змей во плоти

Звон бокалов, весёлые возгласы разносились по царскому дому, оставляя после себя ощутимое послевкусие напряжения между слуг. Да и не только.Женихи уже который год бесчинствуют, разоряют прежде богатый двор, не чувствуя стыда.Первое время все относились с уважением к царице, её юному сыну и статусу, но шло время, отказы от замужества становились всё раздражительнее, и вот мы приходим к сегодняшнему чудесному вечеру. Таковым он был лишь для гостей.Телемах прежде старался не показывать своего отвращения, своей подростковой слабости, растерянности и скрипел зубами, когда один из самых наглых женихов осмеливался дерзить, двояко угрожая. Антиной был самым смелым и самым бунтующим человеком в этом месте, игнорируя любые рамки приличия.На секунду шаг более громко отразился по пустым коридорам, а шум пира всё не затихал. Зал слабо освещали свечи и факела, оставляя некоторые уголки в приятном мраке, подальше от ломящегося от еды стола. Мужчины бесстрастно утоляли свой голод, разговаривали и смеялись, слушая мелодичный голос кифареда, что пел о сладости жизни и переменчивом море. У самого дальнего входа, в тени, довольно развалившись на мягких шелках, сидел юноша, что не мог быть старше Телемаха и младше зрелого парня. Прямые непослушные волосы обрамляли лицо с небольшим шрамом у самого века. На ком то другом это и выглядело бы уродливо, но не на нём. Рваный след, лишь подчёркивал серые глаза, что смотрели на остальных, словно пастух на стадо. В одной руке невесомо лежал бокал, а вторая приподнимала подбородок коротко стриженного мужчины, что сидел на коленях у самых ног и ,кажется, не мог сфокусировать взгляда на чём то конкретном. И Каллиас этим пользовался, притворно нежно поддерживая голову и вливая в приоткрытые губы вина. На ухо тому что-то ворковали, пока большой палец заботливо стирал покатившуюся мимо рта каплю. Они были похожи со стороны на Диониса и почитателя, который слишком захмелел, чтобы мыслить и контролировать свои движения. Привалившись боком о стену, прежде допив предложенное до конца, тот совсем дезориентированно ткнулся носом в плечо губителя и едва ухватился пальцами за ближайшую ляжку. Телемах повёл носом от этой картины. Стойкий запах алкоголя буквально выжигал слизистую, но взгляд всё же задержался на молодом кандидате. Он безусловно был красив, подчёркивая своё рельефное тело белоснежными одеяниями, но вызывал необъяснимую настороженность. Его здесь никто не трогал, не смел прикоснуться без ведома и не быть ужаленным острым языком сразу после. Может царевич был слишком неопытен в общении с людьми, не мог ответить достойно и лишь вздёргивал подбородок к небу, стараясь придать своему виду статности, но точно видел перед собой змея на атласных тканях, что окутал добычу хвостом. - О! Телемах, сын благородного царя Одиссея, я рад видеть вас на этом скромно пиру в честь вашей матушки, прекрасной царицы. - приятный голос окутывал со всех сторон, будто угрожая, хотя это было не так. Именно этот жених никогда не угрожал, лишь стеснял. Мужчина на его плече что-то буркнул в пьяном бреду, пока его волосы ёжиком не пригладила ласковая рука. - Прошу извините моего дорогого друга. Боюсь он не сможет поприветствовать вас должным образом, немного перебрав с вином. Сын когда-то поставившего на колени Трою царя Итаки формально кивнул, стараясь не смотреть на бессознательное тело. Это не его дело. Не его ответственность.Пока не его ответственность. - Прекрасный Каллиас, - многим мужчинам бы не понравилось такое слово, что применяют обычно к расцветающим девам, но вышеупомянутый, только довольно улыбнулся, разглаживая рукой задравшуюся ткань на бёдрах. - мне лестно видеть,что в царском доме тебе и другу твоему хорошо, но придётся мне вас оставить. Должен я поспешить к Антиною. При этом имени они оба в моменте скривились,кидая взгляд в глубь шумящей толпы и игнорируя неуважительное упоминание. Где-то там едва можно было разобрать грубый голос, после которого гости взревели с новой силой и звякнули бокалами. Серые глаза, что раньше расслабленно за всем наблюдали,вспыхнули отвращением и Телемах удивлённо ахнул. Они недолюбливают друг друга? Или только один из них? Раньше двух юношей можно было часто заприметить в общей компании, что-то с интересом обсуждающих или остро оглядывающих владения, точно ястребы, разыскивая шелохнувшуюся в поле мышь. Молва давно ходила, что они друзья лучшие и почти неразлучны в своём одновременно сильном и странном тандеме. Из-за чего, завидя их, дочь нимфы хмурила брови и выпрямляла спину, ноющую благодаря каждодневному плетению у станка златого. Пьянчуга снова зашевелился, но никто не обратил на него внимание, возвращаясь взглядами к собеседнику. - Я не стану расспрашивать вас о замысле хитром или же не рискну попросить остаться, поговорить по душам, но желаю, чтоб великая Афина Паллада, Зевеса дочь, сопутствовала вам в деле. Каждый, уважительно кивнув, вернулся к своему занятию, а царевич воодушевлённый ушёл, испытывая смешанные чувства к этому змею. Тот же тем временем погладил щёку гостя простого и что-то прошептал на ухо, поднимаясь сам с насиженного места и помогая подняться другому.