My dark angel.

Ли Минхо — сколько же жестокости является в даном имени? Или же в человеке? Красота Ли завораживает, а слова - убивают. И не зря его сторонятся. Молодой глава мафии был известен своей жестокостью и тяжестью характера. Хан тоже был наслышан об этом человеке, но лично они никогда не встречались. "Ну и больно надо" - подумал про себя синеволосый, чища свою любимую винтовку. Самое лучшее что было в его жизни это его крошка, которую он любил и ценил. Зачем ему кто-то, если есть она? Даже имя у неё потрясающее — Хаюн. Спросите вы, кто же такой собственно этот Хан Джисон? А на этот вопрос парень засмеётся вам прямо в лицо. Ведь не знать его - это равно смерти и себе, и вашим близким. Джисон был одним из трёх лучших и востребованных наёмных убийц во всей Корее, заняв своё почётное первое место в этом топе. С жестокостью, он, наверное, сравнится с Ли Минхо. Но Минхо управляет людьми, а Хан своими руками, ловкостью и умом. Скрип старых дверей разрушает идиллию в кабинете Джисона. Тот хмурится и смотрит на вошедшего человека, а затем губы растянулись в гадкой улыбке. Глаза Хана не предвещали ничего доброго. — Кристофер, — протягивает Джисон, глядя прямо в злые глаза напротив. — Проблемы с выполнением заказа? Мужчина закрывает дверь и идёт своим тяжёлым шагом прямо к облезлому дивану. Он садится и закидывает ногу на ногу, ожидая слов Хана. — Ты серьезно взялся за Ли Минхо? — громко и довольно резко произносит Крис. Он видит, насколько Джисон наслаждается этой идеей. — Это большой, блять, риск. Ты знаешь на кого ты лезешь? Ты знаешь, что с тобой сделают, если, блять, поймают?! — Повышает голос Чан, глядя как Хан усмехается и даже теперь не смотрит на него. Как назло, старая лампочка начинает мигать, создавая атмосферу напряжения между парнями. Джисон плавно перевёл свой взгляд на Кристофера и улыбнулся, будто взялся за простого человека. — Он тоже человек. Я всего лишь подтолкну его к верному решению. — Что ты несёшь?! Ты понимаешь вообще кто это?! Что это за человек?! — срывается Чан, хватая Джисона за шкирку и швыряет того к стене с заметным хрустом чего-то. Хан даже не кривится. Ему то что? Привык. И не такое переживал на своей шкуре. — Джисон, откажись! Пусть он убьёт любого, только не тебя! — Даже Чонина? — Что? — приходит в чувства Крис, глядя на того вопросительным взглядом. — Он тут причём? — Задание поручили ему, если я откажусь, то пойдёт он. Ты знаешь правила и не суй свой нос в чужую игру. — хмурится Хан. Его уже подзаебало, что Кристофер до сих пор сомневается в его возможностях. Такой уж этот Крис. Хочется плюнуть ему в лицо, но дружба слишком крепкая, да и мужчина этого не оценит. — Я всего лишь поиграю. Если он умрёт - то только от моих рук. Любил ли Джисон человека которого даже не видел? Абсолютно точно нет. Он восхищался ним. Минхо был его музой и вдохновением, придумывая новые и более жестокие способы убийства своих жертв во имя этого загадочного человека, которого практически никто не видел. Вроде, он есть, а вроде его и нет. Странный тип, но импонировал Джисону. — Не жертвуй Чонином. Он этого не заслужил и ты это знаешь. — прочищает горло Хан и смотрит на бумаги, которые стояли на его столе. Выцвевшие стены создавали очень странное ощущение опасности для всех прихожих в этот маленький, но комфортный уголок Джисона. Наконец поднявшись и оставив винтовку в покое, Джисон направляется к столу, бегло читая и знакомясь с деталями. Сегодня отправная точка. Он взялся за это и закончит то, что начал. Хан не бросает слова на ветер. Это знает каждый. Но не каждый может смириться с его жестокостью. Поэтому, Чан уходит, громко хлопнув дверью. Это поведение вызвало у Джисона смешок. Уж больно он нежный для этой стороны мира. Смешной и забавный Кристофер.   *** Неоновая вывеска клуба так и приглашала к себе. Джисон стоял в полупрозрачной кофте, которая давала очертания его фигуры. С низом одежды парень решил не париться, и выбрал темные штаны, с высокой посадкой, позволяя увидеть его талию и чудесные бёдра младшего. Со входом, юноша направляется внутрь клуба, где его сразу же встречает терпкий запах алкоголя и потных тел. Как же он, блять, ненавидит такие места. Притон, ей богу. Заходя внутрь, Хан не особо разглядывал интерьер, сразу же ища глазами свою игрушку для игры. Был ли он безумен? Безусловно. Он делает это не из-за денег, а из-за собственного удовольствия. Вальяжной походкой парень подходит к барной стойке и заказывает выпить, а затем бармен кивком показывает ему куда идти. И он, хмыкая ищет взглядом и натыкается на него. Мужчина выглядел просто, блять, пиздец каким горячим. Полный идеал Хана. Широкие плечи, большие ляжки, высокий рост и, боже блять, бёдра. Джисон подавляет в себе животный интерес к этому человеку и облизывает губы, слизывая капли алкоголя, сразу же направляясь к мужчине. Может, немного поиграться с другие игры с ним перед его смертью? Кто знает. — Здравствуйте, не против выпить со мной? — улыбаясь подходит Хан, смотря в тёмные глаза омуты, в которых, кажется, можно тонуть. Мужчина смотрит глубоко, прямо в душу. Это не пугает, а только разогревает интерес Джисона. Взгляд был насколько проницательным, что, кажется, каждая часть парня ликовала, что он смотрит именно на него, а не на кого-то другого. — Сколько тебе лет, сладкий? — хмыкает Минхо и отпивает свой виски со льдом. Шатен, кажется, что-то замышляет. Но ничего, Хан с удовольствием поиграет в эти игры. — Вам так нужен мой возраст? — улыбается Джисон, облизывая свои губы. До чёртиков этот мужчина был красивым. — А ты дерзок. — толкается языком в щеку Ли, хмыкая. — восемнадцать-то есть? — глаза так и прожигали. Хан чувствовал это всем телом и душой. Всё кричало "Беги, это не стоит того!" но тёмный омут Минхо только то что и делал, так втягивал его к себе. На дно. Где Джисону и место. — Мне, может, тебе паспорт показать? — улыбается Хан, всё это его жутко заводило. Да и колкостью на колкость этот мужчина отвечает, что радовало куда больше, чем всё остальное. — Было бы славно — прочищает горло мужчина. — Bésame el trasero.       — ¿Aquí? — хмыкает Ли, видя замешательство на лице Хана. Да Хан сам в шоке, что этот мужчина знал испанский. Жутко интересный. Да и жалко терять такой экспонат. Джисон, выпив свой коктейль, разочарованно смотрит на пустой бокал, и хмыкает. — Был рад с тобой познакомиться, но, к сожалению, должен удалиться. Надеюсь, мы ещё встретится — "а мы обязательно встретимся" - мысленно добавляет Хан, хмыкая. Юноша разворачивается и идёт в сторону выхода, не забыв заплатить за напиток. А Минхо сидел и смотрел вслед юноша, хмыкая про себя. До ужаса интересный. И смешной. *** Утро для Джисона вышло не самым лучшим. Накатывающая тошнота то подходила, то с новой силой поступала к горлу. "Твою мать, Джисон. Кто же напивается в щи, как ты?" — мысленно ругал себя Хан, сворачиваясь от боли. Покрутившись так ещё несколько минут, синеволосый вздыхает, вставая с кровати. В голове было пусто. Тошно. Юноша устало поплелся в ванную. Закончив со всеми утренними процедурами, Хан пошёл (пополз) на кухню. Сегодня у него отдых. Да, он сам так решил. И что, что с него шкуру сдерут потом? Это проблемы будущего Хан Джисона. Кухня юноши была безупречной - модерн, как никак. Чёрный цвет прекрасно гарантировал с деревом, которое Хан тщательно подбирал. Не зря же он пахал как проклятый, зарабатывая на жизнь всеми любыми способами, которые только дошли до его рук. Включив чайник, он устало прикрыл глаза, запрыгивая на столешницу. Парень хмыкает своим мыслям и спрыгивая, достаёт кружку и пакетик чая. Кофе он ещё успеет выпить, вся ночь впереди. Хан устало потягивается и идёт в сторону своей комнаты. Спальня встречает его тёмными оттенками, красной, приглушрнной светодиодной лентой, задернутыми черными шторами, чтобы свет не попал в его берлогу, и включенным компьютером на котором виднелось какое-то сообщение. jeo.in: "Слышал, ты отпустил жертву одного. Он ещё жив. Понравился?" Хан хмыкает, Чонин как всегда в своём репертуаре.

Вы:

"А тебе бы только всё рассказать. Да, он горяч, но деньги куда важнее этого дерьма."

Ответа не последовало. Прикрыв глаза, Хан вздыхает, прикусывая губу. Мысли слишком перегружены, в голове один образ - Ли Минхо. Будь проклят день, когда он заглянул внутрь этих глаз. Каждое движение в собственной квартире было ему чуждо, будто не его квартира, не его собственность, не его отдушина. На улице заметно потемнело - будет дождь. До белизны пальцев Джисон сжимает край стола, чувствуя как глаза щипает. Неприятный осадок. "Соберись, тряпка" — кричал ему голос внутри себя. Минхо всего лишь часть работы, ничего в нём нет. Он отдавал отчёт, но система, его собственный мир внутри себя начал медленно рушится, словно код, в котором не хватало чего-то. Почему Минхо так засел ему в голову? Из-за лица? Тела? Когда это, блять, закончится? Программирование было отдушиной Джисона. Его маленьким ребёнком, его миром и прекрасной реальностью, в которой парень готов утопать всегда. Ведь это его мир. И только его. Но сегодня даже код был чуждым. С каждой строкой он всё больше ощущал, как его внимание начинает расползаться, теряться в мыслях о Минхо. Это было чуждо ему — думать о нём, как о чём-то важном. Ведь это не было частью его мира, не было частью его контроля, но всё равно... Минхо цеплял его мысли, будто тянул за собой, в какую-то пропасть, откуда нет возврата. Худощавые пальцы стучат по клавиатуре, а глаза проверяют код, в котором не было ни единой ошибки. Код был сложным, да, но Джисон знался в этом. Мир в котором Хан жил и радовался каждому достижению. Юноша писал новую строчку кода, не обращая внимая на тревожное чувство внутри, которое так и теплилась со вчерашнего вечера. Джисон прикусил губу, почти что до крови, чувствуя металлический вкус крови на языке. Горькость собственной крови только добавляла ощущения что его никто не полюбит. Да и зачем ему это? Отгоняя все мысли, Хан с энтузиазмом писал код. Но, несмотря на весь его энтузиазм, несмотря на то, что код был идеальным, не было ощущения завершенности. В его голове всё больше звучал не его голос, а чей-то другой — Минхо, и его глаза, его взгляд, который он не мог выкинуть из головы. Это было как ошибка в коде, которую он не мог найти, как что-то, что разрушает его систему изнутри. Программирование. Он любил это дело. Это его всё. Никакой, чёрт возьми, Минхо не переступит порог его навеки закрытого сердца. Никакого.. Ли Минхо? Раздражённость внутри просто вскипела до невозможности. Хан с криком выходит с комнаты, беря руками пачку сигарет и выходит на балкон, сразу же вдыхая едкий дым себе в лёгкие, дабы успокоиться. Этот Ли Минхо действует на нервы, и не только на них. Сукин сын. "Тряпка. Давай, убей его!" — голос внутри кричал, Джисон устало садится на пол балкона, тяжело дыша. Ещё один день в ненависти к себе. Ещё одна ночь с мыслями о Ли Минхо. Хан выкинул сигарету с рук, забегая на кухню, разбивая чашку с остывшим чаем, который теплился на дне кружки. Он тяжело дышал. Как справиться с этим чувством, которое возникло как никогда не в то время, и не к тому человеку? Он не знал, как. Это было... неправильным. Всё, что он знал, это что Минхо — это его враг. Это его цель. Это его работа. Но почему-то... это больше не чувствовалось как работа. Это стало чем-то личным. И это пугает.