Коммориенты

Невысокий, тощий, одетый в синюю футболку и белые шорты лис по имени Роберт снова стоял у двери дома, в котором жил психопат-убийца. Как и в первый раз, ему было не по себе – хоть он и был в каком-то смысле знаком с обитающим тут снежным барсом, никто и ничто не могло гарантировать, что в этот раз ему повезет также и его рыжее тельце не окажется в ближайшей мусорке с оторванной головой. Однако желание получить удовольствие снова перевесило риск быть изнасилованным и растерзанным, и лис, глубоко вдохнув и медленно выдохнув, трижды ударил кулаком в знакомую дверь. Внутри снова не было слышно ни единого звука, но гость был почти уверен, что бесшумный хозяин дома уже движется в сторону входной двери. Спустя несколько минут тревожной неизвестности дверь наконец открылась и перед лисом оказался Алекс – знакомый ему высокий мускулистый ирбис, тело которого покрывала густая белая шерсть с черными пятнами, а лицо не выражало никаких эмоций. В этот раз, в отличии от предыдущего, на ирбисе вообще не было одежды и, судя по всему, его это ничуть не беспокоило – он скрестил руки на широкой груди и ожидающе уставился на лиса. – Эммм… – Роб замялся, удивленный видом своего знакомого, – не хочешь впустить меня? Мы тут типа не одни, тебя увидеть могут. Ирбис просто продолжил молча смотреть на незваного гостя, перекрыв вход в дом собственным телом. – Я понял, давай так, мы с тобой войдем в дом и я помогу тебе спрятать член, – лис перешел к привычному для него и почти всегда работающему способу решения проблем, – например, у меня во рту. Как тебе такая идея? Алекс все так же молчал и не двигался с места. Лис осмотрелся по сторонам: еще не совсем стемнело, но на улице уже почти никого не было – ему удалось заметить только гуляющую парочку оленей вдалеке, но те были больше заняты друг другом и вряд ли могли поднять лишний шум. – Ладно, похуй, я понял. Короче, я чо пришел. Тут дело есть, я познакомился с одной крольчихой, они с мужем какие-то юристы, при деньгах, все заебись, но у них какие-то сложности, не могут детей завести и она типа не видит смысла так дальше жить, боится что брак пойдет по пизде и все такое. Ну и короче хочет умереть. Типа прям сама хочет, прикинь? Только сама решиться не может и вот типа даже заплатить готова кому-нибудь, кто к ним приедет и захуячит – и ее и мужа чтоб скипнуть всю эту ебанину с жили долго и счастливо и сразу перейти к тому месту где они умирают в один день… – Где? – ирбис остановил поток слов Роба коротким вопросом. – Ну тут как бы часа два езды, но с ней надо договориться, назначить день, она хочет подготовиться… – Заводи машину, – Алекс второй раз перебил своего напарника, взял с полки знакомую лису связку ключей и кинул в его сторону. В этот раз Роб оказался более ловким и поймал летящий в него предмет руками, а ни лицом как в прошлый, но этот успех почему-то не принес ему особой радости. – Э, бля, погоди, не сейчас же… – Роб попытался еще раз убедить ирбиса подождать, но тот уже ушел куда-то вглубь дома, оставив лиса разговаривать с самим собой, – пиздец… ну ладно, хули, чо-нидь придумаем… Алекс пришел к машине через пять минут, одетый только в привычные черные шорты с красными полосами по бокам. Лис к тому моменту уже завел двигатель, пересел на пассажирское место и довольно громко разговаривал по телефону. – Да-да, я знаю, что мы договаривались на потом. Да, я знаю, что тебе надо поговорить с мужем. Да, я знаю, что ты хотела сделать все на годовщину вашей свадьбы… Ирбис сел на место водителя, выкрутил кондиционер на максимум и откинулся на спинку сидения, ожидая, когда Роб назовет ему адрес. Лис не знал, на сколько хватит терпения кота, поэтому постарался ускорить разговор, прервав жалобы крольчихи. – Послушай, у тебя просто нет выбора. Я бы мог сказать что-то вроде того, что мы или приедем сейчас или вообще никогда, но так тоже не получится. Мы скоро приедем и все сделаем, а вы можете или получить от этого удовольствие или нет. Леопард, смотревший раньше куда-то перед собой, повернул голову и начал пристально смотреть в глаза Робу, нагнетая давление еще сильнее. – Бля, короче, нет времени говорить. Скоро приедем. Подготовь его как-нибудь. Не дожидаясь ответа лис положил трубку, открыл в телефоне приложение с картой, вбил адрес и поставил его на приборную панель, постаравшись зафиксировать настолько надежно, насколько можно – в старой машине ирбиса, конечно же, не было нормального крепления для телефона. Алекс посмотрел на открывшийся на экране смартфона маршрут и без лишних вопросов тронулся с места. – Слушай, я вообще хотел тебе позвонить, но твой телефон недоступен. Я проверил, деньги там еще есть, поэтому я начал беспокоиться, может тебя повязали или что-то такое, – лис посмотрел на ирбиса с надеждой на какую-то реакцию с его стороны, но как всегда ответа не было, – короче, ты его заряжаешь вообще? – и снова молчание, – он типа безопасный, а не вечный. Не знаю, есть ли у тебя зарядник дома, они вообще все одинаковые, но на всякий случай привез тебе запасной. Пожалуйста, заряжай телефон время от времени, я беспокоюсь, – уже не ожидая ответа, лис достал из кармана зарядное устройство с проводом и кинул его в бардачок. В голосе лиса проступала обида, смешанная с нотками заботы. Он сам не понимал, почему, но не мог не признать самому себе, что что-то заставляло лиса ждать звонка Алекса и волноваться, когда его телефон недоступен. – Слушай, их там двое будет. Я так понимаю, ты больше по девочкам. Можно я тогда парня себе заберу, повеселюсь с ним? Алекс, естественно, молчал, но лис уже и не ждал ответа. Он отвернулся от водителя, облокотился своей рыжей головой на окно и пытался понять, как у ирбиса получается так просто кого-то убивать, даже не подготавливаясь, просто натянул шорты и поехал отбирать чью-то жизнь, и в то же время совершенно не получается просто произнести пару лишних слов. Время в дороге прошло быстро, или, по крайней мере, лису так показалось. Они приехали в довольно богатый район, судя по всему, кролики, к которым они ехали были действительно хорошо обеспечены: весь район наполняли одно, двух и трехэтажные дома, окруженные ухоженными лужайками, на тротуарах не было видно ни одного валяющегося пластикового пакета или окурка, а видавшая виды машина, на которой лис и ирбис приехали сюда, казалась в таком месте агрегатом из другого, грязного и устаревшего, мира. Припарковав авто около нужного дома, ирбис заглушил двигатель, вышел и, не теряя времени, уверенным шагом направился к двери. Роб тяжело вздохнул. Ему снова хотелось остановить кота, обсудить план, но лис хорошо помнил урок с прошлого раза – не надо мешать Алексу делать то, что он хочет. Ирбис нажал на кнопку дверного звонка, изнутри послышался тонкий женский голос, крикнувший: “Иду”, и меньше чем через минуту дверь открылась – как и обещал Роб, в дверях появилась крольчиха. На фоне белоснежной шкурки, покрывающей ее тело от кончиков торчащих ушек до стройных лапок, даже мех ирбиса становился похожим на грязно-серый, а ее кроваво-красные глаза сочетались с таким же красным коротким вечерним платьем. Короткие рукава почти не скрывали ее тонкие руки, а довольно глубокое декольте давало понять, что под тканью спрятана великолепная грудь, не чрезмерно большая, но и уж точно не маленькая. Крольчиха явно готовилась к этому вечеру как к какому-то очень важному событию, но все это не интересовало ни одного из гостей – лису всегда больше нравились парни и вечерние платья никогда не вызывали в нем никаких особенных чувств, а ирбису, судя по его виду, было наплевать вообще на все. – О, вы уже приехали, – произнесла девушка удивленно, когда на уровне ее глаз оказалась голая грудь ирбиса, – Кажется мы не знакомы. Меня зовут Роза, а мой супруг Джордж ждет… – не дав хозяйке дома закончить, снежный барс отодвинул ее в сторону рукой и направился внутрь. Увидев растерянность в глазах хозяйки дома, лис виновато улыбнулся, пожал плечами и проскользнул вслед за своим напарником, который, в свою очередь, уже начал осматривать гостиную. Стены светлой и просторной комнаты были украшены картинами в позолоченных рамах, посреди комнаты стоял огромный кожаный диван, напротив которого висел широкий телевизор, а между ними разместился низкий столик, на котором гостей уже ждали угощения: фрукты, маленькие бутербродики на шпажках и еще не открытые бутылки с довольно дорогим алкоголем. На диване сидел серый кролик примерно такого же размера, как и крольчиха, но казавшийся чуть более низким из-за висячих, а не стоячих, как у его супруги, ушей. Одетый в белую рубашку, черные брюки и такой же черный галстук, он будто собирался идти на свидание в дорогой ресторан вместе с женой, но, вместо того чтобы радоваться предстоящему событию, муж явно нервничал, заметно сутулилися и со смесью испуга и удивления смотрел на вошедшего хищника. Алекс же пока не обращал внимание на сидящего самца. Его охотничьи инстинкты работали на полную мощность – вся эта идея с добровольными жертвами хоть и звучала правдоподобно, но все же вызывала серьезные подозрения и большой кот пытался уловить любой странный запах или подозрительный звук. Однако ни снаружи ни внутри не было ничего хоть сколько-то похожего на ловушку или засаду, а главное – барс не почувствовал никакой опасности от самих хозяев дома: муж был встревожен и немного напуган, а жена, последовавшая внутрь за гостями, излучала довольно искреннюю радость. Закончив свою проверку, большой кот по запаху без труда определил, где находится кухня, и зачем-то отправился туда. – Так это те самые, которые нас сегодня… – кролик не смог подобрать нужного слова и еще сильнее вжался в диван, будто хотел занимать все меньше и меньше места в собственном доме. – Да, дорогой. Которые помогут нам сегодня уйти. Вместе. Как мы того и хотели, – крольчиха подсела к своему мужу и взяла его руки в свои, а затем повернулась к лису, – Вы очень неожиданно приехали, я не успела снять деньги со счета, но мы собрали все наличные и драгоценности, они в прикроватной тумбочке в спальне. Можете забирать, нам они все равно больше не понадобятся. Роб чувствовал неловкость, будто вмешивался в какой-то интимный разговор, поэтому просто коротко кивнул, сел на небольшом расстоянии от пары и уставился на дверь, в которую ушел ирбис, пытаясь понять, что задумал его напарник. – Я просто не думал, что это произойдет вот так скоро. Почему сейчас? – голос Джорджа слегка дрожал, будто он вот-вот перейдет то ли на крик, то ли на плач, но мелодичный голос и мягкая улыбка супруги пока помогали серому кролику сдерживать эмоции. – Ты же знаешь, дорогой. Мы уже три года пытаемся… – крольчиха снова не смогла закончить. Ирбис вышел с кухни, держа в руках огромный нож для разделки мяса, и направился к сидящей на диване троице. Все трое не могли предсказать следующего шага ирбиса и неуверенно смотрели на него, пока не стало понятно, за кем пришел охотник. – Что? Уже? – успел только удивленно спросить Джордж, перед тем как когтистая лапа схватила его за уши и потянула наверх. Пытаясь избежать боли, кролик встал и оказался лицом на уровне белой груди хищника. Сердце бешено забилось в груди меньшего самца, его уши заложило, его взгляд не выражал ничего кроме страха, он боялся даже смотреть хищнику в глаза, уставившись вместо этого на нож в руке барса, но пока его жизни ничто не угрожало. Вместо ожидаемого удара, Ирбис отпустил уши своей жертвы и тут же надавил на кроличью голову, заставляя свою жертву встать на колени. – Эй, ну я же просил! – раздался недовольный возглас лиса, похожий на крик ребенка, у которого отобрали игрушку, но его возмущение осталось проигнорированным. Впрочем, он и сам не очень хотел лишний раз привлекать внимание снежного барса, понимая, что хищник может брать и делать все, что ему заблагорассудится. Кролик уставился на шорты ирбиса, ткань которых уже начала натягиваться от наливающегося кровью члена. Было сложно не догадаться, чего хочет хищник, но то ли брезгливость и отвращение, то ли задетая гордость не давали Джорджу сделать следующий шаг. Видя смятение мужа, крольчиха сама встала с дивана, подошла к супругу и встала на колени рядом с ним – несмотря на довольно узкое платье, в движениях крольчихи была какая-то необыкновенная легкость и грация, которые когда-то и вскружили Джорджу голову, а на ее лице сияла все та же прекрасная улыбка. – Дорогой, не противься природе. Такие как мы созданы чтобы потакать желаниям таких, как он, – крольчиха приобняла мужа за талию одной рукой, а другой взялась за резинку черных шорт барса и потянула их вниз, – К тому же, вспомни, сколько раз твой пенис был у меня во рту? В этом нет ничего стыдного, почему бы тебе не сделать то же самое один раз? Ради меня. – Но… но я не уверен, что хочу… – протест кролика звучал настолько неуверенно, что был похож скорее на вопрос. Кролик действительно не хотел всего этого, но не мог найти никаких аргументов и одновременно боялся расстроить жену и разозлить хищника. – Просто делай как я, – стянув единственную одежду снежного барса до пола, освободившейся рукой крольчиха обхватила эрегированный член, приблизилась к нему своей белой мордашкой, лизнула его, а затем направила головку в сторону своего мужа. Кролик посмотрел сначала на свою жену, затем все-таки осмелился поднять глаза на Алекса, который в свою очередь просто смотрел на него сверху вниз ничего не выражающими голубыми кошачьими глазами, потом еще раз взглянул на нож в руке хищника и, зажмурившись, наконец подался головой вперед, высунул язык и лизнул головку. Джордж ожидал, что сейчас его вырвет от неприятного запаха или мерзкого вкуса, но, к счастью для него, кот всегда следил за своей чистотой и его член на вкус оказался, хоть и не приятным, но и не вызывающим отвращения – просто нейтральным. – Вот видишь, все хорошо, – крольчиха продолжила подбадривать своего мужа, убрав руку с его талии, положив ее на его же пах и начав гладить сквозь штаны. Не останавливаясь, Роза взяла в рот головку члена Алекса, немного пососала, а затем снова направила его к своему супругу, чтобы тот повторил за ней и продолжила игру дальше, на своем примере показывая, как нужно брать член все глубже и глубже и давая Джорджу делать то же самое. Кролик все еще не был рад происходящему, но довольно быстро привыкал, фокусируясь больше на своей жене и стараясь отстраниться от мыслей, что ублажает превосходящего его по силе самца. Лис тем временем, с нескрываемой обидой на морде, потянулся к приглянувшемуся ему маленькому бутерброду на шпажке, но тут же поймал на себе взгляд ирбиса. Большой кот как всегда не выражал ни злости, ни радости, но Роб был знаком с ним достаточно хорошо, чтобы понять, что этот взгляд является не чем иным, как приказом. Рыжее лицо моментально изменилось на привычно-покорное и, положив на место два треугольных куска хлеба с чем-то вкусным посередине, он поднялся и осторожно направился к ирбису. Стоящие на коленях кролики продолжали играть с членом хищника, то по очереди беря его в рот, то прижимаясь к нему губами с двух сторон, будто целуясь, и, не желая нарушать семейную идиллию, Роб обошел ирбиса и встал на колени за его спиной. Сначала лис погладил обеими руками мягкую, покрытую густым мехом поясницу, затем повел руки ниже, немного помял мускулистые ягодицы, развел их в стороны, опустил свою рыжую морду под пушистый кошачий хвост, и начал покорно вылизывать кошачий зад, оставляя слюнявые следы от самой мошонки до основания хвоста. Как и в прошлый раз ирбис не показал никаких признаков недовольства и лис даже подумал попробовать проникнуть языком внутрь кольца мышц, но не будет ли это пересечением границы? Проявлением доминирования, которое ирбис не потерпит? А если будет, даст ли белый охотник хотя бы сказать последнее слово перед убийством? Алекс в это время наслаждался происходящим. Три пасти, стимулирующие самые чувствительные места его тела, безусловно, были приятны, но самое главное – ирбис чувствовал необычный букет эмоций, которые испытывали его игрушки: покорность и тревога лиса, страх кролика, нарастающее возбуждение крольчихи и что-то еще, что-то, что он пока не мог разобрать. Внезапно и для лиса и для обоих кроликов, раздался грохот бьющейся посуды, все трое отвлеклись от своих дел и посмотрели в сторону источника звука – нож, который ирбис держал в руке, оказался грубо брошен на стол и разбил один из стоящих бокалов. Не дожидаясь, пока его игрушки придут в себя, охотник уперся ногой в грудь кролика и оттолкнул его, не слишком сильно чтобы по-настоящему навредить, но достаточно, чтобы тот потерял равновесие и завалился на спину. – Забирай, – сухо произнес Алекс, затем наклонился, схватил крольчиху за подбородок, грубо провел пальцем по белой щеке и, глядя в ее взволнованные красные глаза, произнес, – А тебя убью я. Отпустив свою жертву, ирбис тут же отправился к дивану, лег на спину, закинул руки за голову и уставился на крольчиху. Слова хищника о предстоящем убийстве звучали так буднично, так спокойно, и это только сильнее заводило Розу – не нуждаясь в дополнительном приглашении и будто забыв про мужа, она быстро, но все так же грациозно поднялась на ноги и направилась к ожидающему хищнику. – Что забирай? Куда забирай? – ошарашенный муж в поисках ответа посмотрел сначала на развалившегося на диване ирбиса, затем на свою жену, переставшую обращать на него внимание, а потом на лиса, уже вставшего с колен и направляющегося к самому Джорджу. – Похоже, что тебя, – на морде лиса появилась довольная ухмылка. Роб чувствовал свою власть. Да, он не был альфа-самцом, который мог делать все, что захочет, но кролик, ставший щедрой подачкой, теперь явно был его собственностью и лис собирался воспользоваться этим как следует. Однако, не желая использовать жестокие и грубые методы своего напарника, Роб добродушно протянул упавшему кролику свою руку. Воспользовавшись помощью, кролик поднялся на ноги и все так же ошарашенно уставился на то, что происходило рядом. Подойдя к дивану, крольчиха задрала край платья до талии, демонстрируя, что ее нижнее белье было предусмотрительно снято заранее, а ее половые губы уже блестели от влаги, готовые принять член хищника. Без лишнего стеснения, самка уперлась одним коленом в диван рядом с боком хищника, затем ловко перекинула через кота другую ногу, и, направив член рукой, оседлала его, сразу же погрузив в себя всю длину. Резкое движение не принесло ей боли – естественной смазки было более чем достаточно чтоб чтоб член вошел без лишнего трения, а ощущение растяжения внутри, которое она уже давно не испытывала с собственным мужем, наоборот показалось ей необычайно приятным. Гораздо более болезненным оказалось следующее действие хищника – выпустив когти на правой руке, ирбис схватился за платье и с силой дернул. Крольчиха вскрикнула от удивления, по комнате разнесся треск разрываемой ткани, ярко-красные обрывки того, что когда-то было подарком ее мужа, полетели на пол, а взгляду ирбиса открылось белое тело: аккуратная грудь с напряженными от возбуждения сосками, созданная чтобы кормить малышей, но так никогда и не использованная по назначению и плоский живот, на котором остались первые четыре красные линии от когтей ирбиса. – О да-а-а, – крольчиха застонала, будто причиненная боль принесла ей удовольствие, затем уперлась руками в мускулистую грудь ирбиса, и начала двигаться вверх-вниз, насаживаясь на его член – Какой же ты сильный… и большой… Что-то глубоко внутри кролика кольнуло. Он не знал, что именно имела в виду его жена, размер всего кота или только его члена, но в любом случае это было правдой – Джордж успел понять это на собственном опыте, стоя на коленях перед массивным ирбисом и держа его член, сначала в руках, а потом и во рту. – Хочешь посмотреть? Или все-таки тоже повеселимся? – пока шокированный кролик наблюдал, как превосходящий его по силе самец присваивает себе его жену, лис взял со стола брошенный нож, схватил галстук Джорджа, притянул его лицо ближе к себе и приставил острие к кроличьему подбородку, заставив наконец переключить на себя внимание. – Я? – кролик будто был мыслями где-то в другом месте и не до конца осознавал происходящее, – Повеселимся? – Ага-а-а, – протянул лис и аккуратно, не оставляя следов, повел ножом вниз по серому горлу до застегнутой рубашки, – Получим удовольствие, пока ты жив – Роб особенно выделил последние слова чтобы принудить партнера размышлять быстрее. – П-п-пока? – скрытая угроза явно подействовала на кролика, – Я вообще не очень хочу… Этого хотела Роза… Я просто… – Джордж будто искал аргументы чтобы убедить в правильности происходящего скорее себя самого, а не лиса, – Просто хочу быть с ней… Можно я побуду с ней? – Обидно, конечно, – лис скорчил недовольную мордашку и убрал нож от горла кролика, но предпочел оставить галстук в руке, будто держа свою игрушку на поводке, – Но раз это твое желание, тем более последнее, я не против. Одна-а-ако, – лис показал ножом на пару, приступившую к основному действию на диване, – Тебе надо убедить этого парня подвинуться. Как думаешь, он любит делиться? Кролик нервно сглотнул, видя, как хищник снова пустил в ход свои когти, оставив на бедрах крольчихи еще несколько порезов, но та, в свою очередь, ответила на это только стоном удовольствия и начала двигаться быстрее. – А ты… – кролик прикинул свои шансы в борьбе с ирбисом примерно вдвое больше себя и повернулся к лису, – Ты собираешься со мной… Вот так же? – Вот как же? – лис не сразу понял, о чем именно спрашивает кролик. – Ну… – Джордж явно пытался подобрать более приличный термин, но не мог его найти, поэтому изобразил какие-то совсем неочевидные жесты – Вот так… Ну… Сзади… – Нет, глупый, – Роб широко улыбнулся, – Почему вы все думаете, что можно просто засунуть хуй в неподготовленную жопу и все пойдет как по маслу? Мы, конечно, можем попробовать, – рыжий самец вернул нож к груди кролика и срезал острым кончиком одну из пуговиц на белой рубашке, – но я думаю, нам обоим будет приятнее, если сверху будешь ты. Что скажешь? Никогда не хотел выебать лисика? – Я… ну… – Кролик еще раз посмотрел на свою жену, чуть ли не сияющую от счастья и стонущую все громче, на ирбиса, все активнее использовавшего бритвенно-острые когти, а затем на лиса, чье дружелюбие хоть и было явной фальшью, но, кажется, его предложение действительно было лучшим из возможного, – Наверное… – Ну и заебись. Надеюсь, ты не собираешься делать глупостей? – вопрос лиса был скорее риторическим, кролик явно не собирался делать вообще ничего без разрешения, поэтому Роб смело наклонился чтобы положить нож на пол, а затем снова выпрямился, схватился за рубашку Джорджа обеими руками и дернул в стороны, заставив пуговицы разлететься в разные стороны. Оторвать держащиеся на тонких нитках пуговицы, не было сложно, но сам жест заставил Роба почувствовать в себе какую-то невероятную силу, а кролика – испуганно содрогнуться. Пользуясь своей вседозволенностью, лис положил обе руки на серое тело: сначала помял едва выделяющиеся грудные мышцы, затем повел ладони ниже по напряженному от страха животу с зачатками кубиков пресса и, дойдя до черных брюк, поспешил расстегнуть их и стянуть вниз, чтобы высвободить на свободу уже вставший член, чуть меньше чем у двух других самцов, но все еще достаточно большой для его роста. – Я смотрю, нашему кролику нравится, как ебут его жену, – решил прокомментировать эрекцию своего партнера Роб, одновременно обхватив член одной рукой и начав играть с мошонкой другой, – Хочешь, я тебе отсосу, пока ты смотришь? Джордж вообще перестал понимать, что ему нравится и чего он хочет, но очевидный факт отрицать не стал – может причиной был его испуг, а может усиливающиеся стоны его жены и жалобные поскрипывания дивана, на котором они иногда так же развлекались – но он действительно был тверд и почувствовал настоящее облегчение, когда его член наконец вырвался наружу из невыносимо узких трусов и штанов. – Я… не знаю… – только и смог ответить кролик, немного стыдясь собственной реакции. Лису нравилась неуверенность его партнера. Он все больше и больше чувствовал себя хозяином своей игрушки, и с радостью принял решение за нее – встал на колени, умело взял в пасть всю длину, начав сосать и одновременно массировать ее языком, одной рукой приспустил свои шорты и начал гладить собственный член, а другой стимулировать кроличью мошонку, оставив кролика смотреть, что происходит с его женой. Крольчиха продолжала прыгать на члене, упираясь в грудь хищника под ней своими нежными ладонями и погружая пальцы в его густую шерсть, а он в ответ продолжал погружать в ее шкуру когти, красные следы от которых уже покрывали бедра и ягодицы самки. Ни одна из ран не была серьезной – охотник не любил напрасно пачкаться и хорошо знал куда надо бить чтобы быстро убить добычу, однако сегодня он планировал расправиться со своей жертвой медленно и намеренно обходил эти места, оставляя кровоточащие, но не смертельные порезы, будто рисуя замысловатую картину на теле своей жертвы и заменяя этим красным рисунком разорванное им же красное платье Розы. Все это казалось кролику таким унизительным: его дом, его диван, его жена и посторонний самец, который пользуется всем этим – но одновременно с этим все это было каким-то будоражащим, каким-то горячим. Джордж никогда не был груб со своей женой, их секс всегда был нежным, ласковым, полным любви и взаимности, а сейчас этот зверь просто использовал крольчиху одновременно как секс-игрушку и когтеточку, и этим заставлял ее так громко стонать. Стонала ли она так же, когда была с ним? Он почему-то не мог вспомнить ни одного раза, когда она была бы такой же громкой. Она всегда говорила, что ей все нравится, никогда не просила ничего необычного и кролик совершенно не сомневался в том, что это было искренне, но сейчас, с этим снежным барсом, она была так счастлива. Возможно, кролик просто не мог дать ей чего-то, чего ей по-настоящему хотелось? Возможно, он просто не был хищником? Сам Джордж тоже никогда не чувствовал потребности в чем-то подобном, его всегда все устраивало, но теперь, наблюдая за хищником, он почему-то хотел попробовать так же, тоже хотел бы просто использовать свою жену как куклу, не думая ни о чем кроме собственного удовольствия, вцепиться в нее когтями, рвать ее плоть и заставить так же скакать на члене, с наслаждением смотря, как вместе со всем телом подпрыгивает ее упругая грудь… вверх-вниз-вверх-вниз-вверх… Как будто специально, лис внизу двигал пастью в таком же ритме, как и пара на диване, все активнее работая языком и рукой, не останавливаясь даже когда кролик запрокинул свою голову, сжал кулаки и, издав уже свой, протяжный и гораздо менее громкий, стон, начал заполнять пасть лиса первой за вечер порцией спермы. – О, дорогой! – заметив, что происходит с мужем, крольчиха наконец переключила на него внимание, пытаясь говорить сквозь стоны – Я знала, что тебе понра… – ирбис не дал ей закончить. Схватив Розу за горло и сжав руку, Алекс перекрыл ей дыхание, заставив замолкнуть – теперь он был ее хозяином, мужем и единственным любовником и все ее внимание должно было быть приковано только к нему. Крольчиха открыла рот и распахнула глаза от удивления, но даже не попыталась вырваться – вместо этого она положила свою ладонь на руку барса чтобы ощутить как напряженные мышцы хищника забирают ее жизнь, а другой рукой потянулась к собственной промежности, начав изо всех стимулировать тонкими пальцами собственный клитор. В тот момент, когда любая другая жертва должна была паниковать, Роза пыталась успеть довести себя до оргазма до того, как нехватка воздуха станет фатальной, и Алекс был готов ей помочь – приподняв ее немного за горло, он начал двигать бедрами, с силой всаживая свой член в самку, готовую отдаться ему до конца. Спустя всего несколько секунд барс почувствовал, как обволакивающие его член мышцы начали приятно сжиматься а вниз по стволу потекло еще больше соков крольчихи – она кончала, доведенная до пика мыслью о собственной смерти в лапах хищника, но сам хищник еще не получил от нее то, чего хотел. Все так же вбивая свой член в самку, Алекс чувствовал, как все ее мышцы продолжали сокращаться, но причина этих спазмов быстро менялась – как бы сильно разум крольчихи не хотел подчиниться и сдаться, её тело требовало кислорода, требовало высвободиться, требовало сражаться за жизнь. В неестественно широко распахнутых красных глазах была видна борьба крольчихи с самой собой, смесь вожделения и ужаса и ирбис чувствовал это, наслаждался смесью эмоций, ни одной из которых никогда не испытывал сам, будто поглощал их, пытаясь заполнить пустоту внутри себя самого. Сопровождаемое предсмертными хрипами и усиливающимися судорогами жертвы, все это просто не могло не довести ирбиса до предела удовольствия и, прямо перед тем как наконец отключиться, крольчиха увидела оскал своего насильника, услышала его рык, почувствовала как её лоно наполняется его горячей спермой и как душащая её рука внезапно ослабила хватку. – Бля, ну охуеть, все обкончались кроме меня, – раздался недовольный голос лиса. Беспомощно наблюдая за тем, как зверь убивает его жену, Джордж даже не заметил, как лис поднялся на ноги, снова схватил его за галстук и потянул, но в этот раз кроличье лицо встретил не нож, а испачканная чем-то белым и неприятно пахнущим довольная рыжая морда. Неожиданно для растерянного кролика, в его пасти оказался язык лиса, а вместе с ним вкус его собственной спермы, заставивший самца морщиться и попытаться отстраниться, но, почувствовав сопротивление, Роб только крепче сжал импровизированный поводок, схватил серую морду за подбородок и разорвал поцелуй только когда сам достаточно им насладился. – Не нравится? – самодовольно спросил Роб, отпустив галстук, – Это вообще-то твоя. Скажи спасибо, что большую часть я проглотил. – Спа… спасибо… – поблагодарил Джордж своего партнера, восприняв шутку как команду, но все равно сплюнул на пол остатки спермы и вытер рот длинным рукавом своей, бывшей когда-то дорогой, белой рубашки. – Ща, погодь, – пока кролик продолжал бесплодные попытки избавиться от мерзкого вкуса в своем рту, лис взял со стола рядом первую попавшуюся бутылку и штопор, откупорил то что оказалось выдержанным вином какой-то элитной марки, сделал глоток сам и протянул кролику, – На, смой. Обычно кролик не опускался до того, чтобы пить настолько дорогой алкоголь из горла, но сейчас ему было не до того чтобы беспокоиться о манерах: без лишних раздумий он присосался к бутылке, начав жадно глотать содержимое, пока лис не выхватил быстро пустеющую емкость из его рук. – Эй-эй-эй, ты мне нужен в сознании. Раздевайся уже, – не переставая умиляться неловкости своего партнера, лис поставил вино обратно на стол и скинул с себя футболку, – Только галстук оставь, он мне нравится. Кролик неуверенно расстегнул пуговицы на манжетах, ослабил галстук чтобы вытащить из-под него воротник, немного неуклюже стащил с себя рубашку, вышагнул из спущенных до пола штанов, и, воспользовавшись моментом, снова посмотрел на свою жену и ее партнера. То ли к счастью крольчихи, то ли к ее разочарованию, она смогла оставаться в сознании пока ирбис не кончил и получила в награду возможность еще немного пожить, однако, позволить своей жертве расслабляться большой кот точно не планировал и с силой толкнул ее рукой в живот, заставив ослабевшее тело завалиться на спину. У Джорджа было всего несколько мгновений, чтобы увидеть, как член чужого самца выскользнул из его жены, выпустив наружу небольшой поток спермы, смешанной с ее соками, а затем ирбис навис над самкой и загородил вид на нее собственным телом. – Э-э-эй, центр управления кролику, прие-е-ем! – А? – Джордж понял, что снова потерялся в происходящем, когда услышал щелчки пальцев у себя над ухом. Переведя внимание на Роба, Джордж заметил, что тот уже успел полностью раздеться, притащил и бросил на пол одну из больших подушек с дивана, и держал в руке непонятно откуда взявшийся тюбик со смазкой. – Смажь перед тем как будешь входить, лишним не будет, – проинструктировал лис. Отдав смазку, Роб ловко опустился на пол, лег на спину, подложив подушку под поясницу чтобы его зад оказался приподнят над полом, поднял ноги, обхватил их под колени и притянул довольно близко к собственной морде – растяжка лиса явно говорила о том, что он либо занимался гимнастикой, либо проделывал такое гораздо чаще, чем могло бы показаться. Кролик послушно открыл тюбик, выдавил немного содержимого и, дотронувшись до члена чтобы размазать склизкую субстанцию по своему стволу, понял, что, несмотря на недавний оргазм, все еще был каменно тверд – обычно ему не была свойственна такая сексуальная активность, но почему-то сейчас, когда хищник пользовался его женой, он был возбужден как никогда. Может, Роза была права? Может в нем действительно есть какие-то инстинкты, которые требовали от него отдать хищнику все, что у него есть? Аккуратно отложив тюбик на столик, Джордж опустился на колени и посмотрел на лежащего лиса, на его стоячий член, висящие яйца, кольцо мышц ануса – ему никогда не нравились парни, в его голову не было даже мысли о чем-то подобном, но все также неспособный противиться обстоятельствам, он приставил головку к заду лиса и замер будто пытаясь пробиться через какой-то барьер сомнений в своей голове. – Можешь смотреть на них, – с довольно искренним пониманием в голосе, посоветовал лис, – Я не против. Кролик посмотрел на улыбающуюся морду лиса, благодарно кивнул, и снова уставился на разворачивающееся представление, так и оставив член прижатым к анусу своего партнера. Ирбис же не собирался тратить время на сомнения и размышления, для него все только начиналось и то, что он только что кончил, совершенно не являлось для него препятствием. Упершись одной рукой и ногой в диван, вторую ногу поставив на пол, а свободной рукой направив собственный член в самку, ирбис вошел на всю длину и тут же начал размеренно раскачивать бедрами, неторопясь спариваясь со смазанной его же спермой крольчихой. Самка, в свою очередь, покорно лежала подобно безжизненной кукле, и теперь причиной было не только желание подчиниться доминирующему хищнику, но и потеря сил: грудь и живот Розы тяжело вздымались, пытаясь компенсировать недавний дефицит кислорода, а белая шерсть на ее бедрах и ягодицах была плохо различима – вязкая красная жидкость начинала стекать и капать на обивку, а ее металлический запах заполнял комнату, зато остальные части крольчихи были целы и хищник собирался это исправить. – Роза говорила, что врачи так и не смогли понять, почему вы не можете завести детей, – слова Роба заставили кролика отвлечься от ирбиса, – Как думаешь, в ком проблема? Очень вероятно, что мой друг только что обрюхатил твою жену, пока ты тут тупишь. – Лис мог заставить Джорджа раздеться, мог отсосать ему не беспокоясь о его согласии, но заставить его проявлять инициативу он не мог, нужны были другие средства и он хорошо их знал. – Что? Я не… – кролик хотел что-то ответить, как-то защитить свою гордость, но слова будто не могли собираться в предложения в его голове. – Не надо говорить, – лис подался вперед, схватил кролика за свисающий галстук и потянул на себя, – Докажи, что ты самец. В глазах кролика все еще был виден испуг, но, коротко кивнув, он аккуратно двинулся вперед и наконец ввел в лиса головку своего члена. – Вот так, – лис довольно ухмыльнулся и отпустил поводок, уперевшись руками в пол, – Давай, лапа, не нужно быть нежным, покажи, какой ты зверь. Зверь? Он? Никто и никогда не называл его зверем. И то ли именно это слово задело какую-то нужную струну внутри него, то ли выпитое вино начало действовать на него слишком быстро, но, посмотрев еще раз на хищника на диване, он подумал, что действительно может также, и со всей силы толкнул бедрами, вбив сразу всю длину в зад лиса. Настоящему зверю в это время не требовалось никому ничего доказывать. Он планировал насладиться своей самкой подольше и, пока не меняя темп, приблизился своей мордой к груди своей жертвы, обхватил ее сосок зубами, немного прикусил и начал посасывать, в ответ на что крольчиха положила свою ладонь на голову зверя, начав чесать его между ушей. Алекс снова ощутил, что от крольчихи исходит что-то странное, какая-то эмоция, которую он не мог понять, что-то необычайно мягкое и теплое – ему хотелось как-то это усилить, разогнать, прочувствовать более четко, но пока он не мог понять, что именно нужно делать. Ирбис выпустил из пасти сосок, немного отстранился и, продолжая медленно и грациозно раскачивать бедрами, заменил свою пасть рукой, схватив мягкую грудь и начав мять ее, одновременно выпуская и погружая под кожу самки собственные когти. Крольчиха же, в свою очередь, продолжила гладить самца, водя своими ладонями то по его крепким рукам, то по мускулистой груди и шее. На фоне уверенных движений большого кота, Джордж выглядел как котенок на своей первой охоте – его движения были резкими и неловкими, он не сразу смог поймать свой темп, а Роб только усложнял ему задачу. – Я сказал, что можно на меня не смотреть, – лис схватил правую руку кролика и положил на собственный член, – Что можно про меня забыть я не говорил. Давай, докажи, что можешь заставить кончить кого-то кроме себя самого. Джордж прекрасно понимал, что Роб нагло его провоцирует, но это только добавляло ему злости и ей он с лихвой компенсировал собственную неловкость. Кролик схватился еще слегка испачканной в смазке рукой за лисий член и начал грубо водить кулаком по стволу, не особо заботясь об удовольствии лиса но этим делая ему только приятнее. Хоть Роб и был снизу, он все еще чувствовал свой контроль над ситуацией, считал кролика своей добычей и чем больше Джордж проявлял свою силу и грубость, тем больше власти в своих руках ощущал сам рыжий самец. – Давай, сильнее! – Продолжал подначивать своего партнера лис. Не зная, чего именно требовал его партнер, Джордж усилил и движения задом, все жестче вбивая свой член в лиса и крепче схватился рукой за его член, все также водя кулаком-вверх вниз. Одновременно с этим, будто помогая Робу заводить кролика, ирбис тоже начал ускоряться, а Роза, несмотря на свою усталость, снова застонала, хоть и заметно тише чем раньше. Его Роза! Снова начала стонать под этим кошаком на его диване! И пусть ирбис даже не собирался участвовать в этой странной гонке самцов, кролик был убежден, что должен был показать, кто тут главный и прийти к финишу первым. – Бля-я-я, не останавливайся! – лис закрыл глаза от удовольствия, чувствуя как член безжалостно бьет по его простате, а кроличья лапа все резче двигается по его стволу. Движения Джорджа становились все быстрее, несмотря на свою не очень хорошую физическую подготовку, он наращивал темп не сбивая дыхания и только забавно пыхтел, барабаня своим пахом по заду лиса. Он не отрывал взгляда от кота, стремясь обогнать его, быть сильнее, быть быстрее, быть лучшим самцом. – Да, да, да! – зажмурив глаза, прижав уши к голове и сжав в кулаках края лежащей под ним подушки закричал лис, когда из его члена начали выстреливать первые порции спермы, – Какой же ты охуенный ебырь! Кролик будто не замечал своего партнера, не чувствовал как вязкая лисья сперма налипла на его живот, грудь и даже подбородок, не слышал крики удовольствия – у него была своя цель, которой он планировал добиться. Не переставая сжимать в кулаке лисий член, Джордж еще сильнее склонился над лисом, перенеся весь свой вес на рыжие ноги и проверяя пределы растяжки своего партнера, его напряженный зад с пушистым хвостом-помпоном все быстрее двигался вперед-назад, пока он наконец не сделал несколько особенно сильных толчков и замер, начав наполнять кишки Роба собственной спермой. Он победил. Он пришел первым. Приятное ощущение оргазма, смешанное с чувством собственного превосходства, разлилось по всего его телу, заставило его расслабиться, заставило забыть, что должно было произойти дальше, пока очередной рывок за галстук не вернул его в суровую реальность. – Бля, Джордж, ты настоящий зверь, это было охуенно, – Роб произнес с улыбкой, когда его лицо снова оказалось близко к растерянной морде зайца, но тут же тон лисьего голоса сменился на какой-то зловещий, пугающий, хищный, – Но сейчас ты умрешь. – Что? Нет! Подож… – Джордж не смог закончить. Острая боль в шее заставила его замолкнуть и удивленно выпучить глаза. Кролик почувствоал, как по его груди начало стекать что-то теплое и вязкое и увидел, как изо рта вырвались красные брызги. Только одержав победу в одной схватке, Джордж оказался вовлечен в другую, но теперь его противником был не другой самец, а сама смерть и шансов победить у него уже не было. Кролик снова начал двигаться, но в этот раз непроизвольно – бедра самца снова начали судорожно бить зад лиса, будто он пытался пробить рыжее тело насквозь, а его рука начала с новой силой сжимать член Роба как какую-то спасательную веревку или поручень, способный каким-то образом спасти его от падения в бездну. Свободной рукой кролик хотел дотронуться до раны, но наткнулся на рукоятку ножа, торчащую из его горла, почувствовал, как из-под нее, пропитывая галстук, бьет фонтаном какая-то жидкость и увидел, как рыжее тело под ним начинало быстро покрываться кровью. Его кровью. – Бля-бля-бля, пусти! – Роб завопил от боли, когда почувствовал смертельную хватку на своем члене, все еще сверхчувствительном после недавнего оргазма. Но кролик снова не обращал внимания на лиса. Инстинктивное желание жить требовало от него что-то делать. В панике он схватился за нож и попытался выдернуть, но слишком быстро слабеющие руки не могли справиться с этой задачей – острый клинок застрял внутри почти по самую рукоять. Его зрение начало мутнеть, силы покидали его. Неужели это все? Неужели его жизнь закончится вот так? В последний момент своей жизни, в поисках помощи, он посмотрел в сторону своей жены, и увидел, как из-под массивного пятнистого тела на него смотрит в ответ ее полное любви и счастья лицо – в этот раз ирбис не стал мешать двоим прощаться. – Дорогой, я люблю тебя! – крольчиха попыталась кричать, но вырывающиеся из ее рта слова были скорее похожи на громкий хрип, – Дождись меня, я скоро снова буду с тобой! Ирбис почувствовал, как самка снова сжимается вокруг его члена, а ее руки крепко сжимают мех на его груди – она снова кончала, доведенная до предела видом того, как упавшее на лиса серое тело ее мужа несколько раз дернулось в предсмертных судорогах и наконец расслабилось. И вместе с этим, Алекс снова уловил от крольчихи то самое ощущение, такое теплое, такое мягкое, такое приятное. Стимуляция члена и такая приятная вспышка эмоций снова подводила большого кота к краю, но он не хотел кончать сейчас, он хотел еще насладиться этим ощущением и вместо того чтобы снова осеменить самку, наоборот замедлил свои движения, замурчал от удовольствия, передавая вибрацию своего тела крольчихе, и снова выпустил когти, вонзив их в живот самки и проведя еще пять красных линий вниз к ее паху. – Бля, ну чо вам всем мой хуй сделал, – лис со всей силы толкнул лежащее на нем тело, заставив мертвого кролика перекатиться на спину. Едва слышно скуля, Роб погладил собственный член, будто проверяя, что он вообще на месте после того, как Джордж чуть не раздавил его в своей руке, а затем поднялся, размял немного затекшие мышцы и посмотрел на результат своей работы, безвольно лежащий на полу. На мертвом лице застыла удивленная гримаса, а рот кролика был открыт в немом крике и это натолкнуло лиса на новую идею. Роб проверил парочку на диване – те все еще наслаждались друг другом никуда не торопясь и у лиса явно было время еще немного поразвлекаться. Роб опустился на колени около тела своего бывшего партнера, развязал и откинул в сторону галстук, не без усилий вытащил разделочный нож из серой шеи, приставил клинок к кадыку и начал резать мертвую плоть. – Сука, в фильмах это все гораздо проще выглядит… Роб не был ни опытным убийцей, ни профессиональным поваром и подобная разделка давалась ему непросто. Несколько раз ему пришлось менять хват ножа из-за того, что его руки уставали, но через несколько минут он наконец добрался до позвоночника, отделил всю плоть вокруг него, отложил нож, уперся коленом в грудь кролика, взялся двумя руками за голову и с треском оторвал ее от тела. Подняв свой трофей, лис снова взглянул в пустые глаза, довольно улыбнулся и, решив устроиться поудобнее, развалился на полу, облокотившись на обезглавленное тело своего бывшего партнера как на большую подушку. Голове лис, естественно, тоже нашел применение – поднес ее к своему паху и ввел член в расслабленную пасть по самое основание. – Бля-я-я, какой ты тугой, – Роб снова заговорил с кроликом, как будто тому было не все равно, – Сука, надо было это сделать пока ты был жив. Горло кролика действительно оказалось приятно-тугим. Длинный и толстый член Роберта занимал глотку целиком, а головка выглядывала из обрубка шеи, когда лис с силой прижимал серое лицо к своему паху и представлял, как принуждает еще живого Джорджа брать всю длину целиком. Спустя несколько минут этих странных ролевых игр, лис решил еще раз показать Джорджу, что происходит с его вдовой – перевернул голову и, нащупав отверстие на шее, ввел всю длину в горло, высунув головку члена из раскрытой пасти. Роб не планировал кончать второй раз, но от нечего делать он, взявшись за свисающие уши, начал время от времени двигать головой вверх-вниз, используя голову как мастурбатор и наслаждаясь приятным обволакиванием глотки. Крольчиха продолжала медленно умирать. От множества неглубоких ран ее грудь и живот окрасились в красный так же обильно, как бедра и зад, все ее тело жгло будто было в огне, остаток ее жизни исчислялся минутами и, понимая это, она продолжала получать удовольствие от происходящего, наслаждаться неторопливой стимуляцией толстого члена барса, ослабевшими руками гладить нависающее над ней тело, иногда позволяя себе устало поиграть с собственным клитором и время от времени, тепло улыбаясь, смотреть на успокоившееся навсегда лицо собственного мужа, выполнившего по ее просьбе свое природное предназначение. – Пожалуйста… я хочу… быть… с ним… – Роза еле шептала слова, с мольбой смотря на хищника и ожидая что тот наконец сделает то, о чем она так долго мечтала, но Алекса эта просьба натолкнула на другую идею. Выйдя из самки, Алекс перевернул ее животом вниз, схватил двумя руками, встал с дивана и отнес покрытое кровью умирающее тело к продолжающему развлекаться неподалеку лису. Не зная, чего ждать от своего напарника, Роб замер и немного испуганно уставился на подошедшего кота, но сейчас его не ждало никакой опасности – Алекс аккуратно опустил крольчиху так, чтобы та встала на четвереньки перед лисом, схватил ее за уши одной рукой, а второй направил в самку свой член. Роза будто успела соскучится по теплому ощущению растяжения внутри себя и ее половые губы, казалось, пытались затянуть ствол Алекса внутрь чтобы он как можно скорее вернулся и продолжил использовать самку как того требовала природа. Сам же ирбис тоже поспешил вернуться к полюбившемуся ему развлечению – снова выпустил когти и вонзил их в пока еще целую спину крольчихи, а рукой, в которой он удерживал удерживал длинные белые уши, он будто кукловод опустил морду своей добычи ближе к голове ее мужа. Роза поняла, что от нее требуется, сразу. Склонив голову она приблизилась к выглядывающему изо рта Джорджа кончику члена, обхватила его губами и начала сосать, снова вызвав скулеж лиса, в этот раз вызванный удовольствием, а не болью. Крольчихе было тяжело стоять, помогало только то, что ирбис продолжал держать ее уши, не давая завалиться вперед, но слабость своих движений она компенсировала мастерством, то водя языком вокруг головки лиса, то забираясь глубже в пасть своего мужа и этим стимулируя всю длину, то еще сильнее насаживая свою морду на торчащий член сливаясь со своим мужем в страстном поцелуе. За всю жизнь лису сосали всего пару раз и сейчас это явно был лучший минет в его жизни – в какой-то момент он подумал, что мог бы чему-то поучиться у крольчихи, но такого шанса уже не представится. Теплый язык продолжал стимулировать его головку, узкое горло хоть и не могло больше сокращаться, все еще приятно обволакивало основание, но главное – когда Роза отвлекалась от пустых глаз своего мужа и снизу вверх смотрела на Роберта, он видел в этом взгляде какую-то смесь трепета, почтения и покорности, которая выводила его на новые высоты удовольствия. Намеренно или нет, самка будто подтверждала и признавала, что перед ней настоящий хищник, и пусть Роб не отличался огромной силой или внушительным видом, именно в эти моменты он осознавал себя убийцей, способным прийти в чужую семью, забрать жизнь мужа и наслаждаться ласками полуживой жены. Все это создавало невероятную бурю приятных эмоций в рыжей голове и через несколько минут такой стимуляции лис запрокинул голову, застонал и без предупреждения кончил в пасть крольчихи. Роза, в свою очередь, даже не попыталась отстраниться и хотела было с благодарностью проглотить свою награду, но мышцы ее собственного горла переставали ее слушаться и все, что она смогла сделать – размазать вязкую белую жидкость по своим губам, подбородку и морде своего бывшего супруга. Ирбис тем временем продолжал вбивать свой член в умирающую самку. Все так же держа ее за уши чтобы она не потеряла равновесия, второй рукой он впился в шкуру на ее спине, оставляя новые раны и таким жестоким образом удерживая ее на четвереньках. Не смотря на то, что жизнь Розы подходила к концу, затянувшийся последний поцелуй с любовью всей ее жизни заставлял ее испускать все больше этой теплоты, которая так нравилась Алексу, и чем ближе она была к тому, чтобы воссоединиться с мужем, тем более резкими и быстрыми становились движения большого кота. Глаза Розы закрывались, боль по всему телу почти сошла на нет и, прямо перед тем как она наконец потеряла сознание, ирбис еще сильнее оттянул ее уши, заставив ее посмотреть в глаза Роба, поднял валяющийся на полу нож и с размаха вонзил самке в голову, пробив висок и пронзив мозг. Роб увидел, как что-то резко изменилось в крольчихе перед ним – к ней будто вернулись все силы, ее глаза широко раскрылись и все ее лицо отражало невероятное счастье, она будто хотела поблагодарить лиса перед ней за свою смерть, но уже не была способна сказать ни слова. Одновременно с этим ирбис почувствовал от нее невероятно сильную вспышку все той же эмоции, все ее тело начало хаотично дергаться, то ли в очередном оргазме то ли в предсмертной агонии, а внутренние мышцы, обволакивающие ствол Алекса, начали сжиматься сильнее, чем когда-либо, будто пытаясь выдоить сперму из члена хищника, пользуясь последним шансом зачать потомство. Алекс исполнил последнее желание умирающей самки – отпустил ее уши, схватился обеими руками за ее бедра и вонзил в них когти, сделал еще несколько ударов своим пахом по заду умирающей крольчихи, будто пытаясь загнать свой член в матку, утробно зарычал и начал наполнять самку своим семенем второй раз за вечер, оставив ощущение разливающейся внутри теплой спермы последним, что могла почувствовать Роза перед тем, как погрузиться в такую желанную тьму. В последний раз дернувшись, тело крольчихи наконец рухнуло на пол, выпустив из себя еще стреляющий спермой член, и последняя порция приземлилась на ее бедро будто подпись последнего мужчины в ее жизни. Самка лежала в немного неестественной позе, но выглядела при этом как-то невероятно умиротворенно и расслабленно, будто нож в голове совершенно ей не мешал, а хищник, со все такой же безразличной и пугающе пустой мордой, сразу же потерял интерес к сломанной игрушке, поднялся на ноги и пошел куда-то вглубь дома. – Ты в душ? Можно типа с тобой? Не знаю… типа спинку потру, все такое? – лис спросил немного неуверенно, все еще пытаясь прийти в себя после последнего оргазма. Ирбис, ожидаемо, не ответил, но и не стал препятствовать – пока рыжий напарник не пачкал его и не мешал, Алексу было по большому счету плевать. Он даже позволил лису промыть покрытую густой шерстью мускулистую спину и пушистый хвост, хотя для самого Роба это оказалось тем еще испытанием – Алекс мылся исключительно под холодной водой и явно был готов наказать любого, кто попытается хотя бы притронуться к крану. Самому же снежному барсу было тепло, и дело было не только в густом подшерстке – он все еще ощущал эту приятную эмоцию, невероятно слабую по сравнению с тем, что недавно испытывала крольчиха, но все-таки различимую.