Сорок градусов минимум

– Бон-Бон, мы поехали! Закрой за нами дверь, я оставила еду на плите, обязательно покушай. – приговаривала миловидная темноволосая мама Чхве Су Бона, целуя своего сына в щёку. От неё приятно пахло пьяняще-сладкими духами с цветочными нотами. – Прошу, не взорви наш дом. – с тяжёлым вздохом сказал высокий, бородатый мужчина за ней, что приходился отцом парню, который в этот момент зажмурился, стараясь игнорировать едкий запах одеколона. Он подошёл и похлопал мальчика по плечу, с недоразумением смотря на фиолетовую шевелюру на голове Су Бона, с которой он совсем недавно заявился домой, повергнув консервативных родителей в шок. Тогда мама чуть не потеряла сознание, а отец еле сдержался, чтоб не побрить того налысо. В целом тот был крайне проблематичным подростком, абсолютно неподвластным воспитанию. Су Бон не любил, когда ему указывают, и если такое случалось, делал абсолютно наоборот. Любой запрет был для него пустым звуком. Неуправляемый, непредсказуемый и абсолютно без тормозов, он раз за разом заставлял родителей краснеть и обзавестись кучей успокоительных в аптечке. Сначала они пытались наказывать его всеми возможными способами, но со временем смирились, надеясь на то, что это всё действие пубертатного периода и желание самовыражаться. Точнее, так думала мать. Отец же считал, что его мало били в детстве и только жена, что опекала и любила сынулю невозможно сильно, заставила его держать своё мнение при себе. – Удачного свидания! – весело протараторил Су Бон, поскорее закрывая за родителями дверь и, как только услышал удаляющиеся шаги, начал как умалишённый скакать по коридору. Ему редко выдавалась возможность остаться одному на целые сутки. День обещал быть чудесным. Каникулы и целая ночь в пустом доме, предоставленном только ему. Ему и его лучшему другу. Бон посмотрел в окно. Сильный ливень барабанил по козырьку, накрывающему порог. Схватив телефон, парень начал быстро печатать сообщение на клавиатуре, всё ещё подпрыгивая на месте и кусая губы в предвкушённой улыбке. – "У МЕНЧ ПРЕДКТ СВАЛИЛИ ТАЩИ СБДА СВОЮ ASS" – написал он в чат с Нам Гю, не попадая пальцами по клавиатуре и всё ещё тарабаня пальцами по телефону, ожидая ответа. – "надолго?" – почти моментально прилетело сообщение. – "НА ЦЕЛУЮ НОЧЬ DUDE" – ответил Су Бон и добавил ещё, – ОНИ ВЕРНУТСЯ ТОЛЬКО ЗАВТРА ДНЁМ – "ХАТА НАША НА ЦЕЛУЮ НОЧЬ?????" – так же зажав капс напечатал Нам Гю. – "OH YES" После этого ответа не последовало. Тот оставил две галочки и вышел из сети, но Су Бон знал, что тот уже в спешке собирается и вскоре ему постучат в дверь. Нам Гю уже несколько лет занимал не последнюю роль в жизни своего друга. Иногда им казалось, что у них один мозг на двоих. Неконтролируеммые и обезбашенные они нашли друг друга среди серой толпы с глупыми принципами. И из-за этого родители Су Бона его просто не переносили. По началу они пытались запретить им общаться, но поняв, что это ничего не изменит, они просто заявили, что не желают больше видеть "это быдло" в своём доме. Но он всё равно появлялся там при каждом удобном случае, просто они об этом не знали. Их дружба была крепче титановой цепи. На людях парни всегда появлялись вместе, их никогда не видели по отдельности и вскоре все воспринимали их как единое целое. В школе они творили полный беспредел и имели большой авторитет, запугивая любую неугодную им личность. Их встреча была катастрофой для всех и благословением для них, ведь знаете что происходит, когда две машины без тормозов едут по встречке? Взрыв.

***

Долгожданная перемена после нудных уроков. Су Бон тусовался в столовой, заговаривая зубы очередной девчёнке, на которую не имел никаких планов кроме утешения своего эго. Каким бы противным и странноватым он ни был, тем не менее он имел привлекательную внешность и острый язык. Красивое личико, брутальный характер и отличное чувство юмора — это непобедимое комбо, перед которым упадёт любая. Вдруг, за спиной он услышал голоса. Что перебивали другие, наполнившие столовую. – Давай ешь, ты такую огромную очередь отстоял, почему ты не жрёшь свой обед? А? – с агрессивной насмешкой говорил брюнет, что находился рядом с другим подозрительно знакомым парнем. Одной ногой он стоял на лавочке, рядом с объетом издевательств, и копался рукой в чужом обеде, наваливая один комок на другой. В его глазах, хищной улыбке и голосе читалась чистая ненависть и манящая уверенность, которую Су Бон не замечал больше ни в ком, кроме себя. – Погоди, малыш, я пойду разберусь. – сказал он, направившись в сторону тех двоих. В нескольких метрах от них стояла толпа зевак, что наблюдали за происходящим, хихикали, снимали на телефоны, а увидев Бона, решившего принять участие в непонятных разборках, начали шептаться и смеяться ещё активнее. Незнакомый брюнет же, увидев его, сразу отошёл от своей жертвы, загораживая того спиной и засунув руки в карманы, подошёл к Су Бону, расправив плечи. Он смотрел прямо в глаза, оценивая, прожигая взглядом. Было что-то уничтожающее в этих карих орбитах. – Что тут происходит? – спрашивает Бон, нахмурив брови и стиснув кулаки, уже готовый к драке. – Слушай, чувак, это не твоё дело... – начал брюнет, смотря снизу-вверх. Он был явно ниже и худее, очевидно проигрывал Чхве в силе, но при этом в его глазах не было ни капли страха, – Иди вон дальше тёлочек кадри, а я с этим выблядком разберусь. – с ухмылкой посмеялся он, наклонив голову и заглянув за спину Бона, где за столом сидела его спутница. Тот же явно заинтересовался, кого парень называет такими громкими словами и он посмотрел на стол за которым сидел... Ли Мён Ги. Этот парень доставил много проблем Су Бону ранее. Когда-то он обманул его на деньги, за что получил добрых оплеухов и с тех пор не попадался на глаза "кредитору". Бабки, кстати, так и не вернул. Глаза парня расширились от удивление, когда он наконец-то узрел фуфлыжника, которому набивал морду кучу раз в сладких мечтах. На лице засияла довольная ухмылка. – Тя как зовут? – опустив голову, спросил Су Бон, смотря на брюнета уже с неким одобрением. Ранее он воспринял его как очередного конкурента. Наглеца, что попытается встать у него на пути и разрушить уже закреплённый за Боном авторитет, но тепер у них общая цель. – Нам Гю. – напряг плечи с гордостью ответил парень, с недоверием во взгляде. – Пошли, Нам Гю. – Су Бон обнимает Гю за плечи одной рукой и тянет его в сторону ублюдка, что тихо, как мышь, сидел за столом, словно его тут нет. Подойдя к столу, парень поставил на него руку с громким стуком, наклоняясь к Мён Ги, – Что у тебя с ним? – спрашивает он, повернув голову к уху новому знакомому, сверля взглядом должника. – Он мне бабки должен. – твёрдо отвечает Нам Гю, согнув руку в локте, потирая большим пальцем фалангу указательного. Су Бон же приблизился к Мёну и прошипел сквозь зубы с глазами полными ярости. – Что, Мён Ги, решил, что если фингал сошёл, можно ещё одного на бабки наебать. – схватив парня за шиворот и сикривившись в агрессии он пилил его взглядом, после чего резко швырнул на пол под удивлённые вздохи "аудитории", – Мы с тобой ещё повидаемся, Ли Мён Ги! Нам Гю же разразился смехом, пока их жертва кричала, что ничего им не должна. – Мы уходим... Нам Су, верно? – довольный своей показухой Бон провёл одной рукой по волосам. Другая же всё ещё лежала на плече нового друга, активно его потирая. – Гю, Нам Гю, из класса 3-2.– ответил тот, с сияющей на лице, самодовольной улыбкой. Это и был взрыв. Странные, безмозглые и опасные они создали свой мир, понятный только им двоим. И если до этого их сдерживало одиночество, то теперь, когда рядом есть спутник, что поймёт даже если говорить на выдуманном языке, их было не остановить. Они напрочь забыли, что такое правила и мораль, ведь узнали, что кто-то их может понять. Когда Су Бон пускал волну – Нам Гю её подхватывал. Когда он брал сигарету, тот её поджигал. Эта связь была выше понятия дружбы. Что-то далеко близкое, тихо громкое и холодно обжигающее. Нам Гю был грязной, дырявой, но любимой футболкой, которую никогда не выкинешь. Су Бон был брелком, который никогда не снимешь с сумки.

***

В дверь постучали с таким грохотом, словно пытались выбить. Это был ни кто иной, как Гю, ведь после этого он начал наяривать кнопку дверного звонка, оглушая Бона щебетанием птиц из шакальных динамиков, от которого взрывались барабанные перепонки. Открыв двери, виду предстал промокший под дождём Нам Гю, что лыбился во все тридцать два зуба кошачьей улыбкой, прищуривая глаза. – Ты дебил? Нахуя так в дверь тара.. – не успел договорить Су Бон, ведь его сжали в таких крепких объятиях, словно пытались сломать бёдра. Руки насквозь промокшего парня были холодными словно ледышка, от чего по телу Чхве прошла дрожь и он махом его оттолкнул, чувствуя как влага просачивается сквозь одежду. – Блять, ты весь мокрый! – вскрикнул он, выставляя перед собой руки и недовольно смотря на пятна, что остались на чистой жёлтой футболке с эмблемой "MARVEL" после удушающих объятий, – Я принесу тебе одежду. – Не, всё норм, это только куртка. – непринуждённо ответил Нам Гю, вешая её на крючок. – Как знаешь. – вдруг Бон кое о чём вспомнил и его глаза резко загорелись. С хитрой ухмылкой он обернулся на своего друга, – А ты принёс? – Что принёс? – озадаченно спрашивает Нам, хотя он уже догадывается о чём тот пытается сказать. Хотя Чхве и был проблемным подростком, которого, казалось бы, не остановят никакие запреты, в нём всё равно были отголоски пай-мальчика, что боялся сказать в слух слово "секс". – Ну... Это... – замялся Су Бон, уставившись глазами в пол и наблюдая за тем, как на лице его товарища вырастает ехидная ухмылка. – "Ай донт ноу ватафак ар ю толкинг эбаут". – Гю перекривил недавно появившуюся манеру друга вставлять фразы на английском, характерно качая головой из стороны в сторону. После чего он пошарился в карманах чёрных карго-штанов и вручил тому в руки электронную сигарету, – Ты ещё спрашиваешь. Глаза Бона моментально засияли, он взвёл брови вверх смотря на, так называемый, под. На самом деле глупо было такое спрашивать, ведь Нам всегда таскал его с собой, потому-что и часа не мог прожить без затяжки. Другой же всегда с восхищением наблюдал за тем, как красиво он выдыхает пар, прикрыв глаза и смотря вдаль, а сам имел возможность курить только когда виделся с другом. Он бы давно купил себе тоже, только вот у матери была привычка рыться даже в самых недоступных углах комнаты. А переросший пубертат Су Бон не хотел скандалов и ещё одного повода для призрения. Да и виделись они довольной часто. Парень сразу затянулся, пуская едкий, разрушающий дым в свои лёгкие. – Мята. – прочитав вопрос в глазах, сказал Нам Гю. – Охуенно. – улыбнувшись, Чхве сделал еще одну затяжку, причмокивая языком, дабы роспробовать вкус жидкости. Гю с лыбой потрепал друга по фиолетовой макушке. – Фу куряга, лучше накорми меня! – весело сказал Нам уже двигаясь к кухне. Уже там Су Бон рылся в шкафчиках, где обычно родители хранили всякие вредные вкусности, пряча их от сына. Конечно, прямо на плите стоял суп, который оставила мама, но настроения на него не было. Бон не нашёл ничего интересного по типу чипсов или шоколадок, только лапшу быстрого приготовления с термоядерной приправой, которую он бросил на стол, за которым сидел Гю, потягивая под и листая ленту соц сетей в телефоне. – Заебись. – протянул он, кинув довольний взгляд на упаковку с ярким рисунком. Сразу открыв её, он начал крошить полуфабрикат. – Ты что сухую жрёшь? – подняв одну бровь, обернулся на него Су Бон, одаривая недопонимающим взглядом. Нам Гю резко остановился и уставился на друга, хлопая ресницами. – Ладно. – пожав плечами, парень продолжил рыться в шкафах и кое-что обнаружив, расплылся в улыбке, – Гю, смотри! – он достал оттуда две бутылки рома, которые надёжно заначил отец. Нам моментально засиял, одаривая товарища широкой улыбкой. – Мы нахрюкаемся? – с восторгом спросил он, сразу откладывая телефон и выпрямив спину, оценивая взглядом не дешёвые напитки. – Мы нахрюкаемся! – ликуя, ответил Бон, издав характерный свиньям звук от чего оба парня разразились смехом. И они не шутили. Стакан за стаканом их и так крошечные мозги затуманил алкоголь. Что они только не творили. Танцевали под музыку, ржали с всякой дичи, катаясь по полу и от этого смеясь ещё сильнее. Падали, отбивая ноги об мебель до синяков, ведь шатались от стены к стене. Накуривались до тошноты. И им было хорошо. Вся вселенная, заключённая в стенах дома семьи Чхве, была предоставлена только этим двоим. Они бегали под ливнем, промокая до косточек и прыгая по лужам за руки. В этот момент ледяные руки друг друга казались раскалёнными, ведь вместе они могли растопить айсберг. А после этого они тыкали пальцами в узоры на потолке, но никаких узоров там не было. Просто нажрались до такой степени, что перед глазами всё плавало, а в ушах нещадно пищало. Спустя несколько часов после решающей находки они валялись на полу в спальне Су Бона, опираясь спинами о шкаф с одеждой. Рядом валялась до дна выпитая бутылка рома и только начатая вторая. Чхве медленно наклонил голову, чувствуя как гудит его голова. Внутри горла чувстовалось приятное жжение, а комната перед ним шла кругом. – Эй. – М? – протянул его друг рядом, слегка повернув голову в его сторону. – Как думаешь... Если бы я был репером... Э... Псевдоним... Какой псевдоним? – еле выговорил Бон, чувствуя как его язык заплетается, а мысли с трудом вяжутся в кучу. Гю задумался. Он надолго замолчал, старанно размышляя над вопросом, в силу своего состояния. Сначала он тупил в стену, после чего глянул на парня рядом, внимательно изучая его карими глазами. Тот посмотрел в ответ и ощутил, как по телу пробегают мурашки. Что-то манящее было в этом сосредоточенном, стеклянном взгляде и задумчивом личике. Нам слегка приоткрыл рот, что заставило Бона задержать взгляд на его губах и прикусить изнутри щёки. Взгляд Нама сначала закрепился на фиолетовых волосах, а после спустился к футболке с кричащей эмблемой. – Танос. – резко выдал он, лучезарно ухмыляясь. Чхве вскинул брови в удивлении, явно удовлетворённый ответом. Кричащее и пафосное — это то, что подходило ему больше всего. – You're fucking genius! – изумлённо ответил он и ткнул в никуда указательным пальцем, как одобряющий жест. Нам Гю одарил друга сдержанной ухмылкой, он был смущён комплиментом, но спустя мгновение принялся снова тупить в стену, явно о чём то думая. И Су Бон словил себя на мысли, что не имел даже малейших догадок о чём. Парень особо ничего о себе не рассказывал. В основном языком болтал он, а если тот что-то рассказывал, то это было что-то поверхностное по типу истории об очередной перепалке или какая-то сплетня. Внутренний мир Нама был незнаком. Чхве знал что его раздражает, а что нравится, какую еду тот предпочитает и какой вкус жидкости для пода или табачных сигарет его любимый, но не знал из-за чего тот иногда не спит ночами. И нет. Это не Су Бон плохой друг, которого не интересует ничья личность кроме своей. Это Нам Гю тщательно скрывал всё и не сдавался ни под какими уговорами. Он считал себя неинтересным, а свои проблемы мелочными, не стоящими внимания. Он привык решать всё сам, терпеть боль, выплёскивая её в регулярных драках с, казалось, бесконечными недругами и плюясь агрессией во всё вокруг, что ему не угождало. Он привык заботиться о ценных ему людях, забывая о себе и считать, что о нём забывают тоже. Но Су Бон не забывал. Знал бы только Гю, как на самом деле он важен. И как Чхве желает разгадать его, унять всю ту боль которую видно в тяжёлом взгляде янтарных глаз, тёмных кругах под ними, худом болезненном теле и синяках на нём. Но они оба молчат. Они привыкли молчать. Бон не знал как подступиться, как показать всю ту заботу, что глубоко таится в нём, отражаясь в мурашках по телу и в неожиданное всплывающем желании прикоснуться. Да таком навязчивом, что он уже успевает протянуть руки, но резко отстраняется в страхе сотворить глупость, даже не смотря на то, каким тактильными, в свою очередь, был его друг. А Гю просто не считает нужным говорить, ведь не считает нужным себя. – Нам Гю... – прерывая молчание заговорил Бон, опустив голову и смотря на парня рядом из под лба, будто стесняясь чего-то. – Я Нам Гю. – уже на автомате поправил его тот, привыкший к тому, что лучший друг так и не запомнил его имя. На самом деле он запомнил. Давно. Где-то через три месяца после знакомства. Но ему нравилось то, как по началу бесился Нам Гю, когда он ошибался. А в скором времени свыкся и тогда уже Бона веселило то, как он поправляет его на автомате, будто робот. – Я так и сказал. – ухмыляется Чхве, оголяя клыки, вяло откинув голову назад. Нам Гю же, удивлённо покосился на него, подняв брови. – Действительно... – промямлил тот, удовлетворённо покачивая головой. – Так вот... Нам Гю... – задумчиво начал он, – Ты когда нибудь целовался? – резко задал он, наверное, самый неожиданный для Нама вопрос. В его голове он всплыл внезапно и явно не безцельно. – Хах, разве что с кулаками. – хмыкнул тот, подняв руку и разглядывая покрасневшие костяшки. У этих двоих слегка отличалась социальная жизнь. Пока Су Бон клеил кого попало, Нам Гю кому попало надирал задницы. Хотя иногда надирали ему, – Это ты у нас пересосался с половиной Сеула, Бон-Бон. – он хитро улыбнулся и прищурил глаза. – Oh god, не зови меня так... – от этой клички у Чхве перекосило лицо и он потёр переносицу пальцами. – А что, я тренируюсь. – Гю широко улыбнулся, – У тебя крутая мама, может скоро у тебя будет отчим. – он тянул прикол, прикусив язык зубами. Увидев эту шутливую, искренную и... привлекательную улыбку, Бон почувствовал как его сердце пропустил удар. – Ты даже целоваться не умеешь, какой же из тебя мне отчим. – он посмеялся, при этом не в состоянии оторвать взгляд от чужих губ. – Так научи меня. – неожиданно заявил Нам, будто бросая вызов. Он ехидно лыбился, уверенный в том, что Бон проигнорирует эту шутку и сведёт её в ноль. Но тот собирался вести к другому. От такого резкого заявления у Су брови полезли наверх. Он прекрасно понял, что Гю не подразумевает под этим ничего, кроме глупой гейской шутки. Но под действием сорока градусов и с умением добиваться своего он вывернет всё в противоположную сторону. Изначально Су Бон планировал проигнорировать внезапные позывы своего пьяного мозга к его другу, пытаясь бороться с тем каким необычаянно обворожительным он казался в тот момент и как заманчиво двигались его уста. Но когда жертва сама бежала к хищнику, устоять было невозможно. – А ты хочешь? – снизив тон голоса, спросил Бон, с какой-то лукаво-слащавой ухмылкой. Он повернул голову к Нам Гю и ткнув локоть в колени, подперел кулаком голову, оценивая Нама взглядом. Тот резко поменялся в лице. Он поджал губы и моментально покрылся румянцем. Глаза забегали и он повернул голову прямо, дабы не встречаться глазами с Су Боном, которому явно нравилось, как резко мнимая уверенность сменилась смущением. А ещё больше нравилось то, что это смущение вызывал он. Бон пожирал гладами Нам Гю и тот чувстовал это. Его тело сковало, а внутри разросся необъяснимый жар. В ушах эхом отозвался тот же вопрос и парень понял. Да. Он хочет. Хочет научиться, но не с кем нибудь, а с Чхве. Сердце отбивало бешенные ритмы. Нам Гю привык врать о своих чувствах. Не только другим, но и самому себе. Но сегодня ром внутри будто хотел вытолкать, то, что так долго подавлялось, наружу. Ранее он никогда не задумывался о том, почему, когда Су Бон рядом, он не смотрел ни на что кроме него, почему только он был в его мыслях и почему неоднозначные фразочки и прикосновения заставляли трепетать. Иногда странные мысли посещали его голову, но он быстро отгонял их ведь "такого не может быть". Может. И он устал скрывать. Даже людям, личность которых построена на тайнах, это надоедает. Нам Гю громко, наиграно прокашлялся в попытках сбавить градус напряжения внутри себя. Сейчас он мечился между двух огней – с одной стороны хотелось, дабы это всё было глупой шуткой, но с другой... С кем как не с лучшим другом, которому он готов доверить даже свою жизнь, правда? Тупое оправдание длительной симпатии. – Ха-ха.... – театрально протянул Гю, широкая, нервная улыбка всплыла на лице, Он косился на товарища так, будто тот снял штаны посреди улицы и начал тужиться, хотя сам, с широко раскрытыми глазами и лыбой до ушей, выглядел как умалишённый, – Что ты имеешь в виду, бро? А что ещё он блять может иметь в виду. До чёртиков взволнованный Нами веселил и дразнил Су Бона только сильнее. Он слегка поддвинулся, смотря на того сверху вниз, подмечая разницу в росте. – You asked me for that, нет? – мурлыкал он, не сводя с Гю глаз, что только сильнее вводило уже насупившегося парня в дрожь. Смотрел как на что-то драгоценное и бесконечно красивое, оценивая взглядом алые щёки, пухлые покусанные губы и тёмные глаза, которые без прямого источника света казались бездонно чёрными. Но тем не менее в них видны были блики, в которых было что-то несвойственное ходячему комку агрессии, что-то слишком светлое, – Я научу тебя целоваться, Гю. Помогу, как хороший друг. Best friend. И это был не вопрос. А утверждение. Нам Гю замолчал, повернув голову и собираясь с мыслями. – Я так понимаю выбора у меня нет. – вздохнул он, на что Су Бон с довольной лыбой покачал головой. Гю протянул руку и тот, моментально поняв намёк, подал бутылку с начатым ромом. Сделав несколько глотков прямо с горла, парень ощутил как тело обволакивает жар. Голова на мгновение закружилась и ему даже показалось, что дышать стало легче как и действовать. Он всем телом развернулся к другу и сел на колени, отчаянно смотря тому в глаза. Не смотря на то, что уверенности прибавилось, ладошки всё ещё страшно потели, сердце взрывалось, а внизу живота приятно тянуло. Он отчаянно посмотрел в голубые глаза, которые прожигали его манящими взглядом и хлопнув себя по коленям, сглотнул слюну. Су Бону показалось это невероятно милым. Он словно зачарованный наблюдал за другом, который в этот момент чуть ли не терял сознание от волнения. И обычно нетерпеливый, берущий всё в свои руки парень смиренно ждал, пока тот намылиться. Он не верил, что даже после такого литража спиртного, Гю так тревожился. Не может быть правдой, что человек, главное увлечение которого – уличные драки, сейчас трепещет как девчёнка. Бон напротив был обворожительно спокойным. Либо так на него действовало сорок градусов, либо ему попросту нечего волноваться. Он целовался кучу раз и столько же раз слышал об этом комплименты. Но Нам был настолько желанным гостем в этом списке, что даже эта хитрая ухмылка скрывала за собой трепыхания бабочек в желудке. А его прелестный, смущённый вид только усиливал желание взять, окутать и присвоить. Поджимая губы, Нам Гю кладёт руки на плечи Су Бона и последний раз глянув тому в глаза, резко прижимается сжатыми устами к чужим, задержавшись на пару секунд, а после отстранившись. Тот даже не упел что-то понять, а тем более почувствовать, да и он, если честно тоже. Это был не поцелуй, а скорее тесное соприкасание, после которого Нам таращился на Су как баран на новые ворота. У второго улыбка моментально спала с лица, а в глазах читалось некое разочарование и раздражение. Неужели этот красавчик настолько безнадёжен... У Нама же в этот момент мир схлопнулся. Это конечно было далеко не то, что от него ожидалось и он это прекрасно понимал, но только от факта, что он переступил через себя и смог прикоснуться к Его губам, он готов потерять сознание. И тем не менее, даже если это не назвать поцелуем, это было так приятно, что парень моментально захотел ещё, но смотря на недовольное выражение чужого лица он повременил с этим решением. – Ты дебил? – с наездом выплюнул Бон, пока Гю удивлённо лупил на него широко открытыми глазами и хлопал ресницами, словно в этот момент у него отключилось оба полушария мозга. – Сам ты дебил, блять, это мой первый раз! – Нам возмущённо толкнул того в грудь. – Рот открой нормально. – Су Бон ладонью берёт того за подбородок и большим пальцем опускает нижнюю губу, засталяя Гю послушно приоткрыть рот. И в этот момент родилась звезда. Бон вовлекает его в плавный, наполненный нежностью поцелуй с едким привкусом спиртного и парень поддался без лишних сомнений. Не исключено, что ранее он просто придурился, сотворив то недоразумение, но это того стоило. Бабочки полыхали, вырывались наружу. Сердце и лёгкие будто перестали работать, а всё вокруг перестало существовать для них. Один хватался за другого так, будто тот сейчас исчезнет. Плечи, талия, шея, бёдра, всё поддавалось касаниям, наполненым желанием. Не выдерживая давления эмоций Нам Гю пытался отстраниться, но Су Бон хватался за его губы снова, притягивал к себе, ведь не мог насытиться. Он пытался взять всё от этого момента, целовать пока не закончится воздух, целовать до смерти. Спустя несколько мгновений Су нехотя оторвался сам, под конец прикусив чужую губу. Тяжело дыша и чувствуя собственный пульс даже в шее, они смотрели друг другу в глаза. Оба красные и до чёртиков влюблённые. Возмущённый последним действием Гю насупил брови и начал легонько бить кулаком в грудь Бона, пока тот расплылся в пьяной ухмылке, наблюдая за каждым движением друга, словно фотографируя взглядом. – Ты. Нахуя. Меня. Кусаешь. Уёбок. – шипел Нам Гю, говоря новое слово с каждым ударом. На паре последних он не сдержался, игриво хихикая. Он чувстовал себя самым щасливым человеком в этот момент. Хотелось пищать, прыгать, зарыться в подушку лицом и кричать, маша ногами, а ранее вызывающее тревогу смущение, теперь вызывало только приятный табун мурашек. Голова кружилась так, словно ему дали по голове. Последний раз глянув в те голубые, сияющие глаза он жадно впился в чужие губы с ярким желанием раствориться в нём. В этих касаниях, поглаживаниях, тёплых, почти горячих руках. Волна эйфории накрыла с головой. Гю присел на чужое колено, держась за плечо одной рукой, запустив пальцы в фиолетовые волосы, пока Бон торопливо прижимал его к себе за талию, словно пытаясь проникнуть под кофту. Другая ладонь вцепилась в шею, иногда сжимая её, вызывая у другого парня прерывистые вздохи. Хватались так, будто хотели разорвать друга друга на кусочки, не в силах сдерживать чувства. Город утопал в непрекращающемся ливне, но для этих двоих светило палящее солнце. Они трогали друг друга, словно не верили в реальность происходящего, улыбаясь сквозь поцелуй. Нет больше места стеснению, нет смысла что либо скрывать. В это мгновение они пренадлежали друг другу, две частички одного целого. Пьяные, но зато честные и щасливые.