Вспомнить

Сегодня было тихо. Ветер лишь слегка трепал волосы и белоснежные перья, будто бы их лаская, пока взгляд Нео был устремлëн в яму внизу. Это единственное место, что выделялось своей бесконечной шумностью: шестерëнки скрипели не переставая, мерное тиканье компораторов и раздатчиков, бурление лавы, всë создавало просто чудесную симфонию, которую архангел был готов слушать до скончания времён. Однако в этот момент даже здесь стояла умиротворяющая тишина. Было ещë совсем раннее утро, в это время все ещë крепко спали, и лишь божьему созданию сон был совершенно ни к чему. Пусть он и пытался имитировать его ради других, но это никогда не приносило ему никакой пользы. Где-то в самом низу базы мелькнула тень, и Нео замер, затаив дыхание и начиная пристально вглядываться в человека. Зак только проснулся, как обычно ни свет ни заря, но уже начинал в чëм-то копошиться. Столь незначительные звуки не доходили до места где сидел Нео, однако это не мешало ему мысленно воспроизводить их. Сейчас наверное звенят железо и медь, потом механик глухо ругается, потому что снова что-то задел, слегка поцараповшись, а после как ни в чем не бывало продолжает работать. –Зак, что ты делаешь?–Нео неспеша подходит сзади, заглядывая другому архангелу через плечо. Синие глаза с интересом сверкают, следя за тем, как ловко чужие руки управляются с причудливыми болтами и как по небольшим прозрачным трубка сверкающе течëт совсем малый кусочек небесных сил. Заквиэль не поворачивается, продолжает усердно работать над своей разработкой, но лишь слегка вздрагивает, случайно задевая палец об острый край какого-то сверкающего металла и недовольно корчится.– Нео, ну я же просил предупреждать! – небесное создание быстро поворачивается к пришедшему, строя весьма раздражëнное выражение лица. Нео лишь усмехается, беря в свои руки чужую ладонь, и погладив раненный палец кратко и нежно целует его. Рана быстро затягивается, немного сверкая мерным голубым.–Прости, всегда забываю.– И недовольные морщинки на лице напротив быстро разглаживаются, одаряя архангела яркой, любящей улыбкой. Пришлось пару раз проморгаться, чтобы отогнать навязчивое воспоминание. В груди неприятно кольнуло, а после густыми волнами разлилось по округе, вызывая легкое напряжение и тоску. Хотелось снова подойти, залечить все раны нежным прикосновением губ и руки, чтобы после поймать ласковый взгляд. Но это было невозможно, он больше не мог так сделать. Руки досадливо сжались в кулаки, а крылья легко дëрнулись. Ему больше не суждено было встретить тот же взаимный трепет что и раньше. Яркого блеска любви больше не было в чужих глазах. Просто потому, что он не помнил его. Не помнил ни единого момента проведëнного вместе, не помнил ни единого признания в любви, не помнил совершенно ничего. Он стал для него чужим, незнакомцем. Просто обычным другом и ничего более. Он не помнил, как быстро выбрался с рая и как прочистил всю округу на сотни, а то и тысячи километров, когда Зак всë же пал. Смотреть на бездыханное тело и истерзанные крылья, от которых осталась лишь одна облезлая пара было невыносимо больно. Архангел присел рядом на колени,скрывая собственные крылья за ненадобностью, и, осматривая своего возлюбленного, нежно гладил его по волосам, что-то шепча под нос, и, не смотря на все запреты, легким движением руки исцелил все его раны. Падший архангел сделал судорожный вздох, открывая глаза и в непонимании оглядываясь по сторонам. Взгляд остановился на Нео, и что-то в нëм явно было не так. А после, сердце упало куда-то вниз, со звоном разбиваясь в дребезги, словно фарфоровая чашка. –Извините, а кто вы такой? Нео взлетел в высь, не выдерживая больше. Каждый раз, когда он смотрел на Заквиэля его захлëстывалт воспоминания о минувших тысячелетиях там, на небесах. Когда всë ещë было мирно и тихо, когда он не пытался прыгнуть выше головы, создавая что-то такое, что сотрясло весь чëртов рай, заставив консервативных до мозга костей ангелов испугаться до дрожи, поскорее выгоняя из своего жилища что-то им неведомое и страшное. Кулаки зачесались вновь. Хотелось разнести небеса в пух и прах за это, вбить каждому их жителю в их тупую голову, что это неправильно, и что они просто жалкие трусы. Но это было бы несправедливо, они всë ещë были его семьëй. Хотя, как он может говорить о справедливости, когда позволил случиться столь ужасному событию, и даже не пытался ему помешать, а после позорно сбежал в другой мир вместе с последствиями содеянного? –Опять смотрел за ним? Знаешь, если задуматься, то это довольно стрëмно.–С порога базы донëсся женский голос, и зайдя внутрь, перед глазами предстала Ники. Нео легко улыбнулся, приветствуя дъяволицу. Когда-то он пытался забыться сам, уйти от случившегося как можно дальше, наконец отпустить и забыть. Ники была хороша, хитрая и коварная, как и присуще представителям еë расы, но в тоже время добрая и понимающая, готовая прийти на помощь нуждаюшимся. Архангелу она тоже помогла, завлекла внимание без труда, соблазнила сладкими речами, и честно, на какое-то время из головы вышли все проблемы, оставляя лишь девушку с аккуратными красными рожками. Но это не продлилось долго, перед глазами всë равно то и дело появлялся образ падшего архангела вместо дъяволицы, с губ срывалось его имя совершенно непроизвольно, и Нео больше не мог обманывать самого себя, признавая своë поражение.Он словно лебедь влюбился раз и навсегда, и не мог заполнить пустоту ни кем другим. Ники приняла расставание спокойно, похоже, уже давно зная, что у них ничего не получится, и просто осталась близкой подругой, чему мужчина был несказанно рад. –Ты же знаешь меня, мне нужно убедиться, что всë хорошо.– Архангел прошëлся вглубь базы, даже не спрашивая, почему девушка решила заглянуть. Он был рад еë компании, она всегда помогала привести мысли в порядок, часто выступая голосом рациональности. –Почему ты просто ему не расскажешь всë? Вдруг он вспомнит.– Ники закатила глаза, складывая руки на груди и тяжело вздохнула. Нео лишь отмахнулся, отвечая что-то неопределëнное и сменяя тему в более привычное и обыденное русло. Он не мог, просто не мог это сделать. Зачем Заку вспоминать свою былу жизнь, когда у него давно есть другая, со своими воспоминаниями? Зачем ему груз прошлого, который ни к чему не приведëт? Архангел понимал, но не хотел признавать, что всë это лишь оправдания. Ему было до одури страшно, что после того, как Заквиэль всë вспомнит, он не захочет его ни видеть ни слышать. Ведь это он дал ему пасть, это он не помешал этому случиться. Душа разрывалась на куски от горя и отчаяния, когда выносили приговор божьего суда. Приходилось прилагать неизмеримые усилия, чтобы наблюдать за процессом с бесстрастным выражением лица и стоять смирно, даже когда голос, разносящийся громом и молнией по белоснежному помещению, приказал изгнать Заквиэля из рая и лишить его статуса архангела раз и навсегда. Зак кричал, что это несправедливо, бился в кандалах, и смотрел на него так разбито и с надеждой, что от этого хотелось пропасть, провалиться куда угодно, лишь бы не чувствовать этот взгляд. Однако мужчина продолжал стоять неподвижно, даже не пытаясь оспаривать суд.Было страшно, что он тоже попадëт под раздачу. Лишаться собственного статуса не хотелось, как он сможет жить обычным смертным? Нео был архангелом справедливости, но эту несправедливость он спустил с рук, и никогда больше не простит это себе. Запиликал передатчик, оповещая хозяина о новом личном сообщении. Нео отвлëкся, доставая небольшой предмет, а после жестом вывел перед собой панель. Глаза засверкали когда на ней показался ник Заквиэля. Он не мог отказать ему в помощи и никогда этого не делал, так и сейчас, без задней мысли быстрым шагом потопал к выходу, кидая Ники извинения и быстрое прощание. Девушка лишь закатила глаза, и без объснений всë понимая. Хватило пары минут, чтобы вновь оказаться на чужой базе, только теперь уже не скрываясь. На лице невольно возникла улыбка, при виде чужого грязного плаща и растрëпанных волос. Словно он снова вернулся на небеса, когда чужой белоснежный костюм каждый раз выделялся на фоне остальных тем, что был испачкан и помят. –В таком виде ты больше похож на беса, что только вышел с преисподни.– Нео звонко смеëтся, следя за тем, как Зак фыркает. Влажная тряпка аккуратно проходится по щекам и носу, вытирая грязь. Он мог бы с легкостью очистить всë за секунду, стоило лишь провести ладонью, однако в этих примитивных, сугубо человеческих действиях был свой шарм. Архангел напротив хихикает, отталкивая руку с тряпкой, когда она проходиться по шее. –Ну прости, я не могу предугадать, когда всë это добро неожиданно на меня плесканëтся!– Зак пытался скорчить недовольное лицо, но попытка провалилась с крахом, когда Нео оставил лëгкий поцелуй на его немного мокром носу, заставив широко заулыбаться. От этой улыбки сердце пропустило удар, а по телу разлилось приятное тепло. Он был так прекрасен, так чист за этими слоями рабочей грязи, а душа сверкала ярко как никогда. Время летело быстро, но Нео никак не мог отвлечь себя от волнения, что пожирало его с самого прихода. Быть так близко и ничего не делать было невыносимо. Хотелось рассказать, покаятся во всëм и признаться в любви ещë тысячу раз. Он невольно замер на месте, пытаясь совладать с самим собой. Архангел не мог рушить его жизнь прошлым. Что было, то уже прошло, и если Зак счастлив и так, будучи ему лишь другом, но пусть оно так и будет. Он не в праве совершать ещë одну ошибку. –Нео? Нео, ты вообще меня слушаешь? Мы можем поговорить?–Зак похлопал его по плечу и мужчина моргнул, смахивая накатывающуюся грусть в очередной долгий ящик, и поднял глаза на Заквиэля. Он уже не любит его, и никогда не полюбит так же, как раньше. Пора было смириться с этим, пора было отпустить.– В общем...как бы сказать...– механик берëт его за руку, слегка сжимая и ведëт в глубь базы. Там, где темно и свет исходит лишь от редстоуна и лавы, там, где их никто не найдëт. Также, как было в раю, когда он отвëл его в укромное место в саду, скрываясь от лишних глаз других ангелов под тенью роскошной листвы деревьев и кустов.–Нео, в общем...– Зак тяжело вздыхает, нервно трëт шею и кусает губы, Нео невольно натягивает улыбку, проводя по чужому плечу рукой. Вспышки воспоминаний жалят словно рой пчëл. Мозг невольно показывает совершенно другой образ, сменяя грязный плащ и водолазку с маской на белые одеяния, подвязанные золотой лентой. Сердце пропускало удары, и казалось всë вокруг замедлилось, расплылось, стало просто фоновым шумом. Когда губы Заквиэля резко накрывают его он стоит словно истукан, не понимая и не веря в происходящее. Осоловело моргает, смотрит широко распахнутыми глазами на чужое лицо перед ним, и даже не пытается что-то предпринять. Не чувствуя ответной инициативы падший архангел резко отстраняется. В его глазах бушуют страх, боль и слабые нотки надежды. Хотелось отвернутся и провалиться сквозь землю, лишь бы снова не видеть этот взгляд. Такой же, как на том божественном суде. Нео снова моргает, наконец отмирает и не даëт извинения собраться с чужих губ, беря чужое лицо в свои ладони и жадно целуя. Все стены, выстроеные годами разрушились словно карточный домик. Дыхание спëрло от бесконечной радости и счастья. Всë происходящее до сих пор не казалось реальным, но даже если это был глупый сон, Нео хотел упиться и насладиться им до самого конца. Зак дëрнулся, в его глазах заплясались радостные искры, и он без промедления вторил его действиям. От этого захотелось закрыться от всего мира, упрятать где-то далеко, чтобы эгоистично и единолично наслаждаться чужим счастьем. –Я тоже тебя люблю. И готов признаться в этом ещë тысячу раз.–Прошептал Нео, пока утыкался в чужой лоб, впервые за десятилетия чувствуя невозможную лëгкость, словно он снова вознëсся.