Следы на песке

      Предрассветный Питер тонул в серебре морозного тумана. Снег падал крупными хлопьями, засыпая крыши и мостовые, превращая город в сказочное царство. Осторожно выбравшись из кольца рук Сергея, Катя подошла к окну обхватив себя руками, словно пытаясь согреться не только от холода, но и от воспоминаний прошедшей ночи. Мысли путались, обрывками возвращая ее в тот вечер. Ей казалось, что липкие, мерзкие руки Костета по-прежнему покрывают ее кожу, что даже горячая вода не смогла смыть этот след.       Сергей проснулся, почувствовав холод пустого места рядом. Он увидел ее у окна - такую хрупкую, потерянную. Поднявшись, он подошел тихо, осторожно, будто боялся спугнуть. Протянул руку, но в последний момент Катя отстранилась. - Катенок, ты чего? - в его голосе звучала тревога. Она сглотнула, не решаясь смотреть ему в глаза. Пальцы сжали край пижамы. - Не надо… Тебе неприятно… - дрожащим голосом ответила Катя, вглядываясь в заснеженное утро. Сергей замер, глядя на нее. В груди все сжалось от боли. Как ей даже в голову могла прийти такая мысль? Он осторожно обхватил ее ладонь своими теплыми пальцами, заставляя посмотреть на него. - Катя… - он говорил тихо, но в его голосе звучала непоколебимая уверенность. - Мне никогда не будет неприятно касаться тебя. Никогда. - он мягко погладил ее пальцы, словно стараясь согреть ее холодные мысли. - Ты для меня - самое дорогое. И мне больно от того, что ты так думаешь. Но еще больнее от того, что я вижу как ты себя терзаешь. Она вздрогнула, но не отодвинулась. В глазах плескалась растерянность, страх. Он чувствовал, что она балансирует на грани. - Но я… - она сделала резкий вдох, но он не дал ей договорить. Сергей мягко, но настойчиво обнял ее, прижал к себе. Не позволяя вырваться, не позволяя отстраниться. - Нет. Никаких "но". - его голос был твердым, но теплым. - Я люблю тебя. Ты моя. И я буду повторять это до тех пор, пока ты снова не поверишь в это. Катя дрогнула, словно последние осколки недоверия рухнули. Она уткнулась лбом ему в грудь, сжала ткань его рубашки в пальцах и крепко закрыла глаза. Медленно, но впервые за долгое время почувствовала, что она в безопасности. - Маленькая моя. - тихо прошептал Сергей, сильнее прижимая ее к себе.       Успокаиваясь в объятиях Сергея, Катя не сразу осознала, что именно ее так тянет к зеркалу. Повернув голову, она увидела свое отражение - чужое, измученное лицо, на котором застыл след боли. Синяки, ссадины, впавшие от усталости и слез глаза. Это не могла быть она. Она сделала шаг вперед и, словно в трансе, провела пальцами по своей щеке, коснулась разбитой губы. Ее дыхание сбилось. Губы задрожали. Она схватила с камода статуэтку и замахнулась ею в зеркало. - Тшш-тшш-тшш-тшш. - Богатов перехватил ее руку. - Не нужно этого делать. - Ты сказал, что любишь меня? Как это можно любить? - ее голос прозвучал хрипло, почти безжизненно. Сергей подходит ближе, забирает из ее рук статуэтку и кладет руки ей на плечи, но Катя тут же отстраняется словно от ожога, и отступает на шаг. В груди у него сжимается тугой узел. - Катенок … - он делает осторожное движение вперед, но она снова отстраняется. - Я... не могу. - ее взгляд дрожит, в нем страх и стыд. Он тихо вздыхает, осознавая, насколько глубоки раны, которые не видны глазам. - Можно. И знаешь почему? - подходя ближе спросил Богатов. - Почему? - сквозь слезы спросила Катя. - Потому что я не вижу, ни синяков, ни ссадин. - он говорит спокойно, давая ей пространство. - Вместо этого я вижу - Катю. Свою упрямую, сильную, любимую Катю. Она сжимает губы, опуская голову. - Но я... я не такая... как раньше... - Ты всегда будешь для меня той самой Катей. Моей Катей.       Он делает еще один шаг вперед, но не касается ее. Только смотрит, выжидая. Катя сглатывает, словно борется с собой. Ее плечи дрожат, но в какой-то момент она чуть подается вперед, будто делает шаг в его сторону… но тут же отстраняется. Сергей сжимает кулаки, подавляя боль. Он хочет обнять ее, но понимает - сейчас нельзя давить. - Я подожду. - мягко говорит он. - Столько, сколько потребуется. Катя шмыгает носом, утирая слезы. - Прости… - Мне не за что, тебя прощать. - его голос твердый, но нежный. Она молчит, а потом вдруг выдыхает: - Можно... можно я просто посижу рядом? Сергей кивает, медленно садится на край кровати. Катя осторожно подходит и садится рядом, но не касаясь его. Только близость его присутствия заставляет ее чувствовать себя чуть теплее. Он не торопит ее. Только ждет. Катя сидела рядом, не касаясь Сергея, но ее дыхание постепенно выравнивалось, а плечи переставали дрожать. Тишина между ними не была неловкой - она была наполнена смыслом, ожиданием, заботой. Сергей не двигался, не пытался приблизиться, только время от времени бросал на неё короткие, теплые взгляды. Он знал, что любое неосторожное движение может привести к тому, что она снова замкнется. - Принести тебе что-нибудь? Чай, воду? - негромко спросил он, давая ей возможность отвлечься. Катя едва заметно качнула головой. - Я...ничего не хочу. Он кивнул, принимая ее ответ. Ее пальцы сжались на ткани пижамы, взгляд снова метался, словно она искала что-то, что могло бы помочь ей найти точку опоры в этом хаосе мыслей и эмоций. - Катенок, если тебе хочется поговорить… — начал было он, но она перебила: - Я не знаю, что сказать. Она вздохнула и подняла на него взгляд, в котором смешались страх, боль и надежда. - Мне кажется, что я... что я больше не та. - призналась она почти шепотом. Сергей нахмурился, но не перебивал, позволяя ей выговориться. - Все это… Я не могу это выбросить из головы. - она опустила глаза, пальцы судорожно сжались. - Я смотрю на себя и... мне кажется, что ты... - Что я что? - осторожно спросил он. Она сглотнула, прежде чем прошептать: - Что ты... все что ты говоришь... это не правда. И... на самом деле тебе не приятно смотреть на меня, дотрагиваться до меня. Сергей тихо выдохнул. Теперь он не стал ждать. Осторожно, медленно, он взял ее руку в свою. - Скажи мне, я хоть раз дал тебе повод так думать? Она покачала головой, но неуверенно. - В таком случае, я хочу чтобы ты запомнила одну вещь. - его голос был твердым, но теплым. - Я люблю тебя. Ни синяки, ни шрамы, а тебя. И мне неважно, что я увижу, когда посмотрю на твое отражение в зеркале. Для меня ты остаешься той же Катей, своенравной и безумно красивой. Той Катей, в которую я влюбился. Она сжала губы, слезы навернулись на глаза. - Но я... - Тшшш... - он слегка сжал ее пальцы. - Все пройдет, слышишь? Это тяжело, но ты не одна. Я рядом. Катя глубоко вдохнула, затем медленно выдохнула. Она не ответила, но впервые за все это время не отдернула руку. Сергей понял: это маленький шаг, к безграничному доверию.       Время неумолимо бежало вперед и вот уже 9 утра. Зимний Петербург постепенно вырывался из объятий ночи. Городской трафик начинал набирать обороты, по заснеженным улицам ползли вереницы автомобилей, оставляя за собой шлейфы выхлопных газов. На Невском проспекте, несмотря на мороз, уже кипела жизнь: спешили на работу пешеходы, звякали трамваи, разносились громкие объявления из мегафонов. Витрины магазинов, украшенные новогодними гирляндами, манили ярким светом. В воздухе чувствовалась предновогодняя суета и ожидание праздника. Сквозь приоткрытое окно просачился тонкий, манящий запах сдобы, словно сотканный из ванили, корицы и тепла. Этот дразнящий аромат свежей выпечки донесся из ближайшей булочной, недавно открывшейся на первом этаже их дома. В животе нетерпеливо заурчало, и Катя вдруг остро почувствовала, что хочет есть. Захотелось оторвать кусок румяного пирога, запить его горячим чаем и на мгновение забыть обо всем. - Сереж...я есть хочу. - тихо сказала Катя. - Хорошо. Сейчас что-нибудь придумаю. - коснувшись губами ее виска прошептал Сергей.       Сергей возился на кухне, стараясь сделать что-то особенное. Он знал, что Катя ничего не ела с того злополучного вечера, а значит, ей нужно что-то легкое, но вкусное. Он выбрал омлет с сыром и тосты с авокадо - простое, но уютное блюдо, которое точно не вызовет у нее отторжения. Катя сначала сидела на кровати, скрестив ноги, но тишина спальни давила. Она подождала еще несколько минут, потом поднялась, подошла к двери, замерла. Ее пальцы слегка коснулись деревянной поверхности, но она не решилась толкнуть дверь сразу. Глубоко вдохнув, она все же вышла и направилась к кухне. Остановившись в дверном проеме, Катя увидела, как Сергей стоял у плиты, слегка нахмурившись от сосредоточенности. Время от времени он что-то пробовал, поправлял, перекладывал. Его движения были уверенными, спокойными. Она смотрела на него, и в груди разлилось странное тепло. Он просто готовил ей завтрак. Но именно в этой простоте была вся его забота, вся его любовь. Она не была уверена, что готова. Но сделала шаг. Потом еще один. Подошла ближе.       Осторожно, с затаенным страхом, словно боялась, что он отстранится или замрет в неловкости, она обняла его со спины. Сергей почувствовал, как ее руки робко легли ему на талию. Он замер всего на долю секунды, но потом медленно прикрыл глаза и накрыл ее ладони своими. Катя прижалась лбом к его спине. - Спасибо. - едва слышно прошептала она. Ее голос был слабым, но искренним. Сергей не ответил словами. Он просто сжал ее руки чуть крепче, передавая ей свое тепло. Это было не просто прикосновение. Это был шаг вперед. Ее шаг. Спустя пару минут завтрак был готов. - Все готово. - поставив на стол тарелки, погладив ее по волосам, сказал Сергей. - Спасибо. Ммххх... - она прошла к столу слегка поморщившись от боли. - Аккуратно. - придержав ее за талию сказал Сергей. Она улыбнулась, села и попыталась укусить тост, но сразу же поморщилась. Губы саднило, а засохшие ссадины болезненно затрепетали, чувствуя даже легкое прикосновение еды. Она провела языком по нижней губе, и на вкус ощутила слабую металлическую нотку - кровь. Сергей заметил, как она едва заметно вздрогнула и отложила тост. - Больно? - его голос был мягким, но в глазах мелькнуло беспокойство. Катя кивнула, слегка прикасаясь пальцами к губе. Сергей на мгновение задумался, затем протянул руку, осторожно коснувшись ее подбородка. - Позволишь? Она взглянула на него с некоторым удивлением, но кивнула. Сергей сел ближе, взял вилку и аккуратно разрезал омлет и тост на маленькие кусочки. Затем поднес один к ее губам. - Давай Катенок, открывай рот. Только потихоньку. Катя послушалась, позволив ему осторожно положить кусочек ей на язык. Она старалась не двигать губами слишком сильно, чтобы не причинять себе боль. Сергей терпеливо ждал, наблюдая за каждым ее движением. - Так лучше? Она молча кивнула, и он с легкой улыбкой снова поднес к ее губам новый кусочек. Катя не могла понять, почему именно этот момент так глубоко проникал ей в душу. Может, потому что в этом было столько заботы, столько нежности, что ее сердце болезненно сжалось. Она почувствовала, как на глаза снова наворачиваются слезы. Но на этот раз это были другие слезы. Сергей заметил их, но ничего не сказал. Просто продолжил кормить ее, будто ничего не происходило. Будто все было как всегда. Будто все было… нормально. - Мм, Сереж ты сам ешь, а то мне даже стыдно. - проглатив кусок омлета, сказала Хатти. - Хорошо. - с улыбкой ответил Отец и укусил свой тост. - Вот видишь? Я тоже ем. Она слабо улыбнулась, когда заметила кусочек авокадо в уголке его губ и машинально потянулась, чтобы его убрать.       Когда ее пальцы на мгновение коснулись его губ, Катя затаила дыхание. Это было импульсивное движение, почти неосознанное. Но как только она поняла, что сделала, страх мгновенно вернулся. Она резко убрала руку, ее глаза расширились, а сердце заколотилось в груди. Сергей видел это. Видел, как тень паники пробежала по ее лицу, как она снова хотела отстраниться, снова уйти в себя. Но он не позволил. Медленно, без резких движений, он протянул руку и осторожно коснулся ее щеки. Теплыми пальцами провел по ее коже, успокаивающе, нежно. - Успокойся, не бойся. - его голос был низким и мягким, как шепот, как обещание. Он бережно притянул ее ближе, давая время привыкнуть, позволяя самой решить, хочет ли она этого. Катя смотрела на него, изучая взглядом его голубые глаза, в которых не было ни капли давления, ни намека на торопливость. Только терпение и безграничная забота. Она сглотнула, нерешительно облизнула губы. И в следующую секунду он осторожно, почти невесомо, коснулся их своими. Тепло. Мягко. Нежно. Этот поцелуй не был требовательным. Не был жадным. Он был полон любви и бесконечного терпения. Катя замерла, чувствуя, как его губы едва заметно двигаются, как он не торопит ее, не настаивает, просто ждет. И она… Она вдруг поняла, что не боится. Что в этот момент, в его руках, в его поцелуе, она чувствует себя не сломленной, а любимой.       Медленно, осторожно, она ответила. Сергей слабо выдохнул, чувствуя, как напряжение покидает ее тело. Он крепче сжал ее талию, углубляя поцелуй, но по-прежнему не нарушая этого хрупкого, едва установившегося доверия. Катя дрожала. Но это была не паника. Это было что-то другое. Что-то, что грело ее сердце. Что-то… настоящее. Катя, словно преодолевая внутренний барьер, осторожно поднялась и, двигаясь медленно и неуверенно, села к нему на колени. Ее руки нерешительно легли на его плечи, а затем, будто набираясь смелости, она обняла его, прижимаясь ближе. Сергей почувствовал, как ее тело дрожит. Не от холода, а от нахлынувших воспоминаний. - Мне было страшно. - ее голос прозвучал глухо, почти шепотом, но в этой тишине каждое слово отдавалось эхом. Сергей не стал перебивать, не стал торопить. Он просто крепче сжал ее в объятиях, давая понять, что рядом. Хатти глубоко вдохнула, словно собираясь с силами. - Когда он начал наступать на меня… - она сжала пальцы на его рубашке, словно боялась, что ее опять затянет в тот ужас, в ту беспомощность. - В тот момент я… я будто снова стала той маленькой девочкой, которая не могла постоять за себя. Ее голос дрогнул, но она продолжила: - А потом он повалил меня… и начал бить. И я поняла… что это конец. Сергей почувствовал, как ее дыхание сбилось, а тонкие пальцы вцепились в него еще сильнее. - Я думала, что не выберусь оттуда, что он не остановится… что я просто останусь там, в этой чертовой комнате, брошенная, сломанная, никому не нужная… Она замолчала, прижимаясь лбом к его груди, словно пытаясь спрятаться от нахлынувших воспоминаний. Сергей погладил ее по спине, мягко, успокаивающе. - А потом пришел ты… - прошептала она, голосом, полным слез. - Ты был рядом. Он закрыл глаза, сдерживая злость, которая вновь поднималась внутри. Злость на того ублюдка, на себя, на этот проклятый мир, который позволил этому случиться. Но сейчас не время для гнева. - Я всегда буду рядом. - тихо сказал он, крепче прижимая ее к себе. Катя всхлипнула, вцепилась в него, как в спасательный круг. - Ты же не бросишь меня? - ее голос был наполнен страхом. Сергей отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть ей в глаза. - Конечно нет. - твердо ответил он. - Как же я могу бросить такое сокровище? - Катя всмотрелась в него, и в ее взгляде мелькнуло что-то еще. Не просто страх, а потребность в вере. Вере в то, что она действительно не одна. Она судорожно выдохнула и снова прижалась к нему, вжимаясь всем телом, впитывая его тепло. Сергей обнял ее крепче, как будто пытаясь защитить не только сейчас, но и от всего, что уже произошло. И в этот момент Катя знала - рядом с ним она в безопасности.       Воцарившееся спокойствие нарушил звонок в дверь. Катя вздрогнула, напряглась, но Сергей тут же погладил ее по спине. - Все хорошо. Я сейчас. - тихо сказал он, осторожно отрывая ее руки от своей рубашки. Она с неохотой разжала пальцы, и он аккуратно усадил ее на стул. - Я быстро. - заверил он, коснувшись ее щеки. Катя кивнула, вытирая ладонью мокрые глаза. Сергей пошел к двери, уже зная, кто там. Открыв ее, он увидел Мишу. Тот стоял, тяжело дыша, явно нервничая - Ты чего здесь делаешь? Я же сказал, что сам позвоню. - голос Богатова обрел враждебную хрипотцу. - Я хочу ее увидеть. Извиниться. - А ты уверен, что ей это нужно? - скрестив руки на груди спросил Богатов. - В смысле? - удивленно спросил Михаил. - В прямом. Она только только начала говорить и приходить в себя. - Я понимаю, но она все таки моя сестра. - Поздновато вспомнил, тебе так не кажется? - съязвил Богатов. Миша молчал. Сергей внимательно смотрел на Мишу, оценивая его состояние. Тот выглядел измотанным, с темными кругами под глазами и сжатыми кулаками. - Ладно, я спрошу. Но если она не захочет, я заставлять ее не буду. - сказал Богатов твердо. Миша кивнул, но его лицо оставалось напряженным. - Жди здесь. - Сергей развернулся и направился в кухню. Катя все так же сидела на стуле, но теперь ее взгляд был устремлен куда-то за пределы окна. - Катенок, там Миша пришел. - мягко сказал он, подходя ближе. Она вздрогнула и медленно подняла голову. В глазах отразилось замешательство, страх и… капля сомнения. - Он хочет извиниться, но только если ты готова его видеть. Если нет, то он заедет в другой день. Катя молчала несколько секунд. Затем медленно, почти неслышно выдохнула: - Пусть заходит.       Сергей внимательно посмотрел на нее, пытаясь понять, действительно ли она этого хочет, но, увидев ее решимость, коротко кивнул. Он вернулся в коридор и впустил Мишу в кухню. Мужчина шагнул внутрь и остановился, не зная, как подойти. - Привет. - хрипло произнес он. Катя сжала руки в кулаки, но подняла на него взгляд. - Привет. Миша сглотнул. Внешний вид сестры его шокировал. - Катюш, я...Прости... - выдохнул он, с трудом подбирая слова. - Если бы можно было... - Миш, не надо. Миша смотрел на нее, пытаясь понять, что скрывается за этими словами. В его взгляде было столько боли и вины, что Катя невольно отвернулась. - Что случилочь, то случилось. - ей было обидно, но ненависти к брату не было. Он ошибся, но ведь он не желал ей зла… Миша провел ладонью по лицу, тяжело выдохнул. - Я... Я правда не знал, что все так пойдет. - его голос дрогнул. - Никто не знал. - пожала плечами Катя. Сергей молча наблюдал за этим разговором, не вмешиваясь. Он видел, как напряженно сжаты его кулаки, как взгляд мечется, цепляясь за сестру. Миша сел на стул напротив нее и осторожно взял ее ладони в свои. - Как ты? Дурацкий вопрос конечно. - тихо выдохнул Шибанов. - Живая. Относительно. - тихо, но твердо ответила девушка, сжимая его руку. - Если...если тебе что-нибудь понадобится, что угодно ты сразу звони. Да и просто так, тоже звони. Ладно? - с надеждой спросил Миша. - Ладно. Между ними возникла тишина. Сергей решил, что пора вмешаться: - Катенок, я все понимаю, но тебе нужно отдохнуть. Она перевела взгляд на него и кивнула. - Да, наверное ты прав. - Я провожу. - мягко сказал он, касаясь ее плеча. Катя встала, но перед тем как уйти, еще раз посмотрела на брата: - Спасибо, что пришел. Миша молча кивнул и пошел к выходу. Дойдя до спальни, Катя вдруг остановилась и посмотрев на Мишу окликнула его: - Миша! Шибанов обернулся и замер, когда Катя вдруг шагнула к нему и обняла. Он не сразу поднял руки, словно боялся, что не заслужил этого жеста, но потом все же осторожно обнял ее в ответ. - Я не виню тебя, поэтому ты тоже не вини себя. - тихо сказала она, уткнувшись ему в плечо. - Я люблю тебя, братишка. Он судорожно выдохнул, сжав ее в объятиях чуть крепче. - Пушистик... - голос предательски дрогнул. - Прости меня. - Давно простила. - слабо улыбнулась она, отпуская его. Миша кивнул, быстро моргнул, будто прогоняя эмоции, и снова посмотрел на сестру: - Я люблю тебя, сестренка. Катя кивнула и скрылась за дверью спальни. - Ты старался как мог. - облокатившись о косяк, сказал Богатов. - Но похоже она действительно тебя простила. - Я надеюсь. Ладно увидимся. - протянув Сергею руку, выдохнул Миша. - Куда денемся. - протянув в ответ, сказал Богатов. - Звони если что, и... - И? - Береги ее. - Сберегу, не сомневайся. - выдохнул Богатов. Закрыв за Мишей дверь, Сергей вернулся к Кате.       Катя сидела на кровати, обхватив колени руками. - Все хорошо? Она посмотрела на него, в глазах все еще было что-то растерянное, уязвимое. - Как сказать... Он медленно подошел, сел рядом и обнял ее мягко прижимая к себе. - Расскажешь? - А что рассказывать? - выдохнула девушка. - Весь этот кошмар закончился, а я до сих пор глаза закрыть боюсь. - Это нормально, Катенок. - он поцеловал ее в висок. - У тебя было слишком мало времени, чтобы пережить все это. Она медленно выдохнула прикрыв глаза, а потом вдруг спросила: - А Миша ушел? - Да. - кивнул он. - Он хотел извиниться, поэтому приехал. - Ему не за что извиняться, он ведь не виноват в том, что случилось. - повторила она, но голос ее все же дрогнул. Сергей посмотрел на нее внимательно. - Ты правда так думаешь? Она кивнула. - Я не злюсь на него. Он... он всегда меня защищал. Просто в этот раз не успел. Сергей погладил ее волосы, ничего не говоря. Катя устало прикрыла глаза, уткнулась ему в плечо. - Можно, я просто... немного посижу так. - Конечно. - шепотом ответил он, крепче обнимая ее. Катя расслабилась, а он чувствовал, как ее дыхание становится ровнее, как постепенно исчезает напряжение в ее теле. Он знал - все впереди. Но сейчас главное, что она рядом.       Проходит буквально несколько мгновений и из прихожей доносится щелчок открывающегося замка. - Ээй, кто-нибудь дома? - раздался радостный детский голос. - Привет Пионер. Сергей почувствовал, как Катя напряглась в его объятиях. - Таня? - прошептала она, тревожно глядя на Сергея. - Она… Не нужно ей видеть меня такой… Богатов мягко провел рукой по ее спине. - Тш-ш, все хорошо, Катенок. Я разберусь. Он осторожно приподнял ее лицо, заглянул в глаза. - Просто посиди здесь, ладно? Я сейчас. Катя кивнула и сжала пальцы на краю одеяла, а Сергей, оставив на ее губах легкий поцелуй, вышел в прихожую.