one bite (maybe two)

      Джисон прокладывает себе путь между пьяных и танцующих в такт музыки мужчин и женщин; свет слепит, а музыка оглушает. Он выпил несколько напитков к этому моменту, недостаточно, чтобы полностью пропасть – он знал, где находится и что делает, но достаточно, чтобы доставить приятное, ошеломляющее жужжание в его затылок. Достаточно, чтобы его тело было легким и покалывало, достаточно чтобы, когда он качнул своим телом в такт громкой музыки с неприятным басом, он чувствовал небольшую отстранённость.        Он упивался подобными ночами, где он и Феликс решали, что им нечего делать – наряжались, и надеялись найти веселье в каком-нибудь новом баре или клубе, который они не пробовали. Клуб, который они нашли вечером находился не так далеко от места, где они жили, всего в нескольких кварталах, поэтому, когда они ранее в этот же день поняли, что из них никто раньше там не был, они оба укрепили в головах планы на вечер.       Джисон быстро осматривает то, что может увидеть в толпе – еда для любого, кто ищет: мускулистые парни, худые женщины, низкие парни, полные, толстенькие женщины, однако никто не манил Джисона. Он предположил, что это момент для ещё одного напитка. Он посмотрел в угол, замечая Феликса, который по крайней мере, нашел себе кого-то с кем можно, на данный момент, повеселиться ночью, - какой-то парень, слегка выше его, блондин с короткой стрижкой, они оба улыбаются друг другу, как подвыпившие идиоты. Итак, этим вечером, квартира будет в собственном распоряжении Джисона.       Он проделывает путь к бару, проталкиваясь сквозь поток тел опьяненные алкоголем, накуренные, и только Бог знает, что ещё. Джисон уверен, что пахнет сейчас так же хоть он и облил себя одеколоном.       – Шот виски, – Джисон посмотрел на бармена, тот кивнул и отвернулся, чтобы приготовить заказ. Он позволяет себе скользнуть в один из барных стульев, и когда бармен придвинул его напиток, он улыбается и благодарит его. Он поднимает стакан, позволяя напитку в нём закружиться и делает глоток.       Мужчина сел на стул рядом с ним, но Джисон не обращает на него много внимания, только слегка скользит вперед на столешницу, руки прижаты и скрещены перед собой, поддерживая голову. У него слегка кружилась голова.       – У тебя всё нормально? – говорит человек, Джисон поворачивает голову, принимая во внимание мужчину перед собой. Он был довольно хорошо слажен: стройный, возможно немного мускулистый под всеми этими слоями одежды; его глаза опускаются на его бедра – боже, его бедра – и возвращаются обратно к лицу. Он великолепный. У него нежные черты лица, но пристальный взгляд, мягкие на вид губы с двумя выглядывающими из них зубами. Его волосы темные, идеально спадают на лицо, слишком идеально.       И, если квартира в полном распоряжении Джисона, то он воспользуется этим по полной.       Он был так изумлен этим парнем, что не ответил на вопрос. Мужчина машет перед лицом Джисона рукой, беспокойство, ещё больше, чем прежде, покрывает черты его лица.       – О, да, – Джисон улыбается ему, оленьи глаза смотрят прямо в его. – Прости, – Джисон размышляет стоит или нет умолять его лечь с ним в постель или играть в долгую. Оба варианта звучат немного смущающе, даже для его не особо трезвого ума.       Мужчина улыбается ему, два зуба, которые до этого просто выглядывали, теперь были на виду, и Джисону была дана привилегия увидеть прелестную, красивую улыбку. – Ты здесь с кем-то?       И, конечно, ощущается будто он выиграл, а он даже не сделал ход.       – Нет, – он лжет, наклоняя голову и ухмыляясь, – Хочешь отвезти меня домой, прелестный мальчик? – Что-то во взгляде парня меняется, будто он размышляет.       – Я хочу отвезти тебя домой и удостовериться, что ты не попадешь в плохую ситуацию, – мужчина останавливается на этом ответе.       Джисон дует губы, – Я не настолько пьян.       – Пьян достаточно, что мне не следует отвозить тебя домой с дурными намерениями, – Джисон чувствует, как его нос морщится, и от отказа, и от странной формулировки.       – Я протрезвею, если ты хочешь трахнуть меня, – Джисон наклоняет голову набок. Он чувствует, как мужчина немного застывает, его глаза устремляются на открытую шею Джисона. Он замолкает на мгновение, кусая губы и осматривает Джисона с головы до ног. В конце концов, Джисон знает, что этот парень хочет его.       – Я хочу услышать это от тебя, когда ты протрезвеешь, – Джисон улыбается и соскальзывает рукой на бедро мужчины, теперь с нетерпением, что обещание скоро исполнится. – Простите, бармен, – мужчина на секунду переключает свое внимание с Джисона, фокусируясь на бармене. – Я оплачу его счёт.       – Подожди, – прямо здесь и сейчас это почти отрезвляет Джисона. – Я выпил около шести напитков. Тебе не обязательно всё это делать, – мужчина лишь улыбается ему.       – Я хочу. Не заморачивай свою прелестную маленькую головку на счёт этого, – клыки этого мужчины остры, что заставляет Джисона задуматься, каково это будет, когда он укусит его, когда оставит следы.       – Имя столика? – вмешивается бармен. Мужчина смотрит на Джисона, прося ответить на вопрос.       – Хан Джисон, – немного растерянно отвечает Джисон.       Мужчина снова улыбается. Джисон думает, что никогда не устанет от этого. – Хан Джисон на столик Ли Минхо, пожалуйста.       Вот так, у Джисона было шесть бесплатных напитков, и планы на оставшийся вечер. Джисон думает, что, возможно он самый счастливый парень в этом баре.       – Ли Минхо-сси, – Джисон пробует имя на языке.       – Как насчёт Минхо-хён? – он наклоняет голову.       – Ужасно знакомо, – Джисон закатывает глаза, но за этим не скрывается какого-то подкола.       – Итак, Джисон-а, нам просто нужно узнать друг друга получше, когда ты протрезвеешь, верно? – Мужчина – Минхо, смотрит так, будто он, возможно, голоден или мучается от жажды.       – Я думаю, что так и есть, – Джисон глуповато улыбается.       

🧛‍♂️

      Они вызывают Убер.       Дорога до Минхо долгая, почти около часа и несомненно дальше квартиры Джисона. Они разговаривают в машине об обыденных вещах. Минхо двадцать шесть – всего на два года старше чем Джисон – он работает в доме престарелых, что было слишком мило для Джисона. У него три кошки, с которыми он собирался познакомить, и Минхо любит их всей душой. Ему нравится прогуливаться по ночам, и он был на одной такой прогулке, когда решил забрести в бар, в котором они встретились.       Он был интересным. Гораздо больше, чем Джисон.       Когда они прибывают, Джисон был немного ошеломлен, – Минхо-хён, ты не говорил, что ты миллионер. – Он поворачивает лицом к мужчине, который до сих пор выходил из машины, – Я в замешательстве, я даже подумывал отвезти тебя в свою квартиру.       Минхо просто улыбается, – Я уверен, что твое место миленькое, Джисон-а.       – Крошечная квартира, совмещённая с мини-кухней – ничто по сравнению с этим.        – И это не значит, что она не миленькая, – теперь Минхо хмурится, даже надулся, надулся на него. – Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя некомфортно… мы можем поехать в мою квартиру, которая в центре города, если тебе так будет более комфортней.       – У тебя есть ещё? – челюсть Джисона падает.       – Досталась по наследству, – Минхо пожимает плечами, – Не надо восторгаться мной сейчас только лишь из-за денег.       Джисон качает головой, – Я ожидал увидеть ещё одну обшарпанную квартиру, и я всё ещё восторгаюсь тобой. Не думаю, что тебе стоит об этом беспокоиться, – улыбка снова возвращается на лицо Минхо.       – Тогда, стоит ли нам зайти внутрь?       И конечно, Джисон берет руку Минхо и позволяет быть затянутым внутрь роскошного особняка Гимпо. Одна из кошек почувствовала его присутствие и приветствует его возле двери, она кружила вокруг него, обернув хвостом ногу Минхо, немного осторожничая с Джисоном, – Суни, это Джисон, – улыбается Минхо, и вау, что за улыбка.       – Привет, Суни, – Джисон присаживается, давая понюхать его руку. Кошка, очевидно, всё ещё осторожничает, но вскоре прижимается половиной мордочки к руке Джисона, позволяя ему погладить себя.       – Ты ей нравишься. Это редкость.       – Я польщён, – казалось, что Суни он уже наскучил и вместо этого она выбирает побродить по дому.       – Как ты себя чувствуешь? – Минхо прикладывает руку ко лбу Джисона, как будто Джисону не нужно время погуглить все эти дорогие кресла, столешницы и светильники, которыми был украшен дом. Он чувствует, как рука обхватывает его подбородок, мягко возвращая его фокус на голодные глаза перед ним. Джисон может поклясться, что видел в них отблески красного. – Не вводи меня в заблуждение, прелесть, ты здесь для меня, не денег?       Джисон может лишь кивнуть, внезапно он чувствует опьянение не из-за алкоголя, а от взгляда Минхо.       – Окей, сладкий, – Минхо отпускает подбородок, Джисон обнаруживает, что скучает по этому прикосновению.       – Итак, – начинает Джисон, медленно опускаясь на колени перед высоким мужчиной, смотря как челюсть Минхо отвисает – такой голодный. – Ты всё ещё хочешь меня? – Своей пухлой щекой он прижимается к верхней части бедра Минхо.       Джисон ощущает руку, что проходит по его волосам, запрокидывая голову назад, так чтобы его горло было обнажено и смотрит вверх на Минхо умоляющими глазами. Он замечает, как глаза Минхо перескакивают с лица вниз к его горлу.       – Сначала нам нужно тщательно это обсудить, Джисон-а, – Минхо закрывает свой рот тыльной стороной ладони.       – После того, как я отсосу тебе? – Минхо сглатывает.       – Мягко или жестко? – Минхо выдыхает, Джисон улыбается и тянется вперед, чтобы поцеловать выпуклость. Минхо теряет самообладание, а Джисон видит это, наслаждается этим. Это было похоже на сжатую версию "тщательно это обсудить".       – Жестко, жестко насколько ты этого хочешь, хён, – глаза Минхо раньше не были красными, думает он, но, когда Минхо запрокидывает его голову и позволяет своей слюне стекать в рот, он больше не может думать.       – Боги, – Минхо стонет, отпуская волосы Джисона и позволяя ему упасть вперед. Он берет застежку широких брюк Минхо зубами, дразняще расстёгивая. Минхо улавливает идею, поспешно вылезая из штанов.       – О мой бог, – задыхается Джисон, – Ты большой, хён, – Минхо ухмыляется, хлопая по его щеке упомянутым большим членом.       – Передумал? – Джисон качает головой, пожалуй, как никогда быстро за всю свою жизнь. Минхо усмехнулся. – Ты такой милый, – он снова запустил руки в волосы Джисона, отклоняя его голову назад. Джисон позволяет своей челюсти упасть, предвкушая, что произойдет дальше. – Боги, так хорош для меня, Джисони.       И если это не подействовало прямо на его член.       Минхо пристраивает свой член к ждущему рту Джисона, – Похлопай меня дважды, чтобы замедлиться, три, чтобы остановиться, окей? – Джисон кивает и наконец, наконец, Минхо наполняет его рот.       Он был большим, намного больше, чем Джисон ожидал, когда впервые положил на него глаз, достаточно больше, что, когда Минхо входит, он чувствует, как на глаза наворачиваются слезы от вторжения в заднюю стенку его горла.       Минхо задержался так на мгновение, наслаждаясь взглядом полным слез, который Джисон бросил на него.       – Ну? – Минхо отстраняется, так, что только кончик оставался во рту, Джисон фокусируется на дыхании носом, восстанавливаясь после предыдущего движения, – Разве я привел тебя сюда, чтобы я делал всю работу? – Нет, конечно же нет. – Разве, ты не будешь хорошим для меня, Джисони? – Рука до сих пор покоилась в волосах, медленно опуская его обратно, и Джисон понимает намек. Он может быть хорошим.       Джисон позволяет себе войти в естественный ритм, одна рука поднимается, чтобы сжать основание, он не уверен, что сможет полностью принять Минхо снова не задохнувшись и не выставив себя дураком. Он держит зрительным контакт с Минхо всё время, наблюдая за его лицом, каждое маленькое подёргивание, что наводит на мысль, что он разваливается на части. Он хочет, чтобы Минхо развалился на части, он хочет, чтобы Минхо развалился на части и растворился в нем и в белом, горячем наслаждении. – Да, блять, блять да, – Минхо повторяет это, как мантру.       Руки Минхо сильнее сжимаются в волосах и Джисон знает, что выиграл. Он позволяет Минхо вести его, наблюдая как его брови сходятся на переносице, как его бедра подрагивают, как его дыхание становится громче. Боже, он может смотреть на это весь день.       Внезапно Минхо отстраняет его лицо и Джисон знает, что это его очередь. Он берет Минхо обеими руками, надрачивая ему пока, в конечном итоге, не вытянет громкий стон из Минхо, а лицо окрашивается его удовольствием.       – Блять, блять, Джисони, – Минхо содрогается и Джисон проглатывает. Одна из его рук снова прикрывает рот, когда он смотрит на Джисона, изумление и голод отразились на его лице. Боже, Джисон не хочет так скоро заканчивать. – Господи, окей, эм, – Минхо смотрит по сторонам, внезапно выглядя смущенно.       – После этого, не надо выглядеть таким застенчивым, – дразнит Джисон, улыбаясь ему. Минхо выглядит так, будто развалится на части. Джисон осознает, как на самом деле растраханно звучит его голос.       – Давай приведем тебя в порядок, – он помогает Джисону подняться, ведя его по лабиринту дома. В конце концов они оказываются в большой спальне, сопровождающуюся большой ванной размером с комнату Джисона в его квартире. Джисон неловко следует за Минхо, который хватает полотенца.       Минхо идет к раковине намочить полотенца, чтобы вытереть лицо Джисона. Джисон пытается взглянуть на Минхо в зеркале, но…       Он не отражается в зеркале.       Он не отражается в зеркале?       – Ты не отражаешься в зеркале.       Он сказал это вслух?       Минхо поднимает взгляд, глядит на Джисона в зеркале, как он предполагает. Он смотрит, как настоящий Минхо кусает губу.       – Эм… – он выглядел так, будто его поймали. Джисон снова смотрит на него: красные глаза, острые клыки, ночные прогулки, то как голодно он смотрел на него.       – Ты типа… съешь меня? – Джисона действительно должно беспокоить то, как эта мысль не убила его стояк, что по факту делает всё ещё хуже.       – Нет! Боже, Джисони, – теперь он обернулся, действительно сталкиваясь с Джисоном. – Нет, нет, – он в защиту поднимает руки. Его слова не звучат на сто процентов убедительно, но его член очень, очень хочет поверить ему. Думает. А может его член и не хочет верить ему.       Джисон сглатывает, – Итак… – он прикусывает губу, только тогда Минхо вспоминает, что ему нужно протереть лицо Джисона и быстро смачивает полотенце.       – Я всё ещё могу вытереть твоё лицо? – он осторожно делает шаг ближе, нервничая напугать Джисона. Джисон должен быть напуган, действительно должен, но он не может. Во всяком случае, он думает, что возбудился ещё сильнее. С ним что-то не так, думает он. Джисон кивает.       Минхо подходит ближе, аккуратно вытирая полотенцем его лицо. – Если хочешь уйти, ты можешь… – он нервно бормочет, будто Минхо очень, очень не хочет, чтобы Джисон услышал. Что имеет смысл, по мнению Джисона.       Они стоят в тишине какое-то время, Минхо заканчивает вытирать свою сперму с лица Джисона. Джисон рушит тишину, и мысль, которую он не в состоянии удержать, ускользает от него, – Как это работает? Это убивает кого-то, если ты их кусаешь?       Минхо вздыхает и Джисон собирается забрать слова назад, но неожиданно он получает ответ. – Нет, я просто кусаю кого-нибудь и беру немного крови. У меня есть яд. Он затрудняет движение, – он немного сдвигается, убирая полотенце. – Он также делает укус безболезненным.       Что-то неправильное происходит с Джисоном.       – Ты бы меня укусил? – Минхо застывает, осматривая Джисона с головы до ног, теперь Джисон видит его клыки: длинные и острые, готовые убить.       Минхо не отвечает.       – Если я тебя попрошу.       – Ты уверен, что трезв?       – Полностью.       – Я могу почувствовать алкоголь, – это не должно было заставлять его член дернуться.       – Тебе не нравится? – дразнит Джисон.       – Я такого не говорил. Хотя, возможно, это немного сделает меня пьяным. И я узнаю, если ты солжешь, – Минхо дразнит в ответ.       – Значит, есть только один способ это выяснить.       И тогда – Минхо на нём, прижимает к столешнице. Они бросаются в жар страсти ещё раз, легко падая в ритм, в котором одежда падает на пол, небрежно переплетают свои языки и беспорядочно целуют друг друга в шею, ключицы, во всё, что досягаемо. Минхо поднимает его, так что он теперь сидит на столешнице, втискивается между ногами Джисона и целует его будто от этого зависит его жизнь; лениво потирая их всё ещё одетые нижние половины туловища и прижимая обнаженную верхнюю часть тела друг к другу – хоть какой-то вид трения, которое они могут использовать.       Минхо на мгновение отступает. Он смотрит на Джисона, будто он – всё, что имело значение. Джисон не знает, что с этим делать.       – Ты уверен, что хочешь этого?       Он облизывает полосу на шее Джисона, Джисон стонет, – Пожалуйста.       Минхо ухмыляется, – Только потому что, ты так хорошо просишь, – его рука хватает подбородок Джисона, поворачивая голову, чтобы обнажить шею. Он чувствует покалывание на мгновение, будто ему сделали укол… и затем ощущение, похожее на взрыв тепла. Легкое покалывание и приятное ощущение разлилось по его венам, он не может остановить откровенно смущающий звук, вырывающийся из его горла от этого ощущения.       Он чувствует, как Минхо отстраняется через мгновение – блаженный миг и горячий язык обводит рану.       – Тебе будет трудно двигаться, Сони.       Джисон кивает сквозь туман. – Всё нормально. Тебе придётся просто передвигать меня, хах? – он падает вперед, в шею Минхо, оставляя мокрые поцелуи, всё ещё в достаточной степени имея контроль над своими действиями. Только немного более вялыми. – Перемещай меня так, как тебе нужно, хах?       Он чувствует, как Минхо сглатывает.       – Тебе бы это понравилось, м, Сони? – Он почувствовал, как его поднимают – он мог бы добавить, что Джисон был легким, как перышко – и прижимает его живот к столешнице, хватает за волосы и тянет назад, так что Джисон смотрит на себя в зеркале. – Посмотри на себя, такой податливый, хах?       Джисон кивает на сколько может будучи схваченным за волосы, стонущий от смущения. Это было странно – он смотрел в зеркало и видел только себя: отраханным и ждущим. Это было унизительно – видеть себя вот так – когда не на что было смотреть. – Мм, хочу увидеть тебя, хён.       Из Минхо вырывается «тск», и он опускается чтобы оставить мокрый поцелуй на затылке (какая-то часть Джисона надеялась, что это будет ещё один укус, но он не может быть слишком жадным, не так ли?). – Но ты такой прелестный вот так, чаги. Было бы стыдно не показать тебе, – он заговорил страстным голосом, так не похожим на того Минхо, с которым он говорил несколько минут назад.       Минхо отпускает его волосы, позволяя ему полностью опустить голову, он чувствует, как Минхо шаркает за его спиной и слышит, как он роется в ящиках. В конце концов внимание снова приковывается к нему. Старший теребит пояс его штанов, спуская их вниз сантиметр за сантиметром. – У тебя есть стоп-слово?       Это действительно очаровательно, как Минхо был обеспокоен тем, чтобы убедиться, что Джисону будет достаточно комфортно, но он так же не понимает: Минхо прямо сейчас может делать с ним всё что угодно и просто взять (и вероятно будет думать об этом, когда будет дрочить ещё несколько недель подряд). – Чизкейк, – Минхо хмыкнул, тихо повторяя. Он пытается качнуться, но чувствует, что немного теряет контроль над своим телом. – Минхо-хён, пожалуйста.       Минхо ухмыляется позади него, наконец снимая его штаны и боксеры достаточно для того, чтобы Минхо прикоснулся к нему. Он чувствует, как член прислоняется к холодному столу, как только наконец освобождается, заставляя его дрожать.       Джисон приподнялся на локтях, чтобы оглянуться на Минхо, который наливает смазку на руку (предположительно, которую он схватил, пока слонялся по комнате). Он проводит холодным пальцем по его дырочке, прежде чем мягко протолкнуть. Он не может сдержать стона от проникновения. Минхо работает в нём, Джисон чувствует на себе напряженный взгляд всё время, даже когда добавляется второй палец, а затем третий.       Как бы сильно он ни ценил свою тщательную подготовку, Минхо просто лениво тянул время, оставляя мокрые поцелуи на затылке, погружаясь в поисках…       – Ох, блять… – Джисон ахает, когда Минхо находит то, что искал, оставляя ещё один влажный поцелуй на затылке и атакует эту точку с удвоенной силой. – Мин…Минхо, стой, стой… – он охает ещё раз при особенно резком толчке. – Ещё не хочу кончать.       – О? – снисходительно дразнит Минхо, только чтобы ещё больше терзать это же место. – Почему нет? Ты заслуживаешь кончить, дорогой, – он чувствовал ухмылку Минхо на затылке и лишь эти слова подталкивают его ближе к краю.       Джисон отчаянно трясет головой. – Нет, нет, я так, так близко, хён, – его локти подогнулись, и он прижался щекой к стойке, пытаясь ухватиться за что-то, что заземлит его, Минхо фырчит за его спиной, – Хочу кончить с тобой в себе, пожалуйста, пожалуйста, – ещё один резкий толчок. – Пожалуйста, хён, – ещё один скулеж был выбит из него, когда Минхо выходит, оставляя его грустить о потере.       – Ты такой прекрасный, – размышляет Минхо, хватая его подбородок, приподнимая и прижимая к своей груди. Джисон тянется назад, чтобы вцепиться в бедра Минхо, бока, за всё что угодно, что попадается под руки. – Ах, ты всё ещё можешь двигаться, – Минхо дернул головой в сторону, прижимаясь с поцелуем на противоположную сторону его шеи, где был оставлен укус, острые зубы угрожали снова прокусить его кожу, но этого так и не произошло.       Хоть он и не предпринял никаких действий, последствия этого сводили Джисона с ума. Если Минхо снова укусит его, даст ему достаточно яда, чтобы он не мог двигаться и поступал с ним так, как ему захочется? Он чувствует, как его член дергается и у него невольно вырвался вздох и конечно, Минхо заметил.       – Хм? Тебе бы это понравилось, Джисони? – Ещё один поцелуй в шею, – Позволишь мне сделать с тобой всё, что я захочу, да?       – Блять, – ага, эта мысль возбуждает Джисона ещё больше, что он готов это признать. Минхо смеется, и он чувствует, как он двигается сзади него, подстраиваясь.       Он входит в Джисона одним быстрым движением, заставляя его захотеть кончить на месте. – Посмотри на себя, вытрахан, а я едва ли начал, – он начинает погружаться глубже в Джисона, толкаясь, чтобы достичь самых глубоких мест.       – Мин…о мой бог, Минхо-хён, – Джисон пытается встретиться с его бедрами, – Пожалуйста, пожалуйста двигайся.       Минхо повиновался без особого предупреждения, всерьез трахая его, хватая Джисона за волосы и поднимая лицо, вынуждая его посмотреть на себя в зеркале. Боже, Минхо был прав, он был так абсолютно вытрахан.       – Такой прелестный, – он отпускает волосы Джисона и позволяет ему упасть на локти, но это не ощущается правильным, он снова тянется назад, пытаясь царапать тело Минхо.       – Я всё ещё могу двигаться, хён-а, – простонал Джисон, демонстрируя это своими ногтями.       – Мм? – Минхо перехватывает оба запястья и удерживает их вместе, отдергивая назад, чтобы снова поднять. – Это проблема, Сони? – Джисон кивает, стоны вырывались из него с каждым движением рук, натягивающих и снимающих с члена Минхо. Это сводит его с ума. – Используй слова, Чаги.       – Да, – он едва ли может говорить.       – Что, да? Я не знаю, что тебе дать, если ты не попросишь, – он чувствует самодовольство Минхо.       – Блять, Минхо, пожалуйста, – он оголяет шею на сколько может, надеясь донести свое послание. – Пожалуйста.       – Я не знаю, что ты хочешь, – Минхо точно знает, что хочет Джисон. Он использует другую руку, чтобы схватить Джисона за горло, снова прижимая его кожа к коже, небрежно целуя его в шею, дразня клыками, и глубоко его трахая.       – Ты знаешь.       – Я действительно не знаю, Чаги.       Минхо кусает его, он чувствует его зубы, он не пускает кровь, всё это – просто поддразнивание.       – Честно, пожалуйста, – Джисону казалось, что он вот-вот расплачется. – Укуси меня, пожалуйста, хён, пожалуйста.       – Ох, ты так вежливо просишь, – Минхо улыбается, уткнувшись в шею и наконец вонзает свои зубы туда, куда ему действительно хочется.       Он не верит в то, что Минхо, как следует напился в прошлый раз, потому что сейчас он держался за подбородок, сосал, лизал и кусал его шею, будто миру придет конец, если он остановится. Взрыв удовольствия в его шее продолжал нарастать в тех же мелодиях стонов, выходящих с его губ. Минхо хочет его, как будто он человек умирающий с голоду, Джисон хочет его, как будто он был едой.       – Блять, Минхо, – цепляться за бока Минхо становилось всё труднее, поэтому он позволяет своим рукам упасть, отдаваясь одновременно легкости и тяжести своего тела. – Я так близко.       – Мм? – бубнит Минхо, отрывается от шеи, слизывая оставшуюся капающую кровь.       – Не, не останавливайся, так близко, – Джисон закрывает глаза, протяжный стон вырывается из него.       – Чаги, открой глаза, – страстно шепчет Минхо в ухо, но Джисон так близко, поэтому выбирает погнаться за своим удовольствие – он так, так близко.       Пока Минхо не замирает.       Джисон издает беззвучный плач, грозящий пролиться слезами. – Чаги, пожалуйста, почему… – умоляет он, Минхо отпускает его подбородок, заставляя упасть вперед, но прежде чем его лицо ударится о столик, он хватает волосы и снова тянет – теперь он смотрит на своё мертвое отражение в зеркале.       – Я хочу, чтобы ты посмотрел, как ты прекрасен, когда разваливаешься на части для меня, Чаги, – Джисон хочет покачать головой, хочет запротестовать, но его голова так легка и он так сильно хочет кончить.       – Хочу увидеть тебя, – он скулит и это не ложь, это унизительно видеть себя в зеркале, даже не имея возможность взглянуть на мужчину, разбирающего его кусочек за кусочком. Минхо уже знает – унижение, заставляет член Джисона взволнованно дернуться.       – Если ты будешь хорошим для меня, может я позволю тебе увидеть в следующий раз, – Джисон прячет обещание о следующем разе в кармашек.       – Я буду хорошим, – Джисон смотрит на себя в зеркале – он был в полном беспорядке. Его волосы запутались в пальцах Минхо, губы красные от предыдущих поцелуев, поцелуи украшают его шею и ключицу, засохшая кровь там, где Минхо прокусил его кожу. Это был такой акт неприкрытого обладания, и это заставляло Джисона почувствовать жар, скапливающийся в его животе только от этих мыслей. – Так хорош для тебя.       – Что за хороший мальчик, – Минхо оставляет небрежный поцелуй на затылке Джисона и внезапно его мир снова сотрясается. Минхо входит глубже, прежде чем медленно выйти и войти снова ещё глубже. Жар, что утих в его нутре, снова возвратился, но Джисону ничего не оставалось делать, кроме как принять его. Ничего, кроме как быть хорошим. Особенно суровый толчок пронзает Джисона, глаза закатываются и трепеща закрываются.       – Минхо, я так близко.       – Глаза открыты, Чаги.       Почувствовав, как бедра Минхо замедляются, Джисон ещё никогда не слушался так быстро. – Нет, нет, я буду хорошим, ах, я буду таким хорошим, пожалуйста, не останавливайся, – его бедра возобновили отчаянное и небрежное движение. – Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, я так близко, хён, – он выглядит таким отраханным, способным лишь сидеть и просить о члене. О Минхо.       – Боже, – губы Минхо возвращаются на затылок, вниз к плечам, снова обнажая клыки, он тенью промелькнул вдоль его плеча. – Мм, малыш, ты можешь кончить с моими зубами в тебе? – Минхо звучал так, будто это он умолял – он был так близко к тому, чтобы развалиться на части, так же как Джисон.       Джисон волнуется, что только одна эта мысль могла бы его подвести его к краю, – Быстрее, пожалуйста, – Минхо так и делает. – О-Ох, мой бог, Минхо…        Зубы на мгновение коснулись его плеча, лишь на секунду, но лишь этой секунды было достаточно, чтобы Джисон дернулся и затрясся на члене Минхо. Он устроил беспорядок на столе Минхо, член всё ещё дергался, когда он кончал.       Язык Минхо проходит по капающей крови на его плече, а его напряжение внизу не спадало. Джисон пытается сфокусироваться на пьющем его горячем языке, но игнорировать ошеломляющее чувство, как Минхо стремиться к финишу было невозможно. Взрыв удовольствия при каждом резком движении – сводил Джисона с ума.       – Минхо, М-Минхо, – Джисон снова закрывает глаза, не в состоянии смотреть, как его тело дергается, судорожно подрагивает и сотрясается, истощаясь до предела.       – Б-блять, Сони, Чаги, – его бедра снова толкаются, наконец входя ещё глубже в Джисона и наполняя его. – Господи, – он ещё раз отпускает волосы Джисона и хватает за подбородок, притягивая его в жгучий поцелуй.       Минхо смотрит на Джисона так ласково, когда в итоге отстраняется.       – Минхо-хён, Чаги, – он выдохнул, просто чтобы еще раз произнести это.       Минхо улыбается ему, на его лице отражается нежность. – Было нормально? – он осматривает Джисона, испытывая стеснение, из-за того, что разглядывал его, будто он не дал Джисону лучший член в его жизни. – Ничего не болело?       Джисон всё ещё не может как следует покачать головой, поэтому предлагает воспользоваться ртом. – Нет, было немного чересчур в самом конце, но всё равно было хорошо, – Минхо улыбается ещё ярче.       – Какое-то время ты не сможешь двигаться, – он зарывается лицом в изгиб шеи Джисона. – Я увлекся – выпил слишком много.       – Вообще-то, это было горячо, – язвит Джисон. – И я всё ещё дышу.       – Мм, – Минхо мычит в подтверждении. – Останешься на ночь? – Он целует в уголок шеи, в который уткнулся носом.       – Смогу ли я выйти отсюда живым?       – Мм. Посмотрим, – Джисон смеется, уловив в словах Минхо шутку. – Я не верю, что ты дойдешь до дома в таком виде, как на счёт того, чтобы ты позволил мне уложить тебя на постель, привести тебя в порядок, дать пару пижам и заказать хороший завтрак утром?       – А буду ли я твоим завтраком?       – Знаешь, я могу сделать что-то и без повода, – Минхо смеется. – Сегодня, я взял из тебя больше, чем должен.       – Мм, я бы поспорил с этим.       – Джисони.       Джисон смеется. – Окей, окей. Я останусь. Но, мы можем, пожалуйста, привести себя в порядок? Становится некомфортно, – Минхо рассмеялся сладким, тошнотворным смехом, что сводит желудок Джисона от чего-то, что он не понимает.

🧛‍♂️

      – Так, сколько тебе лет, на самом деле? – Минхо поворачивается к Джисону: сейчас они оба в уютных пижамах, только что принявшие душ и уютно устроившиеся в кровати Минхо. Джисон теперь может двигаться гораздо больше, но чувствовал себя уставшим – не мог понять, было ли это последствием от яда или простая усталость. – Ты сказал мне, что тебе двадцать шесть.       – Ага, – Минхо кивнул. – С точки зрения вампиров я не настолько стар. Мне семьдесят два.       Джисон всё ещё выглядел удивленным, несмотря на то, что он знал, что ответ его шокирует. – Ты учувствовал в Корейской войне? Мне стоит называть тебя харабоджи?       Минхо кривит лицом, – Нет, я был малышом, – затем, обрабатывает второй вопрос, он надувает губы, – Нет, мне нравится, когда ты зовешь меня хеном, – он наклоняется и целует Джисона в лоб.       – Хён.       – Намного лучше.       – Всё остальное что ты сказал мне – правда?       Минхо кивает. – Я действительно работаю в доме престарелых, никакого злого умысла, клянусь. У меня действительно три кошки, я уверен, что ты в конечном итоге познакомишься с ними. Мои ночные прогулки – это то, чем я наслаждаюсь, да, но обычно они для поиска еды. Я также обычно хожу в бары и клубы, чтобы найти людей, – он виновато смотрит в сторону.       – Ну, – начинает Джисон. – Ты будешь продолжать это делать, теперь, когда я здесь?       Минхо кусает губу, – На самом деле, я буду очень дорожить тобой, – он всё ещё избегает взгляда Джисона. – Я эгоистично хочу, чтобы ты оставался со мной. Я боюсь, что, если буду использовать только тебя, чтобы утолить голод, на мой взгляд, ты слишком быстро закончишься, – он наконец встречается взглядом с Джисоном, протягивая руку, чтобы нежно погладить по щеке. – Такой хорошенький, – Джисон не мог не растаять от этого прикосновения.       – Ты оставишь меня у себя? – Минхо кивает в подтверждении.       – Я буду бережно хранить ту часть тебя, которую ты позволишь мне сохранить, Джисони.       – Ты так соблазняешь всех, с кем оказываешься в постели?       Минхо с трудом сглотнул, – Большинство мертвы ещё у порога.       – Если я приду снова, меня постигнет та же участь?       Минхо смеется. – Просто не приходи, когда я слишком голоден, и ты будешь в порядке. – Джисон улыбается.       – Буду иметь это ввиду, – Джисон немного сдвигается, устраиваясь так чтобы его лицо уткнулось в грудь Минхо, руки обхватили его по бокам. Минхо издал звук удивления, глядя вниз на парня.       – Кому-то комфортно.       – Устал, и я верю тебе, – Джисон чувствует руку, что проводит по его волосам и закрывает глаза наклоняясь навстречу прикосновению.       – Давай спать, Чаги, – в его голосе явно слышалась улыбка, и кто такой Джисон, чтобы ослушаться? Он обнаруживает, что засыпает гораздо легче, чем обычно, заключённый в объятия вампира.