Это не простая игра

Стрельба в главном зале продолжалась недолго. До тех пор, пока женский голос из колонок не стал говорить «Отступление» раз за разом, после чего охранники не начали отступать.. Отступили все, кроме одного, ведь тот не успевает выбежать со всеми. Механические двери закрываются прямо перед лицом испуганного солдата в маске, под которой, скорее всего, животный страх. Се-Чан с Ин-Хо все же вылезли из под кровати и сидели у стены, даже не выглядывая. 001-ый метался между желанием пойти и "помочь" Ки-Хуну и желанием остаться здесь с 444-ой. Больше всего мужчина боялся, что все те, кто пошел искать "тварей", все же дойдут до его главного кабинета. Конечно, это было маловероятно, но.. Надо было что-то сделать. Как только обстрел закончился Хван быстро встаёт со своего места. На вопрос Кан «куда ты?» тот отвечает, что скоро вернётся, и чтобы та никуда не уходила. Мол опасно, бла-бла-бла.. Отойдя от девушки и дойдя до 456-ого, он останавливается. –Господин Ки-Хун, у вас получилось, не так ли? – Торжественно и как можно громче произносит мужчина, положив ладонь на плечо 456-ого, пока тот все ещё держал оружие прямо у головы того охранника, что не успел убежать. –Да, Ён-Иль. Большее уже за плечами. А.. Почему вы не "помогли"? – Задаёт вопрос Сон, окинув 001-ого вопросительным взглядом. –Ох, да.. Извините меня. Просто.. – Перед тем как объяснить, что же послужило причиной не идти на восстание, Хван оглядывается. Заметив, что 444-ая все так же сидит у стены, он улыбается краем губ. – Одна дама попросила меня остаться. Не смог отказать. 456-ой наклоняет голову, мельком посмотря туда, куда 2 секунды назад смотрел его товарищ. –..Понял. Ён-Иль, будь тут поосторожнее. Мало ли. – Предупреждает Ки-Хун, выдохнув. –Вам тоже стоит быть поосторожнее. Мало ли, они смогут перехватить вас где-то на лестнице, когда вы будете подниматься. – 001-ый поднимает голову, устремив взгляд на камеру. Он знал, что тот, кто сейчас смотрит камеры, все слышит. И ему это идёт на руку. – Советую придумать вам точный план, куда и как действовать.. И заранее всё обсудить здесь, в хоть какой-то безопасности. Это ведь будет самым разумным решением, не находите? –..Да, наверное.. Нужно придумать план. Ён-Иль, поможете? – Все также холодно отвечает 456-ой. – Вы как то мельком упоминали, что до игры работали офицером. Наверняка с критическим мышлением проблем нет. –Без проблем, Господин Ки-Хун. Только.. Дайте мне минуту – Говоря это Хван ещё раз хлопает своего собеседника по плечу, прежде чем развернуться и направиться в сторону кроватей, стоящих слева. Ин-Хо как можно быстрее отходит от толпы игроков, решивших пойти против системы, так сказать. В один момент останавливается, медленно поворачивая голову в их сторону, начиная рассматривать лицо каждого - большинство такие уверенные, держащие в руках тяжёлые пулемёты и автоматы. Но все же некоторые из них имеют такой взгляд, как будто впервые держат оружие в руках. Ну, зато шанс, что они смогут вынести хотя бы большинство солдатов, будет минимален. Закончив стоять как истукан посреди общежития он продолжает шагать туда, куда и направлялся. К Се-Чан. Мужчина быстро доходит до девушки, все так же сидящей у стены, смотря куда то в сторону. Увидев на горизонте 001-ого её взгляд поднимается. –Ты в порядке? – Сев на корточки перед девушкой спрашивает Хван, приподнимая одну бровь. –Да. Вполне. – Спокойно отвечает 444-ая, что на неё не слишком похоже: она обычно.. Энергичнее. –..Мне надо с господином Ки-Хуном и остальными кое-что обсудить, ты.. –Зачем вы отчитываетесь передо мной? – Перебивает Кан. На это «зачем вы отчитываетесь?» у 001-ого дёргается глаз. Но он молчит. –Я не отчитываюсь, а просто говорю, где я буду все это время. Ну.. – Мужчина замолкает, пытаясь подобрать слова. –..Чтобы ты не волновалась? 444-ая молчит, отводя взгляд в сторону. На этот жест Ин-Хо медленно встаёт с корточек и уходит к Сону и остальным. Он же пообещал прийти и обсудить план... Но ещё он пообещал быть с Се-Чан.

***

—Господин Ки-Хун, я иду на восстание с вами. Дайте мне лишнее оружие. – Быстрым шагом подходя к 456-ому говорит Хван. —Но вы же говорили, что.. —Я решил, что раз мы столькое прошли вместе, я не могу бросить вас. Уверен, вы удачно справитесь и без меня, но.. Лишних помощников ведь не бывает? – Уверенно отвечает 001-ый, ухмыльнувшись приятелю краем губ. —Ну, да. Держите, Ён-Иль. – Передавая мужчине лишний автомат, который удачно остался у них. – Так что на счёт плана? – Спрашивает Сон, наклонив голову. —Да, точно.. План. – Выдыхает Ин-Хо, переведя взгляд в потолок, как будто ища там что-то. – План будет таков...

***

Ки-Хун, стоя на коленях и держа руки за головой, задумался: где его план дал трещину? Всё было продумано до мелочей.. Да чёрт, даже та девушка под номером 120 додумалась пускать пулю в камеру, чтобы персоналу не было видно, где они движутся.. Из-за него многие умерли. Он уже сам жалел, что придумал эту затею с восстанием.. —Игрок 456, – Прерывает от мыслей стеклянный, монотонный голос ведущего этих кровавых игр. – Вам понравилась ваша маленькая игра в героя? Сон смотрит на фронтмена из под прикрытых век с явной ненавистью к тому, кто прячется за маской. Даже если он не знает, кто за ней. Даже если он не знает, что за ней тот, кого минуту назад мысленно оплакивал. Ки-Хун был уже морально готов принять пулю в лоб, понимая, что живым его вряд ли оставят. Он зажмуривается, слыша выстрел. Но стреляют не в него.. А в Джон-Бэ. –..Ки-Хун. – Последнее, что говорит 390-ый, перед тем как безжизненно упасть на спину. В глазах темнеет, Сона вырубают. Но почему не убивают? Разве им выгодно оставлять того, кто половину их солдат перестрелял? Они хотят, чтобы он мучался? Но.. зачем это все.

***

Все время, что шло восстание, Се-Сан сидела около Чжун-Хи на её кровати. Молча. Не разговаривая, но перекидываясь взглядами. Пока Кан не прерывает молчание. –Я не знаю, почему тогда нагрубила Ён-Илю.. Возможно, сейчас он бы был тут, если не я.. – Честно говорит 444-ая, опуская взгляд. –..Нагрубила? – Непонимающе переспрашивает 222-ая. – В смысле он бы был тут? Он.. обещал тебе не идти? –Да. Я просила его остаться со мной, не идти на это восстание. Он согласился. Он пообещал. –Раз он согласился, раз пообещал.. То почему пошёл? – Поджав губы почти шепчет Ким, наклоняясь к лицу приятельницы. Се-Чан не знала ответа. Но знала, что виновата она. Девушка также не знала ответа, почему нагрубила. Ей остаётся лишь отрицательно качать головой вправо-влево. –А зачем ты ему нагрубила? Пойми, я не обвиняю тебя, но.. Всё же я не понимаю. – Тон звучал грубо, и Ким это поняла только после того, как сказала. Но оправдаться вряд ли бы получилось. Да и на подобные мелочи, как грубый, словно обвиняющий тон, 444-ая не обращала внимания - и без этого знала и чувствовала себя виноватой. Кан вновь отрицательно качает головой, всё также смотря куда-то вниз. –..Нервы могут сдать у всех, Се-Чан. Не вини себя, прошу. – Успокаивающе шепчет 222-ая, после чего, немного колебаясь, прикасается ладонью к плечу приятельницы, выражая поддержку. – Они ещё все вернутся живыми, вот увидишь. Не стоит хоронить людей раньше времени. Вон, видишь? Дэ-Хо сидит, а около него госпожа Хён-Джу. Он живой, она живая. Господин Ки-Хун, Ён-Иль и Джон-Бэ тоже вернутся живыми и невредимыми. После этих слов повисает трудное молчание. Се-Чан с горечью смотрит в глаза 222-ой, словно ища подвоха. Ища обмана. Ища неискренности. Но, не увидев ничего из вышеперечисленного, девушка тяжело вздыхает, чувствуя, как в груди не хватает воздуха. –..Спасибо, Чжун-Хи. Спасибо за поддержку. – Чуть дрожащим голосом шепчет 444-ая. –Я поддерживаю тебя так, как когда-то поддержала меня ты. Спасибо тебе. – После этих слов Ким неуверенно протягивает руки к Кан для объятий. Наверное это то, что сейчас нужно было обеим.

***

За всем происходящим сейчас в общежитии наблюдал по камерам Ин-Хо, как обычно попивая виски. Смотрел, как обеспокоенные игроки ходили кругами, словно ждали кого-то. Как сидели на кроватях, прижимая колени к подбородку. Как заметно тряслись, смотря в потолок. Правда с животным страхом в глазах сейчас были не все. Кружочки как были, так и остались - сидели себе компашками, что-то обсуждали, даже громко смеялись. Взгляд из под прикрытых век устремился на двух игроков, которые тоже пошли на восстание, но удачно вернулись обратно. 120-ая сидела около 388-ого, пока тот трясся как листочек на ветру.. Ну, из его бывшей "команды" так трясся не только он - карие, как горький шоколад глаза устремились на спину Се-Чан. Даже со спины, смотря на то, как она трясется и обнимается.. А с кем это она обнимается вообще? Мужчина встаёт со своего кожаного кресла, ставит стакан с виски на ровную поверхность и, подходя ближе к огромному экрану, словно пытается вглядеться, в кого это так отчаянно вжимается 444-ая. Лица совершенно не видно, что слегка взбесило Хвана, хоть он и сам не понимал, от чего ему вообще это интересно. Звучит стук по двери, словно спрашивающий, можно ли войти. Тихий, но в одно же время словно кричащий. –Войдите, кто бы там не был. – Быстро садясь обратно в кресло громко произносит Хван, надевая свою чёрную маску и натягивая капюшон. В кабинет медленно заходит один из охранников, закрывая за собой двери. Немного кланиться в знак некого уважения, прежде чем заговорить. –Господин, мы вырубили игрока 456. Вы не дали дальнейших указаний, что делать с ним, кроме того, чтобы мы не убивали его.. – Подаёт голос солдат, стоя в дверях. –Положите его в гроб и вынесите в общежитие. – Даже не поворачиваясь в сторону своего подчинённого говорит он, будто был запрограммирован только на холодные и расчётливые ответы. Спустя мгновение кабинет снова стал пуст. В принципе, как обычно, так что Ин-Хо не привыкать.

***

Механические двери в общежитие открываются и оттуда выходят охранники в масках, неся с собой.. Гроб? Все игроки ошеломленно выходят из темных углов, встают с кроватей, полов, прекращают разговоры и неуместные шуточки. 444-ая прекращает обниматься с Чжун-Хи. Они обе медленно встают с кровати, подходя вместе с Хён-Джу, Ён-Сиком и его мамой, 149-ой к этому гробу. 120-ая, немного колебаясь, садится на корточки, открывая гроб и с ужасом заглядывая внутрь - там был.. Игрок 456?! –..Он мёртв? – Встревоженно спрашивает бабулька. –Нет, он жив. – Проверив пульс отвечает Хён-Джу. – Помоги мне, скорее. Перенесём его на кровать! – Продолжает девушка, обращаясь к 007-ому. Всё же еле-еле перетащив тело мужчины на его кровать они остаются стоять около него, как будто ожидая, что тот очнётся. Хотя это дело времени - он может очнуться через 5 минут или через 5 часов. На удивление не проходит и 10 минут, как веки Сона приоткрываются. Все, кто стоял около него как охрана, выдыхают. –Господин? Слава богу, что вы живы.. – Говорит Гым-Джа, помогая Ки-Хуну привстать. –Как себя чувствуете? – Словно просто ради приличия задаёт вопрос Ён-Сик. Но все вопросы, как ни странно, игнорируются. 456-ой полностью встаёт с кровати, оглядываясь на шептающихся между собой игроков, смотрящих прямо на него. Да что там смотрящих - они пялят на него в упор, чуть ли не пальцем тыкая. –..Где все остальные? – Первое, что спрашивает Ки-Хун, только что очнувшись. 120-ая отрицательно качает головой, что может значит только одно. И все это понимают. –Джон-Бэ жив? – Спрашивает Хён-Джу, надеясь на ответ «да», хотя это не точно маловероятно, такого не может быть. Мужчина молчит, отводя взгляд. В мыслях всплывают горькие воспоминания, обжигающие душу. –..Господин Ки-Хун, – Тихо подаёт голос 444-ая, подходя чуть ближе к 456-ому. – Ён-Иль.. Жив? – С надеждой в голосе спрашивает девушка, уже зная ответ. Молчание. Молчание – знак согласия. Кто ж знал, что после этого всего - восстания, смерти одного близкого друга и приятеля, обвинений, нападок, Сон только и будет, что молчать. Чжун-Хи, после многозначительного молчания Ки-Хуна, переводит взгляд на Се-Чан. Видит как та, поджимая губы, отводит взгляд в сторону. Молчит, но одновременно поддерживает. Только своим присутствием. Только своим лёгким прикасанием к плечу приятельницы, пока та, как каменная статуя, смотрит в одну точку.

***

Увидеть реакцию игроков на гроб, в котором лежит 456-ой, Ин-Хо ждал с нетерпением. Как только его заносят в общежитие - рефлекторно встаёт со своего кресла. Со зрением у него, конечно, все в порядке, но мужчине до сих пор был интересно, с кем обнимается Се-Чан. Он подходит к огромному экрану чуть ли не впритык, смотря даже не на то, как неаккуратно и лениво заносят гроб, а на то, с кем обнимается Кан. Как только обнимашки прекращаются, Хван наконец замечает, кто это был.. Чжун-Хи. Девушка под номером 222, которая хорошо ладит с Се-Чан. –..Фух. – Выдыхает Ин-Хо, отходя от экрана и садясь обратно к себе в кресло. На секунду он поймал себя на мысли, с чего ему стало вообще интересно, с кем там обнимается 444-ая.. Но мужчина быстро отнекивается от своих же вопросов в голове.