I’m sorry

Мен-ги игнорирует. Или же просто делает вид, что игнорирует, но у него явно хорошо это получается. Он не поднимает глаз, всем своим видом показывает что ему совершенно неинтересен этот диалог. Танос успокаивающе похлопывает парня по спине, прежде чем Нам-гю, замахнувшись, берёт того за волосы, притягивая ближе. — Сама жизнь привела тебя сюда. This is boomerang. — Субон облокачивается на койку перед ним. Мен-ги вскрикивает, схватившись за запястье Нам-гю. Похоже, это привлекло внимание других. 124-й тут же отступает, будто это был не он. Мен-ги морщится от боли в затылке, скрутившись на кровати. Нам-гю бубнит что-то себе под нос и с омерзительным взглядом смотрит на него, будто на беззащитную жертву.  — Bro, ты такой неразговорчивый. What’s happened? — Субон приближается к лицу парня, прежде чем отшатнуть того. — Вижу, ты всё таки сидишь на успокоительных.

***

Субон приходит в чувства, когда на экране смартфона высвечивается долгожданное «Пользователь MG Coin начал эфир». Он открывает ноут и тут же заходит на Twitch. На экране красуется лицо парня, которое ему, кажется, уже снится. Мен-ги по ту сторону экрана приветствует всех зрителей очередного стрима.  — Хэй, добро пожаловать. Я хочу начать сразу с новости. Мы снова в минусе, я искренне сочувствую каждому, кто вложился в валюту, но рынок опять не на нашей стороне.  Субон моргает пару раз, после чего до него доходит. Половина миллиарда вон. Пятьсот миллионов. Нули прыгают перед глазами так, что начинает кружиться голова. Он обещал, что вместе они получат прибыль. Он обещал, что всё будет хорошо. В конце концов, Субон доверился.  Долг в несколько миллионов в одном нарко-притоне и несколько сотен миллионов в другом. Может, на этом моменте стоит закончить всё. Или шайка ублюдков, кто владеет этим дерьмом, закончат с ним. Он молча швыряет ноутбук в стену, отчего он ломается буквально на две половины. Изображение тут же гаснет, а приятный голос из динамика затихает. За ноутом летит кружка, вверх ногами оказывается перевернут стол. И одна из наград лучшему исполнителю разлетается по полу вдребезги. Субон падает лицом в кровать и нащупывает под одеялом знакомое очертание пластикового контейнера. Не вовремя. А может и наоборот.  Он подрывается с места и подбегает к игровому столу, где одиноко лежит мятая долларовая купюра. Порошок сыпется на деревянную поверхность практически ровной линией, которую Чхве немного поправляет. Он крутит бумажку меж пальцев, пока та не превращается в трубочку. Танос припадает к ней носом и резко делает глубокий вдох, собирая вещество, пока не начнут болеть лёгкие. Он откидывает голову, вытирает пыль под носом и, прикрыв глаза, ждет действия.  «Ты же мне доверяешь, правда?»— отдаётся эхом.  «Созвонимся завтра через инстаграм, буду ждать». «У тебя прекрасный голос. Я не думал, что это твои треки». — фраза за фразой давят на мозг.  Каждое слово, слетавшее с губ Мен-ги, оказывается было огромным осколком стекла. Дурак. Такой наивный. Даже смешно. Может, его так вставило вовсе не из-за грёбаной крипты и сказок, в которые он поверил.  В соседней комнате разрывается телефон.  Субон плетётся к источнику звука, опираясь на стены и проёмы. «Вызов Instagram. Мен-ги (MG Coin)» появляется на экране вместе с картинкой зеленых купюр на фоне. Чхве смеётся, сам не понимая от чего. Он наклоняется к гаджету и нажимает на «ответить».  — Извини, я хотел отговорить тебя в последний момент, но ты настаивал. Мне жаль. — успокаивает Мен-ги. Субон молчит. А потом сбрасывает. 

***

— В ту ночь ты написал, что желаешь мне смерти. Ты сделал ровно 38 звонков в инсте. — поднимается с места Мен-ги. — Тщетно.  — А еще через неделю я нашел твой номер телефона, fucking idiot.  Мен-ги напрягается, он не особо хотел вспоминать об этом. Субон ждет реакции. Он будто знал об этой встрече. Готовился с того момента, как впервые увидел это смазливое личико на экране. Нам-гю растерянно поворачивается к Таносу. По всей видимости, что-то Субон действительно умолчал от своего нового друга. — И чего ты этим добился? — язвит Мен-ги. — Как много удовольствия тебе принесло тупое молчание в трубку? Если бы ты не был под кайфом каждый раз, может поговорил бы как нормальный человек. — он знал что говорит, и знал, что попал точно в яблочко. Субон словно с катушек слетает. Это единственное, что его задело. Вместо того, чтобы позорно принять истину, он кидается на Мен-ги, как маньяк, заставший потерпевшего врасплох. В руках сдавливает хрупкую шею. Кричит так, что в ушах звенит. Мен-ги, стиснув зубы ждёт пока этот идиот опомнится. Он не сопротивляется, знает, что это максимум’ — Ты ответишь за это. Do you hear me, motherfucker? Ты будешь отвечать, понял? Танос убирает руки. Что-то помимо разума двигало им. Он отступает, и Нам-гю следом. Мен-ги вмиг глотает воздух и провожает взглядом этих мудаков. Два сраных торчка, ещё и криптоинвесторы. Кто вообще дал право такому быдлу заходить в интернет, и тем более покупать крипту? Из-за таких идиотов потом и терпи убытки. 

***

Свет гаснет.  С другого конца общежития кто-то кричит «Доброй ночи», не понятно, с сарказмом или нет. Но Мен-ги знал, что во время сна его потревожат. Шорохи, доносящиеся из-за каждого угла, не казались безобидными, и любой посторонний звук заставлял вздрагивать. Он не особо помнил, кто спит на соседних койках. Может, их вовсе давно поубивали.  Мен-ги напрягается, когда чувствует движение около кровати. Если конец и должен настать, то явно не таким образом. Разве что у его недоброжелателя крайне низкий уровень интеллекта. Кулак сжимается до боли в ожидании врага. Чужая рука касается его колена, и удар тут же прилетает обидчику прямо в нос.  — Shit, за что?  — Отвали, грёбаный наркоша. — с оскорблений начинает Мен-ги, сразу узнав голос в темноте. Он может разглядеть лишь очертание человека перед собой. Субон ведет себя странно. Совсем не похоже на того, что был буквально недавно. Молчание прерывает звон тяжелой цепочки. Дошло, наконец.  Мен-ги отползает подальше. Последнее, с чем хотелось сейчас взаимодействовать — это наркота.  — Ты только что пытался меня задушить, а теперь приходишь и предлагаешь свои несчастные таблетки?  — Даже не отрицай, что ждал, пока я накидаюсь. — Субон наощупь касается лица перед собой. Танос без всякого стыда утягивает Мен-ги в поцелуй. Холодные и искусанные губы накрывают его. Грубо, резко и нагло. Это в его репертуаре. Он сдавливает чужие скулы, заставляя приоткрыть рот. Мен-ги поддается. Он не в силах сопротивляться этому, поэтому отвечает. Доля секунды успевает пройти перед тем, как Субон внезапно проталкивает языком таблетку в чужой рот. Гениально. Мен-ги тут же отстраняется, и Танос успевает схватить того за подбородок.  — Oh, come on, baby, — он крепко сжимает лицо Мен-ги в руке. — Каждому по одной. Всё честно.  Мен-ги нехотя сдавливает наркотик зубами, отчего тот крошится. Он не видит, но чувствует, как Танос довольно улыбается. Приходиться теперь проглотить то, что осталось от таблетки. Крошки неприятно царапают горло, заставляя морщиться. И только тогда Субон убирает руку. — Что это? — очень вовремя интересуется Мен-ги. — Just guess — Сироп сюда пронести нереально, а с коксом было бы неудобно. Остаётся экстази, — усмехается Мен-ги. — Но я надеялся на что-то новенькое.  — Не знал, что наркота провоцирует мозговую активность. — будто специально издевается Субон. — На тебя, видать, не действует.  Танос снова тянет Мен-ги на себя. Губы вновь сталкиваются, но уже не так грубо. И Мен-ги сходу отвечает. Слишком поздно он раскрыл все карты. Хотя, чувствуя губы Субона на своих и его язык, бесстыже пробивающийся меж зубов, он вряд ли будет думать о чем-то другом.  Цветная таблеточка, постепенно растворяющаяся в организме, даёт о себе знать. Мен-ги вздрагивает, когда его неожиданно бросает в жар. А следом, внезапно оказавшиеся под кофтой пальцы вовсе сносят крышу. Изредка прыгающие пятна перед глазами постепенно туманят разум. Медленно, но верно он теряет контроль.  — Ты извинишься передо мной. — вперемешку со словами выдыхает Субон в губы Мен-ги. — Я уже извинялся. Он пытается концентрировать взгляд на фигуре перед ним. Но теперь к темноте, к которой глаза и так не привыкли, прибавились эти сраные кружочки, скачущие повсюду. Тело своеобразно реагирует на наркотик. Или на Субона. А может, на всё вместе.  Танос осторожно тянет молнию своей кофты вниз. Мен-ги повторяет за ним, как отражение в зеркале. Субон толкает Мен-ги в грудь, отчего тот приземляется на локти. Старший мгновенно оказывается на его бедрах. Как дерзко. Одеяло куполом ложится сверху, создавая домик, на случай, если кому-то не до сна. Мозг самопроизвольно рисует картинки и образы в темноте, когда Танос, словно школьница под партой, борется со шнурком на спортивках.  Воздух в лёгких заканчивается. Ледяная рука ложится на живот, создавая яркий контраст температуры. Вторая осторожно забирается под резинку штанов. — You’re lying to me, boy. — доносится из под одеяла.  — Я не умею врать.  Мен-ги отдаётся Таносу. Конечно, если бы он этого не хотел, Субона бы тут не было через 10 секунд после его визита. Но Мен-ги хочет, и поэтому откидывает голову на подушку, демонстрируя полное бессилие. Плевать, это теперь не его забота. Намного проще скинуть ответственность на другого. Будь что будет. Дыхание останавливается на какое-то время, пока Субон стягивает штаны вместе с бельём и чуть отползает назад. Он специально медлит. Это месть.  — Оно и видно. — отвечает наконец Танос. Горячий и влажный язык, аккуратно касающийся члена, ударяет в голову похуже любого алкоголя. Если это действительно такая расплата, то Мен-ги готов обвести Субона вокруг пальца ещё не один десяток раз. Он мог бы сослаться на длительное действие грёбаной таблетки, но нейроны в голове подсказывали нечто обратное.  — Я просто придурок. Это всё, что тебе нужно знать, — пытается одновременно вести диалог и вникать в то, что происходит ниже Мен-ги.  Капли слюны неспешно стекают по длине. Этого мало. Субон дразнит всеми возможными способами. Похоже, он считает это честной игрой. Тонкие губы изредка ощущались на бёдрах, что дрожали от каждого прикосновения. А ловкие пальцы обвивали член, так мягко надавливали на головку и собирали выступившую смазку вперемешку со слюной. А Мен-ги словно всё больше растекается по кровати с каждой секундой.  Танос осторожно берёт член в рот. Так мастерски прячет зубы и сразу начинает двигаться. Мен-ги просовывает руку куда-то вниз и нащупывает на удивление мягкие волосы Субона. Наверное, в другой ситуации Мен-ги бы поинтересовался каким бальзамом он пользуется. Танос не торопится, уделяет внимание каждому миллиметру, зная, что потом вспоминать это. И, пока действие наркотика продолжается, он не усомнится в своих действиях ни на секунду. Мен-ги прекрасно понимает, что ему не следует издавать звуки. Но изворотливый язык, так неприлично вылизывающий его по всей длине, заставляет забыться. Мягкие губы вновь обхватывают член и двигаются вверх-вниз, вынуждая Мен-ги сжать короткие волосы Субона в кулак. Он прикрывает рот свободной ладонью, зная, что больше не может держаться. Наверное, ему было бы стыдно за это, не будь в крови посторонних веществ. Стон вырывается из лёгких один за другим, когда Субон находит подходящий темп и двигается практически без остановок.  В глазах мутнеет. Колени дрожат. Он старается не дышать совсем, лишь бы не разбудить кого-то. А Таносу не до этого. Он пошло причмокивает и усмехается про себя каждый раз, когда Мен-ги в очередной раз пытается заглушить стон собственной ладонью. Субон хотел бы видеть, как прикрываются глаза Мен-ги, как он краснеет от каждого звука и как прогибается в спине, когда движения немного ускоряются. Грёбаная темнота мешает. Субон издевается, как только может. Он намеренно тратит силы Мен-ги. Даёт повод, чтобы вот-вот закончить, но в последний момент останавливается. Мен-ги терпит, жалобно скулит и ждёт, когда, наконец, Танос решит, что эту «пытку» пора прекращать. Субон ведёт пару раз языком вокруг члена, после чего возвращается к своему занятию. Помогает себе руками, совсем не стесняется резких движений. Мен-ги жадно глотает воздух перед тем, как снова спрятать рот за ладонью. Он поджимает ноги и инстинктивно слегка толкается навстречу Субону.  Пара секунд и оргазм неожиданно накрывает с головой. Мен-ги со стоном изливается прямо в рот Таноса. Улыбка расплывается на лице Мен-ги, символизируя победу. Жаль, что Субон этого не видит. Тут же вместе с силами уходит и напряжение. Младший старается отдышаться и привести сердцебиение в адекватный ритм. Пока не очень получается.  Танос выползает из укрытия, предварительно хоть как-то прибравшись за собой.  — Придурок, мог бы предупредить. — шепчет Субон, пододвигаясь ближе. Мен-ги подаётся вперед и инициативно накрывает губы Таноса своими. Осторожно и мягко, будто выражая сожаление. Субон отвечает, он не может отказать. Знает, что им обоим утром будет плохо, знает, что, возможно, придётся пожалеть об этом, но всё равно продолжает. Он хотел этого, хотел всего, что произошло только что, искренне хотел, но явно не при таких дерьмовых обстоятельствах. Мен-ги отстраняется. — Прости меня. — он выдыхает слова в чужие губы.  — Не надейся. — смеётся Танос. То ли в серьёз, то ли в шутку.