Самые сокровенные желания

Колокольчик на двери тихо звякнул, когда ты вошла в магазин, звук, который ты уже давно не ожидала услышать снова. В воздухе витал знакомый аромат старой бумаги, смешанный со множеством специй и трав, некоторые из которых были узнаваемы, другие забыты. Деревянные полки, прогибающиеся под тяжестью бесчисленных книг и банок, тянулись вдоль стен, отбрасывая длинные тени на истертый деревянный пол в тусклом свете подвесных фонарей. Твой взгляд остановился на знакомом силуэте Розали, которая небрежно прислонилась к стойке в глубине зала, поглощенная книгой. Ее темные волосы ниспадали, как занавес, вокруг лица, и мягкий свет лампы отражался от ее круглых очков. Она подняла глаза, немного испуганная шумом, так как была настолько поглощена книгой, что звук звонка в столь поздний час заставил ее подпрыгнуть. Уютное тепло магазина резко контрастировало с ночной прохладой, и на мгновение тебе показалось, что ты никогда не покидала этот тихий уголок мира. - Мы зак... - начала она, прежде чем на ее лице отразилось замешательство. - Почему ты здесь, разве ты не должна была уже вернуться в Европу? - Спросила она, роняя страницу, которую держала в руках, и обходя прилавок. Ты тяжело дышала, и ее замешательство быстро сменилось беспокойством, когда она шагнула к тебе. Она подошла ближе, ее рука инстинктивно потянулась, чтобы откинуть твои волосы в сторону, обнажив синяк, распустившийся чуть выше линии роста волос. Запрокинув твою голову, она изучала твое лицо; ты не осмелилась взглянуть на свое отражение, прежде чем войти, и все же острая пульсация от полученного удара осталась, отдаваясь эхом в течение нескольких часов с тех пор, как это произошло. За то короткое время, что ты была в разлуке, все превратилось в хаос, и ты отчаянно надеялась, что она сможет оказать тебе помощь, в которой ты так срочно нуждалась. - Что случилось?- Выражение ее лица становится свирепым, Вессон на мгновение вспыхивает на ее лице из-за внезапной смены эмоций. Она украдкой оглянулась через плечо, словно ожидая, что кто-то ворвется в дверь магазина в любой момент. - Да, у меня небольшая проблема, - начала ты, уперев руки в бедра и переводя дыхание, не совсем уверенная, как ты собираешься объяснить ей ситуацию. Ты не была до конца уверена, что сама действительно это поняла. - Монро здесь? Мне действительно не помешала бы его помощь кое в чем, и тогда я точно объясню тебе, почему я не там, где должна быть.

***

- Да, он привязан к креслу, но послушай, я обещал, что пойду помогу Нику кое с чем. - Монро упер руки в бока и перевел взгляд с Розали на тебя. - Я могу привести его сюда, если вы хотите, чтобы это была командная работа? Затем он посмотрел на капитана Шона Ренарда, внушительную фигуру, теперь привязанную к деревянному стулу, который скрипел под его весом. Он не пошевелился. Его голова упала вперед, скрывая лицо, которое обычно было таким спокойным, таким повелительным. Это было суровым напоминанием о развернувшемся хаосе. Монро и ты были вынуждены схватить лежащего без сознания мужчину и затащить его в магазин специй. Розали стояла в стороне, нахмурив брови со смесью трепета и решимости. Воздух в комнате повис от напряжения. Это было плохо. - Тебе следует уйти, - сказала Розали с кивком и легкой улыбкой, решительный взгляд появился на ее лице. - Мы справимся с этим. - Ты уверена, что мы все должны помочь с этим, я имею в виду любовное заклинание на капитане. Это действительно будет отстой, как ты собираешься объяснить это ему, когда он проснется? - Он уже знает, он пришел ко мне с этим. Черт возьми, это была его идея, чтобы я врезала ему. - Ты скрестила руки на груди и искоса посмотрела на капитана. - Черт, держу пари, тебе это понравилось. - Ухмыльнулся Монро. - Да ладно, не говори таких вещей. Тебе действительно нужно идти; ты не можешь заставлять Ника ждать. Это может быть важно, - мягко сказала Розали, ее взгляд смягчился. Монро усмехнулся, закатив глаза, показывая, что он знал, что ему сделали мягкий выговор, но также и то, что на самом деле он не сожалеет о своем комментарии. - Хорошо, хорошо, - признал он, пренебрежительно махнув рукой. Бросив последний взгляд на капитана, который слегка пошевелился во сне, Монро повернулся, чтобы уйти. Ты услышала звон колокольчика, означающий, что вы трое остались в магазине одни. Ты взглянул на часы, было около десяти вечера. Прошлой ночью в это время ты должна была вернуться в Англию. - Я должна запереть дверь, - сказала Розали, ее голос был едва громче шепота, когда она подошла к дверному косяку. Ее шаги по скрипучему полу были тихими, что резко контрастировало с вихрем мыслей, без сомнения проносящихся в ее голове. Тяжесть ситуации, казалось, давила на комнату, плотная и осязаемая, когда ее пальцы зависли над дверной ручкой. - Стой, - вмешалась ты, слегка напугав ее. - На фасаде есть табличка "Закрыто", верно? Если все пойдет плохо, нам срочно понадобятся Ник и Монро, и я не уверена, хочу ли я, чтобы между ними и нами была заперта дверь. - Твой голос был ровным, но за ним скрывалось скрытое напряжение. Открытая дверь была спасательным кругом, связующим звеном с поддержкой и безопасностью. Розали сделала паузу, задумчиво нахмурив брови. - Да, но что, если кто-нибудь войдет и увидит капитана полиции привязанным к стулу в задней части моего магазина? - В ее голосе слышался оттенок беспокойства, понятного беспокойства, учитывая причудливую картину, которая предстала перед вами. - Ну, мы можем просто сказать, что это его причуда, - засмеялась ты, твоя попытка пошутить на мгновение подняла настроение. Твой комментарий вызвал у неё легкую улыбку, краткую передышку от серьезности ситуации. - Ты так не скажешь, - раздался голос Шона, внезапно прорезавший полумрак, как острое лезвие, разрезающее шелк. Вы двое повернулись к нему, его челюсти были стиснуты, на лице безошибочно читалось хмурое выражение. Комната гудела от напряжения, воздух был напряженным, когда его ледяной взгляд метался между тобой и Розали, смесь недоверия и кипящего раздражения в его напряженных глазах. На мгновение зал затаил дыхание, как будто ожидая бури, которая может последовать за недовольством Шона. Тем не менее, даже в его нынешнем состоянии в его глазах светилась своеобразная искорка юмора. Шон, несмотря ни на что, казалось, был готов пережить это испытание со свойственной ему смесью суровости и неожиданного остроумия. Шон слегка приоткрыл губы, покачивая нижней челюстью из стороны в сторону, и на мимолетный миг тебя захлестнуло чувство вины при воспоминании о том, как сильно ты его ударила. На краю его челюсти начал расцветать слабый синяк - видимый признак только что произошедшей стычки. Это было суровым напоминанием о совершенном насилии, и на мимолетный миг ты не могла избавиться от страха, что он каким-то образом преодолеет путы, приковывающие его к стулу. Ваш взгляд снова упал на Шона, ты изучала его со смесью любопытства и беспокойства. Это действительно было странное зрелище: внушительная фигура капитана, обычно такого властного и уверенного, сейчас совершенно беспомощного, привязанного к стулу. В этом было что—то такое, что всколыхнуло что-то внутри тебя - странное очарование видеть такого сильного человека таким совершенно уязвимым. - О, хорошо, ты проснулся. - Пробормотала ты, подходя к нему, Розали следовала за тобой. - Теперь ты можешь рассказать ей то, что сказал мне. - Это был адский хук справа. - Он на мгновение взглянул на тебя, прежде чем переключить внимание на Розали. - Он в здравом уме? - Спросила она, глядя на тебя широко раскрытыми глазами. - Любовные чары обычно заставляют людей полностью увлечься человеком, одержимостью которым они были прокляты. Обычно, по мере того, как это чувство усиливается, они начинают терять свои способности до такой степени, что неспособны даже связать предложение воедино. - Ну, может, у него все по-другому, потому что он королевский полукровка или что-то в этом роде? - Ты прислонилась к скамейке, скрестив руки на груди, оглядывая Шона с головы до ног. Выражение его лица было каким угодно, только не веселым, вероятно, это реакция на твоё легкомысленное замечание о его статусе рождения. Тебя охватил укол сочувствия; он выглядел измученным, таким ты его никогда не видела за те месяцы, что ты его знаешь. На его лбу выступили капельки пота - признак того, что заклинание или зелье, которое ему дали, сказывалось. Ты поняла серьезность ситуации. У этой ситуации не было приятного или простого разрешения, и она, конечно же, не разрешилась бы сама по себе. Время было не на вашей стороне. Розали осознала серьезность своего затруднительного положения, осознав, что это более срочно, чем она думала сначала. - Верно, прежде чем мы что-либо предпримем, нам нужно выяснить, что кто-то ему дал, насколько это действенно и как давно он это принимал. У нас не будет надежды вылечить его, пока мы не выясним, что, черт возьми, с ним не так. - Итак, это немного похоже на традиционную медицину. - Пробормотал ты, когда она протянула тебе тяжелую книгу. Она бросила на тебя взгляд и переключила свое внимание на Шона. - Что именно вы чувствуете? - Спросила она, открывая свою книгу, бросая взгляд на страницу, прежде чем снова перевести взгляд на него. Он бросил взгляд на Розали, затем повернулся к тебе, прежде чем сжать челюсти и промолчать. - Ты что, не слышал ее, если мы не знаем, что это, мы не сможем это исправить? - Заявила ты, подходя к ней и хмуро глядя на него. Он глубоко вздохнул, опустил глаза в пол и прикусил внутреннюю сторону щеки. - Я не знаю. Просто, когда я не рядом с ней, это почти болезненно. Это началось как тупая боль, когда ты скучаешь по кому-то, но за последние два дня она стала такой сильной, что мне почти не хватает воздуха, когда я не вижу ее рядом. - Он заявил, не встречаясь взглядом ни с кем из вас. То, как он себя вел, немного позабавило тебя, здесь он был принцем-бастардом, который обычно был таким импозантным и уверенным. Привязанный к стулу, неспособный смотреть вам в глаза. В этом было что-то такое, что всколыхнуло что-то внутри тебя. Тебе нравилось видеть такого сильного человека таким совершенно беспомощным, нет, тебе нравилось видеть Шона Ренара привязанным к стулу. Ты перевела взгляд на Розали, которая, казалось, пребывала в блаженном неведении о том, какое развлечение ты находила в этой ситуации. Вместо этого она была поглощена своей книгой, ее рука быстро пробегала по страницам, прежде чем перейти к следующей, продолжая движение с решительной эффективностью. Хмурое выражение исказило ее черты, когда она изучала текст, от которого у тебя заныли зубы. Ты надеялась на простое решение, возможно, кто-то из вас или Ника имел дело с кем-то, кто остался недоволен. Возможно, кто-то хотел доставить тебе немного неудобств, но, судя по всему, со мной было немного сложнее. Или, возможно, просто у кого-то были претензии к капитану полиции, он, должно быть, нажил немало врагов при своей работе. - Что там еще? - Спросила Розали, отрывая взгляд от книги, на ее лице была смесь ожидания и настойчивости. - Что ты имеешь в виду под "что еще?" - ответил Шон с оттенком раздражения в голосе. Его уничтожающий взгляд метнулся к Розали, прежде чем он переключил внимание на тебя, в глубине его взгляда читалось молчаливое требование ясности. Розали встретила его взгляд с непоколебимой решимостью. - Вы должны рассказать нам все, капитан. Каждую мелочь, какой бы незначительной она вам ни казалась. Мы хватаемся за соломинку, и все может оказаться ключом к разгадке этого бардака. Она вернулась к своей книге, просматривая страницы с усердной решимостью, звук шуршащей бумаги подчеркивал напряжение в комнате. Ты почти могла видеть, как в ее голове крутятся шестеренки, складывая кусочки головоломки воедино в сложной попытке раскрыть правду. Шон вздохнул, казалось, взвешивая свои слова с такой же тщательностью, как человек, пробирающийся по минному полю. Его взгляд смягчился, раздражение уступило место проблеску смирения. Правда, какой бы маленькой она ни была, была тем, что им было нужно, и, несмотря на свое первоначальное сопротивление, он знал это. - Там... много чего, - начал он нерешительно, его голос был приглушенным, - но я расскажу что смогу. Я знаю, что за этим стоит моя семья, и что им, безусловно, все равно, если я умру. В их распоряжении власть и деньги, так что, скорее всего, это сложное и дорогое зелье. - Он пожал плечами. Казалось, его не слишком беспокоила потенциальная смерть, с которой он столкнулся, и нельзя было сказать, действительно ли ему было все равно, или он просто блестяще это скрывал. Розали глубоко вздохнула и вернулась к предыдущей странице своей книги. Это было определенно хуже, чем вы думали, если за этим стояла его семья, тогда мог возникнуть риск, что Розали не сможет отменить наложенное на него заклинание или зелье. Ты прикусила внутреннюю сторону щеки, твое тело болело, и ты ничего так не хотела, как рухнуть на маленькую кровать, которую Розали установила в этой маленькой комнате. Это не помогло бы, и ты не знала, как долго Шон сможет контролировать себя. Несмотря на то, что он был наполовину Заубербистом, он был сильным. Ты была уверена, что сможешь усадить его обратно в кресло, если ему удастся оттуда сбежать. - Скажи ей то, что ты сказал мне в аэропорту. - Ты сказал, отложив книгу, которую дала тебе Розали. Он стиснул челюсти, его взгляд метался между тобой и Розали, но он предпочел промолчать. - Что произошло в аэропорту? - Розали вопросительно переводила взгляд с него на тебя. - Просто смотри, - сказала ты, отвернувшись от них двоих и выйдя из задней комнаты в переднюю часть магазина. Как только ты вышла из комнаты, ты услышала, как Шон застонал от боли, ты подождала несколько секунд, прежде чем вернуться в комнату. Лицо Шона было красным и чуть более потным, чем когда вы его покидали. - Ему физически больно, когда ты уходишь от него слишком далеко? - Розали опустила взгляд в свою книгу, прежде чем встретиться с тобой взглядом. - Да, он, черт возьми, чуть не потерял сознание, когда нашел меня в аэропорту. Чем дальше я иду, тем больнее, и, насколько я могу судить, становится хуже. - Ты глубоко вздохнула и прислонилась спиной к столу. - Я предполагаю, что ты пришла сюда не сразу, если ему так больно от того, что ты находишься в другой комнате? - Нет, он сказал, что может выяснить, что это было, и хорошо, что это было вчера. Я убедил его прийти сюда. - И он связан ... потому что? Ты указал на синяк, расцветающий у тебя на лбу. В свою очередь, Розали бросила презрительный взгляд на Шона, ее хмурый взгляд стал еще мрачнее. - Я не хотел. - Рассуждал он. - Я не знаю, что это за чувство, но оно сильное, мысль о том, что она может быть где угодно, только не здесь, со мной, ну, это. Это делает меня жестоким. - Он не хотел, я просто попыталась выйти из комнаты, и ты же видела, как это его задело, поэтому он остановил меня. - Тебе повезло, что ты Гримм, я сомневаюсь, что кто-то другой смог бы здесь справиться с бастардом-полукровкой без серьезных травм. - Она прижала к себе книгу, которую держала, а затем посмотрела на тебя с сожалением. - Не могли бы мы поторопиться с этим, мне действительно нужно вернуться к работе. - Заявил Шон с явным раздражением в голосе. - Верно, - начала Розали, вздохнув и поворачиваясь к нему. - Каковы ваши чувства? - Каковы мои ... что ты имеешь в виду? - Спросил он, посмотрел на нее, смущенная гримаса исказила его черты. - Что вы чувствуете к ней, какая ключевая эмоция? Ненависть, гнев, одержимость, любовь? Когда она произнесла последнее слово, в его глазах что-то промелькнуло, но исчезло менее чем в мгновение ока. Достаточно медленно, чтобы вы могли обнаружить, но недостаточно медленно, чтобы расшифровать. - Всё, что я знаю, это то, что если я не рядом с ней, мое тело как будто горит. Розали посмотрела на тебя, затем снова на него, прежде чем подойти к книжной полке. Она положила книгу, которую держала в руках, на маленький столик слева от себя, а затем взяла с полки другую книгу. Перелистывая страницы, она нахмурилась, прежде чем поставить книгу обратно на полку и вытащить другую. Вы молча наблюдали за ней, пока выражение ее лица не изменилось, когда она прочитала четвертую книгу, которую взяла с полки. - Это могло быть сильное зелье одержимости, я не думаю, что это как-то связано с любовью. Он не смог бы связать предложение вместе. - Она повернулась к тебе и оторвала взгляд от книги. - Отлично, теперь, как мне сделать его менее одержимым? - С другим зельем, - улыбнулась она.

*****

Сорок пять минут спустя ты смотрела в кастрюлю на переносной плите, которую Розали поставила на стол посреди комнаты. На столе было разложено дикое множество вещей, некоторым из которых вы могли дать названия, а другие вы даже не могли попытаться произнести слово, нацарапанное на их старых этикетках. Некоторые ароматы, исходящие от предметов, были приятными, однако большинство - нет. - Мне не обязательно это пить, верно? - Спросила ты, глядя на липкую, отвратительно густую коричневую жижу, на приготовление которой она потратила столько времени. - Нет, но ты должен налить в него свою кровь, а затем подержать горшок, пока он ее пьет. - На ее лице заиграла улыбка, и вы обе посмотрели на Шона. Большую часть времени он молчал, производя шум только тогда, когда вы выходили из подсобки в переднюю часть магазина, чтобы забрать одну из вещей из списка Розали. На мгновение забываешь, как он отреагировал, когда ты скрылась из виду. - Ты уверена, что хочешь попробовать это? - Прошептала Розали достаточно тихо, чтобы Шон, вероятно, не услышал. - Я имею в виду, что иметь капитана полиции из королевской семьи, яростно защищающего тебя, может быть забавно. - Она ухмыльнулась. У нее всегда было свое мнение о вас двоих, она была твердо убеждена, что между вами двумя что-то назревает. Как бы сильно ты ни настаивала, что не прикоснешься к мужчине, даже если он будет последним на земле, в ее улыбке была неоспоримая искра, которая убедила тебя, что она тебе не верит. - Послушай, мне совершенно не нужно, чтобы он психовал и корчился в агонии, когда я выхожу из комнаты. - Ну, тобой могли быть одержимы люди и похуже. - Мне сейчас совсем не хочется иметь дело с одержимым мной Заубербистом. Знаешь, учитывая, что я Гримм и всё такое, я сомневаюсь, что из этого выйдет что-то хорошее. - Ладно, ладно... - Она схватила твой палец и уколола его иглой. Ты поморщилась, когда она надавила на него и капли твоей крови упали в жидкость. К твоему удивлению, коричневая жижа приобрела цвет, который больше напоминал клубничный молочный коктейль. - О, это отстой, мне нравилась мысль о том, как он хлебает эту гадость. - Знаешь, я тебя слышу, - пробормотал Шон. Ты обернулась и увидела, что он смотрит на тебя, эти темные глаза осмотрели тебя с головы до ног, прежде чем он снова стиснул челюсти. Он выглядел немного хуже, чем до того, как вы двое начали. Было видно, как быстро поднимается и опускается его грудь, как будто он только что закончил бег. И он был немного более вспотевшим. - Вкус у него все равно будет ужасный, - заметила Розали, осторожно наливая зелье в стакан. - Но это должно сработать и вылечить его. - Должно? - Ты подняла бровь, когда она протянула тебе стакан. - Что значит "должно”? - Ну, если это заклинание одержимости, то оно избавит от него, - уверенно объяснила она. - А если это не так? - Ты посмотрела на жидкость и поморщилась, уловив ее запах. - Это ничего не даст, и мы вернемся к началу, - добавила Розали со смиренным вздохом. Ты подняла брови и вздохнула, поворачиваясь к Шону. Несмотря на навалившуюся на него усталость, он, несомненно, был очарователен. Его сильная челюсть и проницательные глаза притягивали вас, особенно сейчас, с этим неосторожным взглядом. В его взгляде была энергия, которая, казалось, искрилась и мерцала, раскрывая глубину эмоций, которые было трудно игнорировать. В этот мимолетный момент, даже привязанный к стулу, его присутствие было совершенно притягательным, пропитанным суровым очарованием, которому невозможно было сопротивляться. Шагнув вперед, вы увидели, как он заметно немного расслабился. - Становится все хуже, не так ли? - Спросила ты. Ты смотрела, как у него в горле перекатывается кадык, когда он сглатывает и кивает тебе. - Да. - Что ж, будем надеяться, что это сработает. - Ты делаешь шаг вперед и кладешь свободную руку ему на затылок, а другой рукой держишь стакан, поднося его к его губам. Он поморщился от запаха, его нос сморщился от отвращения, но приложился губами к стакану, когда вы начали его наклонять. Жидкость расплескалась у него во рту, и он быстро выпил большими глотками, решив покончить с этим. Короткий приступ удушья застал его врасплох, в горле неприятно перехватило, но он продолжал, глотая странную смесь так быстро, как только мог. Когда стакан наконец опустел, он облегченно выдохнул, когда ты убрала его, ослабив свою нежную хватку с его затылка. Минутная пауза позволила ему перевести дыхание, напряжение в мышцах ослабевало с каждой секундой. Хотелось бы надеяться, что это положит конец тому, что, черт возьми, с ним происходит. Он скривил гримасу и посмотрел на тебя, ты рассмеялась, а он нахмурился. Ты осторожно подняла рукав и вытерла похожие на молочный коктейль усики, которые зелье оставило на его верхней губе. Затем вы присоединились к Розали, которая села на край кровати немного справа от Шона. Поставив стакан на прикроватный столик, вы посмотрели на нее. - Сколько времени потребуется, чтобы эта штука заработала? - спросила ты, в твоем голосе слышались любопытство и нетерпение, когда ты оглядела Шона с головы до ног. - Я не знаю, я предлагаю дать ему пять минут, а затем протестировать. Если это сработает, тогда ты сможешь выйти из комнаты без того, чтобы он корчился в агонии. - Ответила Розали, ее тон был размеренным и полным надежды. Ты обхватила голову руками и испустил глубокий, раздраженный вздох. Казалось, что ты выдыхаешься, стресс последнего дня тяжелым грузом лег на твои плечи. Вихрь эмоций и напряжения взял свое, оставив вас опустошенными и усталыми. - У тебя случайно нет аспирина, у меня голова раскалывается, - сказала ты с оттенком боли в голосе, когда ущипнула себя за переносицу. Розали улыбнулась и кивнула, прежде чем встать и выйти из комнаты. Она вернулась через несколько минут со стаканом воды и чем-то, что определенно не было аспирином. Ты посмотрел вниз на странную штуковину в ее руке, а затем снова на нее. - Это подействует лучше, чем аспирин. Слегка пожуй, затем проглоти. - Розали улыбнулась и ободряюще кивнула. Ты подозрительно посмотрела на нее, но взяла корень, пожевала его несколько раз, а затем проглотила, запив глотком воды, чтобы смыть легкую острую горечь корня. Затем ты встала и направилась к Шону. Он заметно расслабился, когда ты подошла немного ближе, твое присутствие ослабило боль, которую он испытывал. Ты нежно положила руку ему на затылок и помогла выпить воды. Когда он закончил, он кивнул тебе в знак благодарности, молчаливого признания того утешения, которое принесла твоя близость. - Полагаю, это не сработало? - Прошептала ты, прикусив внутреннюю сторону щеки, когда он покачал головой. - Значит, это не зелье одержимости. - Заявила Розали, пощипывая сухую кожу на нижней губе. - Это не любовное зелье и не зелье одержимости, я действительно думаю, что у нас здесь заканчиваются варианты. - Сказала ты, отходя от Шона. Он хмыкнул, и вы двое повернулись к нему. - И время. - Сказала Розали, наблюдая, как вздулась вена на шее Шона, когда он стиснул челюсти и начал оседать на землю. - Держись к нему поближе, нет смысла причинять ему больше боли, чем ему нужно, мы с этим разберемся. Она исчезла в передней части магазина, и тихий, знакомый звук лестницы достиг твоих ушей. Ты осторожно подошла ближе к Шону. Становилось ясно, что нахождение на расстоянии более нескольких футов от него начинало сказываться на нем, напряжение в его плечах немного ослабевало с каждым шагом, который вы делали к нему. - Что, черт возьми, это такое? - Спросила ты вслух, глядя, как он расслабляется все больше с каждым твоим шагом к нему. Когда ты стояла перед ним, он поднял голову, его глаза встретились с твоими. Он пожал плечами, откинул голову назад и сделал несколько глубоких вдохов, чувствуя облегчение, боль немного утихла. - Если все становилось так плохо, тебе действительно следовало что-нибудь упомянуть. - Ты продолжала смотреть на него сверху вниз и скрещивать руки. Он негромко рассмеялся, его зеленые глаза искрились весельем. Его улыбка была дерзкой, обнажая ровные белые зубы. Морщинки вокруг его глаз и рта углубились вместе с выражением его лица, придав ему определенную теплоту. - Ты выглядишь как школьный учитель, отчитывающий меня. - Пробормотал он, немного поудобнее устраиваясь на сиденье. Ты собирались что-то съязвить в ответ, но в комнату ворвалась Розали. - У меня кое-что есть! - Объявила она, убирая предметы со стола предплечьем и со стуком кладя на стол тяжелую книгу. - Лекарство? - Спросила ты, отходя от Шона, что вызвало болезненный стон у него на губах. Ты бросила на него извиняющийся взгляд и подошла ближе. - Нет, но это должно дать нам, если повезет, еще один день, чтобы выяснить, что, черт возьми, с ним не так. - Она не подняла глаз от книги, просто поспешно начала собирать ингредиенты. Она работала в тишине чуть больше десяти минут, ее внимание было непоколебимо сосредоточено, когда она поспешно готовила все необходимое для приготовления зелья. Ты могла слышать тихий звон стеклянных бутылок и шелест пергамента, когда она с привычной легкостью собирала ингредиенты. Несмотря на твое любопытство, когда ты осторожно поинтересовалась о вареве, которое она готовила, она просто шикнула на тебя, слишком поглощенная своей работой, чтобы удостоить тебя взглядом. Предоставленные самим себе, ты начала расхаживать вокруг Шона. Невидимая привязь, привязывающая тебя к нему, означала, что ты не могла отойти от него дальше, чем на три фута, поэтому ты прибегла к медленному, ритмичному хождению взад-вперед позади него. Пространство было очень похоже на клетку, ограничивающую и неподатливую. Каждый шаг был осторожным и размеренным, танец, в котором ты была вынуждена участвовать, пока вы оба ждали в маленькой напряженной комнате. Повторяющееся движение стало одновременно утешением и напоминанием о странном затруднительном положении, в котором вы сейчас оказались. - Пожалуйста, прекрати. - Шон, оглянулся на тебя через плечо. Остановившись, ты повернулась, чтобы посмотреть на него. - Нет. - Сказала ты, повернувшись и снова начала расхаживать. - Пожалуйста, - мягко взмолился он, в его голосе прозвучали неожиданные нотки уязвимости, которые застали вас врасплох. Повернувшись, чтобы посмотреть на него, он все еще смотрел на тебя через плечо. Он выглядел более усталым, чем когда вы двое прибыли. Каким бы ни было зелье или заклинание, похоже, у него осталось не так уж много времени. - Не думаю, что я когда-либо слышала, чтобы ты раньше использовал это слово. - Ты ухмыльнулась, качая головой от того, как жалко прозвучало это слово из его уст. - Ну, чрезвычайные обстоятельства, - он пожал плечами, его тон был небрежным, когда он пытался преуменьшить ситуацию с оттенком смирения. В нем было что-то особенное, хотя он вспотел и выглядел так, словно ему было не по себе, он не казался таким скованным, как обычно. Вокруг него не было того чувства превосходства, которое он обычно испытывал. Казалось, что тщательно созданный щит харизмы и сарказма начал давать сбои. - Я не могу отойти от тебя дальше, чем на три фута, без того, чтобы ты не корчился в агонии, и прости меня, но я действительно не хочу стоять там и пялиться на тебя. Я устала, и у меня болят ноги, - сказала ты, в твоем голосе звучали раздражение и поражение. - Тогда почему ты ходишь взад-вперед? - Спросил он, в его словах слышалась странная смесь раздражения и неподдельного интереса. - От этого они меньше болят, - объяснила ты со смиренным вздохом. - Подойди сюда, - приказал он, в его голосе прозвучала нежная, но твердая команда. - Я уже здесь, как я сказала, не более трех футов, - ответила ты, и в твоих словах прозвучал намек на разочарование. Он еще раз оглянулся через плечо, его большие зеленые глаза были неожиданно нежными. Едва заметным наклоном головы он призвал тебя переместиться туда, где ему не пришлось бы так сильно напрягаться, чтобы поймать твой взгляд. С глубоким вздохом ты повернулась к нему лицом. Его взгляд отслеживал твои движения. - Чего ты хочешь, еще стакан воды? - Спросила ты, в твоем голосе звучала смесь любопытства и легкого поддразнивания, пытаясь немного разрядить обстановку. - Сядь ко мне на колени, - сказал он с удивительной беспечностью, слова вылетали сами собой, как будто это была самая естественная просьба в мире. - Что? - сказала ты, приподняв брови, внезапность его просьбы застала тебя врасплох. - Сядь ко мне на колени. У тебя болят ноги, но ты не можешь находиться от меня дальше, чем в нескольких футах. Сядь ко мне на колени, тогда твои ноги не будут болеть, и мне не будет больно. Это начинает становиться невыносимым, - объяснил он с искренним выражением лица, лишенным его обычной хмурости. - Ну, я могу просто посидеть вон там. - Сказала ты, указывая на кровать примерно в пяти футах от него. - Это просто причинило бы боль тебе, не мне. - Пожалуйста. - На этот раз это прозвучало скорее как просьба, чем мольба. - Вот оно, снова это слово. - Ты засмеялась, скрестив руки на груди. - Эй, Розали, сколько это займет времени? - Спросил Шон, глядя мимо тебя на твою подругу. Ты оглянулась на нее через плечо, она сосредоточенно нахмурила брови, тщательно отмеряя мелкий темный порошок потертой металлической ложечкой. Пар от кастрюли поднимался вверх, кружась в танце на фоне теплого света комнаты. Твердой рукой она высыпала порошок в котел с бурлящей жидкостью, поверхность которой протестующи зашипела. - Если я правильно поняла, все будет готово примерно через десять минут. - Говоря это, она не отрывала взгляда от своих книг. - Не хочешь походить еще минут десять? - Спросил он, слегка склонив голову набок. Ты закрываешь глаза, испуская долгий, раздраженный вздох, прежде чем снова открыть их и встретить на себе взгляд его зеленых глаз. - Прекрасно. - Сказала ты, недоверчиво качая головой, поворачиваясь и садясь к нему на колени. - Я сказал сидеть, а не насаживаться. - Его голос был низким и повелительным, вы могли чувствовать его дыхание на своем затылке. Ты поднялась, а затем опустилась обратно, прижимаясь к его твердой фигуре. Мгновенно боль в твоих ступнях прошла, почувствовав облегчение, поскольку они больше не выдерживали твоего веса. Тем не менее, твой разум начал предавать тебя; его сильное присутствие, удерживающее тебя на якоре, вызвало шквал мыслей. Вы задавались вопросом, на что было бы похоже, если бы он не был привязан к стулу, каково было бы чувствовать, когда он наклоняется к вам, заключая вас в свои объятия. Ты представила сладость его губ на своей шее, нежное прикосновение, которое задержалось на твоей коже. - Кто бы мог подумать, что чуть больше двух месяцев назад ты пыталась меня убить. - Его голос снова стал низким, на этот раз в нем был намек на что-то еще, на что-то, значение чего ты начинал понимать. - Ну, я Гримм, но теперь я убиваю только ужасных. И, насколько всем известно, ты один из плохих, - ответила ты ровным и спокойным голосом, несмотря на напряжение в комнате. - Значит, ты из-за меня проделала весь этот путь сюда? - Ты почувствовала, как он слегка пошевелился под тобой. - Ты уже знаешь ответ на этот вопрос, Шон. Теперь, как ты думаешь, кто-то заставил тебя выпить зелье? - Спросила ты, стараясь сидеть как можно ровнее и пытаясь понять, удобнее ли сидеть, чем стоять. - Я не знаю, возможно, в моем кофе или в одной из закусок, которые я держу в ящике стола, - задумчиво произнес Шон, и на его лице появилось задумчивое выражение. - Ты держишь закуски в своем ящике? - Долгие часы работы, и я не всегда могу потрудиться приготовить ужин, когда прихожу домой, - признался он, пожимая плечами, с ноткой усталой покорности в голосе. Ты подняла брови, на мгновение забыв, что он не может видеть выражения твоего лица. - Готово, - заявила Розали, оборачиваясь, ее взгляд упал на вас двоих. - Стало ли хуже? Ты вскочила с его колен и повернулась, чтобы посмотреть на него. - Да, немного, я не могу отойти от него дальше, чем на три фута, чтобы он не пожаловался на это. - Это должно помочь. - Она вышла вперед и протянула тебе маленький пузырек, наполненный зеленой жидкостью, которая выглядела так, как будто она только что разлила по бутылкам болотную воду. - Это лекарство? - Спросил Шон, не сводя глаз с пузырька в твоей руке, его губы скривились, когда он рассмотрел мутную жидкость внутри. - Нет, но это должно дать мне немного времени, чтобы выяснить, чем, черт возьми, ты заражен и как это вылечить. - Это значит, что ты можешь отвязать меня от стула? - Он перевел взгляд с тебя на нее, выражение его лица было полным надежды. - Да, это ослабит негативные последствия того, что у тебя есть, - заверила она, ее голос был ровным и уверенным, когда она встретила его взгляд. Ты пожала плечами, повернулась к нему и прижала пузырек к его губам, когда он запрокинул голову. - Сколько времени это займёт? - Спросила ты, нахмурив брови с намеком на беспокойство. - Должно пройти всего несколько мгновений, двигайся в направлении двери. Ты с подозрением посмотрела на неё, прежде чем отойти от Шона, он оглядел тебя с ног до головы, но не скорчился от боли. Ты осторожно сделала еще один шаг, снова ничего. Через несколько мгновений ты вышла из комнаты и скрылась из виду. - Теперь ты можешь вернуться, я думаю, мы более чем убедились, что это работает. - Позвала тебя Розали. Ты вздохнула и отошла назад, за стойку, в дальний угол, где Розали прислонилась к столу, а Шон все еще был привязан к стулу. - Итак, как долго это будет работать, я с нетерпением жду возможности провести немного времени вдали от него. - Обращалась ты к Розали, не глядя на Шона, пока говорила. - Ну, вот в чем загвоздка, это даст нам примерно день плюс-минус. Но чем дальше вы друг от друга, тем короче будет время. - Значит, нет никакой надежды на то, что я сниму отель на ночь и проведу немного времени, забыв обо всем этом? - Спросила ты, в твоем тоне слышались разочарование и тоска по сиюминутному побегу. - Нет, вам нужно оставаться вместе, это такое зелье, которое действует только один раз, поэтому, если вы двое дадите мне как можно больше времени, чтобы разобраться в этом, тем больше вероятность, что он переживет это, - объяснила она настойчивым, но спокойным тоном. - Ты должна остаться со мной, пока мы с этим не разберемся. - Вмешался Шон. Ты повернулась к нему, реальность его положения захлестнула вас холодной волной. На мгновение вы почти забыли, что он все еще привязан к стулу, могущественная фигура, низведенная до положения беспомощности. Шон встретил твой пристальный взгляд с такой силой, что у тебя по спине пробежали мурашки. Подняв брови, ты почувствовала смесь недоверия и неохотного понимания. Ты ни за что не собиралась спорить, чтобы найти выход из этой ситуации; настойчивость в голосе Розали слишком громко звучала в твоем сознании. Казалось, что комната сузилась до вас двоих, воздух стал густым от невысказанных мыслей. С неохотным вздохом ты скрестила руки на груди, понимая, что ваше несогласие ни к чему не приведет. Вместо этого ты переключила свое внимание на Шона, заметив, как нахмурились его брови со смесью разочарования и уязвимости. Было что-то трогательное в том, что я увидел его там, человека, обычно полного власти, который теперь оказался в ловушке в этой странной ситуации. Это открыло глаза, и как бы тебе ни хотелось от всего этого отмахнуться, какой-то части тебя было любопытно, что это значит для вас обоих в продвижении вперед.

*****

Он плавным движением снял пиджак, ткань соскользнула с его плеч и с мягким стуком упала на стул рядом с комодом. В его движениях чувствовалась непринужденная грация, отточенная годами командования. Он сел на кровать, матрас слегка прогнулся под ним, и начал расстегивать рубашку. С каждой ловко расстегиваемой им пуговицей ткань расходилась, обнажая очерченные контуры его груди, смесь силы и уязвимости. Он сделал короткую паузу, его руки задержались на последней кнопке, как будто обдумывая переход от его отточенного профессионального фасада к чему-то более грубому и неприкрытому. Наконец, он позволил рубашке упасть, материал ниспадал каскадом, пока не остался смятым сбоку, оставив его одетым только в брюки, демонстрирующие его мускулистое телосложение. - Какого черта ты делаешь? - Спросила ты, скрестив руки на груди и глядя на него самым неодобрительным взглядом, на который была способна, делая все, чтобы не смотреть на его подтянутую грудь. Ты пару раз задумывалась о том, что скрывается под безупречными дорогими костюмами, в которых он расхаживал с важным видом. Ты ни разу не представляла его таким мускулистым и загорелым. Его телосложение было поразительным — свидетельство силы и дисциплины. У него были широкие плечи, сужающиеся к четко очерченной груди и прессу, который перекатывался при каждом вдохе. Теплая золотистая кожа намекала на время, проведенное под солнцем, резко контрастируя с изысканными костюмами, которые он обычно носил. - Я собираюсь принять душ, а потом лягу спать. - Он закончил с пуговицами, вытащил рубашку из того места, где она была заправлена за пояс брюк, стянул ее и бросил на пол. Затем он встал и расстегнул ремень, металлический звон разорвал тяжелое напряжение в воздухе. Одним плавным движением он вытащил его из петель на ремне, демонстрируя бесспорно подкупающую непринужденную уверенность. Ты не была до конца уверена, как реагировать; ты никогда бы не призналась, что была немного впечатлена, может быть, даже возбуждена этим зрелищем. То, как напрягались его мышцы при движении, в сочетании с излучаемой им уверенностью, казалось почти электрическим. Он отбросил ремень в сторону, и когда он это делал, твой взгляд невольно скользнул по изящным линиям его тела, по тому, как ткань брюк идеально облегала его фигуру. В тот момент вас охватила необузданная, первобытная энергия, которая вызвала шквал эмоций, которые вы никогда не ожидали почувствовать. - Черт возьми, мне нужно подышать свежим воздухом, - пробормотала ты себе под нос, чувствуя себя немного подавленной напряженностью ситуации. Ты двинулась, чтобы уйти, но твердая рука схватила тебя за руку, остановив побег. Хватка не была болезненной, но была достаточно крепкой, чтобы передать четкое сообщение: он не собирался позволить тебе уйти так просто. Тепло его пальцев задержалось на твоей коже, напоминая о том, как он держал тебя. Это была странная смесь эмоций, которые нахлынули на тебя в тот момент: неуверенность, разочарование и, возможно, даже намек на что-то похожее на влечение. Вся эта ситуация оказалась гораздо сложнее, чем ты могла себе представить, и, глядя в его непоколебимый взгляд, ты поняла, что самое интересное только начинается. - Ты знаешь, что сказала Розали: чем ближе мы друг к другу, тем больше у нее времени, чтобы придумать решение. - Его голос был низким, но не угрожающим, он был позади тебя, но ты чувствовала, как близко он был к тебе. Почувствовав запах его лосьона после бритья, ты сделала шаг назад и прижалась к нему. - Что, ты хочешь, чтобы я приняла душ вместе с тобой? - Ты парировала, нанося удар с тонко завуалированным раздражением, сохраняя игривость. Твои слова сопровождались чётким звуком шагов, когда ты отошла от него на несколько метров. Находиться рядом с ним было ошеломляюще напряженным, как будто невидимая сила притягивала тебя к нему. Это было что-то за пределами логики, почти первобытное в своем очаровании. Это было неправильно, он был Существом, а ты была Гриммом. Единственной эмоцией, которую ты должна была испытывать, было презрение, но твое тело бросало вызов твоему разуму, предавая тебя способами, которые ты изо всех сил пытался понять. Он пожал плечами, мышцы его тела напряглись. Ты пыталась не смотреть, но блеск в его глазах заинтриговал тебя. Ты глубоко и тяжело вздохнула и, пройдя мимо него, села на кровать, откинулась на спину и уставилась в потолок. Комната была наполнена тихим гулом городской жизни снаружи, контрастирующим с густым напряжением внутри. Несколько минут спустя шум воды в душе, ритмичный стук, который, казалось, отражал ваши скачущие мысли. Через некоторое время ты встала, не в силах избавиться от охватившего тебя беспокойства. Ты подошла к большому комоду напротив его кровати. Это было изделие с богато украшенной резьбой, мастерство изготовления которого свидетельствовало об ушедшей эпохе. Вероятно, старинное и дорогое, богатое дерево блестело в мягком свете, резко контрастируя с изящными современными линиями квартиры. Все вокруг казалось немного не на своем месте, как будто мебель напоминала о давно забытых залах замка. Ты медленно подошла к окну, прижался лбом к прохладному стеклу и уставилась на темный городской пейзаж. Маленькие огоньки, разбросанные по высоким зданиям, окружали тебя — это были единственные признаки жизни в городе, окутанном тенью. Это был панорамный вид, который простирался до бесконечности, отражая бурю эмоций, бушевавших внутри тебя, и напоминая, что, несмотря на темноту, жизнь продолжается. Когда ты вернулась в комнату, твой взгляд упал на тихий шорох. На одной стороне кровати лежала аккуратно сложенная шёлковая пижама, её блеск отражался в свете ночника. Она казалась вполне в его духе — роскошная, сдержанная и элегантная. Но в то же время тебя забавляла мысль о том, как он снимает костюм и забирается в постель в шёлковой пижаме. Ты задержалась на мгновение, наслаждаясь атмосферой близости, но тут твое внимание привлек звук льющейся воды. В комнате внезапно стало тихо, и скрип открывающейся двери в ванную показался еще громче. - Ты спишь в шелковой пижаме? - Спросила ты, игривая ухмылка тронула уголки твоего рта, когда ты указала на аккуратно сложенный комплект одежды на кровати. Ты посмотрела на него, и улыбка на твоих губах слегка дрогнула. Он двинулся к тебе с размеренным спокойствием, полотенце низко свисало с его бедер. Его телосложение было поразительным, свидетельством как дисциплины, так и природной грации. Его пресс был идеально очерчен, каждая мышца вылеплена с точностью, спускаясь к безошибочно узнаваемой V-образной линии, которая исчезала под тканью. Его кожа, все еще блестевшая от капель после душа, казалось, светилась под мягким светом, подчеркивая золотистый оттенок его лица. Вид его уверенной походки, игра мускулов под его кожей, несомненно, завораживали, это электрическое сочетание элегантности и необузданной силы, которое оставляло неожиданный трепет в груди. Он пожал плечами. - В чем бы ты предпочла, чтобы я спал? - спросил он с дерзкой беспечностью в голосе. Ты моргнула, к твоим щекам прилила краска, когда ты поняла, что тебя застукали за разглядыванием. Тебя затопило смущение, из-за которого внезапно стало трудно встретиться с ним взглядом. Твои глаза метались по комнате, останавливаясь на чем угодно, только не на нем, в то время как внутри тебя поднимался шквал непонятных чувств. - Просто надень что-нибудь, я буду сразу за дверью, - сумела сказать ты, стараясь, чтобы твой голос звучал как можно ровнее. Ты прошли мимо него, чувствуя на себе его взгляд, и почувствовала тепло его взгляда, провожавшего тебя, когда ты выходила из комнаты. Ты закрыла дверь и прислонилась к стене, прижавшись к ней спиной и глубоко, протяжно вздохнув. Это было на тебя не похоже, никогда мужчина так полностью не обезоруживал тебя, даже не пытаясь. Твои мысли были в беспорядке, смесь удивления и неоспоримого влечения. Протирая глаза, ты услышала, как открылась дверь. Повернувшись, ты увидела стоящего рядом с вами Шона, решившего надеть только пижамные штаны. Его грудь была обнажена, демонстрируя то же пленительное очарование, которое несколько мгновений назад повергло вас в смятение. - Мне казалось, ты сказал, что идёшь спать? - Ты вздохнула. - Я подумал, что ты, возможно, тоже захочешь принять душ. Я разложил для тебя кое-что из одежды на кровати, а в ванной есть чистое полотенце, - сказал он спокойным, но внимательным голосом. Он подошел к стене в противоположном конце коридора, прислонился к ней спиной и скрестил руки на груди. - Знаешь, я подожду здесь, держась на небольшом расстоянии от тебя. - Его непринужденная поза соответствовала знакомой теплоте в его тоне, заставляя ситуацию казаться удивительно нормальной среди хаоса, который составлял большую часть твоего вечера. Ты кивнула, вернулась в его комнату и закрыла дверь. Все оказалось совсем не так, как ты себе представляла.