Между сном и явью

Поездка на Хогвартс-экспрессе всегда была наполнена весельем и планами на будущий год, но не в этот раз. Дружба и потеря, радость и горечь переплетались в сердцах учеников, возвращающихся в школу. В самом конце вагона сидели четверо Слизеринцев. Внешне они казались все теми же высокомерными детишками, родившимися с серебряной ложкой во рту, но что-то в них всё же выдавало, что это теперь не так. Они как и все пережили войну. Они тоже были детьми, вот только им не дали выбрать правильную сторону. Все четверо были глубоко погружены в свои мысли, но вдруг один из них решил прервать молчание: – Отец хочет чтобы я женился на Астории, они уже заключили договор с мистером Гринграссом, – Малфой явно был не рад такому раскладу. – Дерьмово, чувак, – похлопал его по плечу кучерявый мальчишка, Теодор Нотт, – хорошо, что мой сдох и теперь я сам за себя в ответе. – А разве он не должен быть в Азкабане? – подал голос Забини. – Он как и всегда вывернул всё в свою пользу, ему назначили домашний арест на год. – Везучий гад, – усмехнулась Пенси, – моему назначили поцелуй дементора, но так ему и надо, если честно. – Знаете, мне грустно это осознавать, но моя матушка самая адекватная из всех наших родителей, – хмыкнул Блейз, – да, она та ещё сука, но она свалила вместе со мной в Италию, когда дело запахло жареным. Повисло недолгое молчание. – Так что там с Асторией? Когда свадьба? – перевела тему Паркинсон. – В мае. – Ты же ещё не закончишь Хогвартс к этому времени, – удивился Нотт. – Да, но у Гринграссов традиция играть все свадьбы в мае. – Пенс, и ты мне говорила, что сразу после учебы рано жениться? Драко даже не закончит грёбаный Хогвартс, а его уже окольцуют. – Блейзи, не беси и заткнись!, – шикнула Пенс. – Вы собрались жениться? – в один голос воскликнули Теодор и Драко. Блейз махнул палочкой и с руки Паркинсон слетело скрывающее заклинание. На безымянном пальце девушки красовалось серебренное кольцо с окантовкой из бриллиантов: – Не похоже на что-то из реликвий Забини, – присвистнул Тео. – Мы не хотим никаких реликвий, хватит с нас всех этих устаревших устоев священных двадцативосьми, – хмыкнула брюнетка. – Ну разумно, у меня вообще в мечтах снести этот чертов Нотт-менор и построить новый, без всей этой темной магии и пугающих портретов предков. – Как хорошо, что в моем меноре этого всего нет и матушка благородно уступила нам его для проживания после свадьбы, а сама свалила в поместье в Италию. – Ты чёртов везунчик, Блейз, – хмыкнул Малфой. Вдруг дверь в вагон хлопнула. Вся компания устремила свой взгляд на вошедшего, прямо к ним приближалась Гермиона Грейнджер: – А она похорошела, – шепнул друзьям Нотт. Девушка подошла к ним и немного замялся: – Эм, Драко, меня просили передать тебе значок и оповестить, что ты будешь жить вместе со мной в спальне старост. – Хорошо, спасибо, Гермиона, – кивнул блондин. Ещё когда Слизеринцы встретились с золотым трио на перроне они приняли решение называть друг друга по именам. Все кроме Уизли. Он был не готов к таким переменам, ведь война забрала у него брата. Когда они прибыли в Хогвартс, то осмотрелись вокруг и поняли что этот год, явно, не будет таким, как предыдущие. За ужином Минерва сказала свою речь и конечно же похвалила тех, кто вернулся на восьмой курс. Затем началось распределение первокурсников по факультетам. Позже в спальне старост Грейнджер с Малфоем составляли список дежурств и обсуждали планы на предстоящие мероприятия. Минерва, заняв пост директора, решила, что этот год стоит наполнить праздниками и радостными моментами для учеников. После Драко отправился в гостиную Слизерина, чтобы отметить с друзьями начало нового учебного года. Огонь весело плясал в камине, отбрасывая теплые отблески на стены. Стол, уставленный бутылками с огневиски обещал забыть о заботах и невзгодах: – Когда вы, ребятки, планировали рассказать нам о свадьбе? – обратился к друзьям Тео. – Нотт, ну не начинай, всё и так не слишком радужно, мы не хотели торопить события. – Ты не хотела, Пенс, я готов отправиться с тобой под венец хоть сейчас. – Блейзи, не беси! Мы оба приняли решение, что сначала надо закончить Хогвартс, а после думать о женитьбе. – Я просто согласился с тобой, – хмыкнул мулат, – но я готов ждать, Пенси, сколько угодно, потому что я люблю тебя, – он поцеловал невесту. – Мои глаза! Мать вашу, давайте не при нас, – нахмурился Драко. – А мне нравится, продолжайте, – захохотал Теодор. Пенси показательно шикнула на них и взяла в руки стакан с огневиски: – Я так вас всех люблю, друзья, – начала брюнетка. – Я просто друг? Ты разбиваешь мое нежное сердечко, – Забини театрально ужаснулся и схватился за сердце – Не перебивай меня, – девушка легонько хлопнула его по плечу, – так вот, я так люблю вас, мы столько прошли вместе, – она перевела взгляд на жениха, – пока кто-то грел свои булки в Италии, – Блейз вновь показушно схватился за сердце, – но всё же, не смотря ни на что мы вместе сейчас, я рада , что все из нас живы. Парни поддержали речь подруги и все стукнулись стаканами. Время потекло быстрее, обстановка стала веселой и непринужденной. Изрядно выпивший Малфой вернулся в спальню старост. Он быстро разделся и лег в постель. Когда он уснул ему приснился дивный сон. В нем он видел повзрослевшего себя и Гермиону Грейнджер. Они находились в Малфой-меноре, девушка стояла к нему спиной и укачивала младенца. Драко подошёл к жене и нежно поцеловал за ушком: – Уснула? – Да, Кэсси намного беспокойнее, чем братья. – Вся в мать, – усмехнулся он. – Хоть у кого-то из наших детей есть что-то похожее на меня. Я уже начинаю чувствовать себя ксероксом. – Чем? – удивлённо спросил мужчина – Магловская машина для копирования текстов и изображений. – Ну не скажи, у Ориона например твои глаза и волосы у него темнее, чем у Скорпи и Кэсси, а Кассиопея унаследовала твои кудри, ей всего несколько месяцев, а ее волосы уже начали виться. Гермиона улыбнулась и оставила на губах супруга невесомый поцелуй.