сломана, сломана, бесконечно сломана

его учили с самого начала: он мужчина, он не должен плакать, он не должен выражать свои эмоции. он должен быть сильным, чуть ли не жестоким, он должен уметь пресекать любые протесты, он должен до скрипа в зубах терпеть все, он должен оправдать надежды близких ему людей. он должен, всегда должен. семейная жизнь должна быть строго регламентирована, распорядок дня должен быть четким, распланированным до мелочей. все должно быть на своих местах, все должно быть идеально. всегда. иногда он задавался вопросом, почему в его жизни так много слов «должен», «обязан», но со временем он начал откладывать все сомнения на дальнюю полку своего сознания. мальчик, рожденный на свет с улыбкой и желанием познавать мир, был задавлен и безжалостно вытеснен бесчувственным воспитанием его родителей. в его душе остался лишь прах былой радости, в глазах потух огонь, который дарит жизнь, взгляд потускнел. обычный прохожий не смог бы усмотреть в уверенной походке мужчины и самодовольной улыбке пустоту души. от него не осталось ничего, только раздражение, волнами исходящее из его сердца. он не плакал никогда. даже когда его родители умерли, когда от него отвернулись со временем все его друзья, когда его собака попала на его глазах под машину, когда его уже в который раз уволили с работы. черная дыра в нем расползалась все больше, агрессия все чаще омрачала его беспросветные будни. на его стороне не осталось никого, все устали терпеть его характер. только раз по его уже немолодому лицу скатилась соленая слезинка. именно в тот день он почувствовал, что раскололся еще больше. это случилось в момент, когда такой же безразличный ко всему, как и он сам, доктор сообщил ему о дегенеративном заболевании, которое прогрессировало ежедневно.