал парень. — Я обязательно устроюсь на работу, чтобы помогать финансово, – уверенность читалась в её глазах. — Тебе надо доучиться сначала. Ты, кстати, со мной в одну школу будешь ходить. — Ты прав, но подработку я всё же попытаюсь найти. Они прошли в квартиру. Она была маленькой, но уютной, Небольшие окна пропускали уже последние лучи закатного солнца, что отражались розоватым светом от белых стен. Кухня была соединена с залом. В коридоре было две двери напротив друг друга. Открыв одну из них, он пригласил сестру войти. — Это моя комната, – парень прошёл вглубь, — можешь заходить в любое время, но стучись хотя бы перед этим. — Красиво, но в твой срачельник я ни ногой. – Девушка пыталась сделать лицо как можно серьёзнее, но получалось у неё это из рук вон плохо. — Да-да. Пойдём, твою берлогу покажу. — Моему характеру позавидует любой медведь. — Не сомневаюсь. Открыв дверь, девушка увидела почти такую же картину, что и несколько минут назад, но она была не такой уютной. Односпальная кровать, зеркало в пол и письменный стол со шкафом. Всё в белых тонах, как и стены покрытые белой, как лист бумаги краской. Таня уже представляла, как обставляет здесь всё своими вещичками, цветами в горшочках и картинами. Подойдя к зеркалу она увидела не очень приятный силуэт. В этих глазах - темный лес. Они опухли от слёз, Каштановые, тёмные волосы были растрёпаны, кожа напоминала цвет бледной поганки. Толстовка свисала почти до колен. — Ну и «видок» у меня, – быстро отвернувшись от зеркала, девушка подошла к кровати. — Располагайся и иди на кухню, мама с папкой придут через полчаса, – Егор проигнорировал фразу девушки и закрыл за собой дверь. Таня начала разбирать свои вещи. Нашла вешалки в шкафу и аккуратно развесила кофты и футболки. Взгляд остановился на памятной блузке. Она улыбнулась. Вспомнила, как папа подарил её на день рождения. Блузка была белая с длинными и широкими рукавами, высокое горло и грудь обрамляло кружево. Девушка не любила вещи с кружевом, за исключением белья, но эту, почему то, не могла выкинуть. Перейдя ко второму чемодану, девушка шумно вздохнула. Открыв его, обратила внимание, что забыла положить свой любимый скетчбук. Там было большое количество набросков, которые она собиралась превратить в картины. Но делать нечего, придётся начинать заново. — Кося! — громко закричал парень с первого этажа. — Спускайся, мы ждём тебя!