Поиграй со мной

Весна. На улице светило яркое солнце, ласково касаясь лучами земли, даря такое долгожданное тепло. Небо голубое, по нему плывут почти прозрачные облака, неторопливо, немного лениво. Кое-где слышны вскрикивания птиц и звуки взмахов крыльев. Водух чистый и по-весеннему пахнущий сиренью.    Нова задумчиво смотрела в окно, размышляя над всем происходящим в своей жизни. За кем следовать, какую цель преследовать, как разобраться в себе и в своих чувствах. Как осознать, что важно и дорого именно тебе, без давления окружающих. Девушка тяжело вздохнула. Легкая погода, тяжелые мысли.    Хаотичный и болезненный поток мыслей прервал скрежет с противоположной от Новы стороны и жалобное мяуканье. За дверью кто-то безжалостно проводил когтями по деревянной отделке, пытаясь обратить на себя внимание. Догадаться, что же за гость решил нагрянуть к Нове, не составило особого труда. Девушка вышла из своего недолгого оцепенения и двинулась к источнику шума, желая, чтобы дверь все-таки, хотя бы с большего, осталась цела, и звуковая пытка ушей прекратилась. Нова потянула за ручку, и к ней резко, без предупреждения на руки запрыгнул кот, мордочкой лащась об шею и ключицы.    — Посмотрите на этого наглеца! — воскликнула Нова, еле сдерживая улыбку, почесывая пушистого за ушком, — Ни «привет» или приветствия, а сразу на руки, чтобы почухали, — кот самодовольно мяукнул, виляя хвостом из стороны в сторону.   Девушка присела на кровать, перебирая пальцами гладкую черную шерсть кота, удобно устроившегося на ее коленях, прислушиваясь к своим чувствам. Настроение его обычное, возможно, немного озадаченно, но в общем, он был в порядке. Так что, видимо, зашел, чтобы сбавить час. Нова же, сама не заметила, как снова ушла в глубь себя, озадаченная размышлениями. И не обратила внимания, как между пальцами стала проскальзывать не короткая блестящая шерстка, а длинные черные локоны.   — Нова, — жалобно запищал Оникс, девушка от неожиданности вздрогнула и ненароком потянула за прядь волос. Мужчина недовольно зашипел, — Ты чего? Волосы повыдергать захотела?   — Ага. Завидую твоей густоте, решила проредить, — кот испуганно заложил ушки и стал жалобно смотреть на Нову, не веря в правдивость ее слов — она не может с ним так поступить. Девушка же лишь усмехнулась.   — Нова, — Оникс опять провыл тоненьким грустным голосочком имя девушки, обращая на себя внимание, Нова вопросительно подняла бровь, — Мне скучно! Поиграй со мной, — анимаморф драматично откинулся назад, прижимая тыльную сторону ладони ко лбу.   — И во что же? — девушка ущипнула фамильяра за ребро, тот издал короткий смешок.    Нове нравились кошачьи повадки Оникса, когда тот в человечьем облике. Они придавали мужчине игривости, живости, своенравие и невероятный магнетизм. Но иногда оставляли в легком недоумении.   — Кошки-мышки? — хвост кота прошелся по подбородку девушки, легонько щекотя.   — Обязательно предложи эту игру Шену, думаю, ему понравится, — Оникс обижено сложил ушки, насупившись вернулся в обличие кота и, не оборачиваясь, демонстративно-огорченно свернулся клубочком на подушке Новы.    — Ну вы только посмотрите, кто у нас обиделся, — девушка в приподнятом настроении обошла кровать с другой стороны и села ближе к сердитому коту.    Нова занесла руку, чтобы погладить блестящую макушку, но, не успев даже прикоснуться, получила в свою сторону злобное шипение. А когда рука была в паре миллиметров от мягких ушек, Оникс лапой стукнул по ладони девушки. Несильно, не выпуская когтей, дабы ни в коем случае не ранить свою ведьму. Чтобы не случилось, какая бы ситуация не произошла, он ни за что не посмеет навредить Нове. Не посмеет ни себе, ни кому либо еще. Перегрызет шею, расцарапает лицо противника, умоется в крови, но лишь бы Нова была цела и невредима. И когда Херберт украл ведьму, мужчина в этом окончательно убедился. Он готов бросить все свои силы ради нее, пойти на самопожертвование. Лишь бы Нова была жива и счастливо ему улыбалась. А все остальное такое неважное, блеклое, невзрачное.   — Ну, котик, ты чего? — Нова мягко рассмеялась, понимая, что Оникс не обиделся всерьез, а лишь привлекает ее внимание, которого, видимо, ему не достаточно. Ну и ладно, она позволит себе расслабиться и провести время в удовольствие, так, как хочется именно ей. А сейчас ей хочется пожамкать черную колючку на подушке, — Ну иди ко мне.    Нова протянула руки к Ониксу, тот лишь самодовольно поднял мордочку верх, поглаживая щеки ведьмы длинным хвостом. Девушка хихикнула, а затем принялась ласкать кота за ушком, тот невольно издал мягкое мурчание, поддаваясь навстречу пальцами Новы. Такая мягкая шерстка приятно щекотала ладонь. С макушки рука Новы спустилась к спинке, кое-где поглаживая, кое-где почесывая. Оникс был явно доволен происходящим и ласково мурчал. Он был уже почти готов простить ведьме шутку, но хотелось подольше побыть в ее объятиях.    — Ну что, еще не простил? — Оникс повел хвостом вправо-влево, — Ну все, иду на крайние меры.   Девушка перевернула кота на спинку, черное тельце стало утопать в мягкой перине подушки. Нова взяла лапки Оникса в свои руки и принялась поглаживать розовые подушечки, широко улыбаясь. Оникс удивленно смотрел на ведьму, но начать вырываться не смел. Что-что, а коты точно могли растопить любое сердце и поднять настроение. Нова наконец-то смогла отвлечься от мыслей, причиняющих боль, смятение и разочарование. Нова принялась поочередно целовать подушечки лапок, немного шершавые, кое-где пушистые. Затем девушка придвинулась ближе к мордочке и своим носом принялась водить вправо-влево по носику кота. Хвост Оникса принялся быстро двигаться, негромко ударясь о подушку. Нова чмокнула фамильяра в холодный влажный носик и опустилась ниже, целуя бархатный животик. «Кот» не выдержал и вернулся в человье обличие. Теперь Нова нависала не над милым пушистиком, а над красивым мужчиной. Оникс слегка раскрасневшийся от смущения из-за ласки девушки смотрел ей в глаза, сложив ушки. Нова окинула лежавшего под ней мужчину, крупного телосложения, значительно превышающее ее. И в голове пронеслось чувство возжделения. Было не похоже, что пронесшиеся вихрем мысли испытывала она.    — Черт, Оникс, прости, я совсем забылась, — Нова неловко улыбнулась. Раздраконила мужчину, на миг забыв, что он не простой кот. Девушка хотела отдалиться, но широкая ладонь Оникса легла на щеку ведьмы, заставляя задержаться в таком положениии еще на чуть-чуть. Большой палец мужчины невесомо поглаживал мягкую кожу.    — Мышка совсем не видит в коте «охотника», — Оникс не без грусти заглянул в глаза ведьмы.   — Что? — одно ловкое, сильное движение, и вот уже сверху нависал он, перехватывая инициативу в свои руки.    Оникс поглаживал Нову по голове, затем его рука опускалась ниже, откидывая мешающие волосы девушки куда-то на подушку. Те хаотично расплывались по ней, открывая вид на тонкую шею. Теплая ладонь прошлась в доль шеи, задерживаясь в районе сонной артерии. Фамильяр сложил ушки. Вторая рука Оникса очертила бедро Новы, спускаясь ниже, под коленку. Левую ногу ведьмы фамильяр закинул себе на пояс. Длинный черный хвост ласкал живот девушки.   — Нова, неужели ты совсем не видишь во мне мужчину? — Оникс разочаровано посмотрел на ведьму, ожидая ее ответ.    Девушка окинула мужчину оценивающим взглядом сверху-вниз, будто видела того в первый раз. Оникс был красив, харизматичен, игрив и очень притягателен — отрицать это невозможно. Серьезное выражение лица, без излюбленной игривости, сведенные к переносице брови — говорили о всей серьезности вопроса. Мышцы, играющие под открытой одеждой, Нове хотелось очертить каждую. Провести ладонью по гладкой коже, теплой, даже горячей. Почувствовать ее соприкосновение с холодной кожей ведьмы. Опустив взгляд ниже, заметила, что немного «переиграла» с котом: ткань в районе паха натянулась, готовая вот-вот порваться. Девушка сглотнула и тяжело вздохнула, заливаясь краской, осознавая, в каком сейчас положении. Нова считала, что не имеет права думать о чем-то большем в отношениях с участниками Союза Сожжения. Они лишь ключ для доступа к Источнику. Не более. Не имела права начать испытывать что-то к Ониксу, думать о нем, как о нечто большем, чем просто верном фамильяре. Ей очень не хотелось причинить ему боль своим предательством. Но, об этом надо было думать до того, как делать Оникса своим фамильяром, поздно. Поздно думать о последствиях и что-то менять. Мужчина, почувствовал смятение ведьмы, коротко, нежно, почти невесомо чмокнул ее в щеку и отодвинулся, опуская ногу девушки. Он поднялся с кровати, поправляя складки одежды, встал в пол-оборота, чтобы Нова не увидела, что она заставляет испытывать его, когда просто невинно играет.    — Я не хочу тебя торопить, Нова. Хочу, чтобы ты ко всему пришла сама. А я просто буду рядом. Только попробуй посмотреть на меня не только, как на фамильяра, — Оникс обворожительно улыбнулся и покинул комнату ведьмы, оставляя той пищу для размышлений.    Уход фамильяра оставил в комнате непривычный холод и чувство одиночества. Девушка долго пролежала на кровати, тупо пялясь в потолок, обдумывая случившееся.